Последний вечер

Йавился ангел йме в сне. Сказку изрек и се.
Помолчал. Головой покачал.
И добавили йэщэ.
Коль решил, будто фэнтэзи сила.
Ошибёшься:
То правда; Так было.


Пришла мать. Постояла у дверей; повздыхала.
Прошла к столу; села на краешек скамьи. Повздыхала йэщё.
Он изредка поглядывал на йэё и улыбался йэй так тепло, что в йэё груди начинала тихонько пощипывать радости песней душа.Так некоторое время занимались своими делами: мать с лёгкой грустью любовалась на свое любимое чадо и время от времени вздыхала; он бросал на йэё свой чистый открытый взгляд, не желая отложить не совсем понятного йэй, но необычайно важного дела.

-Сынок,- наконец заговорила она ласково и негромко,- что ж ты изводишь то себя так? В деревню не ходишь вовсе, не гуляешь, не женишься. Вот уж братья все, сёстры твои детишек народили, дружки все твои с жёнами; нельзя без детишек то; не по закону. И дела твои, вижу, запретные. Нарушайэшь завет Баянов. Прознают старейшины, бранить будут, а то и вовсе прибйут. Живёшь отшельником один среди лесу….

Мать долго выговаривала йэму наболевшее. Рассказывала о житие-бытие, о заботах людских; что слышно в округе, и с краёв дальних вести. Какие девки выросли по деревне да жениха такого славного дожидайутся. Посетовала на одичание людское от жизни тихой, прежнему бытию не свойственной. Вспоминала, как рос он да койи надежды она с батькой на йэго возлагали, веря, что станет кормильцем да опорой им в старости. А он вот бросил все, от наследства батькина отказался…

Он слушал йэё голос с любовью. Улыбался, бережно отложив свитки в сторону и, подперев подбородок ладонями, молча любовался свойэю родненькой, подарившей ему жизниь и, для себя самой незаметно, показавшей дорогу к тому сокровищу, дороже которого не было у йэго ничего на свете; ради которого он отказался и от наследства батькина и от веселий скоротечных... Не беда, что не понимайэт йэго стараний мать, выговаривайэт йэму.. так то ж любя, жалейучи.... Не беда, что осерчал на йэго отец.. Это ж тоже любя, от боли за сына, лишившего себя наследников... Чтоже делать-то? И самому больно глядеть на страдание родителей. А бросить из сиюминутной жалости труд свой... это ж прожить краткий миг и не увидеть никогда болейэ жизнь; позволить кануть в бездне безвременийа всем и всему дорогому да сердцу милому....

То что в крайах ближних-дальних и по свету всему дейэтся от йэго и так не спрятано. Не требовалось и из избушки то выходить для этого. А вот так уйутно побыть с матерью да послушать речи йэйо плавные не часто доводится. В который уж раз говорил он в ответ про твердь небесную, про то что крепить йэйо кто то должен, чтоб продержалась сколь надобно. Про змия Горыныча. Про кощея - беса смертного. О Боге. О Йага Бабе …. О том что, труд завершив, надейэтся старейшин да волхвов уговорить и тогда уж боле ждать не станем, а прямо на сей день людей всего мира в русло вернойэ подвинем.

Мать слушала йэго заворожено и веря и не веря. И не помнила случайа, чтоб дитя йэйо ошиблось,- не зря волхвы к йэйо сыну за советом ходили, а со всей округи народ, обычно побаивайась йэго, избегать старайась, при большой нужде приходить решался, кланялся, просил помощи,- и поверить сил не хватало. А он знай себе, улыбайэтся.

-Ох, сынок, сынок…
В очередной раз повздыхала мать.
-Пора мне. Коровушек дойить, мужиков с полей встречать.

Вы не можете скачивать файлы с нашего сервераВы не можете скачивать файлы с нашего сервераВы не можете скачивать файлы с нашего сервера
Скоро, скоро заветная встреча. Времени вовсе мало осталось. А йэму йэщо столь свитков накропать предстойит, да ошибиться нельзя: уж больно ошибки цена высока.

Дни и нощи текут свойэй чередойу. Мало-помалу и труд йэго поспевайэт, к завершению движется. Вот срослось вроде всё. Последняя точка поставлена.

С солнышком поднялись одновременно. Вместе в роднике поплескались: он, смейась звонко, сам лично; солнышко, балуйась радостными лучиками, в брызгах да по ряби водной поискрилось.

Аккуратно проверяйа йэщо раз «всё ли на месте?» собрал труд свой войэдино. Всё. Пора в дорогу.

Посмейался тихонько, вспомнив «ходить, ако все люди ходят; дабы не пугать смертных и не выдавать весь род до поры». Оно можно конечно: недалече погост,- вёрст 500 может будет, не болейэ. И солнышко с неба лишь к полудню глядит. Да вечерня та будет сегодня.

Улыбнулся обжитому месту. Послушал лес. Заметил малое горе. В очередной раз нарушайа запрет (да кто ж йэго увидит в глуши эдакой) поднял выпавшего из гнезда птенчика; подержал в ладонях; пошептал что то над ним да и отпустил летать уже птаху вольную. Та покружила над головой, прощебетала благодарно да полетела к сородичам.
Поклонился на все четыре стороны. Помахал чему-то в сторону избушки свойэй на прощание и в путь.

«Дабы не пугать…» собранийа на скромном расстойанийи от погоста «пошол, каг все люди ходят».

Все здесь. Никто не хотел последней встречи пропускать. Радостно толкало в груди щедрое сердце. Он думал подойти, поздороваться; занять свое место; и лишь после, когда дойдёт йэго черёд слово молвить, пойаснить тяготы людскийэ, опасность жизни в безвестности предложить войне за просвещенийэ венец и торжественно предоставить вниманийу собранийа свой скромный труд. Всё ближе, ближе вечернейэ собранийэ. Всё мощней сердешный стук. Теперь уж не понятно: радуйэтся сердце ли, сердится. Всё с большим шумом проталкиваёэтся висками кровь. Всё неудержимей улыбка безмерной радости, счастия. И вот он не выдержал, побежал, ако дитя малойэ с криком радости:

- Всё! Кончились наши мучения! Мы можем начать прежднюйу жизнь да по-новому! Мы можем завершить просвещенийа всех! Вот она! Вот наше оружие! Вот наша Всейасветная Грамота!

Полюбовались старейшины да волхвы на грамоту; йазыками поцокали; головами покачали. Долго молча сидели, свойэго же решенийа дожидайась. И наказать надо бы за ослушанийэ молодца, да на столь светлый лик… у кого рука-то подымется….

-Это что ж ты удумал то, паршивец этакий. Это ж кто в стог сена детишкам малым для игры огниво подать собирайэтся. Это ж кто тут у нас смелый такой не бойится буйному остру сабельку в руку вложить то….

Начал причитания один из законников. Начал да осёкся под дружным взглядом собранийа.

Для всех неожиданно речь повёл всегда молчавший старец.

- Дед мой рёк. Была у Самого грамота в полном виде. Основа всем перу новым знаменийам. А как на перекосяк всё то пошло, как возгордились силой приобретаёэмой племена людские да дикие, как принялись не ведайа того саму основу мира рушить, как пришлось прятать страну свойу древнюйу, да землю русскуйу, так и велел Байан ту грамоту уничтожить, да так, что б и следов не осталось от той грамоты, что б не привели они до поры к роду нашему, иначе погибель всем полнайа.

Вы не можете скачивать файлы с нашего сервераВы не можете скачивать файлы с нашего сервераВы не можете скачивать файлы с нашего сервераВы не можете скачивать файлы с нашего сервера
На встрече речи долго лились. Последнийэ наставленийа всем розданы. Все сомнения найдены.
И ведущий собранийа вершащую речь сказал, не забыв и йэму и всем в назидание напомнить опасность самовольных поступков, опасность в сомненийи не топить самомненийа.

-Никому из нас смерти знать не хочется. Всем тяжко терпеть да скрываться. Ну,- хорошо: мы видим, понимайэм твойи начертанийа; ты видишь, знал, что творил. Людей кое-чему сегодня научили, мозг трудить немножко заставили…. Как обйаснить то всё это? Кот рыбку любит. Поди кота научи крючки делать, лесу, удилищэ да как всем этим рыбку удить. Поди обйасни слепому меж синим и красным разницу. Поди обйасни глухому меж пением соловья и удода различие. Слепого, надо в начале видеть научить. Глухого надо слышать научить. Проблема ведь не в том, что знаний нет; не в грамоте проблема, и даже не в йэйо познанийи. А в том, что в сей миг невозможно обйаснить йэйо необходимость, и тонкость обладанья Силой. Йэдва мир не погиб в разгуле. Йэдва спаслись, упрятав Бога. И вдруг… всех джинов да наружу. А время не пришло. Нам в миг сей надо не учение завершать, а сейать веры семена, всё сделать так, чтоб сохранились сведения о знаниях, чтоб все, хоть чуточку росли сознанийэм, чтоб подравнялись хоть немножко, чтоб всё шло в нужном направлении и русле, чтоб пир наш на весь мир случился непременно. Последние штрихи остались. А грамота твойа… что ж,- тоже пригодится. Мы лишнейэ на всякий случай уберём, сдесь чуточку добавим и, чтоб нашли, оставим. На Бога вся надёжа. А ты талант свой напряги в сказаниях, чтоб в будущих днях покрепче доставали….

Так молодца за труд старейшины ругали. Он улыбался им в ответ и верил:
смерти нет. Прийдёт пора, прозрейут люди и о старательных трудах, прозрев, потомки не забудут.

Он много песен сочинил и славно спел. Бог есть. Он знал: уйдя из головы, мысль в голову войдет; пусть даже чрез века, но темя светлое проклюнет. И то не страшно, что его имя безвестным остайотся во времени поры, пока на мозге темя, до самого, сегодня им готовящегося, пира на весь мир, где он уж будто бы и был, мёд-пиво на весельйэ пил, да по усам пока текло, а в рот йэщо не попадало. Важно Христа прославить да знанийам надёжныйэ вехи поставить.

Ну а пока, труд завершив, он лесом шёл, ак люди ходят. Да и куда ёэму тропиться: чтоб крепче памятью не лишний раз впитались, неспешно можно насладиться всеми красотами и нотами и запахами мира, который, несмотря на славный труд, но всё-же будет вынужден покинуть. Он шёл домой и птицам вещим подпевал, благодаря их за науку. И звук тут. Будто времени отсчёт. И птица хитрая. Да как похожа! Он улыбнулся, и песнь смешную сложил:


Заигрались детишки при полянушке лесной
Тут кукушка им и укой укнула: домой!
Трепет на сердечке в груди
Йокнули кишёчки внутри
Холодок по телу пробежал
Йуркнула во пяточки душа
И огрела по пяткам малыша


Засверкали пятки
Ходуном лопатки
Мчатся детки домой без оглядки
Наперёд ног домой прибежали
Аш дорогой себя утеряли
Сами-то уж дома давно
Да прибыть им ноги не велят
Тогда ноги в руки детки берут
С ветерком тельца над тропкой несут
Добежали
Мааа! Йьме кукушка считала мало
Пааа! Имя к уку птийца послала

Рады рвенью к уку Ма и Па
Знайют все науки Па и Ма
Верно!- кукушка не лгёт
Она точно! времячко чтёт
Может быть не так уж и мало
Она сколь? тебе отсчитала
А дитя.. низмовало йэщо
Мало! Крик тщит
Вот и всё.


Он рассмейался звонко, йасно видя, что слово Божьйэ не пропало даром; и где то там, через года, часы вдруг стали домиком с кукушкой; влюбленные и дети вещей птице вопросы задайут …. А это так красиво! точно! и настолько важно.. что даже йэсли он родился всего лишь для того, чтоб сложить эту песнь, на вид простуйу, уже не страшно умереть… на время.

P.S. Вечерня та не столь далеких дней была. То, что оставили - можно посмотреть в интернете. Не обладая Силой, не став Просвещенным, составить грамоту ту невозможно (красивая "Земля" в пример)


А с того, что было у Самого, началось избавление от "первородного греха". С этого берет начало Человечество. И этим сформирован Человек в современном виде (с его речевыми функциями и возможностью обрести собственную душу)
В то время Антарктида была цветущим краем. Пингвины с Атлантидою своей расстаться не желают.
Самая древняя "Избушка на курьих ножках" что из башки вертится, и к Яга Бабе (Речь) только с ключиками да цепочками пускает.
Да Аллах там в куполах.
(Если "поэты" не в силах воспользоваться, то по крайней мере в ней будет понятно - что такое нормальная Рифма, не корявая - ряды, да вертикали.)
Звуки, что в "кувшине" И пробкой в камне "карой такой" заперты - через язык.
И, й, ы - святая троица - речь в одно собирают- водные. Ы - сам Глас - с ним звучат все согласные. Гласные - то, что звучит подобно гласу - самостоятельные звуки. И, й - двойные. Начало И - кончик иглы, в честь которого на маковках шпили, и на куполах церковных кресты - ибо это креститель (и дух святой). Й... нарисовано ,что делает, и где отпирает.
То, что слева - горло, где горлица, иль голубь в помощь ветку на ковчег тащить. Справа - у губ, которые губят - тут уж с соловьем разбойником дружить, пока рак на горе не свищет. (тот самый рак, из-за которого в онкоцентрах лечат, и молятся раком)
Выше Б-Г - царство Божие на нЁбе. Ну а ниже - где царство божие добиться надо на Земле (чтоб с Гласом звучали)
Слева - заик ушки из сундука торчат - тут сокол, конь, коза, овечка в помощь - все что блеет, и на обложке библии о чем совет.

И на посошок - песенка о Той кукушке, что больше 12 счет не ведет, а с двенадцатым возгласом надо обязательно чокнуться, да истину в вине топить, в "ожидании деда мороза". - О церкви, о Христе, и о тех... кто волей случая познал "между землей и небом война...."