Кончался день невенчанный. Сукном Укрылись до утра домов коробки, Замедлил ритм зануда метроном, И рассосались городские пробки. Осиротел в безлюдье мой квартал, Не слышен шум. Тревожна тишина. На горизонте плавится металл, Но лишь полоска яркая видна. На небе тьма. В отрезке небольшом Сквозь тёмный шелк, влюблённым на потеху Медведица играется с

"Любовь зла"

| | Категория: Проза
ЛЮБОВЬ ЗЛА

1

Коля сидел в кухне за столом и наблюдал за жизнью на улице. Вот соседка с ребенком прошла из детского сада. Вот дядя Жора вынес на прогулку своего кота Маркиза, сидит на лавочке, любуется живой игрушкой, улыбка не сходит с лица. Вот одноклассник Сережка идет с мамой из магазина, что-то рассказывает, оба весело хохочут…У каждого своя жизнь, все радостные, счастливые. Но почему так в жизни не справедливо? Для одних все прелести жизни, для других – одни слезы, ему даже нечего вспомнить, чтобы как-то настроение себе поднять.
Коля с самого раннего детства считал себя обделенным вниманием и любовью. Все сложилось никак у всех. Мать, Ирина, красивая и статная молодая женщина, рано познала вкус спиртного и мужской ласки. После восьмого класса пошла в техникум, там все и началось. Познакомилась с компанией старшекурсников, кутили, на даче у одного друга систематически устраивали многодневные попойки. И как мать с ней не билась, не боролась, где только не лечила, к каким знахарям и магам не водила, но если у человека нет личного желания жить нормальной полной жизнью, ничего не получится из этих стараний, только зря деньги на ветер. Коля в этом убедился.
Отца у него не было. Нет, конечно, был, не от святого же он духа, но мать точно не знала, кто он. В пьяном угаре рассказывала сыну то об одном отце, то о другом… Так мальчик насчитал их с десяток. И у всех какой-то трагический конец жизни, потому что были люди опасных профессий: летчики, моряки, милиционеры…В эти сказки со временем Коля верить перестал. Но мать очень жалел, хотел, чтобы бросила эту пагубную привычку, больше времени проводила с ним, а не в этой компании бомжей. Видно, Ирина была слабовольным человеком: день-два побудет дома, выполнит пожелания сына о посещении зоопарка, аттракционов, озера, и опять на месяц-два исчезнет из дома.
Сколько раз Коля с бабушкой разыскивал мать в подвалах и теплотрассах. Там были люди, не имеющие жилья, образования, семьи. У нее было все. Но своих родных Ирина променяла на собутыльников. По какой-то неведомой причине с ними было интересней. Безрассудная жизнь нравилась и тянула к себе, как магнитом. Сын на всю жизнь запомнил ее извечно с синяками, грязную и неухоженную.
Коля учился уже в третьем классе, и ему было стыдно за мать. Мальчишки во дворе дразнили, показывали пальцем: «Вон у него мать бомжиха, пьяница». В школе одноклассники тоже косились, игнорировали его, многие родители не разрешали детям с ним дружить, приводить домой, вдруг что-нибудь украдет или дурно повлияет на их чад.
Особенно Коля обижался на свою первую учительницу. Она делала вид, вроде не знает, не видит, какая у Коли мама, что дети сторонятся мальчика. Не стал педагог для него верным другом, не мог мальчик поделиться с учителем своими сокровенными тайнами, быть может, даже поплакать, все легче было бы.
Учительница постоянно твердила: «У тебя, Коля, такая замечательная бабушка!» Это он и сам прекрасно знал. Внук очень любил бабушку, а бабушка его. Оба чувствовали себя униженными, будто Ирина поставила на них какое-то незримое клеймо, соседи делали вид, что не видят их в упор, только громко ругались, когда в подъезде Ирину поджидали собутыльники, а после их ухода еще долго на всех лестничных площадках ощущался смрад.
Была зима. Для этих мест морозная и снежная. Казалось, в это время года надо находиться дома, что же там мерзнуть у маленького костра, разведенного из принесенной с помоек обуви. Но дома Ирина не появлялась уже второй месяц.
Коля с бабушкой в очередной раз отправились на поиски. В постоянных местах нахождения Ирины не оказалось. Друзья по подвалам, как ни странно, тоже не могли ничего вразумительного пояснить: давно с ними не пила, предположили, что у нее появилась другая компания. Недавно видели на рынке с каким-то незнакомым парнем, вероятно, приезжим, они покупали овощи. Несколько дней бабушка с внуком возвращалась домой ни с чем: не видели они Ирину, и не представляли, где ее завтра искать.
У Коли были зимние каникулы. Но он из квартиры даже не вышел, никто его не приглашал во двор играть в снежки, кататься на санках, лепить снежную бабу. Мальчик наблюдал за веселой жизнью детворы с балкона и так завидовал ей. Вечером опять предложил бабушке пойти поискать мать. Они бродили по безлюдным местам, где гурьбой сидели люди ее образа жизни, и интересовались, не видели ли они Ирину. Те отрицательно махали головой и тут же занимались своим нехитрым делом: по кругу из бутылки пили дешевое вино.
Было около одиннадцати ночи. У них погасла всякая надежда в поиске Ирины. Возвращаясь домой, они увидели двух ее знакомых, которые рылись в мусорном баке. Вопрос бабушки и мальчика не застал их врасплох, ответили быстро: «Там, в 43 доме, в кругу новых друзей».
Любой человек, вероятно, испугался бы спускаться в подвал, где собирается такая команда: там и наркоманы, и алкоголики, и бомжи, все на одно лицо - синюшные и грязные, со специфическим запахом. Но Коля уже ничего не боялся, не было у него страха перед этими нелицеприятными людьми, если их еще можно так назвать.
Бабушка попыталась оставить внука на улице, чтобы одной пойти в это логово и узнать о дочери, но Коля не отпустил: «А вдруг они с тобой что-нибудь сделают, потом я на этом свете один останусь?» – и громко заплакал. У бабушки от этих слов сердце сжалось в комок. Они медленно стали спускаться в подвал. Металлические двери в него были закрыты, но и через них была слышна нецензурная брань, нечеловеческий хохот и пьяные разборки.
Приоткрыв дверь, минуту стояли в нерешительности, никто из обитателей подвала на них не обращал внимания, каждый занимался своим делом: «Может, вернуться домой?» - промелькнуло в голове бабушки, - «Зачем это дно видеть внуку?» Но Коля юркнул в помещение и подбежал к импровизированному столу. От неожиданности все присутствующие, как по команде, замолчали и уставились на ребенка. Для них мальчик вырос, будто из-под земли. Коля, заикаясь (в последнее время он стал замечать за собой такой недостаток) спросил:
- А где моя мама?
Те молча продолжали на него смотреть: то ли от зелья до них не доходил смысл вопроса, то ли не знали, кто его мать. Коля повторил вопрос с уточнением:
- А где моя мама, Ира, такая молодая и красивая?
Публика подвала в одно мгновение повернула головы к противоположной стене. Никто ничего не комментировал, все смотрели на женщину, лежащую лицом к изрисованной всякими пошлостями стене. Мальчик метнулся к женщине. Ребенок сразу увидел засохшую лужу крови и рядом отбитое горлышко бутылки. Коля узнал мать по косынке, которой она обматывала вокруг головы. Он с криком подбежал к родному человеку и стал укладывать ее на спину. Ирина давно уже окостенела и, как манекен, безучастно смотрела в глаза сыну. Мальчик кричал, звал маму, гладил ее по голове. Бабушка безмолвно опустилась на колени перед бездыханным телом дочери, что-то шевелила губами и упала без чувств рядом со своим взрослым ребенком.
Внук подбежал к столу, схватил подобие чайника и стал поливать бабушке лицо. Та пришла в себя, медленно поднялась и направилась к толпе оборванных и грязных людей.
Обитатели подвала сидели не шелохнувшись. Все безмолвно, с ужасом в глазах наблюдали за этой страшной картиной, будто они только сейчас узнали о смерти Ирины. Бабушка минуту разглядывала их лица и думала: «Что могло красавицу-дочь привлекать в этих потерявших стыд, совесть и внешний вид людях». Эта немая картина затянулась. Внук первый пришел в себя и настоятельно стал спрашивать:
- Кто убил мою маму?
Все молчали, будто этот вопрос был адресован не им. Опомнилась женщина неопределенного возраста, ее пропитый, прокуренный и простуженный голос звучал, словно из пустой металлической бочки.
- Это сделал «Рыжий», он то ли из Омска, то ли из Томска, то ли из Новосибирска… Одним словом, из тех, холодных мест, сюда залетел погреться, а с Ириной не поделил стакан водки. Как только «пришил» ее, так сразу и слинял. Теперь ищи ветра в поле. Ни имени у него, ни фамилии, ни места прописки. Недавно «откинулся», сидел тоже где-то на Севере. Мы хотели Ирку где-нибудь закопать, да все времени не нашлось, занятые мы …
Женщина громко рассмеялась. Это веселье вмиг передалось всей компании, они так хохотали, что бабушке и внуку казалось, что все эти люди в один миг сошли с ума, и Коля с бабушкой постарались быстрее покинуть это жуткое место.

2

После похорон Коля полностью замкнулся в себе. Он ни с кем не общался, не разговаривал, никуда не ходил, даже в школу. Бабушка пыталась вывести его из глубокой депрессии, приглашала сходить в зоопарк, на карусели, в кукольный театр, но мальчик ни о чем даже слышать не хотел. Только повторял: «Почему у меня никак у всех? Почему мне 10 лет, а у меня нет ни мамы, ни папы?».
Бабушка смахнет набежавшую слезу, обнимет внука, так и сидят рядом часами молча, каждый, думая о своем, сокровенном. Больше всего на свете бабушка боялась смерти. Её терзал главный вопрос: «Кому нужен несчастный внучок. Кто возьмет на себя заботу о нем, ведь родственников никаких здесь нет, есть далекие, да и те живут не весть где».
Колю одолевали те же мысли. Бабушка, изможденная от горя и усталости, часто стала хворать. Вечерами беспричинно начинался сильный озноб, который сваливал ее в постель. Внук ни на минуту не отходил от нее, лучше любой сиделки ухаживал, бегал на рынок, в магазины, аптеки. Сам готовил, кормил любимого человека. Понимал, она у него одна на всю вселенную. Коля рано стал взрослым и самостоятельным. Все заботы легли на его неокрепшие плечи. Тем временем бабушку медленно покидали силы. Днем она изо всех сил крепилась, а ночью давала полную свободу своим слезам, читала молитвы, какие знала, чтобы Всевышний пожалел ее, скорее всего, не ее, а внучка, сиротинушку, который для неё был источником сил и вдохновения. Но в доме уже запахло смертью.
Коля проснулся, как всегда, в семь утра. Собрался за молоком, вот-вот приедет машина. Бабушки на кухне не было. Может быть, в ванной или туалете. Что-то екнуло в груди. Подбегая к ее спальне, Коля интуитивно уже понял: бабушка умерла. Когда открыл дверь, она спокойно лежала в кровати на боку, отвернувшись к стене, точь-в-точь как ее покойная дочь в подвале. Та, уже забытая временем картина, всколыхнула его память.
Коля положил ее на спину. И она так же, как когда-то мать, смотрела на него своими уставшими, некогда голубыми глазами, будто заклинала: «Теперь ты один, вырасти человеком, на том свете буду тобой гордиться».
Внук сел на кровать, гладил ее остывшую руку, приговаривая: «Ну, зачем ты так, бабушка, сделала. Как я буду жить дальше? Ведь я несовершеннолетний, меня отправят в детдом». Ему никто не мешал, он обнимал, целовал последнего, родного в его жизни человека и плакал во весь голос, прощаясь и с бабушкой, и с детством, которого у него по существу не было, несмотря на плотную опеку бабушки. Он не торопился сообщать о ее смерти в милицию, скорую помощь и соседям. Мальчик хотел подольше побыть с ней, рассказать то, что стеснялся при жизни: как он ее любит, как боится будущего, как не хочет расти в приюте. Только в обед проинформировал все инстанции о скоропостижной смерти своего кумира.
Бабушку хоронили всем двором, пришли даже малознакомые люди, все жалели Колю, говорили слова утешения, поддержки, предлагали помощь. Он не ожидал такого теплого отношения к себе. Кто-то в толпе произнес: «Не выдержало сердце, обширный инфаркт». Другой подхватил: «Да какое сердце выдержит такую жизнь, какую уготовила ей родная дочь».
Смерть бабушки для Коли была страшным несчастьем. Оставшись один на белом свете, он понимал, что судьбе надо противиться, что ее надо выбирать и не плыть по течению, что счастье можно вылепить своими собственными рукам. С детства понял, какой ценный дар – жизнь. Как это хорошо – жить. Он мечтал о нормальной полноценной семье, представлял, как найдет себе любимого человека, как будет счастлив, как будут они прекрасно жить, легко, свободно и спокойно. Это именно то, чего ему никогда не хватало в жизни.
В детский дом он категорически не хотел. У него была квартира, зачем он пойдет в казенное жилье? Соседи после смерти бабушки, будто сговорившись, взяли над ним шефство. Весь дом носил ему еду. Ее было столько, что можно прокормить не одного Колю, а целый взвод. Такого радушного отношения к себе он просто никогда не ожидал. Коля ощущал себя полярно противоположно, чем в прежней жизни при маме и бабушке. Это было состояние всеобъемлющего счастья: с ним считаются, его уважают, о нем заботятся. Он хотел трудиться, но в его возрасте без комиссии по делам несовершеннолетних трудоустроиться было невозможно, и он ждал ее решения и помощи в определении на работу.
Теперь вся жизнь заключалась во сне. Сны его были цветные, радужные.

3

Днем Коля просиживал часами у окна, глядя бесцельно на улицу. Там продолжалась кипучая жизнь. Прохожие, соседи и жильцы соседних домов двигались в каком-то непонятном ему ритме. Все были заняты своим делом, походами на рынок, в магазины, в кинотеатры. Так в толпе нашел свою придуманную во сне любимую женщину. Это лицо нельзя было забыть. Он видел его каждый день и в разной обстановке. Коля проследовал за Ней, когда молодая женщина возвращалась домой после работы. Оказалось, Она жила в доме напротив, также как и он, на третьем этаже, и им очень подходили слова песни «Наши окна друг на друга смотрят вечером и днем».
Коля купил бинокль и стал наблюдать за Ней, подсматривая в окна Ее квартиры. К его жуткому разочарованию, избранница оказалась чужой женой и мамой девочки лет пяти. От этой новости он целый день метался по квартире и выл, как волк. Но потом успокоился, ведь Она, по его мнению, может уйти от мужа к нему, потому что он Ее любит безумно, страстно, постоянно думает о Ней, ночами не спит, представляя совместную жизнь.
Коля стал преследовать Ее по пятам. Выходил утром сразу вслед за Ней, стоял вместе на остановке, вглядываясь в лицо своей возлюбленной, ехал в троллейбусе до места Ее работы. Так установил, что работает Она в Управлении геологии, на двери красовалась табличка с двумя фамилиями. Теперь главная цель - узнать Ее имя. В управлении проводил по нескольку часов. Люди входили, выходили из Ее кабинета, что-то говорили, прощались, уже стоя в открытой двери, но никто не называл Ее имени. Наконец-то дождался того, ради чего ни один день просидел в душном коридоре.
Она, как птичка, выпорхнула из кабинета и направилась к выходу. В это время навстречу Ей шел мужчина, загорелый, обросший, видно, геолог, проведший не один месяц в местах далеких от цивилизации. Незнакомец так обрадовался, увидев Ее, обнял, закружил, приговаривая: «Как я рад тебя видеть, Лена Ларина. Как муж, как Ксюша? Кого видела из наших?» Коля понял, это близкий друг семьи, возможно, однокурсник, потому что он так и сыпал разными именами, рассказывая, где кто работает, в какой экспедиции находится.
Домой возвращался в приподнятом настроении. Теперь это его Лена, его Ксюша, он сделает все, чтобы им было с ним интересно и счастливо. Коля понимал, что Лена старше его на десяток лет, но это его ничуть не смущало и не останавливало перед поставленной целью.

4

Как только стемнеет, Коля усаживался за занавеской лоджии и наблюдал за Лариными. Семья, ничего не подозревая, жила своей размеренной жизнью. Приходили с работы и детского сада, каждый занимался своим делом: муж читал газеты, сидя в кресле и болтая о чем-то с женой, Лена готовила ужин, периодически куда-то убегала, потом возвращалась, выходила на балкон и вывешивала постирушки. Коля знал о ней почти все, какое у нее белье, какие платья, костюмы, что она предпочитает спортивный стиль: вывешивала много своих рубашек и джинсов.
Дочь играла в комнате в «домики», расставляла посуду, усаживала куклу и кормила ее из ложечки, потом укладывала спать, а сама садилась за книжки, такие большие и яркие.
Коля так хорошо изучил уклад жизни и обстановку в квартире Лариных, что порой ему казалось, будто уже живет в этой семье. Он пытался разузнать о ней все. И это удавалось, потому что соседи хорошо знали дружную и общительную семью Лариных. Оба геологи, приехали в Чкаловск после окончания вуза. Лена и ее муж Костя получили дипломы с отличием, поэтому их сразу оставили в управлении. Женились по большой любви, относились друг к другу с трепетом и нежностью. Костя частенько возвращался домой с букетом цветов и почему-то говорил соседям: «Это моим лютикам». «Лютики» платили ему тем же, заботой и вниманием.
В выходные дни у Лариных всегда был культпоход. С рюкзаком за плечами ехали они за город, к речке, готовили там шашлыки с баклажанами, помидорами и болгарским перцем, по рецепту однокурсника из Армении. Возвращались под вечер, веселые, жизнерадостные и казалось, ничего и никогда не может омрачить их счастливую жизнь.
Лена вышла из троллейбуса на своей остановке. Коля давно поджидал ее здесь. Прошло уже столько времени, а молодая женщина так и не заметила, что за ней неотрывно следит юноша лет 17. Ну, как заметишь, город большой, все снуют большим потоком туда-сюда. И на остановке всегда тьма народу, одни приезжают, другие ждут нужный транспорт. Все в заботах и хлопотах текущего дня. Никому нет дела для других. Это в маленьком населенном пункте все на виду, все знают друг о друге.
В субботу Лена отправилась в магазин. Долго ходила по «Универсаму», выбирая нужные продукты. Коля тут же рядом, присматривался то к товару, то заглядывал в лицо любимой. Уходя, зашла в отдел «Фрукты» увидела там такие крупные персики, не удержалась и купила пять килограммов. Накоротке с продавщицей обсудили приготовление компотов, а Лена все сокрушалась, как она понесет тяжелые покупки. Вот тут-то и настал Колин час. Он любезно помог Лене уложить персики в пакет, и вызвался донести домой сумки. Лена, конечно же, отказывалась, говорила, что она живет близко, метрах в пятистах находится ее дом и неудобно у незнакомого человека отбирать личное время. Но Коля настаивал на своем желании, ему не трудно, даже приятно помочь хрупкой женщине.
Лена согласилась, и они отправились домой. Молодая женщина, ничего не подозревающая о чувствах молодого человека, рассказывала о том, как ей нравится в Чкаловске, что никогда не ела и даже не видела таких вкусных фруктов, так как родилась и прожила 22 года в суровом климате. Коля не проронил ни слова, он упивался голосом своей любимой, часто останавливался, якобы передохнуть, Лена продолжала свой рассказ, уже глядя прямо в глаза молодого человека. Коля не мог оторвать от нее взгляд, ему хотелось вечно стоять и слушать Лену, а та все пыталась у юноши забрать один пакет и помочь нести тяжести.
Коля донес покупки прямо до двери квартиры. Он так и не признался, что живет напротив, что давно ее любит и мечтает о совместной жизни. Несмотря на свою молодость у него был свой дерзкий план: хотел, чтобы Лена сама обратила внимание на вежливого, учтивого, симпатичного молодого человека.

5

После этого общения Коля изредка стал попадаться Лене на глаза. В очередной выходной день увидел в окно, что муж вынес паласы, и она начала их выбивать. Колю жаром обдало: как Костя допускает заниматься таким грязным делом его любимой женщине. Тут же выскочил из подъезда, обошел вокруг дома и будто, проходя невзначай мимо, поздоровался с Леной. Та узнала юношу, приветливо помахала рукой. «Помочь?» - спросил Коля и, перепрыгнув через арык, взял из рук Лены предмет для выбивания ковров. Она не противилась, про себя думала: «Какой услужливый мальчик, и откуда он такой, наверное, где-то рядом живет». Вместе быстро справились с работой. Коля отнес паласы в квартиру Лены и сразу ушел, несмотря на то, что гостеприимная хозяйка хотела в знак благодарности напоить его чаем.
Коля не хотел видеть мужа Лены. Он его презирал и ненавидел. Ему казалось, что Костя не достоин такой женщины, как Лена: чистой, светлой и очень красивой. За столь долгое время наблюдения за этой милой женщиной, Коля понял, она жизнерадостна, мягка, улыбка всегда светилась на лице. И с дочерью была ласкова и нежна, и с мужем, и с соседями. Ксюша была копией мамы. Те же правильные черты и большие голубые глаза, как два озерца, из-под густых длинных ресниц.
Это было просто наваждение, Коля постоянно думал о Лене. Все вечера наблюдал за ней в бинокль и отходил от окна, когда в квартире Лариных закрывались шторы или гас свет. Он лежал на диване, положив руки под голову, и представлял свою жизнь с Леной, для себя называл Ксюшу своей дочерью, мысли роились в его голове фантастические.
Одиночество – страшное состояние. Человек деградирует, так не далеко и до сумасшествия. Но Коля категорически ни с кем не хотел общаться. Соседи дальше его входной двери не проходили. От помощи не отказывался, любезно всех благодарил и удалялся к себе в комнату. Особых перемен в его поведении никто не усмотрел, потому что с детства Коля был, как волчонок: пугливый, загнанный и одинокий. Бабушка для него была всем в одном лице: мама, подружка, друг и советчик. О ней Коля помнил всегда, не было ни одного выходного дня, чтобы внук не съездил к ней на могилу с букетом полевых цветов, набранных у вновь строящихся высоток.
Коля жил как в бреду. Он, не отрываясь, смотрел на окна своей любимой, которая ни сном, ни духом об этом не знала. В ее жизни было все как обычно, работа, детский сад, ужины, стирки, уборки. Мужа, как назло, на несколько дней направили в командировку. Нагрузка по дому увеличилась вдвойне. Лене некогда было наблюдать за окружающим миром, она привыкла, что ее семья и работа – это и есть окружающий мир. В нем чувствовала себя комфортно и никаких перемен не желала.
Коля напротив, весь был в ожидании чуда и уверенности, что Лена ответит на его чувства, что они будут вместе, что он будет Ксюшу водить и забирать из садика, и это будет его дочь. Он купался в брызгах счастья, представляя, как теперь они будут отдыхать за городом, летом уезжать к морю.
Юноша жил рачительно. Деньги, оставшиеся у бабушки на сберкнижке, не брал, жил на пенсию, которую ему платило государство. Но теперь большую часть из них тратил на Лену и ее дочь.
Жизнь Лены проходила под прицелом взгляда Коли. В воскресенье он увидел, что его любимая направилась к остановке, Коля бегом за ней, едва успел запрыгнуть в отправляющийся автобус. Лена вышла у Центрального универмага, долго ходила по его этажам, примеряя платья, кофточки, юбки. Коля наблюдал со стороны. В ювелирном отделе примерила кольцо, долго его разглядывала, потом достала кошелек, пересчитала деньги, но положила их обратно, мило улыбнулась продавщице и отошла от прилавка. Когда Лена направилась в другой отдел, Коля подскочил к продавщице:
- Что хотела у вас купить моя жена?
Девушка опешила, потом, поняв, о ком идет речь, сообщила, что ей понравилось кольцо, но денег на его приобретение не хватило. Коля тут же его купил и отправился искать в толпе Лену. Он решил сегодня же, не откладывая в дальний ящик, осуществить свою мечту: сделать подарок и предложение жить в его квартире. Назойливо стучала только одна мысль: «Пока нет мужа… Самый подходящий момент сказать об этом любимой женщине». Он бежал за ней, а в голове теснились мечты сладкие, заветные и волшебные, от которых замирала душа, и горел от дум воспаленный мозг.
Коля догнал Лену у остановки. От его прикосновения к руке она вздрогнула. Увидев Колю, подумала: «Опять этот юнец». Он неторопливо отвел ее в сторону, медленно достал из кармана пиджака подарок и молча протянул Лене. Молодая женщина минуту смотрела на коробочку, пытаясь понять, что это все значит. Коля тихо произнес:
- Я не могу без тебя жить, ты должна с Ксюшей жить у меня. Сделай хоть ты меня счастливым в моей жуткой жизни. Ты меня любишь?
Он сделал акцент на слове «меня». Лена не знала, что ответить и что говорить.
- Ты с ума сошел? – единственное, что пришло ей в голову сразу. Этот вопрос выражал удивление, и смущение, и тайную боязнь, которую хотелось скрыть от себя. Что там говорить, ухаживание юноши льстило Лене, но уход от мужа в ее планы никогда не входил.
Лена резко повернулась и почти бегом направилась к остановке, где, к ее радости, стоял какой-то автобус. Она, не глядя на маршрут, вскочила в салон, благо водитель сразу отправился. Ей уступил место какой-то парень. Присев, Лена вдруг поняла, что от волнения ничего не понимает, куда, зачем едет, что надо этому ухажеру. Автобус нес в неизвестность, она смотрела в окно, и не могла сориентироваться, где находится, казалось, что едет по незнакомому городу. Голос водителя вывел из оцепенения: «Конечная остановка».
У Лены дрожали ноги, все внутри колотилось, с ужасом вспоминала слова Коли. Как ему могло такое прийти в голову, ведь она чуть ли не в мамы ему годится. Состояние было такое, будто ее побили, она еле вышла из автобуса. Огляделась. Узнала знакомый район. Рядом с остановкой был сквер. Лена хотела пойти туда, но ноги не слушались, голова кружилась. Видно, у нее был такой беспомощный вид, что незнакомая женщина предложила свои услуги. «Отведите меня на лавочку», - попросила Лена. Они вместе медленно пошли к скверу, но Лена все останавливалась и говорила: «Я сейчас упаду».
Женщина окончательно встревожилась состоянием своей спутницы. Побежала в магазин и вернулась с холодным лимонадом. Лена жадно пила воду и постепенно приходила в себя. Они сидели молча. Лена думала о своих приключениях, незнакомка о причинах такого удручающего состояния попутчицы. Никто из них друг к другу в душу не лез. Лена периодически вспоминала о присутствии своей спасительницы и предлагала оставить ее и продолжить путь, ведь женщина явно куда-то спешила. Незнакомка вглядывалась в лицо Лены и неожиданно спросила:
- Вы беременны? Быть может, вызвать скорую помощь?»
Лена отрицательно качала головой. Женщина, несмотря на сопротивление Лены, решила отвезти ее домой. В таком состоянии не решилась посадить молодую женщину в общественный транспорт. Попутчица остановила такси и две незнакомые женщины, но уже такие близкие, отправились домой к Лариной.
Ксюша весело встретила маму с покупками и гостьей. Побежала на кухню, стала расставлять чашки для чая, высыпать в вазу конфеты, доставать из холодильника варенье и мед. Только за чаепитием женщины представились друг другу. Лена мысленно решала: рассказать этой незнакомой, но такой учтивой и доброй женщине, которую звали Надежда, историю, которая с ней приключилась. Хотелось выплеснуть свои эмоции наружу, поделиться с кем-то такой нестандартной ситуацией. Но они расстались, так ничего и не узнав друг о друге.
Как хорошо, что вечером, неожиданно раньше положенного времени, вернулся муж. Увидев Лену, забеспокоился: «Ты заболела? Вид у тебя какой-то очень усталый». Но Лена пыталась весело и непринужденно рассказать Косте, как провели дни без него, как им с дочерью было скучно и одиноко.

6

Утро начиналось как обычно. В каждой семье собирались на работу, в школу, детский сад. Сыну Кати, что жила по соседству с квартирой Лариных, срочно потребовалось разгладить нарукавную повязку «Дежурный». Катя включила утюг, но из розетки посыпались искры, будто новогодний фейерверк. Утюг не нагревался. Она быстро побежала к Лене. Звонить не пришлось: дверь была полуоткрыта. Она позвала Лену, но в квартире царила тишина. «Неужели так торопились, что забыли закрыть квартиру?»- подумала Катя. Она вошла в прихожую и остановилась. В это время сверху по лестнице спускалось многочисленное семейство соседей. Мать по пути каждому члену семьи успевала раздать указания на вечер.
Катя вышла на площадку. Соседи в один голос констатировали: «Ты что такая бледная, не здоровится?» Катя, ничего не говоря, показала на квартиру Лены, и они молча вошла в нее. Дети спустились вниз, а родители последовали за Катей. В гостиной - все как обычно. В спальню дверь была наглухо закрыта. Катя медленно стала приоткрывать ее и от увиденной картины отпрянула назад, прижалась к стенке и медленно стала опускаться на пол, теряя сознание.
Сосед, как полагается мужчине быть смелым, отодвинул женщин и сам открыл дверь спальни. Лицо его сделалось мертвецки бледным, он пулей выбежал на площадку, потом назад в квартиру, забежал в ванную, долго обливал себя холодной водой, боясь, что последует примеру Кати, которую только что привели в чувства. Соседи покинули квартиру Лариных и вышли на улицу, к подъезду.
Жильцы дома торопились на работу, но каждый, увидев знакомых с бледно-серыми лицами, останавливался с вопросом: «Что случилось?» Героев пойти вновь в спальню больше не нашлось. Соседка с первого этажа побежала звонить в «скорую помощь» и милицию. Службы прибыли оперативно. Но, как оказалось, даже им пришлось оказывать помощь от увиденной картины в спальне Лариных.
Служба есть служба, почти ежедневно приходится переступать через страх, брезгливость и собственное состояние здоровья, чтобы шагнуть туда, где лежит три трупа. Ксюша задушена подушкой, ее папа убит ударом ножа в грудь, а Лена, видимо, долго сопротивлявшаяся, в какой-то страшной позе на коврике у кровати мужа. Она на смерть билась за жизнь родных ей людей, не зная, что они первыми погибли от рук убийцы.
Преступник (или их было несколько) долго глумился над женщиной. То, что сделал он уже с мертвой Леной, не поддается подробному описанию. Труп был настолько обезображен, что в голове не укладывалось, как такое мог сделать нормальный человек. Части тела Лены он сложил рядом с трупом, как бы подчеркивая, ради чего убийца расправился со всей семьей.

7

После неудавшегося признания в любви Коля два дня не выходил из дома. Утром третьего дня подошел к окну. Напротив, у дома Лены, стояли машины «скорой помощи» и милицейские газики. Толпа зевак периодически смотрела в подъезд, громко обсуждала, женщины плакали. Каждый вновь подходивший что-то спрашивал и тут же вскидывал руки к лицу, качая головой, причитал. Коля, не отрываясь, смотрел на происходящее с балкона. Потом вдруг толпа расступилась, и из подъезда стали выносить носилки, покрытые простынями. Все увиденное напоминало телевизионный триллер. Машины быстро разъехались, а толпа все стояла, будто околдованная.
Коля спустился вниз, подошел к людям, тихо присел на лавочку и стал вслушиваться в разговоры соседей и зевак. Через несколько минут понял все: Лену, Костю и Ксюшу убил какой-то маньяк. Люди ужасались: «Всю семью, такого у нас никогда не было».
Город гудел, как растревоженный улей. Жители только и говорили об этом злобном преступлении. Версий у каждого было много, но в ходе расследования ни одна из них не нашла своего подтверждения. Дни шли. Выйти на след убийц не удавалось.
В таких случаях за работу берется Управление уголовного розыска МВД. Группу (уже в который раз!) возглавил полковник Равиль Григорьевич Хисамов. С собой взял только тех, кто в его понимании мог быть полезен в раскрытии дерзкого преступления. Нет, не любимчиков, оперативников от Бога. Все считают, что только врачи и учителя бывают от Бога.
С уверенностью могу сказать, что сотрудники с оперативным чутьем тоже наделены божьим даром. С такими часто приходилось работать: мои руководители - Яков Семенович Мотылев, Виктор Николаевич Орлов, Станислав Сергеевич Обухов, Тамерлан Туганович Азиев, Александр Алексеевич Невзоров, Владимир Алексеевич Ветров, коллеги - Валерий Саидмурадов, Абдурахим Кахаров, Александр Яшкин, Валентин и Владимир Мишанины, Владимир Подгурский, Сабир Набиев, Виктор Ванилов, Михаил Ширшиков, Алиджон Султанов, Эдуард Ин, Сергей Кушнарев…Их имена могут занять ни одну страницу. О многих моих коллегах написала я в этих рассказах.
Особо хочу сказать о женщинах в милиции. Есть мнение, что милицейская служба не для нас. Действительно, строг конкурс и выдерживают его лишь те, кто сочетает в себе высокоразвитое чувство долга, ответственности и чуткость к людской беде.
Энергичные и терпеливые пришли они в Управление уголовного розыска: Александра Сергеевна Ефимова (Кунчий), Анастасия Дмитриевна Шувалова, Галина Ивановна Семенова, Любовь Дмитриевна Демидова, Людмила Анатольевна Яковлева. Нас было мало, но мы несли тяжкий труд беспокойной работы розыска. Очень дружна была со следователями Любовью Александровной Шупляк, Лидией Максимовной Казаковой (позже работала с ней в Управлении по борьбе с организованной преступностью и коррупцией МВД СССР по Таджикистану), Ириной Валентиновной Гнедовец, Людмилой Николаевной Новиковой, сотрудниками экспертно-криминалистического отдела Нелей Савченко, кадрового аппарата Фатимой Касымовой…Благодаря активности женщин в погонах раскрыто немало опасных преступлений. О них можно написать отдельную книгу. Всех их люблю и помню всю жизнь.
Но это лирическое отступление, которое я не могла не сделать…
Я обожала наблюдать со стороны, как работает Равиль Григорьевич. Без суеты, без крика, одергивания и причитания на молодость оперативного состава. Команды и требования разумные, продуманные до мельчайших деталей. У такого начальника многому научилась, особенно ценила его человеческое отношение к сотрудникам: он никогда не забывал организовать оперативной группе обед и ужин, и ко всем подчиненным относился по-отечески. Коллектив в его понимании – не кусок пластилина, любым частям которого можно придать любую форму. В коллективе главное для него была -человеческая основа.
Так и прибыл он в город со своей группой, куда вошли отлично зарекомендовавшие себя оперативники: Сабир Набиев, Файзулло Абдуллаев, Витя Дзампаев и Виталий Аракелов Последние - два друга, не разлей вода. В Управление уголовного розыска они пришли одновременно, после окончания высшей школы милиции, Витя – Ташкентской, Виталий – Омской. Не знаю, были ли они знакомы до службы в УУР, но мне казалось, что они дружны с детских лет. Какие-то невидимые нити связывали этих замечательных работников, будто это было единое целое, почти как у поэта: говоришь Дзампаев, подразумеваешь Аракелова и наоборот. Работали они на совесть, недаром Виталий награжден медалью «За отличную службу в органах внутренних дел». Какой был проделан грандиозный труд по установлению преступников, совершивших убийство целой семьи!
Только на третий день взгляд Равиля Григорьевича потеплел. Все поняли, что положительный сдвиг в раскрытии этого жестокого преступления есть. Он обладал редким качеством: умел быстро расположить к себе незнакомых людей, и они полковнику сразу всецело доверяли. Из множества деталей, которые ему сообщали соседи, он находил главные, которые вели к раскрытию любого преступления.
Уже в который раз Равиль Григорьевич проходил предполагаемый путь преступника. Нет, он не вошел в парадную дверь квартиры, он только из нее вышел после злодеяния. Это было уже яснее ясного.
Полковник вышел на балкон квартиры Лариных. Солнце катилось к закату. У дома, где проживала семья, росло огромное дерево чинара. В лучах оно казалось сказочным, величественным. Раскидистые ветви, будто лапы неведомого чудовища, упирались в дом, а к Лене на балкон легла самая красивая пушистая ветвь. Костя не сбрасывал ее и не срезал, на ней Ксюша кормила птичек и приговаривала: «Этот чинар растет вместе со мной, когда он будет выше нашего дома, я окончу школу». Теперь эту фразу соседи вспоминали как притчу.
Полковник давно убедился, что злодей попал в квартиру именно благодаря этой ветке. Преступник чуть было сам не стал жертвой своего же преступления. Боковая ветвь, за которую он, видимо, держался, оказалась сухой, в какой-то момент под тяжестью тела обломилась. Ему пришлось изрядно потрудиться, чтобы вновь вскарабкаться на дерево, шапка оборванных им листьев внизу лежала ковром.
Еще в первый день приезда на место происшествия Равиль Григорьевич необъяснимо почему, постоянно чувствовал, будто за его действиями кто-то следит. Взгляд выхватил из окна соседнего дома человека с биноклем. Вспомнил из своей практики, что уже встречались такие чудаки, которые таким образом любят подсматривать за чужой жизнью, и они порой очень помогали следствию. Этого «дозорного», так он для себя его назвал, память держала цепко, с ним обязательно надо было встретиться.
«Дозорный», как всегда, был на своем месте, Хисамов хорошо видел его с балкона. Он неотступно следил за полковником. В это время в квартиру заглянул молодой человек и почему-то шепотом позвал Равиля Григорьевича. Он жестами увлек его на улицу, на лавочку, где обычно сидят старушки. Парень долго молчал, наверное, не знал с чего начать, у него тряслись руки, и сам он был бледен, как снег. Хисамов не торопил, периодически продолжал наблюдать за «дозорным». Потом перевел взгляд на собеседника, которого по-прежнему лихорадило. «Неужели он тот, на ком три загубленных жизни?» – мелькнуло у него в голове. Чтобы разрядить обстановку, полковник спросил: «Тебя как зовут?» – и сам представился. Только после этих слов разговор с Далером начался по душам.
Далер жил в соседнем подъезде в доме Коли. Он наблюдал за работой оперативной группы и решал, стоит ли рассказать Хисамову о случившемся с ним приключением или промолчать. Но здравый смысл восторжествовал. Юноша подробно изложил о своей находке, а потом в Управление внутренних дел принес увесистый пакет, который нашел на площадке, где находились контейнеры для мусора. Это было как раз в то утро, когда обнаружили трупы семьи. Пакет стоял в стороне, на чистом месте, как будто кто-то заранее рассчитывал, что пакет сразу унесут. В нем лежала почти новая мужская одежда и туфли, стильные, дорогие, все содержимое было забрызгано кровью.
Равиль Григорьевич, взглянув на вещи, сразу понял: они принадлежат преступнику. У него на этот счет даже не было сомнений. Потолковали о «дозорном». Далер искренне жалел Колю, ему казалось, что более трагической судьбы в своей жизни он не встречал.

8

Утро выдалось прохладное. Цветы у гостиницы сплошь в крупных каплях серебристой росы. На деревьях весело переговаривались птички. Солнце всходило яркое, радостное. Не верилось, что в этой тишине где-то могут страдать люди. В такие минуты кажется, что мир для всех широко открыт, бери счастья и благополучия, сколько тебе надо.
Полковник Хисамов стоял на балконе номера гостиницы и планировал предстоящий день. В программе было посещение на дому «дозорного». Что-то тянуло к юноше, казалось, он знает разгадку преступления.
Наскоро позавтракав в гостиничном кафе, Равиль Григорьевич отправился к Коле. Дорога до его дома была недолгой, но за это время Хисамов кое-что надумал.
Постояв у двери квартиры Коли, полковник несколько минут размышлял, дома ли хозяин. Позвонил так, как обычно звонил в дверь собственной квартиры.
Коля в это время находился на лоджии и, как всегда, наблюдал в бинокль за суетой во дворе. Услышав звонок, метнулся в прихожую, тихо положил на пуфик свой дозорный инструмент, взглянул в глазок. Полковник как раз протянул руку вновь к звонку и Коля сразу не узнал гостя.
Звонок настоятельно требовал открыть дверь. Коля прижался к стене, раздумывая, открывать ли полковнику. «Так, зачем я ему нужен? Я ничего не знаю, ни с кем не общаюсь, ментов не люблю еще с тех пор, как они не смогли мою маму отучить от спиртного», – рассуждал он лихорадочно. Но Хисамов не намерен был отступать, он упорно звонил в дверь, чувствуя, что с «дозорным» его разделяет лишь стена. Так некоторое время они стояли по разные стороны, каждый, думая о своем.
Дверь внезапно распахнулась, когда полковник этого уже не ожидал.
Коля, мило улыбаясь, смотрел на Хисамова, тот в упор на него. Каждому казалось, что внимательное изучение друг друга немыслимо затянулось.
Полковник, с присущей только ему улыбкой, когда глаза тоже улыбаются, искрятся задором, спросил:
- Гостей принимаешь? Я, думаю, тебе есть, о чем мне рассказать.
Но эти слова каждый из них понимал по-своему. Проходя в комнату, полковник изучал обстановку. Как он и предполагал, безусловно, Коля знает многое, что не дано знать ни одному соседу. На пуфике лежал главный инструмент подглядывания за чужой жизнью.
В квартире было чисто, уютно. Никогда бы не подумал, что здесь живет в одиночестве вчерашний несовершеннолетний. Равиль Григорьевич, делая комплементы хозяину, заглянул в спальню и на кухню. Все сверкало чистотой. В гостиной на столе лежал открытый Уголовно-процессуальный кодекс.
Коля суетился, не знал, куда усадить гостя: то ли на кухне, то ли в большой комнате на диване. В голове прыгали и путались всякие мысли. Ведь человек в таком высоком звании впервые у него был в гостях. Пока ставил для подогрева чайник, успокоился и к гостю вышел совсем другой человек, уверенный и самонадеянный.
- Собираешься поступать на юридический? – спросил Хисамов. -Штудируешь законы?
Он смотрел, не отрываясь, в глаза Коли. Тот несколько смутился.
- Да так, подчитываю, пригодится в жизни.
- Знаю из практики и опыта жизни, добропорядочному человеку ник чему знать этот свод законов… - задумчиво произнес полковник.
Они говорили долго. Несколько раз Коля кипятил воду для чая, они, не спеша, чаевали и рассказывали о своей жизни. Равиль Григорьевич, рано уехавший из отчего дома в суворовское училище, вспоминал свою юность, как скучал по маминым татарским пирогам, как нестерпимо хотелось к друзьям по двору, как привыкал в военной дисциплине.
Коля, впервые после смерти бабушки, откровенно жаловался на свою жизнь, много говорил о матери, о любимой бабушке, которая снится почти каждую ночь. Рассказывал о том, как подолгу сидит у ее фотографии и сообщает все новости, просит совета, поддержки, благословения, прощения.
Он так с полковником разоткровенничался, что сам не заметил, как стал рассказывать о своей безответной любви, о Лене, о самой красивой и самой доброй женщине.
Равиль Григорьевич слушал молодого человека и понимал, что еще секунда и Коля назовет убийцу семьи Лариных. Полковник знал, что вода в чайнике уже, вероятно, давно выкипела, что его пора снимать с плиты, но он не перебивал Колю и не заставлял бежать на кухню. Он ждал главное, зачем пришел в эту квартиру.
Полковник, как всегда, был прав. Поучая нас, он говорил: «Никогда не гоните лошадей, учитесь слушать собеседника, а из рассказа выделяйте то, что явно поможет раскрытию преступления». Сколько сотрудников Управления уголовного розыска на протяжении всей службы говорили ему слова благодарности! Его смело можно назвать Учителем всего оперативного состава Таджикистана. Нам повезло, мы работали с таким профессионалом!
Равиль Григорьевич смотрел на Колю и спокойно ждал нужной фразы. Полковник видел, что хозяин квартиры, в которой он замкнулся, ушел от общения с людьми, превратил в наблюдательный пункт, сейчас выдаст нужное для следствия. Коля молчал, все больше и больше бледнея. Вдруг неожиданно для обоих спросил:
- А вы знаете, кто убил Лену?
Потом подумал, посмотрел в окно на балкон Лариных и уже еле слышно добавил:
- ее дочь и мужа.
Полковник не стал тянуть резину:
- Знаю…
Коля, не мигая, уставился на Хисамова. Они смотрели друг другу в глаза и каждый думал об одном и том же. Этот немой поединок длился, каждому, казалось, вечно. Полковник понял, первому придется говорить ему.
- Это дело твоих рук. И сейчас я тебе расскажу, как это было. …Хисамов неспешно изложил трагическую историю в своем видении, на что указывали добытые вещественные доказательства и улики.
Коля слушал так, будто речь вовсе не о нем, будто полковник рассказывал историю из своей многолетней практики. Полковника удивляло, что чем больше он рассказывал, тем спокойнее становилось лицо Коли. Бледность исчезла, он не вытирал пот с лица, как это было в начале встречи, он просто боялся пропустить хоть одно слово полковника. Потом неожиданно прервал его, и стал сам рассказывать продолжение своего преступления.

9

- Я действительно влез на балкон по дереву, дверь была открыта, вошел в квартиру, обошел сначала все комнаты, затем направился в спальню. Все спали, было удивительно тихо, у меня сложилось впечатление, что в комнате никого не было. Сел на стул и стал разглядывать спальню. Ксюша спала в детской кровати, которая стояла ближе к двери. Лена и Костя – вместе на одной кровати. Я уже знал, что уничтожу всю семью. Не хотел, чтобы мои любимые достались другому человеку.
Лунный свет заполнял всю квартиру. Я сидел и думал, с чего мне начать, чтобы было меньше шума. В это время проснулся муж Лены, наверное, каким-то чутьем Костя почувствовал присутствие чужого человека. Он сел на кровать и стал смотреть прямо на меня. Видно, сомневался, что перед ним на самом деле сидит человек. Костя встал и направился ко мне. Когда подошел близко, я медленно поднялся и вонзил нож в левую сторону. Он тихо и медленно присел, упираясь спиной в кровать, через мгновение я понял, что одним ударом попал прямо в сердце. Потом некоторое время сидел неподвижно и наблюдал за Леной. Она безмятежно спала, лицо было спокойно.
Ксюша сбросила одеяльце и повернулась на спину, разбросав ручки по подушке. Этого момента я как раз ждал. Взял со стула свернутый в несколько раз плед, положил на лицо и плотно прижал его к носу и рту девочки. Через несколько мгновений с ней было покончено. Когда стал отходить от кроватки, случайно зацепился за юлу, ее я просто не видел. От шума проснулась Лена. Она вскочила и подбежала к дочери. Не понимая, что с ней, бросилась к выключателю. Свет загорелся так ярко, что Лена зажмурилась и секунду стояла неподвижно. Когда увидела мужа в неестественной позе, стала кричать. Подбежала к дочери, сдернула плед и только тут увидела меня.
Я хотел с ней поговорить, но она набросилась на меня с криками, и стала выхватывать нож. Тут я и стал наносить удары. Сколько их было, не знаю. Потом … Потом вы знаете, что я еще с ней сделал…
После этого зашел на кухню, снял с вешалки объемный пакет, с которым семья ездила в отпуск, вышел из квартиры и тихо спустился во двор. Медленно, чтобы не было слышно шагов, отправился к контейнерам с мусором. Сняв с себя одежду и обувь, все свернул и положил в пакет, который оставил у контейнеров. Почему не выбросил в контейнер? Даже не знаю, наверное, это первый мой промах в совершенном преступлении.
Оставшись в одних плавках, быстро направился к своему дому. Я практически бежал и молил Бога, чтобы меня никто не увидел из окна. Если бы это случилось, арестовали б в тот же день.
Войдя в квартиру, без сил прямо в прихожей опустился на коврик. Меня бил озноб и с этим состоянием никак не мог справиться. Я еле добрел до ванны, стал под душ и так простоял довольно-таки длительное время. Под струями воды размышлял о своей оставшейся жизни, потому что понимал, рано или поздно меня вычислят и арестуют.
Коля замолчал. Видно, он еще раз просматривал в памяти эти страшные страницы своей биографии. Взял со стола кодекс, полистал, что-то почитал и продолжил:
- Жаль, что мне недавно исполнилось 18, а то бы больше десяти лет не дали. А так… Наверное, расстреляют.
Полковник смотрел на Колю, не отрываясь. Его удивлению не было
предела: как вчерашний ребенок спокойно говорил о таком чудовищном преступлении. Нет, явно у юноши с головой что-то не в порядке.
Коля прочитал его мысли:
- Думаете, я ненормальный. Вы, наверное, никого без памяти не любили. Любовь зла, влюбленный человек может совершать безумные поступки: сделать что-то запредельное для своей любимой, лично я хотел к ее ногам бросить весь мир, а может и на преступление пойти. Вот я из последних…
В коридоре послышались голоса. В комнату вошли Аракелов и Дзампаев. Они сразу поняли, что преступник определен. Опера ничего не спрашивали у полковника, молча смотрели ему в глаза. Равиль Григорьевич подал знак: все в порядке, преступление раскрыто. Коля неожиданно вскочил со словами: «Арестовывайте», и протянул Аракелову для наручников обе руки.

Своё Спасибо, еще не выражали.
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
    • 86
     (голосов: 6)
  •  Просмотров: 1781 | Напечатать | Комментарии: 5
       
22 августа 2011 10:29 Larisa03
avatar
Группа: Дебютанты
Регистрация: 31.07.2011
Публикаций: 0
Комментариев: 95
Отблагодарили:0
Мне кажется, мальчик, который так ухаживал за своей бабушкой, не мог стать убийцей. В этой женщине он скорее искал добрую, любящую мать. Скорее он стал бы её защитником, помощником, как в истории с ковром.
       
22 августа 2011 00:18 olixx
avatar
Группа: Авторы
Регистрация: 8.12.2009
Публикаций: 11
Комментариев: 2039
Отблагодарили:6
Жуткая история! Тем более, рассказанная языком милицейского протокола, впечатляет ещё сильнее! Какая трагическая судьба у всех! У мальчика, так и не пережившего свою первую любовь, у несчастной семьи...Это не любовь зла, это мама Ира виновата во всем...
       
20 августа 2011 15:42 adolf5453125
avatar
Группа: Дебютанты
Регистрация: 17.07.2010
Публикаций: 0
Комментариев: 812
Отблагодарили:0
Многим не нравится, когда в произведении все описывают так, как оно есть на самом деле! Надо просто реально глядеть на вещи! На реальность – это не только розовые очки!
       
19 августа 2011 18:27 Анна Читари
avatar
Группа: Дебютанты
Регистрация: 10.11.2010
Публикаций: 150
Комментариев: 8789
Отблагодарили:95
Неправдоподобная? А почему бы и нет? Очень трудно определить пограничные состояния. Любовь в 18 лет-страшная штука. Она и у вполне благополучных ребят голову сносит. И хорошо написано, без смакования подробностей, но , тем не менее, картина преступления ужасает.Пятерка.

Эрудит - это человек, который всегда найдет синоним, если не знает,как пишется слово.

       
19 августа 2011 16:31 Limonad
avatar
Группа: Дебютанты
Регистрация: 10.06.2009
Публикаций: 0
Комментариев: 70
Отблагодарили:0
Дикая и неправдоподобная история, очень странная судьба у мальчика Коли, интересно каким образом ему удалось не попасть в интернат. И это в 10 лет?! Таких детей не оставляют жить одних. Тем более психически неуравновешенных.
Да и вообще дети из таких семей социально-опасные, и пока маленькие их надо решительно изолировать от нормального общества. Куда-нибудь в отдаленные районы - Камчатка, Сахалин...
Информация
alert
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
Наш литературный журнал Лучшее место для размещения своих произведений молодыми авторами, поэтами; для реализации своих творческих идей и для того, чтобы ваши произведения стали популярными и читаемыми. Если вы, неизвестный современный поэт или заинтересованный читатель - Вас ждёт наш литературный журнал.