Гоген в тюбетейке

Ты слышишь, как падает оземь
антоновка в старом саду -
то шлепает тапками осень
по первому тонкому льду
Как будто в потемках старуха
гуляет, не видя ни зги...
и я обострившемся слухом
ловлю те слепые шаги.
Старуха выводит кругами,
все ближе и ближе она,
сентябрь сложил оригами
из рисовой мути окна.
И вот застучала по стеклам
сухая крупа кулачком -
то осень в потертом и блёклом
шлафроке уже под окном.
Спокойна она и бесстыжа -
не скроет дырявый халат,
как черные вены лодыжек
коричневой кожей змеят…
Но… вдруг эту серость ремейка,
как шар, протыкают иглой -
то рядом Гоген в тюбетейке
палитру мешает метлой,
и песню поет незнакомо
про горы и милый кишлак -
он грустью нисколько не скован
ведь осень к нему не пришла…
Зовет он Ташкентом Таити,
а Teha'Amana - женой,
и вяжутся золотом нити
в его тюбетейке смешной.
Что значит - великий художник -
на охру накапает медь,
два взмаха - и осени можно
без страха в глаза посмотреть.