Черновой вариант. Окончание повести. - Проза

Спи мой мальчик, мой малыш, Ночь идет по краю крыш, Забирается в окно, За окном темным-темно. За собой волчонок-тень Уведет вчерашний день За моря и за леса, Где гуляют чудеса. Сладкий сон увидишь ты Звездочками вышитый. Там кометы яркий хвост, Месяц ходит в полный рост, И по звездному ковру Скачут тучки-кенгуру, И лисички, и коты Посмотреть усн

Черновой вариант. Окончание повести.

| | Категория: Проза
Анонс: перед вами окончание повести. Начало и продолжение смотрите на моей авторской странице на этом сайте.

--Мне Таня посоветовала. Таня! – она уже обращалась к Сергею, ища в его глазах защиты.
Сергей в душе порадовался – Матвеев ему здорово помог. Не будь его, ушёл бы он ни с чем восвояси. Оказывается, Крючкова научила подругу искать правды у бригады «степных». А какая у бандитов правда? Или ограбят, или убьют. Значит, она хотела смерти Бепса и Члена. Хотела. А говорила: « Я слабая женщина, я их всех простила…».
Когда шагали по грязи обратно, Филипов дёрнул Сергея за рукав.
--Получается, Крючкова организатор всех убийств?
--Как ты догадался? – изобразил удивление Сергей.
--Сложил два и два.
--Никому не говори, что ты слышал из уст Анжеллы.
--Почему?
--Прежде всего – презумция невиновности. Надо проверить все варианты. И потом, у меня другие планы в этом расследовании.
--Помню… Но ты собираешься найти убийцу Красавчика?
Сергей молча посмотрел на Филипова. Сашка понял, что молчание – знак согласия.
--Вот. Найдёшь ты убийцу, и что дальше?
--Дальше будет видно, -- сказал Сергей.
Сердитый Тос стоял рядом со своей машиной, толкая ногой левое переднее колесо.
--Тос, я не говорил только с Крольчонком. Кто он?
--Он король азартных игр. Его ребята контролируют два подпольных казино.
--Почему Крольчонок?
--В смысле? – не понял вопроса Тос.
--Почему его зовут Крольчонок? – уточнил вопрос Сергей.
--Трахается быстро, как кролик. Тык-тык-тык-тык.
--Гы-гы-гы-гы, -- задёргал шеей Матвеев. Ему понравилось сравнение. Заметив скошенный взгляд Тоса, примирительно заверил. – Я ничего не слышал! … Вы меня до управления подбросьте.
--Зачем тебе в управление? – насторожился Тос. – Говорил, что свободен…
--Надо мне. Ты, африканец, крутого из себя не строй. Когда я злой – бью больно.
--Он шутит, Тос, -- сказал Сергей, усаживаясь в кресло «десятки».
--Верю, -- буркнул Тос.
Доставив Матвеева к областному управлению внутренних дел, оттуда напрямую помчали к бывшему казино «Домино», ныне, после запрета на игорный бизнес, оно называлось «лотерейный клуб». Чем отличалось первое от второго было не ясно никому, но первое запретили, а второе процветало и прибавляло в оборотах. «Лоторейный клуб» работал не круглосуточно, как другие подобные заведения в городе, а с восьми вечера до восьми утра, но и днём за зеркальными окнами теплилась жизнь – персонал прибирался, в баре мылись стаканы, загружались полуфабрикаты в холодильник кухни, в тесном кабинете управляющего братва подсчитывала ночные барыши.
Тос провёл Сергея беспрепятственно в кабинет ( Филипов остался в баре, заказав себе окорочок-гриль). Посреди кабинета, на полу, стояла большая картонная коробка из под унитаза, наполненная доверху тысяча и пятитысячерублёвками. Вокруг на стульях, согнувшись, сидели негры в белых рубашках, классического покроя серых брюках и цветных подтяжках ( ни много, ни мало – мафиози из Чикаго!) и считали деньги. Набирая пачки по сто купюр, перетягивали их цветными резинками, и передавали их худому мужику лет сорока в полностью белом костюме. Он укладывал рыхлые пачки в распахнутые титановые чемоданы. Некоторые пачки, не понятно как отбираемые, мужчина укладывал в старинный саквояж из рыжей кожи.
Саквояж удивил Сергея – какой-то раритетный, сейчас такой и за очень большие деньги не достанешь!
--Это Сергей! – громко сказал Тос, на мгновенье прерывая слаженную работу.
--Джон, займись деньгами, -- сказал Крольчонок одному из негров. Он посмотрел на Сергея с весёлым интересом. – Я к вашим услугам. Пройдёмте в зал.
Сергей послушно вышел за Крольчонком в узкий коридор, а оттуда в помещение бара с низким потолком. У оригинальной стойки располагалось несколько столиков – здесь выпивали и закусывали в перерыве игры. Крольчонок присел на полукруглый диванчик, и указал на место против себя.
--Выпьете что-нибудь?
--Нет, спасибо.
--Итак, я могу рассказать про Оуэна не много – он наезжал в наш «клуб» -- в этот и в другой, которыми я управляю, наезжал, когда вздумается – проходил в кабинет, открывал сейф, пересчитывал наличность и сверялся с отчётностью. С ним никто никогда не спорил. А он был очень вежлив – мои люди дела ведут честно. Свазиленду на нас обижаться не за что – в общак мы отстёгием положенное, без утайки.
--Он играл у вас?
--То есть?
--В рулетку там или блэк-джек? Играл?
--Нет. Никогда. Он не был игроком.
--Можно, я похожу здесь, пораспрошу персонал?
Крольчонок убрал с лица любезность, насупленно посмотрел на Сергея, но утвердительно кивнул.
--Больше я вам не интересен? – Крольчонок ухмыльнулся.
Сергей простодушно улыбнулся на все его подозрения. Глупо распрашивать человека о его тёмных делишках, и надеяться, что он тут же сознается в собственных преступлениях. Единственный вариант, если человек сам захочет поведать о себе. Но Крольчонок (тот радостно улыбнулся Сергею) каяться в грехах не собирался. А то, что Крольчонок и Оуэн были в одной связке, словно два альпиниста, было понятно, как дважды два. Почему? Под Крольчонком был игровой бизнес африканской организации, а Оуэн отвечал за верную отчётность – при обоюдной договорённости, они могли легко укрывать от Свазиленда какие-нибудь «мелочи» в миллион-другой евро… Сергею именно хотелось нащупать тайный изъян в святом ореоле Красавчика – пусть Свазиленд почувствует укол в душе – друг и брат был не таким преданным, как ему казалось! А где легко стянуть бабки? Конечно, в подконтрольном тебе казино, даже если оно теперь называется «лотерейный клуб».
Сергей оглянулся –Тоса видно не было. Сашка Филипов, сидя на высоком табурете у стойки бара, хрустел куриными костями над стальной тарелкой. Рядом стоял пригубленный бокал с коньяком.
--Пьёшь на работе? – подсел к нему Сергей, забрал бокал и допил коньяк. Сашка расстроенно скривился.
--Что? – спросил Сергей.
--Улучшает пищеварение.
--Дальше.
--Дальше я ел и слушал, и никого ни о чём не распрашивал.
--Плохо, Филипов. Очень плохо.
--Не спеши ворчать. Видишь, вон тех холуёв, у зачехлённого стола рулетки?
--О! – Сергей удивился, здесь даже рулётка функционирует – основной признак «казино», но тут же понял, что раз всё здесь хорошо, значит, кто-то очень важный из властителей покрывает это «хозяйство». Ведь множество подобных мест в Москве и Питере также процветают, про них писано-переписано во всех СМИ, о них знают все властители и … ничего. Он же знал, что Свазиленда «крышуют» крутые русские дядьки, вот тому подтверждение…
Филипов ничего не понял из его переживаний, но продолжил:
--Вон те холуи…
--Зачем их называть холуями?
--Как хочу, так называю. Вон те холуи, о чём они говорят?
Сергей прислушался.
--Главное, держать язык за зубами. Здесь все стучат. Ты понял, Сокол?
Сергей посмотрел на Филипова.
--Да, шеф, -- сказал Сашка, вытирая масляные пальцы о салфетку. – Я кое-что слышал. Когда ты прошёл в кабинет, здесь все зашушукались, что Крольчонка прихватят за палёную задницу. У того столика, рядом с окном, шептались охранники, и один другому поведал, что Оуэн был в доле с Крольчонком, он приводил сюда некоего Курка, и тот брал блэк-джек, а иногда и рулетку. Курок или баба, что с ним приходила. Или просто бабы, коих предварительно светил здесь Курок. Потом Оуэн делил «выигрыш» с Крольчонком.
--Саша, такой вопрос, ты над ним подумай, прежде чем дать мне ответ:
Это они специально нашептали рядом с тобой, чтобы ты услышал и мне передал?
Филипов не удивился, не возмутился, и не проявил других эмоций – его физиономия выражала только грусть по выпитому Сергеем коньяку. Он смиренно, словно молоденький послушник, сказал:
--Может, специально, а может, не думая обо мне. Народ-то знает только тебя-сыщика. Я-то никто. Пустое место. «Шестёрка» -- тупой и никуда не годный.
Сергей хмыкнул.
--Какой ты хитрый. Имидж себе выбрал: Мистер «Никто». Деньги давайте, а в остальном – пустое место!
--Ради дела.
--Не заливай, Филипов. Тебя, кроме «бабок», ни хрена не интересует. Прости за резкость. Ещё есть коньяк?
--Закажи!
Сергей кивнул бармену – тот наполнил до половины два стеклянных
Бокала. Выпили. Понюхав пальцы, Сергей спросил:
--Я на чём остановился ?
Филипов, выпив свою порцию, добро пояснил:
--Ты ругался. И дальше ругайся… Ругайся, ругайся, только этот раунд за мной. Тебе-то Крольчонок не очень много рассказал!
Сергей усмехнулся – Филипов прав. Кивнул на стальную тарелку с обкусанным окорочком:
--Ты кушай, Саша. А я погуляю здесь пока, может, тоже, что-нибудь, услышу!
Как и предполагал Филипов, служащие «лотерейного клуба» стойко держали язык за зубами. Выходя на улицу, Сергей внимательно проел глазами «болтливых» охранников. Их специально научили пошептаться недалеко от Филипова или они обычные лопухи?
У входа в клуб был небольшой фонтанчик, украшенный цветными булыжниками. Тос задумчиво сидел на лавочке у фонтана, и бросал в воду камушки. Сергей подсел к нему.
-- Тос, ты знаешь человека по кличке Курок?
--Не.
Естественно, Оэун использовал человека, неизвестного чёрной братве.
--А что? – безмятежно спросил Тос.
--Есть люди, которые его знают. Надо бы их пораспросить.
--Кто знает Курка?
--Два охранника этого заведения.
--Их пощупать в открытую?
--Вопрос риторический.
--Не понял.
--Твой вопрос не требует ответа – и так ясно, что пощупать их надо тихо.
--Сменятся, я их выцеплю. Что, сейчас домой?
--Можно.
--Где Санёк?
--Не знаю.
--Подожди, я его найду, и поедем домой.
Тос вернулся в клуб. Буквально через минуту из клуба вышел взлохмаченный Филипов.
--Где Тос? – спросил он.
--Пошел тебя искать. Ты где был?
--В туалете. Какал.
--Омерзительные подробности меня не интересуют.
--Естественное не может быть омерзительным, -- философски заявил Филипов. – Ты мне скажи лучше, что за телеграмму ты велел отправить Матвееву.
--Надо мне. Попросил. Он не перетрудится.
--Дак ты ему столько бабок отвалил на телеграмму!
--Всё ты успеваешь заметить, Филипов. Не раздражай меня. Вон и Тос. Поехали домой. Тос обещал к ночи притащить обоих говорливых охранников. Узнаем, кто такой Курок, и где его найти.
--Зачем?
--Хочу вывести на чистую воду Крольчонка.
--Зачем?
--У него могли возникнуть разногласия с Оуэном – они делали общую пакость Свазиленду. Оуэн мог пригрозить Крольчонку, что откроет карты.
--Почему?
--Откуда я знаю? Это я так комбинирую.
--Едем домой? – подошёл Тос.
--Едем, -- поднялся с лавки Сергей. – Поэтому я хочу копнуть под Крольчонка.
--Почему ты хочешь копнуть под Крольчонка? – удивился Тос, ещё не ведающий, для чего Сергею нужен Курок.
--Потому, что Свазиленд рекомендовал его проверить, -- не стал открывать свои задумки Сергей раньше времени.
До вечера сидели дома у телевизора. Тос позвонил своим архарам, они всё поняли и, уже часов в одиннадцать ночи, когда совсем стемнело, вышли на связь. Тос захлопнул крышку сотового, сказал, хитро прищурясь:
--Ребята ждут.
--Поехали, -- с готовностью поднялся Сергей.
--Можно я останусь? – попросил Филипов.
--Зачем?
--Посплю.
--Поспишь в машине.
Поехали по ночным улицам куда-то в центр, где мрачные пятиэтажные трущобы постройки сталинских времён, зловеще давили на психику чернотой своих окон.
--Что здесь так не освещенно? – ворчал Сашка.
--Потому, что здесь не живут, -- пояснил Тос. – Закончили расселение, всю нищету в новые панельные десятиэтажки на окраине вывезли, а это великолепие снесут и отгрохают элитный жилой район для богачей. Может, и я здесь пару квартирок прикуплю.
Тос вытащил сотовый телефон из кармана, позвонил своим архарам:
--Мы на месте… Хорошо, -- посмотрел на сыщиков. – Выходим, парни. Нас ждут.
Вздохнув, покинули машину. Тос уверенно двинулся к входу в подъезд. Следом задумчивый Сергей, и тоскующий Филипов. В полнейшем мраке топали по ступеням бетонных лестничных маршей. Воняло мочей и дохлыми кошками.
--Третий этаж. Это здесь. Щет! – выругался Тос. – Осторожнее, здесь дерьмо.
Сергей в темноте наугад шагнул пошире и тоже попал в мягкий кал. Захотелось громко и смачно выругаться. Но впереди открылась дверь, и сноп света осветил площадку.
--Еп…! – зашипел Филипов, быстро и зло отирая ладонь о стену. – Здесь везде дерьмо!
--Громадный туалет. Ха-ха-ха, -- заржал Тос, входя в освещённую квартиру.
В брошенной квартире, в центральной комнате, на подоконнике горела керосиновая лампа – её фитиль давал мало света, но глаза скоро привыкли. Окна были завешаны грязными старыми одеялами. Посреди комнаты на двух стульях сидели задержанные охранники лотерейного клуба – у обоих на головах были плотные мешки, а руки сцеплены наручниками за спинками стульев. Пятеро будоломов в масках прохаживались кругами, не произнося ни слова. Тос взмахом руки велел им идти в другую комнату. Кивнув Сергею на задержанных, дал понять, что можно приступать.
--К вам есть два вопроса, -- сказал Сергей монотонно.
Один из охранников, услышав речь, вдруг зачихал, затряс головой и, сквозь плач, попросил:
--Не убивайте. Пожалуйста.
Сергей не знал, что творили будоломы с охранниками до их прибытия – били, угрожали смертью, а может, ничего не делали, просто привезли и усадили, ничего не объясняя, потому решил не говорить лишних слов.
--Первый вопрос: кто такой Курок?
--Он игрок. Завсегдатай игровых клубов, -- подвывая, объяснил охранник.
--Это не ответ. Фамилия, имя, возраст, внешние данные.
--Фёдоров. Фамилия – Фёдоров. Возраст – лет тридцать, русский, волосы светлые, соломенные, длинный чуб, глаза карие, рост метр семьдесят, хорошо одевается.
--Где его найти?
--Не знаю.
Сергей толкнул другого охранника, который всё время молчал.
--Ты говори!
--Ничего не скажу.
Сергей метнул взгляд на Филипова, резко толкая упрямого охранника в укрытую мешком голову, велел:
--Убить его!
--Нет! – взвизгнул трусливый. – Не надо!
--Говори ты, -- разрешил Сергей.
--Найдите Таисью. Русская баба, лет тридцать-тридцать пять, красивая, эффектная, грудь большая, задница. Она всегда тусуется в лотерейном клубе «Амадеус». Она проститутка. Она знает, где бывает Курок.
--Хорошо. Успокойся, -- опустил ему руку на плечо Сергей, а упрямцу, снова его толкнув в голову, сказал. – А ты дурак! За чужую задницу под пулю свою тупую башку подставляешь. Бык. Бычара. Из-за таких быков и жируют мудаки.
Посмотрев на Тоса, Сергей кивнул на выход – идём.
Спускаясь по ступеням лестницы вниз, на этот раз светили под ноги дисплеями телефонов, стараясь не угодить в бомжовские катяки, обильно, словно мины, устилавшие путь.
--Тос, ты их отпустишь?
--Кого?
--Не дурачься. Этих мудаков.
--Это ты задаёшь глупые вопросы. Не в расход же их пущу! С ними пусть Крольчонок сам разбирается.
--Значит, говорливого убьют – тот бык преданный сдаст его.
--Обоих убьют. Крольчонок с быдлом не церемонится. Но время у тебя есть, Сережа, сделать свои дела – их отпустят только утром.
--Меня это радует. А тебя, Филипов?
--Всё равно.
--Гондон ты.
--Не ругайся.
--Ладно – презерватив. А гондон – это не ругательство, это слэнг, простонародное упрощение.
--Ты же не простолюдин.
--Почему? Я представитель народа – плоть от плоти.
--Ну, а я не простолюдин.
--Князь что ли? Филипов, ты занудный. За таких мужиков девки замуж идут неохотно.
--Парни, вы оба гондоны! – заявил Тос, и вышел на улицу.
--Слава богу, свежий воздух, -- Сергей постоял секунду, вентилируя легкие ночным, насыщенным кислородом, воздухом. Бог даст, сегодня отыщут Курка и сдадут Свазиленду – пусть рвёт жилы из афериста, а там и Крольчонка прижмут. Сергею и выдумывать не требовалось грехи – бандюги сами себя передавят, когда он позволит всему дерьму, так отчаянно укрываемому на дне, всплыть на поверхность. Много он, Сергей Тетюков за свою служебную карьеру видел благополучных бандитских организаций, где «всё ровно» и «всё по честному», а на поверку оказывалось, что вор, он всегда вор, и у него только один кодекс поведения: « нае..и ближнего своего, и возрадуйся!».
Погрузившись в «десятку», помчали к лотерейному клубу «Амадеус». Филипов был прилично одет, ко всему ни Сергей, ни Тос не могли светиться, поэтому Сашке велели проникнуть в игровой зал под видом игрока (Сергей выдал три тысячи рублей на симуляцию игры – минимальная ставка была двести рублей, и на сто граммов коняка в баре). Филипов просто обязан был обнаружить в «Амадеусе» упомянутую охранником Таисью, и вывести её к машине.
--Как я её выведу? – задал тупой вопрос Сашка.
--Очаруй. Пригласи к себе, ха-ха. Не забывай – она шлюха, намекни, что быстренько полюбишь её в этой машине, и, не скупясь, расплатишься.
Вздыхая, Филипов ушел в клуб.
--Что он узнал о «степных»? – вдруг спросил Тос.
--О «степных»?! – Сергей совсем забыл, что он отправлял Филипова к «языку» в группировку Паши Степного – так считал Тос, а значит, и Свазиленд, требовалось быстро и правдиво солгать. – Ничего. Он не нашёл своего парня. Была как раз разборка. Помнишь, у завода?
--Кто он?
--Не скажу.
--Почему? – Тос смотрел куда-то вдаль, словно был отрешён, и его не интересовал ответ Сергея.
Сергей усмехнулся – надо вести себя уверенно, тогда любую ложь легко выдать за правду.
--Как ты любишь говорить – закрытая информация.
--От нас? Почему?
--После расследования гибели Красавчика, я рассчитываю вести другие дела, и моя неболтливая репутация – гарантия моего процветания.
Про себя Сергей подумал : «и гарантия моей жизни».
На эту тираду Тос не отозвался.
Ожидание закончилось быстро – двери клуба распахнулись и дурака Филипова на пинках вышибли с крыльца в пыль. Сергей хрюкнул. За что идиота выкинули охранники? Скорее всего, Филипов, увидев Таисью, прямо на весь зал заорал о желании с ней сбилизиться и расплатиться, да ещё схватил за сиськи. В приличных местах так не поступают.
Выйдя из машины, Сергей с минуту смотрел на стоящего на карачках Филипова.
--Она там?
--Да.
--Деньги разменял?
--Да.
--Давай всё сюда, и шуруй в машину.
Открывая двери клуба, Сергей услышал, как Тос весело осклабился, встречая Филипова:
--Привет, Саня, давно не виделись!
В вестибюле клуба, недавно числившегося престижным казино, таковым и остающимся после смены названия, было помпезно, роскошно, но безвкусно. «Покажем класс Филипову», -- подумал Сергей.
Охраннике в чёрной униформе ощупали взглядами его фигуру, но он был в пиджаке и брюках, без куртки, не взирая на весеннюю сырость, значит, на машине – Сергей заплатил за вход, приобретя липовые «лотерейные билеты», и прошёл в игровой зал. Стены салатной зеленью рождали в мозгу удивление: какой шутник оформлял помещение? Тем не менее, вокруг были пальмы в кадках, ворсистые ковры, рулеточные столы стояли зачехлённые ( когда играли проверенные клиенты, без свидетелей – крутили рулетку), а публика тусовалась у восьми столов «спортивного» покера. Кто-то отдавал дань азарту в рядах игровых автоматов, расположенных в отдельном зале – автоматы теперь назывались лотерейными. Бар работал бесперебойно, то и дело к столам подносилось шампанское. За столиком у стены сидел начальник игровой смены – босс, и зорко следил, за игрой на всех столах.
Таисью Сергей увидел у рядка лотерейных автоматов, выставленных рядом с зачехлёнными рулеточными столами. Она не сидела на табурете, а стояла, переодически просовывая билеты в зев автомата и нажимая кнопки. И явно скучала. Было ясно – играла она только для виду.
Он сразу понял, что именно она та женщина. Которую описал один из охранников. Крупная, но не полная, в соблазнительном облегающем платье. Её обтянутые материей бёдра без плавок, мгновенно будили желание.
Сергей встал чуть позади её, несколько минут наблюдал за её игрой.
Таисья обратила внимание на него, дважды взглянула, округляя рот – у неё совпало несколько ягодок и она кое-что выиграла.
--А вы? – вдруг спросила Таисья. – Почему не играете?
Её голос, с грудным придыхом, явно говорил о желании близкого знакомства. «Снимала» тех, кто побогаче. Требовалось убедить, что он при деньгах.
--Сегодня мне не везёт, -- сказал Сергей и пожал плечами. Он вытащил несколько «лотерейных» билетов, купленных на входе, впихнул один в соседний автомат, наугад остановил комбинацию – пусто.
--Раньше я вас не встречала в клубах.
--Вы заядлый игрок? – любезно осведомился Сергей., повторяя проделанную операцию на своем автомате. Пусто. Пусто. Ему вправду не везло.
--Играю, когда становится совсем скучно. Муж всегда в делах.
Сергей про себя ухмыльнулся: «Как же, муж!».
Он исчертал свой лимит, впихнул в зев автомата новый билет. Снова пусто. Так все деньги можно проиграть!
--Не везёт, это точно, -- сказал он, сокрушаясь по настоящему.
--А мне везёт! – захлопала в ладоши Таисья – у неё вновь сыграла комбинация.
--Пойду выпью коньяка, -- вздохнул Сергей.
--Можно составить вам компанию? – совсем непринуждённо спросила Таисья.
«Ловко работает», -- одобрил её игру Сергей.
--С удовольствием!
Таисья сделала жест рукой – один из администраторов зала подошёл и снял её выигрыш. Стерва не плохо огребла. А рассчитывает «сдрючить» с Сергея ещё больше! Выходит, она клюнула на его внешний вид. Тем лучше. Он покажет Филипову, как надо проворачивать «знакомства», втопчет его в грязь своим умением «работать».
Они прошли к стойке бара, сели на табуреты. Сергей заказал два коньяка по пятьдесят граммов. Бармен нацедил в рюмки пойло, и отошел к другим клиентам.
--Можно узнать, как вас зовут? – Сергей обворожительно улыбнулся.
Шлюха ответила не менее пылкой улыбкой, подняла рюмку.
--Выпьем?
--Да, с удовольствием.
Выпив коньяк, она облизнула губы (нестирающаяся помада).
--Хотите любви? Вот так – с незнакомкой, быстро и страстно?
--В машине? – подсказал Сергей. Только выйди, курва, быстро получишь по похотливым губам. Любовь она предлагает. А потом выставит астрономический счёт!
--Какая у вас машина?
--Десятка. Устроит?
--Устроит любая. Можно и не в машине. Стоя, у стены, в подворотне!
--Нет, на заднем сидении уютнее.
--А вы не романтик. Идёмте?
--У меня нет презерватива.
--Я предвидела, что сегодня встречу вас, -- хитро прищурилась Таисья, показывая на свою сумочку. – У меня несколько упаковок.
--Отлично.
Они вышли из клуба. Порыв влажного ветра резанул по голым плечам и телу Таисьи. Она поёжилась, пригнулась.
--Как здесь холодно! Где ваша машина?
--Вон, с краю стоит.
--Быстрее, мне холодно.
Они подошли к «десятке» и тут Таисья обнаружила, что в машине сидят двое мужчин.
--Что это значит? – испуганно обернулась она к Сергею.
--Говори, где найти Курка?
--Какого Курка?
--Не кривляйся. Говори, иначе буду держать на холоде, пока не сдохнешь! – Сергей крепко сжал руку женщины.
--Сумасшедший! Пустите меня! Я буду кричать, позову охрану!
--Тихо ты. Мы тебя не тронем. Скажи, где Курок?
--Я не понимаю!
--Таисья, не зли нас!
--Я не Таисья! Меня зовут Мария. Мария Егоровна Подбышева. Мой супруг президент акционерного общества «Урожай».
--Бо-бо-бо! – выглянул из машины Тос. – Подбышев – это владелец третьего хлебозавода!
--Да, -- женщина высокомерно обернулась к Тосу, но осознав, что он негр, вдруг восторженно вскрикнула. – Вы темнокожий! Негр!
Тос поскучнел.
--Афророссиянин.
--Тем лучше, -- обернувшись к Сергею, она выдернула руку. – Оставьте меня, я не Таисья. Она шлюха! Разве я похожа на шлюху? Таисья в чёрном платье с рубиновой брошкой на груди.
--Понял. Извините, -- Сергей убрал свои руки, недоумевая. Прокол, так прокол. А он совсем не обратил внимания на бабёнку в чёрном платье.
Подбышева, уже повернувшись к Тосу, нагнувшись к открытому окну, говорила:
--Дружок, ты можешь трахнуть меня? Я тебе заплачу. Я вся горю. Муж вечно в делах. Я тайно приехала сюда, думала кого-нибудь подцепить, а все заняты шлюхами. Хотела этого… А ты чёрный. Я мечтаю о сексе с чёрным парнем! Ну, мне холодно, соглашайся.
--Дело не трудное, -- хмыкнул Тос. Обернувшись к Сашке, спросил. – Хочешь тётку?
--У вас друг? Если он хочет, я и ему уступлю.
--Нет, спасибо, -- перепугался Сашка.
Сергей, пожав плечами – ну, и дела, не соскучишься с этими богатеями, пошёл в клуб на второй заход. Сколько денег зря просадил! Потянув дверь клуба за ручку на себя, услышал, как ворча вышел на ветер Филипов, и как юркнула в салон жена владельца третьего хлебозавода, и сразу же заскрипели рессоры – Тос принялся за дело без всяких прелюдий.
Вновь заплатив за вход покупкой лотерейных билетов, Сергей вошёл в игровой зал. Свяжешься со шлюхами – всё, столько денег спустишь! А хотелось потратить как можно меньше, чтобы себе оставить большую часть.
Увидев Таисью, отходящую от бара, уже изрядно набравшуюся, Сергей преградил ей дорогу.
--Привет.
--Тебе чего? Хочешь угостить?
--Я от Курка. Он срочно требует тебя доставить к нему.
--Курка? Какого лешего ему надо?
--Узнаешь. Поехали.
--Поехали, -- вдруг легко согласилась Таисья.
Сергей расслабился – в этот раз прошло без помех. Таисья в гардеробе получила длиную песцовую шубу, выходя, взяла Сергея под руку.
--А ты ничего, -- сказала с пьяной развязанностью. – Есть бабки? Могу дать.
--Бабки дать?
--Ха-ха. Дурачок. Фуфло подставлю. А хочешь – анус. Я ещё никому не давала в анус. Порвёшь целку. А? Ха-ха-ха. Двести у.е. и будешь моим первым жопотрахом.
--Доллары или евро?
--А-а, всё равно!
--Пойдём, -- потянул Таисью к машине Сергей. – Курку это предложи!
Подбышева, уже удовлетворённая Тосом, выйдя из десятки, оправляла причёску, не обращая внимания на холод. Самодовольного Тоса, вышедшего следом, она страстно обняла и что-то горячо зашептала ему, потом резко отстранилась и пошла, не к дверям клуба, а к красной спортивной машине.
--Ну его на хрен, Курка этого, давай, как они, -- липла к Сергею Таисья. – Ну, дай поглодать красненького? Ха-ха-ха. А потом пойдём проигрывать твои деньги! И пить!
Сергей подвёл Таисью к Тосу вплотную. Тос сверху вниз посмотрел на проститутку, спросил сурово:
--Где найти Курка?
--Чёрненький, дай мне в рот!
--Дура! Где Курок?
--Какой Курок? Не знаю никакого Курка, -- дурачилась таисья. – О, у вас и третий. Будем вертеть вертушку. Один в рот, другой в анус, третий – в фуфло. С каждого по три тысячи, с чёрного – пять.
Тос вдруг резко, неожиданно, влепил проститутке пощечину. Сергей вздрогнул. Таисья заморгала, обжегшись, заохала.
--Где Курок, сука? – прохрипел Тос, и сдавил рукой лицо женщины. – Задавлю, дрянь, а шубу себе заберу.
--Пусти! – замахала руками Таисья, не смея ударить Тоса, зная, чем такое кончается.
--Говори! Убью!
--Дома он. Я не знаю, если его дома нет.
--Где он живёт?
--Старопушкинский переулок, дом четыре, квартира двенадцать. Это в центре.
--Знаю. Поедешь с нами, -- Тос толкнул Таисью к машине.
Она без лишних слов полезла на заднее сидение, где уже сидел хмурый Филипов.
Приехав на адрес Курка, оставив Таисью под присмотром Филиппова, Сергей и Тос вошли в подъезд, поднялись по широкой лестнице на третий этаж. Дверь квартиры номер двенадцать была опечатана милицией.
--Какого чёрта? – с досадой возмутился Тос.
Сергей не нашёлся, что сказать.
Тос зло забарабанил в дверь соседней квартиры. Залаяла собачонка, а потом раздался сонный старческий голос:
--Кто? Что надо?
--Где жильцы из двенадцатой квартиры? – спросил через дверь Тос. Идиотский вопрос в полночь.
--Молодой человек, вы с ума сошли!
--Говори! Дверь разнесу!
--Я милицию вызову!
--Козёл старый! Урод! – Тос, теряя терпение, дважды врезал в дверь старика ногой.
Жилец не на шутку испугался, а его пёс зашёлся в истеричном лае. В третьей на площадке квартире тоже пару раз гавкнул волкодав.
--Падлы! Животные! – орал Тос. Его буйство не понравилось Сергею – накурился «травки», что ли? Или на него так плохо повлияла близость с Подбышевой?
--Убили его! Убили! – выкрикнул из-за двери старик.
--Когда? – враз остыл Тос. Он с недоумением оглянулся на Сергея.
--Неделю назад. Больше ничего не знаю.
Сергей кивнул – пойдём.
Выйдя на улицу, встали в нерешительности. Тос ковырялся в носу.
--Уже интересно. Курка убили не с проста. Неужто Крольчонок причастен к гибели Красавчика?
--Надо найти шлюх, с которыми Курок потрошил лотерейный притон Крольчонка.
--Как потрошил?
--Курок и его шлюхи «выигрывали» в клубе Крольчонка с его ведома крутые бабки.
--Обманывали Свазиленда?
--Как ты догадался!
--А ну, пойдём! – Тос заспешил к машине, рывком открыл заднюю дверцу, выдернул на улицу перепуганную Таисью. – ты чё, курва, не сказала, что Курок убит?
--Убит? – проститутка перепугалась ещё больше.
--Неделю назад!
--Я не знала! Честно! О, боже, -- Таисья зажала рот рукой и переводила взгляд с одного похитителя на другого.
--Ты ходила с ним играть в «Домино»? – спросил Сергей.
--В клуб «Домино»? Нет. Он туда с Киской и Микой ходил.
--Кто такие?
--Девчонки. Работают у гостиницы «Полтавская».
--Они там?
Таисья пожала плечами.
--Не знаю. Должны быть.
--Поехали.
Погрузившись в «десятку», рванули к «Полтавской», где у череды сияющих огнями киосков тусовались девки в длинных париках и коротких песцовых шубках. К тормознувшей «десятке» подошли три «бабочки».
--Как дела, мальчики? О, негритёнок!
Заметив в салоне Таисью, проститутки удивились.
--Девки, Тайка с ними!
--Алло, девочки, Мику с Киской позовите, -- велела Таисья.
--Мы чем плохи?
--Парни не трахаться с ними собрались – поговорить.
--О-о. Эй, Мика! Киска! Гребите сюда!
Две разбитные шалавы в синтетических париках и коротких бобровых шубках, в высоких замшевых сапогах, большеротые и полногубые, с длинными хищными наращенными ногтями, пересмеиваясь, подошли к машине.
--Чего вам?
--Садитесь, -- кивая назад, велел Сергей.
--У вас и так тесно.
--Садитесь.
Мика и Киска, ухмыляясь. Покорно полезли в салон.
--В анус мы не долбимся, -- усаживаясь, предупредила Мика.
--И сперму не глотаем, -- сказала Киска, а потом обворожительно улыбнулась. – Зато всё остальное… Скажи, Таисья.
«Десятка» рванула с места – все откинулись на сиденья.
--Девочки, они искали Курка, -- сказала Таисья.
--Да? Но его грохнули… ещё неделю назад, -- хлопая ресницами, наивно отозвалась Мика.
--Кто? – дёрнулся Тос.
--Мы-то откуда знаем!
--Вы ходили с ним в лотерейный клуб?
--Ходили. Курок платил нам, как за секс, но вёл просто играть и пить. Парень был с прибабахом. Ему требовалось сопровождение. Мы. Конечно, одевались прилично, и вели себя соответственно.
--Как леди, -- хмыкнула Киска. – А Курок здорово выигрывал. Почти всегда.
--Вы и одни не раз выигрывали, -- холодно усмехаясь, сказал Сергей.
--Что? Э, куда вы нас везёте?
--К Свазиленду! Курвы, он из вас жилы вытянет, -- оглядываясь, осклабился Тос, блеснув в темноте белейшими зубами. – Кто вам бабки сдавал? Крольчонок? Кто из его людей?
Мика зыркнула на Таисью.
--Сука! – и хлестанула её по лицу ногтями, в миг разодрав щёки.
--О-у-у! – взвыла Таисья, облившись кровью. – Тварь! – и в ответ вцепилась в волосы Микки.
На резком повороте Киска неожиданно толкнула дверцу и сиганула из салона.
--Тормози! – взвизгнул беспомощно Филиппов, сжатый дерущимися шлюхами.
--Тварь! Падла!
--Сука! Тебе смерть, Тайка!
Тос, держа одной рукой руль, вдруг с разворота впихнул в глаз Мике пистолет – Сергей ошарашено вздёрнулся (Тос вооружен!).
--Тихо, дрянь! – Тос отщёлкнул предохранитель. – Убью.
Мика сжалась, тут же получив несколько оплеух от Таисьи.
--Кто тебе делал выигрыш на рулетке?
Машина клюнула носом и встала. Сергей толкнул дверцу. Выскочил на улицу подобрать Киску – она при падении должна была здорово расшибиться. Так и было – она лежала на асфальте без движения в пятидесяти метрах от затихшей «десятки». Он сделал шаг, другой.
Из потока ночного движения к обочине выскользнул джип «Лэнд Крузер», отворились дверцы – Сергей застыл на месте – четверо здоровенных африканцев, с пистолетами в руках, прыгнули на асфальт. Первый нагнулся над Киской. Посмотрел на неё и крикнул Сергею:
--Стой на месте!
--Она? – спросил второй.
--Киска.
Второй молча выстрелил Киске в голову – тело дёрнулось.
Сергей развернулся и бросился к машине.
--Ходу! – заорал он, прыгая в салон, ожидая пули в спину.
--Суки! Крольчонок охамел! – прорычал Тос, выжимая сцепление.
--Бах! Бах!
«Десятка» понеслась.
--Бах! Бах! Бах!
--А! – Таисья вдруг выгнулась и осела – её взгляд потускнел.
--Гони! – визжал Филиппов. Мика плакала. Сергей, щурясь, оглядывался – африканцы, нырнув в «Лэнд Крузер», мчали следом.
Тос нервно кинул мобильник Сергею.
--Звони Свазиленду! Угрохают нас здесь, и никто не узнает!
--Бах! Бах! – дважды хлопнули выстрелы в далеке.
Тос вывернул в проулок.
Джип не отставал.
Тос, резко выворачивая, назвал Сергею номер сотового Свазиленда. Сергей быстро продавил номер. Тос отобрал трубку – «десятка» уже вылетела на широкий освещённый проспект – вокруг теснились легковушки всех мастей, джип увяз в движении и начал отставать.
--Шеф, Крольчонок тебя обманывал! Он утаивал бабки! Серёга его вычислил – нас ведут, стреляют! … Понял. На площадь? …. Понял!
Бросив мобильник Сергею, Тос возбужденно загоготал.
--Им конец, парень! Свазиленд нас прикроет!
Сзади взвыла милицейская сирена.
--Менты! – дёрнулся Филиппов. – А у нас труп!
--Бля! Гоним! – Тос утопил педаль газа – «десятка» полетела, еле успевая проскальзывать между попутными машинами. Вой сирены приближался.
Сергей тупо смотрел вперёд, вдавившись в кресло. Теперь ему никак не объяснить всему управлению, почему его, честного частного сыщика, обнаружили в «Десятке» с проститутками, одна из которых убитая.
«Десятка» пробилась в ряд, идущий вдоль обочины. Мелькали чугунные решётки паркового забора.
Тос обернулся назад, в глазах – безумие.
--Мика, тварь, вываливай труп!
--Как?! Я не могу! Она тяжелая! – орала, рыдая, Мика.
--Я помогу! – прохрипел Сашка.
--… остановитесь! – где-то позади захлёбывался милицейский мегафон. – Повторяю! Ваз сто десять, номер …
--Быстрее! – рычал Тос.
Тело Таисьи уже перевалили через очумелую, испуганную Мику к двери. Сергей умудрился, изгибаясь и вытягивая руки из-за сиденья, открыть заднюю дверь. «Десятка» ухнула в яму – в это же мгновенье тело Таисьи вытолкнули наружу и тут же захлопнули дверцу. Тос выжал газ – машина полетела.
Тос передал Сергею пистолет.
--Туда же!
Сергей взял оружие двумя пальцами, отёр своим носовым платком и выкинул в окно.
--Тра-та-та-та-та! – распорола воздух предупредительная автоматная очередь.
Тос мгновенно утопил педаль тормоза.
--Приехали.
«Десятка» встала.
Милицейская «лада», захлебнувшись стихшей сиреной, подрезала стоящую «десятку». Лихие автоиспектора с короткими автоматами, бросились наружу. Уже рвали на себя дверцы машины, готовые, заламывая назад головы, тащить пассажиров криминального авто на улицу, стукая железом автоматов поддых, пиная, укладывая лицами в ледяной весенний асфальт.
--Бах! Бах! Бах! Бах! Бах!
Разбилось боковое стекло над ухом Тоса.
Инспектора, выгибаясь, падали, сражённые пистолетными пулями – из подлетевшего «Лэнд Крузера» палили из всех стволов боевики рольчонка.
--Ходу! – взвизгнул Филиппов. Окно рядом с ним порвали несколько пуль.
Мика охнула и завалилась.
--Ё! – взвыл Филиппов. – Убили!
--Не ссы! – Тос, вдруг став спокойным, врубил задний ход, отъехал от места побоища и, круто развернувшись, понёсся прочь.
Сашка плакал. Сергей сидел, крепко сжав челюсти – вот так расследование – смерть за смертью. И это не голливудский боевик – это реалии большого российского города.
--Убили её? – спросил Тос.
Ему не ответили.
Минут десять мчались посреди ярко освещённой широкой, насыщенной движением, улицы. Она вылилась в просторную площадь.
Три джипа с боевиками Свазиленда увидели сразу. Тос осадил «десятку» перед головным джипом.
--Круто вас потрепали! – рядом с джипом стоял губастый Маус. – Перелазьте в «Крузер». Мы «десятку» отгоним.
Сашка, Сергей и Тос, торопясь, перебрались в головной «Лэнд Крузер». Джип сразу сорвался с места. Водитель жевал жевательную резинку с резким клубничным ароматом. Из динамиков ненавязчиво гыкал негритянский рэп.
Свазиленд, сидя в переднем кресле, снял очки с тёмными стёклами.
--Кто был в доле с Крольчонком?
--Оуэн, -- выдохнул Сергей.
--Они не поделили украденные у меня деньги?
--Этого не знаю – не выяснили, -- честно признался Сергей. – может быть.
--Кто помогал Крольчонку?
--Конкретно – крупье, но знали все люди Крольчонка, -- сказал Тос.
--Доказательства?
--Нету. Все исполнители со стороны Оуэна погибли.
Свазиленд набрал на сотовом телефоне какой-то номер, дождавшись ответа, велел:
--Блокируйте клуб «Домино», Крольчонка схватить, остальных – в расход, мол, проигравшийся придурок завалил всех от отчаянья, а потом себя самого… Не мне тебя учить, как всё должно выглядеть…
У Сергея брови поползли вверх – сегодня будет очень много крови, причём за бесчинства Крольчонка ответят своими жизнями «шестёрки» и лохи-исполнители. Он хотел предложить Свазиленду смягчить гнев, но не посмел открыть рот – у бандитов выяснение отношений имели всегда один финал – летальный.
Выключив телефон, Свазиленд почесал им волевой подбородок.
--Ты знаешь, кто хотел смерти Красавчика, -- сказал он загадочно.
--В смысле?
--Не темни, парень. Это Крючкова.
--Сто процентных доказательств нет, -- хрипло отозвался Сергей – он не желал, чтобы Свазиленд, шалея от крови, уничтожил вдову Красавчика.
--Все люди, которые её опускали – мертвы… Она сегодня сбежала.
--Как?
--очень просто. Заранее продала свою недвижимость, сняла деньги со счёта и где-то затаилась. Она не пришла сегодня на съёмку, бросились её искать – поздно. Она давно готовила свой побег. Мои люди её ищут. Так что… Серёжа, мне нужно знать точно: она погубила Оуэна? Ведь единственный, кто ещё жив и в долгу перед ней – это я…
--У меня нет доказательств, -- повторил Сергей. – Только косвенные, то есть – её заинтересованность.
--Плохо, Сергей! Плохо!

«»»»»»

За квартал до дома Сергея, «Лэнд Крузер» притормозил. Свазиленд сказал:
--Серёжа, ступай домой. И напарника прихвати. Тос поедет со мной. Утром он будет на месте.
--До свидания, -- покинув салон, кивнул Сергей.
--До свидания, -- попрощался с бандитами Сашка жалким детским голосом – сегодняшнее приключение его порядком потрясло. Он вдруг почувствовал, что твёрдая корка бесчувственности к чужому горю стала очень тонкой – ему уже не хотелось острить, ощущение было такое, будто он выкупался в болотной жиже и чудом не захлебнулся.
Джип негритянского барона умчался. Сергей ощутил, как холодно стоять на ветру апрельской сырой ночью. Он зыркнул на помятого, очумелого Филиппова.
--Время скажи.
--Часа три.
--Потопали домой. Надо позвонить твоему дядьке и посекретничать.
--Чаю надо горячего в первую очередь.
--Каждый о своей болячке.
--За нами не следят? Позвоним, а нас бац!
--Им не до нас – Свазиленд давит Крольчонка.
Добравшись до дома, сбросили в прихожей верхнюю одежду. Сергею захотелось немедленно погрузиться в горячую ванну и таять, но требовалось звонить Апостолову – слишком разыгрались страсти. Филиппов уже гремел кастрюльками на кухне – он не только чаю, в первую очередь, захотел.
Пройдя в зал, Сергей рухнул в кресло, подвинул к себе телефонный аппарат. Набрав номер, долго ждал ответа – безуспешно. Пришлось звонить дежурному.
--Дежурный? Мне нужен капитан Апостолов.
--Кто говорит? – в трубке сквозь хрипы пророкотал бесстрастный голос.
--А ты кто?
--Не ты, а вы. Старший лейтенант Горов.
--О, Семёныч. Тетюков на связи. Мне нужен дядя Алёша. В кабинете его нет.
--Тетюков? Давно не виделись. Не ложи трубку, я сейчас выясню, в управлении он или отдыхает.
--Он точно не отдыхает, я бы сюда не звонил.
Минут через шесть в трубке отозвался сам Апостолов.
--Серёжа? Что-то стряслось?
--Ты выяснил насчёт похищенных детей?
--Выяснил. Но по телефону всего не скажешь.
--Давай увидимся, и прямо сейчас.
--Где?
--У-у. Сейчас прикину. В пиццерии «Милан». Она открыта круглосуточно.
--Через пятнадцать минут я там. Платишь ты.
--Излишне напоминать.
Опустив трубку, Сергей расслабил вытянутые ноги, закрыл глаза. Чай пить он не будет – попьёт в пиццерии. Если нагрянут негры, объяснит своё отсутствие желанием закусить посреди ночи свежеиспеченной пиццей, с грибами и анчоусами, в приятной обстановки кафе.
--Сашка! – позвал громко, не открывая глаз.
--Чего? – по голосу, Филиппов уже что-то жрал.
--Я сейчас уйду. Ты сиди здесь, можешь завалиться дрыхнуть. Придут негры, скажешь – я побежал за пиццей и коньяком.
--Заказать же пиццу можно !
--И коньяк заказать?
--Ты правда коньяк принесёшь?
Сергей ухмыльнулся, открыл глаза, нехотя, но резко, встал.
--Алкаш. Пей чай и спать. Завтра трудный день.
--Куда труднее! – возмутился Сашка, обжираясь чем-то.
Подходя к наружной двери, Сергей хмыкнул:
--Интересная работа у тебя, денежная, а ты ноешь, как сука.
Сашка возмущенно выглянул из кухни:
--Тебе бы пора отвыкнуть от ментовского жаргона!
--Поучи меня, -- проворчал Сергей, выходя из квартиры. Спуская по ступеням лестницы в тёмном подъезде, возмущался про себя – терпит в помощникам полного идиота!
До пиццерии «Милан» было десять минут быстрого хода через тёмные дворы. Подняв воротник и нахлобучив кепку, Сергей заспешил по тротуару, стараясь не залезть в лужи и собачье дерьмо.
Миновав две длинные десятиэтажки, он оказался у заброшенного разграбленного общежития. Дальше был узкий проход на другую, тоже совершенно тёмную улицу, вдоль которой тянулись деревянные заборы старых частных домишек, а уже за ней начинался освещённый проспект и пиццерия «Милан» заливала округу мягким голубым свечением.
--Стой, козёл! – хриплый окрик, как выстрел в спину из темноты.
Сергей вздрогнул – по телу пробежал озноб испуга, но быстро ушёл в землю. Он обернулся. От чёрной громады общежития на него двигались силуэты двух мужчин. Или бомжи, или дворовая шелупонь.
И снова Сергей испытал сожаление, как тогда, в начале истории, когда его подловили в подворотне подонки Свазиленда – хоть он и служил одно время в органах, драться, как киношный полицейский, не научился. Конечно, вдвоем они его уделают и деньги отберут, а денег полный кошелёк!
Сергей набрал побольше воздуха в легкие и сиганул прочь.
--А-га-га! – обрадовались хулиганы. – Стой. Пидер! Удавим!
Сергей нёсся так, что ветер свистел в ушах. Топот ног преследователей неотступно раздавался за спиной. Вот он уже выскочил на улицу, где из-за тёмных заборов залаяли злые дворовые кобели, вон уже виден горящий ярким светом проспект. Ещё сто метров, пятьдесят, десять.
Он выпрыгнул прямо на проезжую часть и пробежал ещё с десяток метров. Никто не вырвался из тёмного проулка. Отстали. Сергей перевёл дух – вот приключение! Ночью свободно по городу не пройдёшь. Успокоившись, Сергей посмотрел на притягательные бегущие огоньки пиццерии. И тут же боль обожгла его – тупой тяжелый удар рубанул в спину. Сергей выгнулся от боли, схватился за спину – поддонки из темноты метнули в него обломок кирпича.
Входя в почти пустой зал пиццерии, Сергей продолжал держаться одной рукой за спину – было всё ещё очень больно.
Апостолов порадовался его скорченному лицу.
--Ага, Серёга, тебе тоже перепадает на орехи!
--Шпана ночная, твари, -- выругался Сергей, присаживаясь за столик. – Заказал пиццу?
--И пиццу, и по двести граммов водочки.
--Выкладывай информацию, мне некогда.
--Пойдёшь второй бок подставлять?
Официантка принесла две тарелки с пиццей и два гранённых стакана с водкой.
--Ничего лишнего, -- одобрил натюрморт Апостолов. – Выпьем, Тетюков, чтобы жизнь стала лучше.
--Давай, за здоровье.
Опрокинув в рот полстакана водки, Сергей долго нюхал кусок пиццы – хорошо. Сразу боль притупилась, а в желудке стало горячо-горячо.
--Итак?
--Итак, смотри сюда, -- Апостолов полез во внутренний карман. – Те, кто тебя интересует.
Апостолов разложил на столе перед Сергеем три фотографии. Симпатичные девчоночьи мордашки.
--Запоминай. Одолжить не могу. Это Люда Гордеева, двенадцать лет. Таня Убонко – одиннадцать лет, а тёмненькая –Стоклова Полина, ей уже четырнадцать. Есть подозрение, что они были похищены для участия в порносъёмках. Одну из них видели на площадке – в беседе с найденной девчушкой, она указала на фото Стокловой – они вместе снимались.
--Ты понял, за кем надо следить? За Хавьером – цыган крутой.
--Знаю. Но дело ведёт другой отдел.
--Передай им наводку.
--Давай.
--Что? – не понял Сергей.
--Ты сказал, денег им передашь на водку.
--Ха-ха-ха.
--А если серьёзно, не могу им ничего скидывать…
Сергей возмутился:
--Тут такое дело, а у вас свои личные дрязги!
--Остынь. Не уверен я в тех парнях. А вдруг сдадут вас с племяшем неграм, что тогда? Вас сразу на ремни порежут!
--Обо мне не переживай.
--Я больше о нём переживаю.
--А-а, я понял, в кого Сашка такой хам и бесчувственный – в дядю.
Апостолов заулыбался, забрал фотографии, упрятал их обратно в карман.
--Ну, а ты, Тетюков, можешь поделиться интересной информацией о своих «подопечных»?
--Хочешь, чтобы я стучал?
--Стучи. Куда тебе деваться – бандитов покрывать?
Допили содержимое стаканов, посидели молча, глядя на тарелки с обкусанными кусками пиццы.
--В лотерейном клубе «Домино» погром.
--Кто наехал на негров? – заинтересовался Апостолов.
--Свазиленд давит Крольчонка… Сегодня бригаду автоиспекторов расстреляли, слышал?
Апостолов поскучнел, откинулся на спинку стула, махнул официантке.
--Любезная, ещё водки – два по сто.
--Я думал, ты сразу озвереешь.
Апостолов взял водку прямо с подноса, резко выпил, осторожно поставил стакан на стол, посмотрел на Сергея:
--Там корешок мой погиб – Паша… Кто их?
--Люди Крольчонка. Они же убили трех шлюх : Таисью, Киску и Мику.
--Плевать мне на шлюх! – взорвался яростью Апостолов. – Почему сразу не сказал? Крутишь что-то, поди?
--Я сразу тебе позвонил, чтобы увидеться.
--Значит, все черти в клубе «Домино».
--Дядя Лёша, пока ты здесь размышляешь и водку хлещещь, там людей убивают. Пусть и бандитов, но это тоже против закона.
Апостолов кивнул, соглашаясь, встал, с минуту смотрел молча на Сергея, потом велел:
--Расплатись за всё тут, -- и ушёл.

«»»»»

Вернулся Сергей кружным путём – поддонки, напавшие на него у общежития, могли всё ещё бродить в темноте, поджидая одиноких прохожих.
Африканцев в квартире не было – Филиппов спал, по-детски разметавшись на разложенном диване. Сергей, пересиливая сон, принял горячий душ – вода накалила тело, но спать захотелось ещё больше. Он наскоро расправил кресло-кровать и мгновенно уснул, только коснувшись подушки.
Разбудил Сергея настырный дверной звонок. Продрав глаза, пошёл открывать.
Тос был озабочен. Пройдя в зал прямо в грязной мокрой обуви, сел на постель Сергея.
--Собирайтесь! Свазиленд зовёт. Вчера ночью такое было… Е-ный Крольчонок, из-за него все вляпались. Мы клуб брали штурмом, стрельба, драка, а тут менты (успели им позвонить, суки) налетели, давай всех вязать. У всех парней оружие, кастеты… Да, круто влипли. Маус успел пробраться в кабинет к Крольчонку, схватил гада за горло и выволок через «чёрный» ход. Теперь с ним Свазиленд по душам говорит. Поехали быстрее, у босса нет времени – из-за разгрома клуба придётся залечь на дно, пока менты не успокоятся. Губернатор по телевидению выступал, возмущался, что у нас в городе разгул бандитизма, мафиозные группировки – дело по «Домино» взял на заметку. Спустить на тормозах будет не так просто, хотя… Деньги, деньги всё решают… Придётся раскошеливаться как следует!
Сергей чистил зубы и ухмылялся про себя – немножко поприжали мафию Свазиленда. Основную массу боевиков, судя по рассказу Тоса, повязали в клубе, многие отмажутся, но кто-то и сядет за хулиганство, незаконное хранение и ношение оружия, разбой.
Вытираясь полотенцем, Сергей вышел из ванной – взлохмаченный Сашка Филиппов только проснулся и таращился на Тоса, словно увидел впервые. Хоть бы не ляпнул о ночном походе Сергея в пиццерию, дурак.
--Зачем мы Свазиленду? – спросил Сергей. – Он дал вчера указание заняться Крючковой.
--Главное, что интересует Свазиленда – кто убил Оуэна Кемпбела, и за что? Ты же бывший мент, следак. Посмотришь на Крольчонка, определишь, правду он говорит или умудряется и на дыбе мутить…
--Вы его на дыбу подвешали?! – изумился Сергей. Дикость средневековая.
--За всё говно, Крольчонка следует не за руки, а за яйца подвесить.
Быстро одевшись, вышли на улицу. У подъезда ждал джип «Лэнд Крузер». Молча погрузившись, поехали на конспиративную квартиру, где пытали Крольчонка. Квартира располагалась в доме напротив областного управления внутренних дел, чему Сергей немало подивился – умно придумали африканцы – ни у кого из следаков и оперативников не хватит ума профильтровать дом у себя под носом.
Поднявшись на третий этаж, Тос постучал в дверь условным стуком. Открыли без спроса. Сергей вошёл вслед за Тосом, и уже в прихожей ощутил тошнотворный запах мочи, пота и жженного мяса. А ещё тихо стонал человек в дальней комнате.
Тос завернул в зал. На диване и в креслах сидели хмурые, сосредоточенные боевики Свазиленда – пять человек, один из них армянин, смотревший по телевизору любовный женский телесериал. На журнальном столике валялись огрызки яблок, кожура от семечек облепляла шкурки бананов.
--Где босс? – спросил Тос.
Один из боевиков кивнул за стену.
Пошли в другую комнату. Войдя, невольно содрогнулись.
На табуретке у двери сидел мрачный Свазиленд, на большом блестящем лбу собрались морщины. Рядом суетился распаренный, в расстегнутой белой рубахе амбал Маус – он колдовал над раскалённым мангалом – красные угли потрескивали, чад ел глаза, стальные прутья, словно шампуры, лежали на мангале и посинели от накала. У закрытого одеялом окна был подвешен к потолку посеревший от боли Крольчонок – его губы стали пепельными и потрескались, глаза прикрыты, голова бессильно склонилась – вывернутые плечевые суставы приносили Крольчонку неимоверную боль, но ещё большие страдания причинял ему бывший соратник – верный пёс Свазиленда Маус прижигал обнаженное тело Крольчонка раскаленными прутами, а иногда, когда ответа долго не было или Крольчонок впадал в забытье, он пронзал его острым штырём довольно глубоко – кровь из ранок сочилась алыми струйками и по ногам скапывала в таз.
--Останься только ты, -- велел Сергею Свазиленд.
Тос и Филиппов послушно вышли.
Сергею стало совершенно очевидно, что он слишком глубоко увяз в преступных делах африканцев – Свазиленд перестал таиться перед ним, видимо, решив про себя, в самом конце разделаться с ним, как избавлялся от всех, ставших неугодными. Что ж, тем лучше, теперь незачем кривляться перед собой и уверять, что он действительно расследует смерть Оуэна Кемпбела. Он вскроет, словно гнилые нарывы, все грехи Свазиленда и его подручных.
--Скажи, лжет он или говорит правду, -- велел Свазиленд.
Маус прижёг Крольчонку живот. Тот взвыл, выгнулся, потянулся вверх на руках.
--Говори! Оуэн воровал мои деньги?
--Да.
--Лжешь! – Свазиленд дёрнулся, как от пощечины.
--Убей меня, Свазиленд.
--Говори. Почему ты убил Оуэна?
--Я его не убивал.
Свазиленд глянул на Сергея. Тот напряженно молчал – кровавая пытка сдавила мозг Сергея страхом и неуверенностью – как поступить?
Свазиленд понял его молчание, как желание ещё послушать словоизлияний истязуемого. Он кивнул Маусу, тот вонзил под печень Крольчонку раскалённую спицу.
Крольчонок издал дичайший вопль. Сергей вздрогнул, задышал тяжело. Что делать? Как прекратить беспредел?
--Ты всё равно сдохнешь, Крольчонок, -- сказал Свазиленд. – облегчи душу правдой.
--Ты священник, чтобы меня исповедовать?
--Он ещё шутит! – поразился Маус и врезал Крольчонку кулаком в почки. Крольчонок выгнулся на дыбе.
--Ты убил Оуэна? – гремел Свазиленд.
--Нет! Нет, чёрт вас подери! Веришь белой ищейке, а мне, верному псу…
--Пёс и есть! Вор! Брата моего скурвил на бабки! Зачем ему были деньги?
--Он готовил тебе подарок.
--Подарок.
--Да. Он заказал в Германии «мерседес», внёс половину суммы на завод.
--Ха-ха-ха. Лжешь, тварь.
--Правда.
--Зачем убили Курка?
--Курка убил Оуэн. Курок мог раскрыть тайну.
--Что вы воровали мои деньги?
--О подарке…
Свазиленд метнул горящий взгляд на Сергея.
Сергей, торопясь, почти выкрикнул:
--Вроде, правду говорит!
--Не так громко, Серёжа, -- весело осклабился Свазиленд – весть о верности Оуэна расслабила его, душевная рана, которая открылась после вести о проделках Оуэна в лотерейном клубе, исчезла. Сергей даже подумал, что Свазиленд может помиловать Крольчонка за добрую весть.
Свазиленд поднялся с табуретки, обнял Сергея за плечо, и увлёк вон из комнаты.
--Что, менты так не пытают? – спросил шутливо. – Значит, Крольчонок не убивал моего брата. Я и не верил в это, просто хотел узнать, зачем Оуэн в тайне от меня доил лотерейный клуб. Выходит, брал собирался подарить мне новый «мерс», -- Свазиленд убрал с лица веселость, глаза пыхнули на Сергея мертвенным холодом. – А какая-то сука его убила! Ты до сих пор ни хрена не нашёл! Ты уверен, что Танька не причастна?
--Не уверен.
--Езжай, и ищи её. Найдёшь след, позвонишь мне вот по этому номеру – возьми бумажку. Скажешь человеку, что ты, что нашёл, и объяснишь, где она. Я пока… Ты понял… Пока не улягутся страсти.
--Да, всё ясно.
--Бери своего подручного и валите отсюда.
--А Тос?
--Тос нужен мне здесь.
Сергей вошел в зал – Филиппов покорно сидел на стульчике и, как все, пялился в экран телевизора. Тос дёрнулся, выскочил в прихожую к Свазиленду. Сашка молча кивнул: что? Сергей так же молча кивнул: на выход.
Он резко обернулся на скрип входной двери. Тос с Маусом вытаскивали большой серый целлофановый мешок, из которого виднелись голые ступни. Сердце Сергея екнуло – Крольчонка удавили. Да, всё правильно. Свазиленд убивал не разбирая, и они с Сашкой тоже кандидаты в покойники, как только дело о гибели красавчика будет расследовано или Свазиленду надоест корчить из себя неутешного старшего «брата».
Сашка тормозил, не вставая со стула, и Сергей молча выжидал – пусть спустятся с трупом и упрячут его в багажник джипа.
Голос Свазиленда подстегнул:
--Вы идёте?
Сашка вскочил. Сергей пошёл первым.
Когда они спустились и вышли на улицу, джипа не было – уехали прятать труп.
--Что, Филиппов, пойдём на автобусную остановку?
--Пойдём… А здорово они своего негра… прижигали.
--Его же убили.
--Сергей, что мы кочевряжимся, как шлюхи вокзальные? Вон управление, пойдём напрямую – ни одна падла из квартиры удрать не успеет…
--И что? Труп-то увезли, умник.
Когда до остановки оставалось не больше десяти метров, грязная, канареечного цвета «Калина», болтаясь на ухабах и стукаясь брюхом о кочки, вылетела из-за поворота, пропорола громадную лужу и, окатив Филиппова ледяной водой с головы до ног, выскочила на асфальт и ушла, ревя движком.
Мокрый Сашка, подпрыгнув от негодования, заорал:
--Вот сука! Сука-а!
--Не ругайся, дурак, люди кругом.
--Насрать на людей. Бери такси – я мокрый, бля.
Поехали к Сашке домой.
Дверь открыла родительница Сашки – Мария Анатольевна.
Мать Сашки была чем-то раздраженна и сразу же напустилась на непутёвого сына.
--Всё шляешься!
--Мама, я же работаю! – обиженно возмутился Сашка.
--Здравствуйте, Марья Анатольевна, -- смиренно поздоровался Сергей, проходя в комнату – как бы за компанию с Филипповым не получить нагодяя!
Жил Сашка с матерью в однокомнатной квартире, в спартанской меблировке – кровать у стены, кровать у второй стены, сервант для посуды и книг, шкаф для белья и, в углу, два старых телевизора, поставленных один на другой – нижний говорил, но не показывал, а верхний наоборот – показывал исправно, но был нем. Сашка посадил их на сдвоенную антенну и пользовался двумя телевизорами сразу – один давал звук, другой излучал изображение. Как шутила Мария Анатольевна в редкие минуты душевного спокойствия – теле-двойка.
--Здравствуй, Серёжа, -- поздоровалась с Сергеем мать Сашки, и снова принялась за сына. – Какие сутки пропадаешь, бог весть где!
--Работа такая, -- скучно огрызнулся Филиппов.
--А позвонить, что, руки отвалятся!
--Ладно уж.
--Работа! Толку от твоей работы! Сколько твердила – поставим пластиковые окна, «Нет, мама, денег мало, я эти заделаю, сквозить не будет!». Слава богу, топили зимой хорошо. Бездельник! Пока отопление было, ещё ничего, но сейчас – на улице холодно, а трубы уже холодные, отопительный сезон завершен. Спать в шапке ложусь! Холодище! С пенсии денег не пожалела, ирод, строителей-ремонтников по объявлению в газете вызвала. Пришли трое. Два дня возились – такие же бездельники, как и ты!
--Что ругаться, окна-то теперь заделаны! – Сашка скоренько переодевался в сухое.
--Заделаны. Я не глядя, дура старая, деньги им отдала за работу, они уже уходить – я окна посмотрела, а отсюда, вот, сам полюбуйся, сквозит, аж ветер. Из под подоконника. Я к их бригадиру: «Здесь же ветер дует настоящий!», а он: «Ветер, ветер, ты могуч», и ушёл, -- мать Сашки всплеснула руками и посмотрела на Сергея. – Представляешь, Серёжа, до чего бессовестные!
--Вызови из жилконторы плотника, он пропенит всё, -- посоветовал Сашка.
--На какие шиши? От твоей работы одна прибыль – кормить тебя не надо!
--Вот, возьми, аванс. – Сашка щедро вручил матери две тысячи рублей.
--Две тысячи! – Мария Анатольевна враз повеселела. – Зайчик ты мой! Первые деньги за три месяца.
--Да, ладно, мама. Скоро ещё деньги будут. Дело тут одно провернём.
--Ты готов? – поторопил Филиппова Сергей.
--Готов. Мама, к обеду не жди и к ужину тоже!
Покинув филипповское обиталище, сразу свернули к кафе «Гранат». Сергей заказал по миске плова и по салату из свежих огурцов. Сашка начал обжираться. Сергей задумался, подперев щеку кулаком.
Требовалось крепко обдумать слагающийся пасьянс. Почему Свазиленд показал пытки и убийство, что этим желал внушить? Ясно одно, он звал их не для дурацкого вопроса: правду глаголил Крольчонок на дыбе или лгал, как пойманный фашистами партизан? Вышло, что Оуэн не совсем вор, так как брал деньги из кассы без спроса, чтобы купить на них подношение Свазиленду. Такой любящий брат. Ну и что? Всё равно Крольчонка вынесли вперёд ногами.
--Что не ешь? – спросил Сашка – изо рта посыпались рисинки на куртку.
Сергей кивнул на стакан с салфетками.
--Утрись, свинья.
--Что, мысли не радостные в черепушке? – не обиделся на резкий тон Сашка.
--Санёк, только такой бронелоб может жрать и не беспокоиться о будущем.
--Ты думаешь, негры нас убьют, чтобы не платить гонорар?
--Того, что они дали, хватит вполне. Меня не деньги волнуют, а то, что Свазиленд, действительно, задумал загасить нас в скором времени.
--Может, кто из ментов нас сдал?
--Не думаю. Что-то другое навело его на эту мысль.
--Он же бандит и мыслит стандартно: «Убить!».
--Съешь мой плов, не прёт мне… Что мы выяснили за время расследования дела Оуэна? Таня Крючкова – самая заинтересованная фигура в его смерти – сбежала. Свазиленд думает на нее. Или говорит, что думает. Почему он так думает? Потому, что все, кто опустил Крючкову мертвы. Но расследование показало – умерли все они не по воле Крючковой. А?
--Мы не знаем, по чьей воле завалили Гуся у автостоянки.
--Не знаем, -- согласился Сергей. – Но на этот эпизод тратить время, думаю, уже нет смысла. Краткий опрос ближнего окружения Свазиленда ничего не дал: Маус убийца и палач, Джо Белый – организатор боёв без правил и сводник, Хавьер – извращенец, растлитель. Крольчонка уже нет. А хорошо было бы, Сашка, всех этих ублюдков надолго упрятать за решётку… Как думаешь?
Сашка заулыбался, продолжая обжираться. Он закусывал плов хрустящими пластиками огурцов.
--Расследование зашло в тупик, -- констатировал Сергей. – Поехали домой. Нужна мысль, чтобы сдвинуть дело с мертвой точки, а её нет.
Сидя в своём кресле, у своего телевизора, Сергей никак не мог решить, что предпринять теперь. Может, просто сидеть и ничего не делать? Он тыкал пальцем по кнопкам каналов на пульте – на экране сменялись картинки: убийства, убийства, драки, беспорядки. Филиппов, сидя за компьютером, тоже кого-то азартно убивал – из динамиков неслись громкие выстрелы помпового ружья и стоны поверженных монстров:
--Пах! Пах! А! А! Пах! Пах! А!
Оглянувшись за Сашку, Сергей вздохнул – его безмятежному спокойствие можно только позавидовать. Надо как он временно сбросить с себя груз проблем и переживаний, отвлечься. Сергей снова стал «скакать» по каналам. Внимание привлекли местные новости: закончился процесс по делу маньяка-насильника. Вот он, улыбающийся мудак. Его освободили ещё в прошлом месяце – двенадцать замученных женщин, девушек и девочек. Суд первой инстанции признал организацию следствия неправильной – маньяк, скаля изъеденные кариесом зубы, покинул здание суда победителем, под вспышки фотокорреспондентов. Прокуратура настояла на рассмотрении дела во второй инстанции, но и городской суд, отпустив маньяка, отправил дело на повторное расследование.
--Ну и морда. Я знаю одну тётку – этот мудак у нее дочь убил, -- сказал Филиппов, на время прекратив убивать своих чудовищ.
--Странно, Саша. Все знают, что он убийца, а отправить в зону – не могут.
--Ничего странного. У нас везде так, и всегда!
Тем временем диктор новостей с восторгом рассказывал трогательную историю о местном поэте:
--Виктор Алболдин выпустил свою первую поэтическую книгу. К поэзии Виктор обратился, находясь в местах лишения свободы – под влиянием стихотворного творчества он пересмотрел своё отношение к жизни и решил отказаться от криминального прошлого!
Сергей оглянулся на покорного Филиппова.
--Сашка, слетай во двор – я видел в газетном киоске книжонку этого Алболдина…
Филиппов вернулся с книгой через три минуты. Книга была в твердой глянцевой обложке, название хлёстко било по глазам : «Роза за решеткой». Открыв страницу наугад, Сергей прочёл первые попавшиеся строки:

Злые уркаганы отнимали шубу,
Лярва ментовская плакала навзрыд…


Он захлопнул книгу.
--Все ясно… Я знаю, кто убил Оуэна Кемпбелла.
--Кто? – дёрнулся Сашка.
--Тот ублюдок – маньяк. Садить его не хотят. А если его не изолировать, он продолжит насиловать и убивать.
--Но это… так нельзя, -- растерялся Филиппов.
--Почему? Африканцы его в три минуты на куски порвут. Всем будет хорошо – Свазиленд утолит жажду мести, маньяк понесёт заслуженную кару, твой дядя Лёша арестует бандитов за убийство.
--Это не по закону.
--А я уже не в милиции работаю, я – частный сыщик. Всё зависит от моей совести, и моего личного понимания справедливости.
Филиппов хотел ещё что-то сказать, но передумал, вернулся к компьютеру:
--Шеф, я же твердолобый. Делай, как считаешь правильным.
--Значит, решили. Но Крючкову надо найти – для очистки совести, спросить: почему она сбежала? Она же уверяла меня, что своей работой довольна и всех старых обидчиков простила.
--Сейчас начнём искать? – Филиппов скривился – бросать компьютерную битву с монстрами очень не хотелось.
--Не сегодня. Давай, Сашка, сегодня просто посидим дома, как обыватели.
Сашка вдруг, отвернувшись от монитора, радостно предложил:
--Может бл-ей вызовем? Тебе негры денег отвалили на расходы – надо расходовать!
--Филипов, давай не будем! Нет настроения после всего дерьма… Играйся вон лучше в свои стрелялки.
--О,кей.
Остаток дня и вечер из кв

Своё Спасибо, еще не выражали.
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
    • 17
     (голосов: 3)
  •  Просмотров: 1355 | Напечатать | Комментарии: 1
banner

   
17 декабря 2010 12:34 adolf5453125
avatar
Группа: Дебютанты
Регистрация: 17.07.2010
Публикаций: 0
Комментариев: 812
Отблагодарили:0
Любые произведение о преступном мире должны заканчиваться претворением в жизнь политики «выжженной земли». Среди уголовников нет нормальных людей!
Информация
alert
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
Загрузка. Пожалуйста, подождите...

Наш литературный журнал Лучшее место для размещения своих произведений молодыми авторами, поэтами; для реализации своих творческих идей и для того, чтобы ваши произведения стали популярными и читаемыми. Если вы, неизвестный современный поэт или заинтересованный читатель - Вас ждёт наш литературный журнал.
{changeskin}