Ты и Вы *** Девочка, первый день зимы. Это пройдет. Это просто слякоть. Зерна оранжево-спелой хурмы… Только прошу вас, не надо плакать. Зимы проходят. Тебе ли не знать. Небо пронзительно льет одиночество. Милая девочка, сколько вам? Пять? Плакать и мне, очень взрослому хочется. Кубики-рубики… Книги… Альбом… Все изменяется в сумрачном мире. Сами

Планета

| | Категория: Проза
Планета.
Север приподнялся на руках, присел и оглянулся: не то степь, не то пустыня. Голова ныла в затылочной части, где-то в подсознании, скрипя, напоминала о себе недавняя боль, вызванная неожиданным взрывом. Хотя…. Север сморщился, вспоминая недавний инцидент: не такой уж он был и неожиданным. Кстати, а как давно? То есть, как долго он был без сознания? Что-то Анна молчит, - и Север мысленно обратился к бортовому компьютеру.
- Здравствуй, капитан. Рада тебя слышать, - техника – это единственное, что можно было назвать стабильным в жизни Севера, капитана 2-го ранга Дальней Гражданской Разведки.
- О, а как рад этому я, - что прозвучало немного иронично, но машина не смогла уловить интонацию или проигнорировала ее, свалив все на стресс, который, безусловно, имел место.
- Твое состояние в пределах нормы, будешь жить, - на секунду Северу показалось, что Анна смеется или шутит, что было просто невозможно.
- Как долго я был без сознания?
- 186 минут, капитан. Привести тебя в чувство не представлялось возможным.
- Почему?
- Неполадки с системами 2, 4, 5, 8, 11 твоего скафандра.
- Могу я их починить?
- Да, но только на территории космолета.
- Ясно. Что произошло?
- Со скафандром?
- Нет, …, вообще, что произошло? Взрыв или еще какая хрень? – ругаться Северу не в первой, но не с искусственным интеллектом. Капитан знал, чем это чревато, но мать его, стресс давал о себе знать.
- Предположительно, неуправляемая одноступенчатая боевая ракета, для поражения тактических целей в глубине противника, дальность – 50 – 100 км. Класс – воздух-земля, но запускалась с поверхности планеты, также – предположительно - ввиду ограниченности информации. Боевая часть – ударно-кинетическая…
-Ладно-ладно…. И кто противник?
- Не знаю, в радиусе 25 км от тебя – живые или мертвые существа не обнаружены. Предположительно, противник – машина…
- Ты не «слышишь» электромагнитные поля и все такое?
- Должна тебе напомнить – мы попали в аварию и потому…
- Все! Понятно…Результаты диагностики?
- 16%, основные системы в порядке, но для взлета – нужен ремонт. Запасные детали – не все.
- Что нужно еще?
- Пока не могу сказать. Диагностика еще не завершена.
- Че так долго? Да, сколько времени с момента посадки…, - на все еще болеющую голову Севера наплыло совсем неприятное воспоминание о «посадке», - если ее таковой можно назвать?
- Диагностика утруднена по причине неполадок в серверном блоке №3. С момента посадки прошло 22 часа 43 минуты.
Север попытался сообразить, что значит «ударно-кинетическая», но тщетно. «Потом спрошу, Анну», - подумал он и приподнялся, чтобы снова сесть на обуглившийся кусок не то камня, не то еще чего-нибудь. М-да, а что со связью?
- Связи нет, капитан. Я над этим работаю.
То, что он смутно представлял себе в темное время суток, как степь, теперь имело вид черно-красноватой пустыни. Искусственность в происхождении окрашенности поверхности не вызывала сомнений. И подтверждением тому были множественные кратеры, причем с некоторых из них еще струился дымок. Такого Север еще не видел.
- Анна, я чего-то не понял, о каком оружии ты говорила. Вид – просто варварский, должен заметить.
- Этот тип вооружения нами не используется около 200-т лет, капитан. Информация о его происхождении на этой планете…
- Ясно, полностью отсутствует. И что все это значит?
- Извини, капитан, что ты спросил?
- Отбой, Анна.
Кой-какой словарный запас Северу приходилось «забивать» Анне в ручную. Некоторая нестандартность в высказываниях в стрессовых ситуациях выливалась в неэффективное сотрудничество. Поэтому Анна понимала своего капитана с полуслова. Но риторичность пока давалась Анне сложно. Северу не раз предлагали заменить машину на более современную, но капитан был тверд. Причин называлось много, но главная – оставалась в секрете даже для капитана. Признаться в эмоциональной привязанности к железу было выше сил даже для самого закаленного космического волка.
- Как далеко я от корабля?
- 46 км, 137 метров.
- И чем я сюда добирался?
- Плассарт.
- Где он
- Юго-восток, 147 метров.
Север, поворачивая голову, уловил звуковой и визуальный сигналы и остановился, приказав мысленно приблизить картинку в заданном направлении. Плассарта Север не увидел. Анна за считанные доли секунды проанализировав ситуацию и прощупав ход мысли капитана, дала ответ на еще незаданный вопрос:
- Плассарт полностью разрушен и не подлежит восстановлению. Разбит на энное количество частей, разбросанных в радиусе 28 метров.
- Вышли мне другой.
- Это невозможно, капитан.
- Не понял?
- Это невозможно, - невозмутимо повторила Анна.
- Что значит «невозможно»?! – взорвался Север.
- Конкретизируй вопрос, капитан.
- Твою мать, Анна, почему невозможно мне выслать другой плассарт? – Север вздрогнул, почувствовав, что пытается выбирать тон. Воспринимать машину как живое, пусть и где-то разумное существо – верный признак недомогания головного мозга. Хотя все психологи в один голос твердили обратное.
- Нет связи с сервером №6, отвечающим за 2 остальных резервных плассарта.
- И что мне теперь делать?
- Учитывая силу тяжести и атмосферного давления этой планеты, и твое состояние, ты сможешь развить среднюю скорость в 7.5 кмчас, расчетное время пути – 6.5 часов, капитан.
Север подпер голову рукой. В ней роилась одна нецензурщина.
Логичней и безопасней было двинуться в путь в направлении корабля. Никаких гарантий или обещаний, что ей вообще несвойственно, относительно починки плассартов Анной дано не было. Но планета – обитаема. Это раз. И здесь что-то происходит. Это – два. А он – Север Даван – капитан корабля Гражданской Дальней Разведки. Хоть и не его это дело – искать боеголовки по кратерам – но связи с Центром пока нет. Развед деятельность – часть его работы, а значит и все карты в руки. Так, с мотивацией и отмазкой на всякий случай – порядок. Север довольно потянулся. Его уже ищут. Сколько времени пройдет, пока Ахил додумается прочесать самую невзрачную планету системы Са505? Часов 120, не меньше. Маяки – рабочие и выставлены по инструкции, что вполне может сократить время поиска, но не для Ахила. Парень давно метит на его место. Коварства ему не одалживать. Кто знает, может эта нештатная ситуация – его шанс? Север уже предвкушал вид разочарованного Ахила, пытающегося изобразить радость на своем лице при встрече со своим капитаном. Но какая-то неясная мысль не давала ему покоя, заставляя мысленно возвращаться назад. Его не покидало ощущение, что он что-то пропустил.
Север включил общий сканер и через пару минут на монитор, коим служил шлем скафандра, выпала вся нужная и не очень информация о состоянии скафандра и окружающей его среды. Кислорода – маловато, да примесей разных хватает. Кто ж здесь воюет-то? По спине пробежал холодок от одной мысли о внеземной цивилизации. Мд-да… Вершина карьеры, слава и так далее…
- Включить тонировку, капитан?
- Что?! Кто?
-Это Анна, капитан. Ты зажмурился.
- Все нормально. Я и сам могу ее включить.
- Нет. У тебя есть проблемы с интерфейсом. Ты можешь только отключить обзор полностью. Поэтому обращайся ко мне.
- Отбой, Анна.
- Ты все еще на месте, капитан. Я не понимаю.
- Отбой, Анна, - Север мысленно представил, как жжет ее корпус лазером.
- Через 8.5 часов начнется сильный ветер. Лучше идти сейчас, капитан.
- Какой еще ветер?
- Ты в зоне низкого давления. Будет жарко, капитан. Предположительно – 120-150 метров в секунду.
- Твою мать.
- Да, это плохо, капитан.
- Возможность переждать в зоне?
- Есть, лечь на живот в одном из кратеров. Некоторые имеют глубину 5-6 метров.
- Как долго будет штормить?
- Не поняла вопрос, капитан.
- Как долго будет длиться этот циклон?
- 8-10 часов.
- Пик?
- 2 часа. Может немного больше.
- Ну, что же, придется потерпеть. И Север дал отбой.
Новость не очень. Но трудности только придают ореол некого романтизма приключению. Север улыбнулся, представив свои ответы на вопросы журналистов. Это того стоило.

Ахил Ворон молча теребил пальцами по приборной доске. Капитанский мостик занять он не мог. Регламент. Нужно тело капитана или… Ахил задумался, пытаясь вспомнить НУЖНОЕ количество часов с момента исчезновения капитана…
- 168, Ахил.
- Что? – Первый пилот вздрогнул и оглянулся. Во 2-м зале находилось еще по меньшей мере 10 человек и все обернулись на его оклик. Еще бы! Ситуация СОС. Все на взводе, скорбный вид на лицах. Да, капитана, здесь любили.
- Для того, что бы Вы заняли капитанский мостик, Ахил, должно пройти 168 часов с момента исчезновения капитана. Или 24 часа в критической ситуации класса А, или 48 часов в крити…
- Заткнись!!
Ахил сжал кулаки. Твою мать, чертова машина последнего поколения, читающая мысли! Так обложатся.
- Сена, сколько времени прошло с последнего контакта с капитаном?
- 26 часов.
- Это в его характере. Рано бить общую тревогу.
Ахил развернулся в кресле и обвел взглядом присутствующих. Не нужно было быть большим психологом, что бы оценить реальную степень нелюбви к себе высшего офицерского состава. Но Ахил никогда не был слабаком. И аутотренинг только для недоумков, вроде Катарин Дель. В это момент он и не подозревал, насколько близок к правде.
На пяти из десяти главных мониторов в зале Главного пилота сползала вся информация, подаваемая бригадами поиска в реальном времени. У Ахила это вызвало ассоциацию с дождем…. Кажется, так капли дождя сползают по окну? Чертова работа. Скорее завершить бы этот забег и на матушку-Землю. С таким графиком Лада его точно бросит: ее угрозы становятся постепенно более осмысленными. Ахил оскалился, что окружающие всегда характеризировали его как «не влезай - убьет». На самом деле – всего лишь крик души, мимолетная слабость, но пилоту льстило такое амплуа.
Повеяло электричеством, в зал вошла Катарин Дель. Она не была в подчинении Главного пилота. Вела себя соответственно. Ассертивность, не свойственная большинству женщин, ей как бы даже шла. Но не смотря на чисто мужскую симпатию, Ахил держал ее на дистанции. Пришлось ей даже популярно объяснить, что он – Главный пилот, а не она, не смотря на занимаемую должность ее папочки. Тот диалог, думается, помнили оба.
- Ахил, как продвигаются поиски?
- Пока ничего. – Пилот прижмурился, зная, что Катарин просто так не сдается.
- Ничего не ищите или ничего не наш…- она запнулась и покраснела…- никого не нашли?
- Ты ведь знаешь, Севера…. Не в первый раз. История повторяется.
- Ни черта она не повторяется, Ахил. И мы оба это знаем. 30 часов молчания – даже идиот понимает, что что-то случилось.
- Разбиться он не мог. А прошло только 26 часов. Зная его дурную привычку садиться на ручном в незнакомых местах, можно предположить, что что-то в самом деле случилось, но система безопасности его шлюпки – последнего поколения. В ней выжила бы даже ты. Извини, мне нужно работать.
Ахил развернулся и включил «Изол», мгновенно очутившись в звуконепроницаемой капсуле. Вообще, здравый смысл подсказывал, что сориться с Катарин не стоит, но терпеть ее присутствие в сложившийся ситуации было слишком утомительно и поэтому - неоправданно.
- Командор Партис на связи, Ахил, - несмотря на стандартную информацию, голос Сены заставил его снова вздрогнуть. «Нервы ни к черту,» - подумал он, одновременно мысленно давая команду компьютеру включить связь.
- Что у вас, Бар?
- Пилот, у нас кое-что есть, правда это не следы капитана.
- Я – весь внимание.
- На 4 планете обнаружены радиосигналы искусственного происхождения. Это переговоры. Пока расшифровать не удалось, но по предварительной информации – это один из старых диалектов Первых колонистов.
- И вы не можете определить его?
- Он не похож на нам известные, видимо сильно изменен. Запись уже у вас – спрашивайте в Отделе Лингвистики.
В голове Ахила на секунду всплыл резкий и отчетливый образ Катарин. Черт бы ее побрал.
- Что еще? – Ахил прижмурился. Пахнет сенсацией.
- Да, мы еще обнаружили несколько искусственных спутников. Модификацию 3-х уже определили.
-!!! С этого и надо было начинать! Что еще?!
- Из них всех, а это 28 спутников – рабочие только 2. Оба – классифицируются по военной линии образца конца 21-го века.
- Ты хочешь сказать, что все указывает на земное происхождение?
- Да, только в ретро интерпретации.
М-да, это уже не так интересно, но безусловно заслуживает внимания. Впрочем, есть и свои плюсы – спешить с докладом необходимости нет, так что можно откусить кусок побольше. Ахил улыбнулся про себя.
- Бар, фокусируетесь на 4-й планете. Я освобождаю вас от общих работ.
- Принято, пилот.
- Начинайте средний радиус, но аккуратно. Как обходить антиквариат, надеюсь, вы знаете?
- Так точно, пилот.
- Связь только со мной.
- Так точно, пилот.
- Кто из лингвистов принимал инфо?
- Никто, компьютер.
- Хорошо. Отбой, командор.
Ахил раскинулся в кресле. Странно. Пропажа капитана и находка века. Неужели совпадение? Хотелось бы верить, но опыт подсказывал, что Север не где-нибудь, а именно в центре событий. А это значит только одно – кусок-предатель таит на глазах. Надо что-то предпринимать.
- Сена, открой базу Отдела Лингвистов. Инфо – на первый монитор и притемни его.
- Сделано, главный пилот.
- Отлично, - что-то странное прошло сквозь его его сознание – Сена никогда его не называла «главный пилот», но Ахил был слишком занят и взволнован, что бы мыслить критично и масштабно одновременно.
- Последние поступления.
На мониторе – 12 нетронутых файлов, присланных Второй поисковой группой. Верный Бар. Наверное, единственный человек, которому можно было бы довериться. Они были земляками.
- Сена, последние документы, присланные группой Партиса, где-то регистрировались?
- Да, в Общей Базе Данных корабля.
- Стереть все данные, файлы переправить в мой личный кабинет.
- Стереть не могу. 12 файлов переправлены в Ваш личный кабинет, главный пилот.
- Почему не можешь?
- Полный доступ к Общей Базе Данных есть только у капитана.
Ворон опустил руки на колени. Север легко проверит, а скорее всего машина сама сообщит, что файлы перебрасывались ему в кабинет, что само по себе – не страшно. Интерес вызовет, прежде всего, его желание стереть данные в ОБД. Черт! Как он мог так опростоволоситься!
- Сена, порядок сообщения о транзакции файлов капитану.
- По просьбе, главный пилот.
- Как часто он запрашивает такое?
- Нет ответа.
Ворон отвернулся от экрана монитора и посмотрел на помощников главного пилота. Было о чем подумать. Но есть ли время?

Старк рассматривал свои огрубевшие руки. Крутил пальцами перед носом как какая-нибудь девчонка после маникюрного кабинета. «Маникюрного», - он характерно оттянул правый уголок губ вниз. Он еще помнит такие слова. Оказывается. Плоский экран вспыхнул. На нем на новоанглийском написано «Внимание». Хренов язык. Еще сломаешь. Но лучше его, чем шею. Старк ловко, как пианист, прошелся по клавиатуре пальцами. Данные поступали медленно. С таким техническим оснащением им не выстоять даже против обычного полицейского патруля. Но с кем говорить? Мортес явно сошел с ума. Он никогда не был на Земле и ее колониях. А тех крох информации от вновь прибывающих не только мало. Он вбил себе в голову, что все земляне страдают фантасмагорией. «Такого не может быть и баста!». Старк вздохнул. На Земле он преступник. Здесь – вся планета – сплошная тюрьма. Что лучше? А если их все-таки обнаружат? Мортес будет стоять до конца. А Старку все лишь 34. Из них 9 он провел здесь, на Крохе, как ее называют здешние. На Земле он бы уже вышел. Старк в какой уже раз тяжело вздохнул. Набрал базовый код и отправил общий рапорт на «главный борт». Закончились очередные учения. Заиграла допотопная рация. К реликтам технического прогресса Старк так и не привык, только смирился. Как никак, бывший офицер Космического флота Федерации. Гаджет был вяло поднесен к уху. Очереднеой вздох, нажата кнопка.
- Седьмой, седьмой…
- Седьмой на связи, база…
- Да это я, Сью..
- Привет, Сью… Ты ж вроде выходной сегодня..
- Да, заменяю Клога… Старик снова пьяный…
- Блин, где он сейчас?
- Как обычно… Темная, хм…
- Он не выдержит…
- Да, он сам этого хочет…э-э…не выдержать..
Наступила пауза. Прервал ее первым Сью.
- Слушай старина, сверчки вышли, как ты понял, и я чего звоню: есть одно дело.
- Какое еще дело?
- Поговорить нужно. Общее собрание через час, ты сможешь подъехать к гаражам?
- Через час?
- Да, или ты приглашен в святая святых?
- Что случилось?
- Узнаешь.
- Хорошо. Буду, если получиться вырваться.
- Ну, тогда до встречи.
Странно все это как-то. У всегда выдержанного Сью заметно взволнован голос. Да рисковать заработать выговор ради того, что бы просто поболтать – не было смысла. Значит, что-то важное. Но что может быть важней, чем пожрать на этой забытой всеми святыми планете? Он подошел к маленькому, прямоугольному, почти квадратному деревянному столику, на котором стоял электрочайник. Здесь же рядом, прибитый к деревянному косяку висел металлический бак, литров на двести. Старк открутил кран и поморщился от вида желтоватой воды. Основной фильтр еще 3 года назад вышел из строя, а несколько дополнительных, творение местных инженеров, просто не могли ни физически, ни технически справится с поставленной перед ними задачей. Впрочем, без воды – смерть. Как странно, но незаметно для себя Старк обнаружил, что все связанное окончанием жизни не вызывает того первобытного страха, как раньше. Боятся он стал скорее того приторного до сладкого мазохистского чувства, что возникало при мысли о смерти. Что же тогда меня удерживает? – в который раз задал Старк себе этот вопрос, наперед зная, что не добудет ответа. По крайней мере, не сегодня. Он присел на такую же деревянную табуретку, которую слепил сам из местных образцов деревообразных. Предыдущую табуретку разбил об спину Старка полковник Каме, заместитель Мортеса. В свободное от работы время, простые служащие часто спорили в пол голоса, кто из двух начальников был более ненормальный. Лично Старк отдавал предпочтение именно Каме. Закипел чайник. Немного кипятка в чашку с листьями куста Мо, что дико рос в 500 км от Базы. По комнате прошел крепкий и жесткий запах чая. Впрочем, был ли это чай? Старк вспомнил, как впервые его попробовал и еле сдержался от того, что бы не вырвать прямо перед Каме. Теперь это был единственный напиток на всей планете, который стоило пить. Который нужно было пить, что бы не отбросить копыта. Аромат чая смешался с запахом дыма. Старк глубоко затянулся. Веселенькая жизнь: пить и курить один и тот же продукт. Вдруг Старк вздрогнул: в мозгу бесшумно, но колко пролетела мысль, что это единственные вещи приносящие ему радость в его жизни на сегодняшний день.

Ветер хлестал скафандр в щадящем режиме, так, что уже не приходилось поочередно менять руку, что бы привести мышцы в чувства. Черт бы побрал эту Сену, - уже в который раз подавали признаки жизни, зажатые в воздушные, но мертвой хваткой тески мысли Севера. Если бы он знал хоть половину того, что ему предстоит здесь пережить, выдел бы он всю эту ветряную мельницу где-то там, далеко…. Первые два часа ему показались адом, но то, что последовало потом, не передавалось ни каким описанием. Кратер, глубиной в шесть, а то и более метров, выбранный Севером в для убежища, служил совсем в другом качестве. А именно как воздушный аттракцион для великовозрастного космического волка. Углубление не только не спасало от ветра, а наоборот создавало невообразимые вихри, неистово бросающие из стороны в сторону бренное тело космонавта и если бы не случайно обнаруженный кусок какой-то арматуры, торчащий из плавленой земли, Север уже давно улетел бы в свой последний, но главное, совсем бесславный полет.
Ветер стал стихать. Причем, как с надеждой заметил Север, много быстрее в сравнении с тем, как все это начиналось. Все мышцы болели, все кости болели, все, черт побери, болело так, что он засомневался в работоспособности одной самых главных систем скафандра – медицинской. Он вывел меню на дисплей и ахнул: весь запас болеутоляющих был израсходован на 87% всего лишь за несколько часов. Значит, он бы давно уже издох только от болевого шока. Не говоря уже о локальной регенерации на клеточном уровне. Сломанные рука, нога, восемь ребер, сотрясение мозга какой-то там степени, множественные гематомы. Да я живой труп, - мысленно воскликнул Север.
- Это невозможно, - констатировала Анна, заставив вздрогнуть всем телом капитана, что отдалось резкой болью по всему телу.
- Что невозможно?
- Не бывает живых трупов, - как всегда спокойно и ровно отвечала Анна, как будто они сидели в креслах качалках на загородном ранчо, потягивая горячий пунш.
- Еще как бывает, - как всегда не спокойно парировал Север, что более соответствовало обстановке да и ситуации в целом.
- Объясни.
- Анна, когда по расчетам я смогу идти? – игнорировать вопросы было все труднее.
- Через 40 – 50 минут.
- Отлично. Что там по ремонту корабля?
- 8% неисправности. Была установлена связь с серверами № 2, 6, 9 и 24. Теоретически возможен взлет.
- А шестой сервак разве не за плассарты отвечает?
- Сервер №6 управляет автономными системами Плассарт 1 и Плассарт2. Также отвечает за их безопасность во время полета и стоянки.
- И это означает, что ты можешь выслать мне плассарт?
- Естественно, капитан.
Север крепче сжал пальцы вокруг арматуры, которая уже стала казаться продолжением его рук.
- И как давно есть связь с шестым сервером?
- 6 часов 44 минуты.
- Так какого ты не выслала плассарт мне раньше? – тонко натянутые струны нервов дали трещину и выход мощного залпа наращенных децибелов звуков его души не заставил себя ждать. Внутренняя стенка гермошлема покрылась обильным слоем влаги, и включившиеся вентиляторы своим еле слышимым звуком подействовали успокаивающие на Сервера. Впрочем, может то был укол антидепрессора.
- Я проверила историю переговоров: заявок на высылку плассарта, после высказанного тобой желания остаться на месте, нет.
- Железная логика, млять, - Север покрутил головой влево – вправо. Заменить человека даже совершенная машина не в силах. Нахлынуло воспоминание о вздохах восхищения со стороны Катарин по поводу новой машины Сены. Капитан улыбнулся: вот так и живем – вспоминая прошлое.
- Анна, слушай приказ: немедленно выслать за мной плассарт.
- Плассарт уже вылетел. Будет на месте через 2 минуты и 21 секунду. Быстрее нельзя, так как системы безопасности еще проходят диагностику.
- Отлично, связь с Базой?
- Что «связь с базой»?
- Она есть или нет. Странно, но Севера это стало даже забавлять.
- Нет.
- Отбой, Анна.
Бесшумно опустившийся плассарт рядом с полуживым телом капитана окончательно запутал Севера по вопросу, кто все же важней: человек или техника. Но уверенности это добавило много и чуть-чуть сверху.
Под прикрытием защитного поля плассарта Север наконец смог расцепить окоченевшие пальцы и мертвым грузом лечь на чужую расплавленную землю. В этот самый момент тщеславный капитан думал отнюдь не о журналистах….
Ковыляя на четверых, так как к прямоходящим эволюционировать ему было некогда – уж велико желание было упасть в комфортабельное кресло пилота шлюпки, Север успокаивал себя только одним: его сейчас никто не видит. Плассарт опустился ниже, вплотную прижавшись к поверхности покрасневшей земли. Никогда не замечал за ними такой учтивости, наверное проделки Анны. Ну хоть какая-то польза, - зло подумал капитан, усаживаясь в желанное кресло. Бесшумно закрылась дверь. На одном из центральных мониторов, том, что поменьше, высыпалась вся информация об окружающей среде. Заинтересовала цифра 80.45768. Мысленно увеличил изображение в этом мести и ахнул. 80 метров в секунду?! Это что же надо было пережить, что бы воспринимать такой ураган, как относительное спокойствие!? Север включил сводку за последние 6 часов и, как говорила его племянница Маша, выпал в осадок. Пиком было ни мало, ни много 475 метров в секунду. Север откинулся на спинку кресла и отдал команду: домой, не спеша.
- Капитан, укажите скорость.
- 50 метров, - вздохнув, выдавил из он себя. Высота – 500, - предвидя следующий вопрос, уже на вдохе добавил капитан.
Скорость, указанная Анной вначале, была совсем не такой, и это - мягко говоря. Обманывать Анна не будет. Здесь что-то другое. Надо будет разбираться, но это потом. Сначала самолеты, - вспомнилась фраза из чьих-то стихов Северу.
Внизу проплывал совсем иной пейзаж, легко отличимый от того, что видел Север при первом полете. Красные кратеры на фоне черного грунта, казавшегося покрытым сажей. От дыма не осталось и следа. Еще бы, - хмыкнул капитан, еще держа в голове и сердце последние события дня. Никакой сажи на самом деле не было. Анализаторы показали, что под ним настоящий чернозем. Рай для агрономов. Вот только климат вряд ли позволит. Нужно проводить геоклиматическую модификацию планеты. Если прогнозы Севера по чернозему подтвердятся по всей планете, это – станет целесообразно, учитывая наметившийся кризис в продуктах питания. По крайней мере в натуральных. Что чревато полосой капитана 3-го ранга на погонах. Север отметил про себя возращение нормального для него настроения: полу делового, полу мечтательного. Значит он – в норме. Это хорошо. Да, чутье его снова не подвело. Полетел на самую маленькую планету, которая оказалась полна приятных, хм… и не очень тоже, сюрпризов.
Капитанский экспедиционный корабль, именуемый «Хоромы», сливался с чернотой грунта, так как был выкрашен в иссиня черный цвет, вопреки «оранжевого» правила. В открывшуюся пасть приемного шлюза капитан повел плассарт сам. Для всех окружающих – дурная привычка, ведь он попросту попирал всем известный факт о том, что автоматика намного надежней: сколько тому история знала примеров, не сосчитать. Но вместе с тем, люди, которые работали с ним, знали, что именно постоянная практика в пилотировании и личном контроле за всем, что происходит, не раз спасала его жизнь. И не только. Север был тем профессионалом, которого высоко ценило начальство и закрывало глаза на некоторые нестыковки с общепринятыми правилами и официальными инструкциями и вместе с тем, не при каких обстоятельствах не могло поставить его в пример. Поэтому, результативность работы Севера получала самые высокие похвалы в самых «высоких» кабинетах, но при этом слава о ней никогда не выходила за пределы этих самых кабинетов. Что, безусловно, било по самолюбию Севера. Вроде и пироги, да сахару маловато. Но теперь не отвертятся. Главное, сделать все грамотно.
- Добро пожаловать на борт, капитан.
- И тебе не болеть, Анна. Север буквально излучал счастие. Не то что бы вернулся к родным Пенатам, но все же не по котлованах куролесить. Кстати, насчет, болеть.
- Анна, организуй-ка мне медтестирование и все такое. Что-то я немного поизносился.
- Кресло готово, капитан.
Мини капсула плавно сомкнулась, отгородив от внешнего мира. Север ощутил приятную прохладу лечебного раствора, поступающего в кровь. Почти сразу пропали болевые ощущения: начали действовать разного спектра обезболивающие. Да и настроение как-то разгулялось. Захотелось петь. Анна включила космическую арию Беликова. Ну и что, что плагиат? Ну и что, что слушать Беликова в современном обществе считалось моветоном? Север был необычным его, то бишь общества, членом. И слушал то, что ему по душе. Впрочем, делал тоже.
Хотя инструкция и предсказывала полностью исключить употребление алкоголя во время выполнения операций, то, что капитан отказался взять с собой бутылку «Горькой», не имело к ней никакого отношения. А то, что имело, было никоим образом не связано с инструкциями. Банальное похмелье. Поэтому желание немедленно опрокинуть стаканчик столкнулось с непробиваемым неглиже факта: отсутствие оного. Но, как говориться, не было счастья, да беда подоспела. Душа требовала песни и долго ждать не пришлось. Психотропный препарат Д12 получил добро от центрального компьютера мед комплекса десантного корабля, так капитана изрядно потрепало, и Север, расслабив шею, откинулся на кресле. На языке тихо-смирно зазвучала песня о Земле. Нет, Беликов – гений! Но эту мысль Север не успел додумать. Взвыла система безопасности и капсула автоматически раскрылась, а мозгу зазвучал скороговоркой голос Анны:
- Нас атакуют. Время столкновения 17 секунд.

Ахил, прижав указательным пальцем серебряный шарик контроля, покрутил его к себе. На одном из дополнительных мониторов поползли отчеты группы Партиса. Да, это были нелегальные колонисты. Коих не так много, не представляющих никакой опасности обществу, не считая пиратов, которые иногда поддерживают с ними связь. Время от времени такие колонии обнаруживались. Но, чтоб так далеко от Центра – это впервые. Бар обнаружил 2 базы колонистов, одна из которых скорее была жилой. Вторая, поменьше, скорее имела военное предназначение, если судить по ракетно-зенитным комплексам системы ПЕТ. Он такие видел в одном из музеев Детройта еще ребенком. Также присутствовали довольно большие ангары для военной техники, но на поверхности были замечены только четыре каких-то несусветных броневика, что судя по фотографиям, были ржавыми и скорее всего просто доживали свой век никому не мешая, но и не принося пользы. Вообще не было замечено какой-либо активности на поверхности. Недружелюбная атмосфера загнала людей под землю, если так можно выразиться. Рядом расположился и небольшой космодром с шестью машинами. Две были опознаны: достаточно современный пассажирский «Спейс», все еще эксплуатировавшийся в Федерации, хотя и снятый с производства и длиннорылый ракетный катер «Антей», созданный русскими, одну из модификаций которого они достаточно интенсивно продвигали на экспорт. Если окажется, что катер с внутреннего рынка, то последует громкий скандал. Мысли об этом вызвали легкую усмешку у Ахила. Но больше всего интерес у него вызвали фотографии. А точнее тот факт, что они получались весьма расплывчатого качества. Объяснений этому было несколько, но одним из более вероятных и в то же время самым невероятным, было присутствие гравитона, причем настолько близко к поверхности, что только предположение о том, сколько же его может быть в глубоко в коре этой планетки захватывало дыхание. Версию о возмущениях, связанных со звездой или темной материей, отбрасывалась сразу. Это трудно было бы не заметить даже туристам. Что ж говорить о профессиональных геологах?
С другой стороны, опыт подсказывал, что эта версия должна быть тщательно проверена. Космос любил подсовывать сюрпризы, и кто знает, не решил ли он подшутить в этот раз? Впрочем, так или иначе, надо высылать экспедицию на планету. А без санкции капитана не обойтись. Вечно его носит тогда, когда он нужен. А рисковать без капитана? Можно и так. Но если выясниться, что там нет никакого гравитона, то он станет посмешищем. Впрочем, что-то же вызывает гравитационные возмущения. Ахил уже и не знал, что ему делать: радоваться или плакать. Черт бы побрал этого Севера! Ахил налил с кофейника еще немного черного кофе. Молоко закончилось. Идти не хотелось, так же как и кого за ним посылать. Кого-то видеть не хотелось еще больше.
Черт! Чем он думал! Ломать голову над тем, над чем по сути он не должен. Четыреста специалистов разных категорий на борту, бьющих баклуши. Ахил уверенно нажал кнопку связи, игнорируя супер-мупер машину, умеющую заглядывать в глубины мозга. Одно упоминание о Сене вызывало у Ахила отвращение.
- Центр, мне нужен отдел физики и геологии.
- Да, капитан. Арти и Курт на связи.
Это были начальники отделов. По крайней мере людям не нужно разжевывать, что он имеет ввиду под физиками и геологами.
- Поступила новая информация. Обнаружены гравитационные аномалии на одной из планет системы. Мне нужно знать их природу. И как можно быстро.
- А что за планета? – Арти был известным флегматиком и интеллектуалом и скорее всего спросил просто так, для проформы. Поднять его с кресла могла лишь мастерская подача ногой под то самое кресло.
- Четвертая.
- Могу сразу сказать – дело в самой планете. В системе причин для таких аномалий не может быть. Пока мы здесь торчим, я ее как свои пять пальцев изучил.
- Тогда это больше моя задача, - подал голос Курт. Но ее решать надо на месте, пилот.
- Я вам обоим посылаю всю информацию по этому делу. Изучите, а потом будем принимать решение. В настоящее время у нас есть, чем заняться, как вы знаете.
Ахил кожей почувствовал, как переменилось настроение ребят. Еще бы!
Кофе как всегда был хорош. Ахил надпил немного и поставил кружку. Ну, что ж. Капитан капитаном, а судя по молчаливой реакции Курта и неожиданному частому сопению Арти, он на верном пути. Так что, высадку надо делать в любом случае. Колонисты немного сбивают карты, надо бы о них сообщить в Центральное Бюро, а это уже военные. А военные, они и в туманности – военные. Но с этим можно еще повременить. Если обнаружат следы капитана на этой планете – руки развязаны и можно сообщать в Бюро. Пока вояки прилетят, они уже легально будут вовсю работать на планете. Главное в таких делах, как подсказывает опыт, соблюсти формальности. На них все и сыплются. Так что вылазка капитана оказалась с другой стороны как раз кстати. Странно только, что Север не выставил маяки. Может, и не было ни какой аварии? Может он попал в руки колонистов? Черт побери! Ахил залпом допил свой кофе, краем глаза обнаруживая вспыхнувшем оранжевым главный монитор. Одновременно с этим запищал его коммуникатор. Свободной левой рукой Ахил тронул виртуальную кнопку приема на мониторе. Это был его зам, Касьян.
- Ахил, у нас нештатная ситуация! Касьян обращался к шефу по имени только в минуты крайней взволнованности и машинально отметив это Ахил внутренне напрягся и наклонился ближе к дисплею коммуникатора, вместо того что бы переключить его на центральный монитор.
- Что стряслось!?
- Корабль покинул спасательный модуль класса Б. Бортовой номер 2200. И покинул очень нестандартно.
- Что значит нестандартно?
- Никто не давал добро на выход модуля. Он сам.
- Что значит сам??! – взревел Ахил и тут до него дошло. Ты хочешь сказать, кто-то покинул корабль, обойдя систему безопасности?
- Не совсем, - Касьян запнулся.
- Твою мать, Касьян, говори в чем дело! У меня и без тебя загадок выше крыши!
- Дело в том, что кто-то воспользовался ключом допуска капитана.
Ахил несколько секунд переваривал информацию.
- Это точно?
- Абсолютно.
- Кто на борту?
- Пока не известно. Борт молчит.
- Проверить всех! Немедленно! И выслать за модулем кого-нибудь!
- Проверку уже начал. Нужен Ваш приказ на вылет истребителя.
- Истребителя? Ты, что, предлагаешь ликвидировать модуль?
- Никак нет, пилот. Касьян уже взял себя в руки. У нас больше нечего высылать. Все пустили на поиски. Да и ликвидировать пока можем с корабля. Но это уже юрисдикция капитана.
- Высылай истребитель.
- Добро. И Касьян отключился.
Ахил закусил губу. Черти что происходит. Впрочем, стрелять – это уже в последнюю очередь. Нужен перехват модуля. Но для этого надо отзывать одну из групп поиска. А вдруг капитан не на этой аномальной планете? Нет. Пока пусть следит истребитель. На крайний случай догоним кораблем и там решим. Воровать ключ допуска капитана – это уже криминал! Да и как его можно своровать? Север держал его в сейфе. Редко пользовался: для автоматики хватало и его пальчиков с сетчаткой глаз. М-мда, а что это Касьян вышел на связь по коммуникатору? Ахил вдруг вздрогнул. Его табель связи снова ожил. И снова это был его заместитель.
- Что?
- Обнаружили пропажу, пилот.
- Кто!?


Старк закурил. Сью посапывая, а с возрастом отдышка легче не становится, повернулся к своему пассажиру:
- Ты меня в горб раньше времени загонишь!
- Многие за это отдали бы душу, - спокойно возразил Старк, но приоткрыв окно машины с помощью самодельной ручки, выбросил почти целую самокрутку. Впрочем, сейчас был как раз тот случай, когда жизнь давала шанс. Тот самый, ничтожный шанс, о котором Старк втайне просил выдуманных ним самим богов. Нет, старый лис не врал. Всегда серые глаза сейчас буквально взорвались сверхновой, на лице появился румянец, а движения приобрели четкость и уверенность. Было очевидно, что у Сью открылось второе дыхание.
Они ехали уже второй час по направлению к предполагаемой посадке какого-то летательного аппарата. И Сью, один из главных специалистов по ПВО на Крохе, клялся, что это не грузовой бот друзей Мартеса. И место не то, и скорость снижения была в разы выше возможностей даже «Антея». Это – кто-то с федералов. Так думал Старк.
- Но если это федералы, то они уже обнаружили спутники и наши базы, и точки производства.
- Безусловно.
- Тогда, почему нас еще не атакуют? Или что там они делают в таких случаях?
- Возможно это гражданские, Сью. Геологи, например. Или какие-то навороченные туристы. Я не знаю. Если верить твоим данным о скорости снижения аппарата, то ясно одно: это или федералы, или НЛО.
- Знаешь, о чем я тут подумал, Старк?
- Ну...
- Если нас поймают, то… ну, в общем, я бы хотел, что бы это было быстро.
Старк отчаянно хотел закурить. Теперь, когда в душе возродилась надежда, смерть снова казалась чем ужасным, не нужным. «Я хочу жить» - вот что он хотел бы, - горестно подумал Старк. Он положил руку на плечо старика. Тот, смущаясь, положил свою сверху. Если люди и острова, то они были настоящим маленьким архипелагом.
Тридцати семи тонная бронированная машина пехоты специально создавалась для условий повышенной ветрености и на Крохе пришлась как раз к стати. Впрочем, по земным меркам, машина весила почти семьдесят, а на Невилле, для которой и разрабатывалась и все сто тонн. Попав на Кроху, был обнаружен один неприятный факт: в условиях малой гравитации Крохи БМП едва достигала двадцати тонн и машина не могла даже дотянуть до пика бури, пришвартованная мощными тросами к земле: ее поднимало, что гусиное перо. Пришлось наращивать броню и тем самым увеличить вес машины почти вдвое. Проходя сквозь буран, машину все же приходилось останавливать, но по крайней мере ее не сдувало. А в безветренную погоду мощный водородный турбинированый двигатель разгонял ее до 200 кмчас. Правда, скорость была условной. Редкий зверь сумел бы высидеть внутри при такой скорости учитывая очень неровную поверхность. Вот именно такую машину, называемую «Бронник», Сью со Старком угнали для реализации своего безумного и отчаянного плана.
Старк приложил охотничий бинокль к глазам, всматриваясь в даль. Горизонт покрывала фиолетовая дымка, что говорило о приближающемся буране. Но до него оставалось еще часа 2 – 3, да и не тревожил ветер Старка. Если их план не выгорит, ветер был бы для них спасением, а не погибелью. А их БМП была лучшей в парке и в девяти случаях из десяти с ветром более-менее справлялась. Что привлекло все его внимание, так это вытянутый шпиль с мигающей красным маячком на свей вершине. Это был космический корабль небольшого размера с вертикальной посадкой и судя внешнему обводу способным летать в условиях атмосферы и гравитации как обычный самолет, но во много раз лучше. Старк напряг свою память, пытаясь вспомнить, где он уже видел что-то подобное.
- Так что там, Старк?
Сью явно начинал нервничать. Дорога заняла немного больше времени, чем они рассчитывали. И скоро их начнут искать.
- Видно корабль. Думаю, километров 10 осталось.
- Что-то ты не очень рад его видеть…Что не так, Старк?
- Понимаешь, он по контурам напоминает экспедиционный, но такие обычно красят в оранжевый или зеленый, в случае с военными, цвета. А наш иссиня черный.
- И что, по-твоему, это может значить?
- Не знаю, Сью. Нужно подъехать ближе. Этот бинокль выпускался для детского садика.
- Это охотничий. По зайцам стрелять большего и не надо, - грустно усмехнулся Сью.
Машина ползла медленно. Постоянно приходилось объезжать кратеры и глубокие канавы, следы былых военных учений. С каждой минутой напряжение в кабине росло. Старк уже устал кривиться от резкой боли в пояснице и седалищном нерве: их безбожно трясло. Но каждый раз смотря на невозмутимого Сью, он кусал свой язык, привентируя попытку пожалеть себя. Они молчали. Казалось каждый думал о чем то своем, но на самом деле их мысли в эти секунды были как никогда близки. И каждый из них это понимал или надеялся на это. Так было легче.
Зашипела рация.
- Борт 2…Борт 2 ответьте…
Сью не отрываясь от монитора, служащего чем-то вроде лобового стекла, ловко и быстро ее отключил.
- Ну, вот, нас обнаружили.
Старк крепче сжал челюсти.
- Держись крепче, сынок. Сейчас нас затрясет по-настоящему. С этими словами он до пола нажал акселератор, не повышая при этом передачу. Двигатель буквально взвыл, заглушая не только уши, но и, казалось, мозг. Картинку на мониторе затрясло так, что для Старка так и осталось загадкой, что там мог видеть Сью. Старк очень хотел посмотреть на своего друга, но не смел повернуть голову: внутреннее напряжение возросло неимоверно, из глаз полились слезы, а кожа на лице, казалось, вот-вот лопнет. Время остановилось.
Неожиданно машина упала вниз, Старка подбросило верх и ремни безопасности сжали его грудную клетку и живот. Он интуитивно выбросил руки вперед каким то чудом цепляясь влажными пальцами за два металлических поручня, обвитых синтетической кожей. БМП пошла в гору и Старка отбросило назад, но руки крепко продолжали сжимать поручни, оставляя его тело как бы в подвешенном состоянии.
- Твою мать, Сью!, - но тот не ответил.
Старк усилием воли заставил повернуть голову влево. Руки Сью безвольно повисли, голова наклонилась набок и Старка встретил взгляд белых глазных яблок закатившихся глаз. Тело Сью сильно трясло и его голова постоянно перекатывалась с одной стороны на другую. Из переполненного пеной рта вытекали струйки слюны.
Выехав из кратера наверх, машина снова стала набирать скорость. Они попали на относительно ровный участок и трясти почти перестало. Если и были какие неровности, то система подвески «Броника» все их успешно сглаживала. Старк некоторое время завис в замешательстве, теперь уже не в силах отвести взгляд от тела друга, ужасный вид которого буквально сковал его волю, но вновь взревевший двигатель привел его в чувства. Нога Сью наверно прижала педаль акселератора, а более ровный ход машины не давал ей оттуда сойти. Упав назад в осточертевшее кресло Старк пытался расстегнуть ремни безопасности, что бы взять на себя контроль за управлением машины. Его взгляд упал на монитор и он застыл в недоумении. Прямо на них приближалась черная глыба космического корабля, посредине которой ярко белым светилась надпись: «Хоромы - 101».
- Черный космос! – и из последних сил натянутых до предела нервов Старк еще раз попытался отстегнуть заевший замок ремней безопасности. До столкновения оставались секунды. Но в этот момент монитор слежения блекнул ярким сполохом света и неожиданно резко потух. «Это конец,» - подумал Старк, одновременно слыша звук всепоглощающего взрыва. Потолок кабины полетел на него, ремни безопасности вытянулись как струны, а его сознание вдруг ощутило давно позабытое чувство невесомости. Но оно длилось недолго, сменившись пустой бесчувственной темнотой, в которой, закручиваясь по спирали, куда-то вдаль убегали его последние мысли: «Ни хрена себе врезались…»

Коридор корабля отдавал пустотой. «Умный» ковролин сглаживал удары ботинок Ахила о пол, как тот не старался, и его шаги были такими же бесшумными, как если бы он крался на цыпочках. Но тишина и пустота были обманчивыми. Система безопасности работала без перерывов, и отключить ее не мог даже капитан.
Касьян семенил за шефом, на ходу комментируя информацию, что поступила на его коммуникатор от центра слежения системы. И так понятно кто, впрочем, как тоже. Вышла, прошла, села в модуль и отчалила. Что ж здесь не понятного? Но, черт возьми, как к ней попал капитанский допуск?
Этого Касьян, возглавлявший Службу Безопасности корабля, сказать пока не мог.
- Я работаю над этим, пилот. Его не покидало чувство вины, но Ахил подсознательно знал, что дело не в Касьяне и его службе. Последнее время на корабле творилось что-то странное. По мелочам как бы, но их было слишком много, что бы не обращать на это внимание.
Ахил остановился возле двери под номером 172 и кивком головы отдал приказ Касьяну. Тот так же не говоря ни слова подошел к небольшому дисплею, вмонтированному в стену возле двери и приложил к нему свой жетон. Дисплей мигнул желтым, обрел белый фон и на нем возникла простенькая черная надпись: требуется допуск капитана. Касьяна недоуменно приложил свой жетон еще раз, но с тем же результатом.
-Черт бы ее побрал!, - выругался Ахил. Она блокировала дверь капитанским допуском.
Касьян уважительно промолчал. Для открытия этой двери без капитана им требовался еще один жетон офицера первого ранга. И этот офицер как раз был на вылете. Майор Тополев возглавлял штурмовиков и лично захотел участвовать в поиске пропавшего командира. Формально он подчинялся Главному пилоту, но Север ввел свою традицию, немного отличавшуюся от обычного положения вещей. Поэтому «приказ» Ахила оставаться на месте Алексей Тополев пропустил сквозь уши и Ахил о его вылете узнал только от лейтенанта Борна, который вышел на связь вместо своего шефа.
Плохо скрывая свое раздражение, Ахил молча достал пистолет. Выставил заряд на среднее положение и с отрешенной методичностью стал плавить композитный метал двери. Капли медленно собирались на полу. Повеяло жаром и Касьян предусмотрительно отошел в сторону. Шеф явно был в каком-то тихом ударе и от этого казался более страшен, чем в нормальном, более «человеческом» гневе.
Ахил первым ступил в образовавшуюся брешь, Касьян последовал за ним только после того, как увидел, как пистолет шефа вернулся назад в свою кобуру.
Это была стандартная комната, если не считать дополнительную приоткрытую дверь, ведущую в личный кабинет. Зачем лингвисту кабинет? – в который раз подумал Ахил, недобро морщась.
В комнате царил легкий бардак. Постель не была застлана, на полу валялись некоторые элементы одежды. На столике стояли пустые стаканы, но было очевидно, что ими недавно пользовались. Касьян склонившись, достал из под трельяжа две пустых бутылки из под «Горькой». Весь его вид говорил, что он теперь знает, как попал допуск капитана главе лингвистического отдела, Катарины Дель. «Горькая» была не чем иным, как обычной водкой, производимой по какой-то древней русской традиции. Это было еще-то пойло. И до сего дня Ахил был убежден, что пил его на корабле только капитан, который иногда угощал им своего земляка, майора Тополева. Оказывается, не только его. Кто бы мог подумать!
Касьян снова наклонился и поднял с пола черный шерстяной носок. На нем был вышито существо с большими ушами, с поясом в виде пяти пересекающих друг друга колец.









Своё Спасибо, еще не выражали.
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
    • 100
     (голосов: 1)
  •  Просмотров: 1315 | Напечатать | Комментарии: 0
Информация
alert
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
Наш литературный журнал Лучшее место для размещения своих произведений молодыми авторами, поэтами; для реализации своих творческих идей и для того, чтобы ваши произведения стали популярными и читаемыми. Если вы, неизвестный современный поэт или заинтересованный читатель - Вас ждёт наш литературный журнал.