Семь жизней одного меня. Когда снега – много.

После экстремального лета зима началась тоже не совсем обычно. Вернее, она не началась вовсе. Впрочем, и такое бывало в русской природе.

Ведь писал же Пушкин: «Зимы ждала, ждала природа. Снег выпал только в январе. На третье в ночь».

А учитывая разницу в датах между юлианским и григорианским календарем, зима у нас началась как раз по Пушкину, или, если хотите, по «Евгению Онегину».

А затем началось. То снег, то мороз, то снег, то мороз. И так без конца.

В свои четыре года Настенька стала бойким на язычок, непоседливым ребенком, большей частью доброй и ласковой, но временами порядочной капризулькой.

В детском саду ей поручали читать на утренниках стишки, и она с охотой справлялась с этими заданиями.

Она была не очень крупная – многие дети даже младше по возрасту ее переросли – но быстрее бегала и скорее всех одевалась. А вот за обеденным столом, к сожалению, не показывала и малой доли своей прыти.

В один из первых дней припозднившейся зимы мы с внучкой после садика отправились к нам домой, чтобы дать возможность дочери в выходные ликвидировать отставание по работе.

Накануне Настена каждый вечер спрашивала меня: - А мы пойдем сегодня к бабушке?
Я отвечал, что сегодня не пойдем, и она успокаивалась.

На третий день внучка не просила, а требовала.

Чтобы избежать напрасных препирательств я позвонил дочери и передал трубку Насте.

Доводы мамы ее совсем не убедили, она принялась громко рыдать и наотрез отказалась раздеваться.

Мы с ее братом с трудом раздели орущую и брыкающуюся девчонку, которая все никак не могла успокоиться.

Я еще долго прижимал к груди потного всхлипывающего ребенка, кормил мандаринами и обещал, что уж завтра мы обязательно пойдем к бабушке.

Наконец, старший внук подсунул включенный планшет с ее любимым «Диана Шоу» и я был немедленно забыт ветреной девицей. Она только вяло помахала мне ручкой и снова уткнулась в планшет.

К вечеру пошел снег. Густой, мягкий и пушистый. Он начисто прикрыл те безобразия, которые оставляет человек в большом городе.

Мы шли по бульвару, а Настена продолжала капризничать: - Не хочу к бабушке!

- Как же так? – не выдержал я, - ведь еще вчера ты устроила скандал из-за того, что тебя не пускали к бабушке. А сейчас ты уже раздумала к ней идти?

Чтобы хоть как-то отвлечь внучку от ее каприза и переключить на другие события, я указал на снежинки: - Ты только посмотри, как красиво падает снег.

Мало что может сравниться с красотой пушистых снежинок, освещенных желтоватым светом уличных фонарей.

Настена примолкла, а когда мы подошли к нашему дому, бросила мою руку и самостоятельно побежала к детской площадке.

Я подумал, что она направится к качелям, но ее больше забавляло другое.
Настенька стояла посреди площадки, на которой после уборки дворников оставался только свежевыпавший снег.

Она топала ножкой и белый покров расступался, как если бы он был невесомым пухом.

Но и этого ей показалось мало.
Она растянулась на снегу и лежала, раскинув ручонки, и ловила язычком медленно падающие снежинки.

Когда же она зачерпнула снег рукавичкой, и тоже потянула его в рот, я строгим голосом велел ей подняться.

Мы подошли к качелям. Одна была занята.

На соседней качельке сидела не девочка, а бабушка.

- Здравствуйте, я Настя Наумова, мне четыре года, и я уже взрослая, - поздоровалась моя общительная внучка.

- Здравствуй, Наумова Настя, - отозвалась незнакомая бабушка, - Дедушка, не ругайте внучку. Я бы и сама с удовольствием повалялась сейчас в таком снегу. Вот, оставила продукты из магазина на лавочке, а сама качаюсь, как маленькая. И домой совершенно не хочется идти.

Мы еще поговорили немножко, а снег все продолжал сыпать, и скоро внучка стала совсем похожей на маленького снеговичка.

- Бабушка, я так по тебе соскучилась! – заявила с порога Настя и я понял, что сегодня капризов больше не будет.

- Ты знаешь, что она мне сказала? - шёпотом передавала жена слова внучки. - Бабушка, я так хотела к тебе прийти, ведь скоро вас не будет!

- А куда же мы денемся? – спрашиваю, а она отвечает. - Вы скоро умрете, потому что уже старенькие!

Ну, что ты будешь делать?

Через месяц снега выпало столько, что дворник в детском саду насыпал высоченный бруствер, за которым скрылась вся фанерная и пластмассовая живность, имитирующая обитателей дикой природы.

И только одинокий рог лося еще некоторое время торчал из сугроба.

Шустрая ребятня моментально воспользовалась нежданно появившейся горкой, и взбиралась на нее при первой возможности.

У Настены появился целый ритуал расставания с садиком. Ее подружка Женя специально просила бабушку не торопиться и подождать нас с внучкой. Взобравшись на горку девчушки веселились до упаду: бегали, обнимались и валялись на снегу.

Скоро зима Настеньке порядком прискучила. Недавно внучка моя чуть не плача заявляла: - Деда, как надоела мне эта зима! Бе-е! Хочу в песочке, а не в снегу копаться.

За окном давно уже март, весна еще и не думала начинаться.
Когда-то в далеком детстве я конце февраля в Закарпатье первоцветы собирал. Да и на Днепре тоже, на 8 марта.
А у нас, похоже, еще и на Пасху не сойдут сугробы.