17.1

― Долго ты тряслась, ― съязвила Елена, открывая дверь, ― Мартини-то заканчивается. Надо звонить! Номер того волшебника остался?
Она продемонстрировала бутылку, на дне которой плескались остатки вермута, и вопросительно посмотрела на Светлану.
― Допивай, я не буду. Лучше чаю.
― Ты чего, звезда моя? ― Елена подняла брови и бросив на подругу изучающий взгляд сразу вынесла вердикт: ― А… Все понятно… Из дому выгнали? И за кокой такой страшный грех столь суровое наказание, если не секрет?
― …про Мишку рассказала.
Елена удивленно пожала плечами и задумчиво проговорила:
― Так сколько времени то прошло? Я уж думала, что Витя твой позабыл про все. И с чего ты решила его ошарашить? Молчала бы себе и дальше в тряпочку. Вот дура то….
― Перемкнуло что-то в голове, жалко его стало…
― Сильно орал?
― Я его таким еще не видела. Испугалась ― жуть! Чуть не врезал даже... Но передумал в последний момент. ― Светлана облокотилась на комод в коридоре и попросила: ― Лен, можно я прилягу? Весь день на ногах. Устала, как собака. И стресс... Вон, гляди ― руки ходуном ходят до сих пор. Ты мне валерианки что ли дай. А?
— Вот это новости! ― Елена еще больше удивилась и со слабой надеждой предложила: ― Может водочки? Андрюха никак не допьет свою шведскую ― босс подогнал. Все бережет на торжественный случай.
― Не, лучше капель… ― Светлана запнулась. Она вспомнила о своем теперешнем положении и поспешила исправить ситуацию: ― Блин! А в таблетках есть? Они на меня лучше действуют. Ну или сушеная?
― Я в шоке! ― закатила глаза Елена, ― Я с тобой разговариваю или со своей покойной бабулей? Водку не пьет, травой какой-то бредит! Мы с тобой огонь и воду прошли и стресс не так снимали! Может все-таки позвоним алкогольному королю? Он ничего себе мужчинка, должно быть… По голосу, чувствуется! Баритон! Думаю, точно не откажется от заманчивого предложения ― выпить своего виски за наш счет и в нашей же компании!
― Хватит прикалываться! ― отмахнулась Светлана и подумала о том, что зря обратилась к Елене насчет ночлега ― покоя, а этого больше всего хотела она сейчас, здесь было не найти. А вот пуститься во все тяжкие и попасть в очередную неловкую ситуацию вполне возможно. Однако, отступать было некуда и она, с нотками усталости и страдания в голосе, но не теряя при этом настойчивости попросила: ― Ну, где там твоя аптечка? Пойдем глянем?
Елена нехотя отправилась на кухню, открыла дверцу и после недолгих поисков, достала из глубин шкафчика коробку, завернутую в целлофановый пакет.
― Представляешь, от бабки еще осталась. Ее кот… Не помню Мурзик, что ли… Да неважно. ― махнула она рукой и продолжила: ― Он с прибамбасами был. Унюхал и угол даже отгрыз ― тоже порелаксировать решил. Вон следы от зубов, видишь? ― и, продемонстрировав неровные края, принялась бегло осматривать, прищуривая глаза, написанное на упаковке: ― Так, и что там у нас? Ага… Сбор успокоительный номер три. Пустырник, душица, валериана…Держи, то, что доктор прописал! Только сама со всем этим возись. А я пока свое лекарство допью, ― сказав это и налив в фужер остатки вермута, Елена уселась на табуретку и принялась, покачивая головой, и время от времени вставляя скептическое «да уж!», или «ну дела», наблюдая за действиями подруги, пока та разогревала воду в кастрюле и насыпала дрожащими руками в банку сбор, превратившийся со временем в пыль.