Бог знает лучше

Моя донечка. Езидская девочка, моя дочь. Та за кого я убиваю. Та ради кого я живу. Ала...
Не зазорно тому, кто на колени только перед Богом встаёт, преклонить их перед ребёнком.
Словно что-то почувствовав, Ульянка обняла меня. – Папа, не плачь, не надо. Я тебя спасу. Я один раз уже спасла и снова... Не думай, я сильная, я смогу.
Я неожиданно вздрогнул, осознавая её слова....Село под Горловкой помню. Про донецкий госпиталь потом рассказали. Несколько суток мёртвым был, да видать отмолил кто-то. Знать бы ещё кто... Теперь знаю. Я оторопело посмотрел на неё. – Ты... Ты кто?
Её детскими глазами на меня смотрела та, кому я молился перед боем. Та, что сильнее смерти. СВЕТ ПРЕДВЕЧНЫЙ... Ульянка лишь шмыгнула носом. – Я Уля, вот. А ты давай не плачь, а то я тоже плакать буду.
Ульянка уткнулась в меня и я чувствовал как по моему заросшему щетиной лицу текли её слёзы. -Папа, не умирай, я же люблю тебя.