Кузнечик и сверчок - Джон Китс

The poetry of earth is never dead:
When all the birds are faint with the hot sun,
And hide in cooling trees, a voice will run
From hedge to hedge about the new-mown mead;
That is the Grasshopper's - he takes the lead
In summer luxury, - he has never done
With his delights; for when tired out with fun
He rests at ease beneath some pleasant weed.

The poetry of earth is ceasing never;
On a lone winter evening, when the frost
Has wrought a silence, from the stove there shrills
The Cricket's song, in warmth increasing ever,
And seems to one, in drowsiness half lost,
The Grasshopper's among some grassy hills.
Кузнечик и сверчок

Поэзия земли не умирает:
Когда, сомлев, умолкнут птицы в зной,
Найдя и тень, и отдых под листвой,
Треск в скошенной траве не замолкает.

Кузнечик пляшет, пьяный от веселья,
С восторгом славит лето и жару,
Бездельнику их роскошь по нутру,
В траве уснёт, свалившись с ног от пенья.

Поэзия земли не умолкает,
Ни летом, ни заснеженной зимой -
С прокованной морозом тишиной;
Сверчок поёт, жар печки вдохновляет.
В дремоте нам мерещится порой,
Что вновь поёт кузнечик в летний зной.
Самойлов

Вовеки не замрет, не прекратится
Поэзия земли. Когда в листве,
От зноя ослабев, умолкнут птицы,
Мы слышим голос в скошенной траве
Кузнечика. Спешит он насладиться
Своим участьем в летнем торжестве,
То зазвенит, то снова притаится
И помолчит минуту или две.

Поэзия земли не знает смерти.
Пришла зима, в полях метет метель,
Но вы покою мертвому не верьте.
Трещит сверчок, забившись где-то в щель.
И в ласковом тепле нагретых печек,
Нам кажется, звенит в траве кузнечик.
Маршак

В свой час своя поэзия в природе:
Когда в зените день и жар томит
Притихших птиц, чей голосок звенит
Вдоль изгородей скошенных угодий?
Кузнечик - вот виновник тех мелодий,
Певун и лодырь, потерявший стыд.
Пока и сам, по горло пеньем сыт,
Не свалится последним в хороводе.

В свой час во всем поэзия своя:
Зимой, морозной ночью молчаливой
Пронзительны за печкой переливы
Сверчка во славу теплого жилья.
И, словно летом, кажется сквозь дрему,
Что слышишь треск кузнечика знакомый.
Пастернак