Моя полиция меня бережет 2 - Проза

Снегами февраля заметены Дороги подъездные – всю неделю Мела метель. Но первою капелью И ручейками плачущей весны Хочу ворваться в наш с тобой апрель Безоблачного детства: на холсте Воспоминаний ярких акварель Не выцвела пока – и в сердце те Мгновения, где в «Спутнике» - увы, Кино для взрослых! Нам до рубежа Недостижимого, где паспорт и на Вы, Тр

Моя полиция меня бережет 2

| | Категория: Проза
Это уже совсем другое дело — общаться с полицией на дорогах, когда эти ребята не просто посматривают, чтобы ты не нарушал, но и надзирают за тобой. Я знаю людей, которые лет уж с 40 проводив обычную малолитражку, ни разу не были остановлены на дорогах полицейским. Не нарушаешь — езжай. У копа и права нет останавливать тебя без причины. Другое дело — тракист. У него 75 футов длинны и 80 тысяч паундов веса. При скорости 70 миль в час ему надо с полкилометра, чтобы остановиться. Если такой водила как следует не поспал, представьте, что он может наворотить на дороге. Кстати, большинство перевернутых траков валяется на самых ровных местах. Раньше их было больше, теперь медики научились выявлять такую болезнь, когда человек непроизвольно засыпает от скуки.
Меня частенько спрашивают, а не опасно ли это, носиться по совсем пустынным порой дорогам, ночевать где попало, выходить из кабины темной ночью в местах, которых ты совсем не знаешь. Профессия эта в Америке очень уважаемая, она как бы продолжатель ковбойской романтики, и не найдешь тут мужчины, что не мечтал бы и сам себя в ней попробовать. Недавно очень даже состоятельный человек, в разговоре со мной признался, что и сам бы бросил бы все к чертовой матери, и месяца на три записался бы в дальнобойщики. Тоже расспрашивал меня, не опасно ли?
Что тут скажешь? Вроде не случаются безобразия каждый день. Никто тебя с обрезом на дороге не остановит. Телефон теперь у всякого, и возможный пистолет за поясом у водителя идет в учет. Но, что не опасно — не скажу. Пусть сами пробуют. Многие кампании пластиком не пользуются, выдают водилам на топливо живой кэш. Одна заправка баков 500-600 долларов, чтобы пересечь страну с берега на берег надо залиться три раза. Вот и представьте, сколько у такого водителя может быть на кармане. Недавно совсем был убит русский тракист в Канзасе, сидел на рэст эрии, месте для отдыха, они здесь на каждые полсотни миль по одной: травка подстрижена, столики и скамейки, сортир, обычно чистый. На иной рэст эрии и телевизор, и компьютер, что рассказывает про штат и про погоду, найдется. И все это обычно без охраны, и ничего не поломано и на насрано в углах. Прямо как в Солнечном Городе из Незнайки. Так вот тракиста того застрелили, а трак его обчистили. Видно не было никого рядом. Это случай, о котором я сам слышал, другие, наверное, тоже могут понарассказать. Так что сами решайте, опасно или нет.
Раз сидели мы с женой на парковке в Чикаго. Попросили подождать, пока груз подготовят.
Индустриальный район, серый полдень. Стоим, ждем. Идет какой-то черный парень. Что-то орет
издалека. Я окно приоткрыл, прислушался. “Do not shoot! Do not shoot, please!” Не стреляй, не стреляй. Оказалось, обычный продавец залежалой порнухи. У них там в Чикаго надо издалека орать, чтоб в тебя не пальнули.
Недавно вот заехал я по 35-му с севера в Техас. Время позднее, спать охота, высмотрел стоянку для придорожных пикников. Один лишь бедолага типа меня там стоял. Я проехал вперед, к самому выходу, остановился, мотор глушить не стал — без кондиционера здесь помрешь — завалился спать. Где-то в 3:30 стук в дверь, такой нежненький, как проститутки на трак-стопе стучат. Посмотрел в зеркала потихоньку, я совсем один. Тот, второй, уехал. Стучат с пассажирской стороны, где совсем уж темень. Нет, думаю, это не ночные бабочки, те стоят в ночных огнях, себя показывают. Что там за зверь во тьме, я разбирать не стал. Одно ясно, не с добрыми намерениями пришел. Соскользнул я за руль, отпустил тормоза, и укатил, как был в трусах, другую парковку искать.
Еще слышал от одного Американца как зарезали парня между фур в Онтарио, что недоезжая Лос-Анжелеса. Там TиЭй или Travel America Center ба-альшущие такие трак-стопы по всей стране. И заправка, и душ, и ремонт и куча мест для парковки, все как у всех, только куда больше. Я их вообще-то не люблю: асфальт там всегда дрянь, весь в колдобинах, а уж обсосано все больше чем везде, до сортира-то во-он, куда тащиться. А этот ТиЭй, что в Онтарио, совсем какой-то дурной. Напоминает Москву начала 90-х, кто там меж траками только не шляется, а от баб вообще записочку на стекло надо вешать: Girls, please do not disturb. Там вот и случилось.
Вообще-то, не зная где и что, трудно себя обезопасить. Это я уж за пять лет все изучил, от берега до берега все основные дороги по многу раз изъездил, да и мелких немерено. Не был лишь только в Монтане: с грузами там не очень. И не поеду без нужды. Потому что, если ты въезжаешь в штат в первый раз, то загонят тебя на инспекцию, как пить дать. Там и пообщаешься с полицейскими вдоволь.
В кабине, на ветровом стекле у меня стоит такая коробочка, поменьше сигаретной пачки. На подъездах к Weigh Stations или Весовым Станциям нависают над хайвеями особые мачты. Под первой плитки весов. Сенсор отмечает твой вес и всю твою информацию с коробочки считывает. Вторая мачта зажигает на твоей коробочке зеленый, тогда бормочешь «Слава Богу!» и катишь дальше, или красный, тогда чертыхаешься и едешь под дотошные взоры. Если за тобой грехов много и рейтинг безопасности у тебя низкий — держись. У меня с рейтингом все в порядке, я адвокатам полсотни долларов страховки плачу ежемесячно, чтобы меня отмазываться. И отмазывают. За последний год уж два раза старались. И за скорость, и за то, что сигнал низкого давления в тормозах не работал. Здесь так — если репутация у тебя плохая, тебя не только все время с проверками дергать будут, тебе грузов не дадут. Брокеры на рейтинг смотрят и если им что-то не нравится, попросту отказывают. Недавно местной русской кампании пришлось просто закрыться — столько тикетов, штрафов то есть, нахватали. Открылись снова под другим именем. Не знаю, поможет ли? Хорошего мало. Тут уважение к тому, кто в бизнесе давно. Новичкам доверия мало. Полицейский, что приходил в мой офис с проверкой, это еще до кризиса было, рассказывал, что каждый месяц в Оклахоме открывается до семидесяти траковых кампаний, больше половины из них умирают в первый же год, пять процентов лишь держатся по нескольку лет. Верю. Казалось бы, где такие деньги еще намолотишь? Все кто слышит, что от Сан Франциско до Бостона бывает и по восемь тышь за один прогон платят, начинают в голове чесать: что мол я на своей паршивой работе делаю? И пробуют. А там цена на топливо, налоги, поломки, штрафы, бессонные ночи, постоянная нервозность, что полиция твой мухлеж в отведенных тебе драйвинг часах раскроет. А тут еще друзья на рыбалку пошли, жена и дети дома одни, а ты сиди где-нибудь в Новой Англии на трак-стопе просто потому, что часы твои вышли и тебе положено день и ночь отдыхать, или просто потому, что груза нет. А если зима? Зимой летних денег не платят. Дороги во льду и снегу. Раз тебе “The road is closed. Take next exit” (Дорога закрыта) и стой, пока не потеплеет или не расчистят. Может и пару дней. Хорошо, если где-то у Wal-Mart припаркуешься, а если в чистом поле?
Я пять лет на дороге и могу теперь точно сказать. Хоть и правда, казалось бы, тут хорошие деньги платят, а разберешься получается что долларов по двадцать-двадцать пять в час. Нормальная, в общем, зарплата. Часов вот только много получается. И занят ты здесь с шести утра и хорошо, если только лишь до восьми вечера. Как говорит мой другоян, эту работу надо полюбить, а я добавлю: как злую бабу.
Ну да ладно, я от полицейских отвлекся. Тут они тебе как члены семьи. В главном мы с ними сходимся — у них тоже работа собачья, и любят они ее, наверное, тоже, как злую бабу. Ну представьте себе, сидит мальчишка полицейский в кустах темной ночью, замечает трак, что несется как черт, останавливает, и что? Видит он в нем косматую рожу с бородой веником, с ненавистью в глазах, с плохо сдерживаемым матом. В кабине у такого грязь, вонь. Разбирайся с таким вот.
Но, стоп. Совсем не все водилы такие. Жесткие и малоуступчивые на дороге, на парковках они совсем иные. Это ж просто смех наблюдать все эти сцены в двойных дверях. Бывает и по целой минуте страшный мужик для тебя держит дверь, ждет когда ты подоспеешь. В первую ты с благодарностью проходишь, а вторую уж для него открываешь. Это здесь — хороший тон. А уж если много водил враз идет, так тут уж целая катавасия. Я, помню раз, одну половину двери держу, какой-то черный парень другую. Такие же водилы открыли и вторые двери, чтобы в них спокойно с благодарственными поклонами прошли индусы в чалмах. Много тут всякого народа ездит. Тут и Румынам, и Индусам, и Арабам, и нам — раздолье и заработок. Одному мексиканцу, недавно, полицейский выписал штраф за незнание языка. На всю страну прославился.
Со мной полицейские отдыхают. Я — сама вежливость. Книжный английский с тяжеловатым акцентом, ковбойская шляпа, улыбка во всю рожу. «Ты наверное меня остановил, потому что хочешь, чтобы я тебе на губной гармошке сыграл?» Говорю я и тянусь за своей подружкой. «Нет, просто инспекция. Мне нужны ваши документы на груз, страховки, регистрации и ваша лог-бук.» «Нет проблем, люблю инспекции, I'm a good guy!” Я отдаю ему все, включая чертову эту лог-бук. В ней-то он и будет искать главнейшее нарушении. Да только хрен найдет. На лог-бук я времени не жалею, листочки у меня там не только лишь за последние восемь дней, как положено, но аж за три месяца. Конечно, можно и меня поймать, если сравнить мои графики с запясями тех самых мачт, про которые я рассказывал, но так далеко он не полезет. Да тут еще и вопрос: за этот сервис мачт плачу ежемесячно я, а не Department of Transportation, и есть ли у них право в эти записи лезть, бабка надвое сказала. Парнишка этот тащит мои бумаги назад, а сам начинает ходить вокруг трака, смотрит шины, воздушные линии, просит меня помигать огнями, пожать на тормоза, погудеть моим паровозным гудком. Если найдет что-то серьезное, может и с дороги снять. Раз такой вот парень разглядел у меня опасную трещину в переднем колесе. Поставил меня на парковку, пришлось вызывать техничку, менять. Да тут и не обидишься, с таким колесом, я мог и жизнь через пару дней кончить. Так что — бережет меня моя полиция. Что тут скажешь. Правда, я с ним в тот раз неосторожно как-то... Он мне штраф выписывает. Сто долларов. А я — всего сто? Спасибо дорогой, это ерунда — сто долларов. И прикусил язык на его удивленный взгляд. Для меня это «встроенный экспенс», а для него-то сто долларов деньги немалые.
Они вообще-то, как и все люди, разные бывают. Как-то въезжали мы с женой в Нью Мексико возле Эль-Пасо. Болтали о чем-то, я знак Weigh Station только в последний момент увидел. Влетел на въезд и погнал к будке. А мне офицер в окошке: «Давай совою лог-бук и на инспекцию. Оказалось, я влетел к нам на превышенной скорости, за то и угодил. Вот уж там-то дотошный нам полицейский достался. Раскопал, что полных прав у моей Ольги еще нет, так “Permit”, что дает право только на вождение под надзором другого водителя, а она у меня водит, когда я и сплю. Раскопал, что мы где-то там останавливались, сходить в душ, а не записали, где и во сколько, какой-то там такс у нас не был заплачен... В общем, за все про все арестовал он нас на десять часов и посадил отдыхать на парковку. Вежливый был мужик, даже сочувствовал нам, переживал. Но записывал вся, как машина какая-то. Сказал, что десять часов off service – cамое нежное, что он для нас может придумать.
Я подумал, это он так, успокаивает, не хочет, чтобы мы на него обижались. Есть у местных полицейских такая манера, (чтобы их материли, что ли, меньше?), сказать, мол, достоин ты штрафа большего, но так как ты парень хороший, получай штраф поменьше. В некоторых штатах на дороге коп тебе штрафа и вовсе не выпишет. Ты его по почте потом получишь, из судебной администрации придет. А коп вроде и ни причем: он только лишь нарушение записал.
Но вот, когда кончилась наша отсидка, я встретил совсем уж другое отношение.
«Время нашего ареста закончилось,» - проговорил я, протягивая нашу бумажку в окошко.
И совсем уже другой полицейский, пожилой, с квадратной тяжелой рожей, презрительно бросил в ответ, чисто по-советски: «Это я буду решать, кончилось ваше время, или нет. Что там у тебя? Ого, что он, обалдел? За столько нарушений всего лишь десять часов? Да у тебя на въезде была скорость 50 миль в час, а положено 25. Только за это тебе 500 долларов штрафа полагается. Да еще второй водитель с пермитом, а ездит по полной! Вы что там, в Оклахоме, с ума посходили? Да попадись вы мне а не ему...»
Я человек выросший в России. К распеканиям привык. Стоял слушал, не возражал, хотя такого злого дурака видел в первый и последний раз. По идее я его за такие речи и засудить бы мог. Он проявлял явное неуважение ко мне, гражданину. Да только мне недосуг такой ерундой заниматься. Отпустил — и Бог ему судья. Нам работать надо.
Что это за наказание — десять часов off service? Я был свеж и бодр. Утро мое время. Они меня арестовали. Днем мне не спится, я чистый жаворонок, а тут теперь всю ночь ехать, до самого Сан-Диего. Груз-то надо вовремя привезти.
Так или иначе, а пришлось-таки моей Ольге сдавать на полные права. И это было совсем не просто. Миниатюрная, привыкшая модно одеваться, ну совсем она не смотрится, как трак драйвер. Чтобы дотянуться до педалей, приходится ей подкладывать пару подушек за спину. Ну не принимали у нее мужики экзамен, и все. То к тому прицепятся, то к этому. Хотя и признают: вот, повороты она проходит здорово, как никто другой у нас не проходил.
Так что ж ты, зараза... - только и подумаешь.
На третий раз решили все — к черту мужиков. Потребовали женщину экзаменатора. И та, после того как Ольга рассказала ей про работу тормозов (что русскому инженеру какие-то там пневматические тормоза), уже не придиралась даже к тому, что на повороте заглох двигатель, и поставила ей отличную оценку.
С тех пор жить нам стало куда легче. Расписывая часы на двоих, можно было гнать уже без остановок. Времена были еще докризисные. Мы брали мороженых курей в Миссури, везли калифорнийскую федеральную тюрьму, или свежебитых курей в Оклахоме — эти были для калифорнийских ресторанов, от туда мы загружались клубникой, или вишней, или зеленью. Через три уже дня мы привозили все это в Бостон, и брали груз к дому. Отдохнувши денек, мы снова отправлялись в путь. Так мы три раза в месяц прокатывались по всей стране. По дороге Ольга еще умудрялась и рисовать свои картинки, и ставить их тут же на E-bay продавать. Жизнь была занятая, но веселая.
Потом случился этот чертов кризис. Да, я уверен, его бы в Америке простые люди и не заметили бы, если бы эти сороки-журналисты не растрещались бы. Сразу прекратили люди ходить так часто по ресторанам, и резко сократилось количество грузов. Курей, и всякой другой снеди, что мы так весело возили, пробираясь в Калифорнию, больше столько не надобилось (кстати сказать, что и раньше это все не сколько съедалось, сколько выбрасывалось), за первозку грузов с востока на запад платили так мало, что и солярка не окупалась. А тут еще ввели закон, по которому наш старый прицеп-холодильник в Калифорнию и не допускался. Эмиссия у него была не та.
А полицейские на дорогах стали совсем уж прилипчивые. Платят им только лишь с налогов, а взяток они не берут. Только предложи, попробуй, сразу в тюрягу загремишь. Тут взятку дать непросто. Мне случалось не раз уговаривать какого-нибудь завскладом разгрузить меня до времени. Это не взятка, пояснял я, предлагая сорок баксов, это тип (чаевые) за ваше беспокойство и дополнительные усилия за возню со мной. Слушали серьезно, и принимали всерьез, как тип. С типов взымается подоходный налог и потому такая форма поощрения вполне законна. Только к полицейскому с таким не подступай. Если средств не хватает — их безжалостно сокращают. Вот они и давай — штрафы вытрясать.
И изменилась наша дорожная Америка. Множество таких, как мы, просто обанкротилось. Если раньше бывало в Калифорнию едешь, как вагон в нескончаемом поезде идешь, теперь — пустые дороги, мест на ночных парковках сколько угодно. Едешь себе по всем правилам, нет, пристроится рядом полицейский, пробивает твои номера по компьютеру, видит, что вроде не самый хулиган едет, умчится вперед. Смотришь, уже засветил огнями, тормознул какого-то бедолагу. Черт бы вас драл, журналистов.
Пришлось нам с нашим прицепом-холодильником расстаться. Продали за бесценок. Бог с ним — свое отработал. Купили мы безбортовой трейлер степ-дек. Этакой ступенькой, позволяющий возить всякую технику. И пошла совсем другая жизнь. Не скажу, что хуже, напротив, мне даже куда больше нравится. Из той же безопасности, к примеру, исходя. Бывало спишь где-нибудь в пустыне, за бортом, хоть и ночь, а за 30 по Цельсию, вдруг просыпаешься от того, что рифер замолчал. А там у тебя полный вагон свежей клубники, и temperature recorder, такая коробка с самописцем, что температуру отмечает. Полезет температура вверх, у тебя груз не примут. Тогда — беда. Страховка-то оплатит, только груза такого тебе больше не дадут. Рифер остановиться по десятку причин может. Я раз так вот выскочил к нему, темно, вместо фонарей только звезды над пустыней, аж тень на земле видно, сделал компьютеру рестарт, вроде завелось, поехало. Залез я назад, а сам думаю, чего я так выскочил. Рифер выключить — лишь выключателем тыркнуть. Водитель вылезет посмотреть, что там, а его по голове — раз... А попробуй, не выскочи — грузом рисковать тоже не будешь. Да и тоже сказать, что с рифером этим ночные разгрузки — обычное дело. Расположены эти продуктовые склады на окраинах городов, пробираться к ним надо порой по самым подозрительным улицам, доверяясь только лишь GPS, а эта противная бабка, что там бормочет «налево-направо» думает, что ты на велосипеде едешь, а не на громиле такой. Раз, перед тобой низкий мост, и развернись, попробуй, в узких улицах, где на тебя ночная чернота с удивлением глазами хлопает. Против нее, что случись, ствол доставать не станешь, только хуже будет.
Нет, новая жизнь оказалась дневная. Исчез самый главный раздражитель — бесконечные ожидания выгрузок-загрузок. Удивительно, но здесь оказалось самое другое, доброжелательное отношение тех, кто загружает или принимает то, что у нас на платформе. И никогда ничего одинакового. То мы везем дорогущий чан с мотором для производства мороженого, другой раз тащим многотонный погрузчик, потом кирпич, а следом за тем на военной базе загружают нас раскрашенными в цвет песка бронированными грузовиками. Как нам дают такой груз? Да по тому же рейтингу безопасности, спасибо адвокатам.
Это тебе уже не холодильник, куда загрузили и ладно, лишь бы мороз не кончался. Но и тут свой надзор. Остановит тебя полицейский, начнет цепи да стрэпки дергать. Если заметит износ на ремне, или провисшую цепь, и оштрафует, и на десять часов арестует. Так что останавливаешься по нескольку раз в день, подтягиваешь, проверяешь. От этих всех цепей, ремней, здоросенных брусов и брезентов, да еще от железного дрына-затяга, что в половину русского лома, превратились мои писательские и музыкантские руки в лапы молотобойца, а рожа, хоть и всегда она под развесистой шляпой, в медный таз. Теперь я — Рэд Нек. Так здесь называют потомков ковбоев, что строят, бульдозерят, пашут. Слово это не обидное, как русское «быдло», этим имиджем даже гордятся.
Я себя теперь и не представляю без моего Среднего Запада. Вот вам картинка: Канзас, самая глубинка. Дорога — две полосы. Гроза, как из ведра дождь. Грохочет, по каналу погоды предупреждение о возможном торнадо. Мы уже почти добрались до места. Вижу сзади меня другой трак. Спрашиваю по радио, «Браток, не знаешь, где тут встать?» Отвечает «На втором светофоре поверни направо, через пару блоков будет заправка. Она не для траков, но там проезд, позади нее парковка.» Нифига себе описание! Ночью в дождь так к кому-то и во двор заедешь. Вот переполоху-то будет! Пробираемся, находим. Встаем. Где мы, что за место? Черт его знает. Утро чистое, свежее. Иду посмотреть, чем тут кормят. Впереди меня ковыляет старичок в старой ковбойской шляпе, которая теперь уж ему велика, потому что он весь как высох. Еле ноги переставляет. Я помогаю ему с тугой дверью. Человек с десять рэд неков внутри встречают его радостной овацией: Bill, you made it! То есть добрел до их сборища, жив еще курилка! Не оставляют без внимания и меня, усаживают с собой, расспрашивают, откуда, куда, все с добрыми рожами, понимающими улыбками, говорят Welcome to our town! И ни у кого мутных глаз с похмелья. Ускользнув от теплых жен они собрались здесь, чтобы начать общим завтраком свой день. И увидишь такую кампанию по утру и в Айове, и в Техасе, и в Небраске, да и по всей моей ковбойской стороне. Утром они здесь, в кафешке на бензоколонке, в субботу с женами на танцульках или бейсболе, в воскресенье в церкви. И местный полицейский среди них. Это моя кампания, мои братаны. Мне среди них легко.

Своё Спасибо, еще не выражали.
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
    • 68
     (голосов: 1)
  •  Просмотров: 888 | Напечатать | Комментарии: 2
banner

   
21 ноября 2010 12:04 talldar
\avatar
Группа: Дебютанты
Регистрация: 6.10.2010
Публикаций: 0
Комментариев: 3
Отблагодарили:0
Рассказ интересный, но соглашусь с предыдущим комментарием - название нужно сменить. И я так понимаю, что автор может рассказать еще много баек из жизни дальнобойщика, может стоит цикл рассказов написать?

   
20 ноября 2010 19:50 amplitudada
\avatar
Группа: Дебютанты
Регистрация: 16.11.2010
Публикаций: 0
Комментариев: 8
Отблагодарили:0
По-моему здесь или название нужно поменять на что-то вроде такого - " Будни американского дальнобойщика"... Если нет, то тогда нужно убрать часть описаний их жизни, а то рассказ перегружен.
Информация
alert
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
Загрузка. Пожалуйста, подождите...

Наш литературный журнал Лучшее место для размещения своих произведений молодыми авторами, поэтами; для реализации своих творческих идей и для того, чтобы ваши произведения стали популярными и читаемыми. Если вы, неизвестный современный поэт или заинтересованный читатель - Вас ждёт наш литературный журнал.
{changeskin}