Семь жизней одного меня. «Робокоп».

Я с энтузиазмом принялся выполнять первый контракт: сотню коленчатых валов для трактора МТЗ. Я быстро договорился с заводом, обменял пришедшую от Людмила валюту на рубли и отправил деньги на завод. Скоро пришло подтверждение о предоплате. И тут я совершил ошибку: вместо того, что ехать самому, отправил в Минск Артамонову, которая буквально рвалась в эту командировку. Через пару дней она вернулась, сияющая, на грузовичке с открытым верхом. Я заглянул в машину и обмер: валы были мокрые. – Да,- подтвердила Валентина, - перед Москвой нас застал легкий дождичек. А о том, чтобы укрыть детали хотя бы полиэтиленом, ей и в голову не пришло. Я объявил аврал и до позднего вечера мы протирали валы, но был уже поздно, сверкающие поверхности начали покрываться ржавчиной.

И в следующем заказе с повторил ту же ошибку: из Ногинска другая дама привезла мне ржавые топливные насосы. Оказывается, ей было невдомек, что нам загрузили ящики, стоявшие под снегом, вероятно, не первый год. Я созвонился с заместителем директора, и усовестил его до такой степени, что нам обменяли насосы на новенькие, причем за транспорт больше ничего не взяли.

Так я понял, что контрактами нужно заниматься самому. От оплаты до таможенного оформления. Первый контракт оформлялся в таможне три дня. На четвертый я пришел на таможенный пост, понаблюдал за царившей здесь суетой, без особого труда обнаружил посредника, который деловито сновал между кабинетами и клиентами. Я отозвал его в сторонку и спросил сколько стоит таможенное оформление. - Пять сотен,- ответил посредник, молодой парень. – Рублей? – я попробовал «валять ваньку». Он посмотрел на меня, как на ненормального: - Баксов! - А если попробовать стоять в очереди? – не сдавался я. – Ну, это мало у кого получается. – Но ведь с документами у меня все в порядке. – У всех в порядке. Если не в порядке – обойдется значительно дороже.

Я достал конверт с валютой, который привез от Людмила и отсчитал пять сотен. С тех пор мне пришлось оформлять документы на разных постах, но везде такса оказывалась одинаковой. Только однажды на складе в Луховицах сердобольная кладовщица посоветовала мне обратиться на местный таможенный пост. И на нем с меня ничего не затребовали кэшем. Это показалось даже удивительным.

Скоро оказалось, что и с бухгалтерией мне придется заниматься самому. Я принес отчет по НДС, но оказалось, что просрочил с датой и мне выписали штраф. Не то чтоб он был слишком обременителен, но сам факт был крайне неприятен. В дальнейшем я старался всю отчетность сдавать вовремя.

Так на долгие годы я против своей воли должен был заниматься бухгалтерской отчетностью. Сказать, что этот процесс мне не нравился – это ничего не сказать. Не случайно задолго до приближения отчетности Иринка говорила подросшим детям: - Не беспокойте папу – у него баланс.

Первое время СП имели льготы по сдаче отчетности, но затем их отменили и сохранять такую форму юрлица больше не имело смысла. Но и с обычным «товариществом» хлопот было предостаточно. Формы бухгалтерской отчетности становились все сложнее, мало того, отечественные чиновники имели привычку изменять их, как правило в средине года. Поэтому и со мной, да и с другими подотчеными нередко случались такие казусы: придешь в налоговую, разумеется, в последний день, выстоишь немалую очередь, а тебя заворачивают. Форма, видишь, устаревшая. Все это относится, разумеется, еще до широкого внедрения интернета, когда все решительно изменилось.

Кроме мытарств в налоговой инспекции становилось все больше фондов. Сначала появился пенсионный, с отчетностью на пару листков, затем фонд социального страхования, фонд медицинского страхования, который чудесным образом раздвоился, а потом появился еще и фонд занятости. И все эти фонды все увеличивали и увеличивали свои формы отчетности. Кроме того, они имели крайне неприятное свойство менять свое местонахождение, разумеется, как раз накануне сдачи квартальной или годовой отчетности. Так что несчастному бухгалтеру, и мне, поскольку я был в единственном числе, приходилось, кроме всего прочего, заниматься чем-то похожим на спортивное ориентирование.

Время шло, и я уже приспособился к подобным операциям, но однажды Людмил потребовал, что бы я провел через налоговую возмещение НДС. Мол, это возможно при проведении экспортных операций. Я знал, что такие процедуры возможны, но мое чутье старого бюрократа, что с государством лучше не связываться. Однако Людмил настаивал, и я уступил. Подготовил необходимые бумаги, в том числе получил от Людмила его экземпляр таможенных документов, написал заявление, сдал в налоговую и стал ждать.

Скоро меня вызвали в контрольно-ревизионное управление и вполне приветливая дама попросила меня принести еще некоторые справки из банка, потом еще, а потом еще. Хорошо еще, что к тому времени у меня сложились доверительные отношения с бухгалтерией банка, в котором был открыты счета «Робокопа», потому что справки, которые меня заставляли получать, были похожи на анекдотичное, типа, докажите, что вы не верблюд. И, тем не менее, все запрошенные справки я получил.

После этого приветливая дама из налоговой перестала быть таковой и безапелляционно заявила, что сделка у меня фиктивная, поэтому не может быть и речи о возмещении мне НДС, и, вообще, мне нужно готовиться к неприятностям. Я был ошарашен потому, что на самом деле я ничего не нарушал. Не знаю, ожидала ли эта дама взятки, либо хотела «взять меня на понт», либо и то,и другое. Но я еще никогда не платил дамам из налоговой. Коробка конфет по случаю 8 Марта, разумеется, не в счет. Поэтому я настаивал на своей невиновности.

И вдруг дама из контрольно-ревизионного управления снова стала приветливой и сообщила, что мое заявление удовлетворено и искомая сумма будет засчитана мне … в качестве переплаты налога на прибыль, то есть эти деньги я не получу никогда. Я сообщил Людмилу эту новость, но он был далеко не обрадован.

А приблизительно в это же самое время известный олигарх БАБ – Борис Абрамович Березовский - проводил фиктивные операции с экспортом «Жигулей», и без проблем получал возмещение НДС, а после этого спокойно продавал машины в России. Говорили, что на этой операции он крупно заработал.