Привет, оружие!!! часть 5 - Проза

Так, словно загнанная в угол псина Дрожит под дулом у ободранного лба, Покорно жертвуешь собой безвинно, О, мой зеркальный клон, мой друг, мой брат и враг. Ты - жалкий брак, не вовремя рожденный. Не в этом веке - царстве грязи и химер. Но, коль рожден, - живи, уничиженный Беспутством толп и желчью слов без всяких мер.. Ты, как голодный и оборванн

Привет, оружие!!! часть 5

| | Категория: Проза
(Если солдат не хочет есть, то это солдат армии противника!)

Народная армейская мудрость

Свинарником оказалось довольно милое подсобное хозяйство, в десяти минутах ходьбы от территории части, единственное подразделение вне колючки, расположенное на большой поляне, окружённой девственным хвойным лесом. В данное хозяйство входили: две большущие теплицы - одна для помидоров, другая для огурцов и зелени, также два
свинарника на шестьдесят лиц каждый, в каждом из которых нагло разгуливали по четыре десятка рябых кур-несушек и охреневший от своей значимости петух. Ещё был летний выпас на пару гектаров, щитовой хоз блок, собачья будка с добрым псом неизвестной породы по кличке Дембель, и чуть поодаль от всего этого богатства, огромная гора свиного дерьма, которая прирастала ежедневно и за многие мили своей вонью позорно выдавала расположение особо секретной части ракет наземного базирования. Видимо, из-за этого запаха НАТОвские спецы окрестили данный вид ракет - "Сандал"

Как и положено в секретных войсках, никто не знал сколько и чего производит данное хозяйство, а тем более, куда всё произведённое девается. Редкая свинка доходила до столов солдат и офицеров, а помидоры и огурцы не доходили вовсе - вся продукция данной фермы предназначалась для личных нужд высшего командования и, конечно, для командиров хоз-взвода. Это стратегическое хозяйство доблестно держалось на мощных плечах двух солдатиков: старослужащего по фамилии Бокало и молодого старо-оскольского паренька, Шуркиного призыва, с кличкой Афоня. Поскольку гвардии Бокало готовился по страшной силе на дембель, (оформлял геройский альбом и обшивал цацками парадную форму) то вся эта радость висела на горемыке Афоне, которому Шурка сразу сказал, что весь интелект- уальный труд, заключающийся в раздаче параши и чистке клеток, он оставляет на его совести, а сам он займётся ремонтом ранчо, до которого у Афони просто не доходили руки, а также организацией бытовых мероприятий. Афоню это предложение вполне устроило и данный договор был скреплён рукопожатием.

Полтора месяца прошли словно в сказке. Каждое утро Шурка делал овощной салат, в который входили помидорчики, огурчики молочной зрелости, такие пупырчатые корнишоны,
зелёный лучок, пёрышки чеснока и непременно укроп. Вся эта прелесть крепко солилась, сбрызгивалась постным маслом и посыпалась молотым перцем. Пока салат настаивался
и давал сок, готовилась яичница с помидорами, после чего к импровизированному столу подтягивались Бокало с Афоней и все вместе с удовольствием начинали поглощать эту
диетическую, здоровую радость.

Воинская сиеста наступала сразу после завтрака. Минут на сорок на солнце выносились из хоз-блока поролоновые маты, хрен знает откуда там взявшиеся, вся тройка раздевалась
и принимала солнечные ванны под мерное хрюканье подопечных.

А после наступало время трудовых подвигов - раздетый Шурка забирал ящик с инструментами и шёл ремонтировать ограду летнего выпаса для поросят. Через месяц
такого курортного режима, он выглядел свежим, отдохнувшим и очень загорелым, даже официантки из офицерской столовой стали делать ему комплименты.

Но хорошо в армии долго быть не может и, видимо, подчиняясь этому закону, в запас был уволен заведующий вещевым складом Трофимов, а замену ему уже полтора
месяца не назначали. И вот начальство на общем собрании взвода, за неимением другой штатной единицы, решило доверить раздолбаю-Мишину вещевой!!! склад, а в
нагрузку, чтоб жизнь не казалась мёдом, еще и баню.

Вся приёмка склада произошла прозаически быстро - ёму кинули связку ключей и печать и...и всё!!! Ни что делать и как делать, и делать ли вообще - ни слова, ни пол-слова - полная свобода действий.

Перво наперво он навёл на складе идеальный порядок, завёл книгу учёта, чего небыло отродясь, Но, вдруг выяснилось, что в точном учёте кроме него вообще никто
не заинтересован (после он поймет почему), но он продолжал наводить идеальный порядок и настырно вести учет вверенного ему имущества. За фальш-потолком он нашёл тайник уволенного гвардии Трофимова со спрятанными там в
большом количестве различными армейскими кожаными и меховыми изделиями, которые можно было использовать как обменную валюту на всё, что угодно. Всё это богатство
Шурка посчитал наследством от "дедушки", чем остался вполне доволен.

Вот когда поговорка "пустить козла в огород" оправдалась в полной мере. Шуркастал одним из пяти солдат в дивизионе, которые еженедельно выезжали в город, а значит стал одним из главных поставщиков спиртного в часть. В первой же поездке он попросил прапорщика Володченко (мирового мужика), мол у кого-то день рождения - попросили... Тот фыркнул, сказал, что молод ещё зелёнка и...свернул к магазину.

На фоне пустых, вонючих и грязных московских магазинов, с жирными, замызганными продавщицами-хамками, эстонский сельпошный магазинчик выглядел минираем. Полки и
витрины были аккуратно заполнены очень хорошим (да, что там хорошим - великолепным) ассортиментом товаров, белоснежная, как медсестра, продавщица без симпатии, но
культурно обслужила военных не швырнув в морду товар, а бережно упаковав его. В её движениях было столько достоинства, и любви к своей работе, что Шурка первый
раз поймал себя на мысли, что эстонцы довольно приятные люди и все сказки про фашиствующих и ненавидящих русского брата прибалтов - всего лишь сказки. А первое
впечатление, как первая любовь - самое яркое и правильное, что ли.

Как-то осенью, зайдя в казарму, он вдруг почуял недоброе. Собрание дедов и черпаков не несло гуманитарного начала - у всех лица были весёлые, но как-бы с двойным дном.
Взглянув на своих одногодок, всё стало ясно - вышел приказ и неминуемый перевод из "духов" в "молодые", "молодых" в "черпаки" и так далее, состоится в любую погоду,
а потому он сам (раз так заведено) улёгся на кровать и...
Такой режущей боли он ни разу не испытывал - за минуту черпаки и деды припомнили ему всю строптивость и дерзость. Били вохоточку, с огоньком, с толком - пряжками то есть, как родного... Минута показалась полярной... Шурка с трудом поднялся с койки - всё, что относилось к понятию "сзади" пылало. Он оглядел всех до одного экзекуторов слева направо, медленно, поворотом головы, неожиданно широко улыбнулся.
- Ну вы черти оторвались!
- А ты, Москва, думал тебе всё с рук сойдёт?
- Нет, вовсе, просто не ожидал такой душевности...
Со спины и ляжек эта душевность сходила ещё минимум месяца два.

Своё Спасибо, еще не выражали.
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
    • 85
     (голосов: 3)
  •  Просмотров: 612 | Напечатать | Комментарии: 0
banner
Информация
alert
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
Загрузка. Пожалуйста, подождите...

Наш литературный журнал Лучшее место для размещения своих произведений молодыми авторами, поэтами; для реализации своих творческих идей и для того, чтобы ваши произведения стали популярными и читаемыми. Если вы, неизвестный современный поэт или заинтересованный читатель - Вас ждёт наш литературный журнал.
{changeskin}