Рассказ из жизни сельского врача(продолжение)

Рассказ из жизни сельского врача (продолжение).
Анна и Тойво Хюннинен.
Ольга уже писала, что были в жизни светлые места. В посёлке Чай (Карелия) жили разные люди, попавшие в это место из различных городов и весей. Было и основное, местное население - финны и вепсы. К 1973 году их осталось немного, и Ольге пришлось познакомиться с ними. Первая семья, с которой ей довелось встретиться, жила недалеко от ольгиного дома. Это была Анна с сыном Мишей. Анне было лет 45, а Мише 19. Миша болел церебральным параличом: он плохо ходил и говорил. На его не взрослом лице ярко сияли большие лучистые серые глаза – «совсем, как у княжны Марьи» - подумала Ольга при первой встрече. У Миши была врожденная слабость височно - нижнечелюстного сустава, и Анна каждый раз, в случае вывиха, вызывала Ольгу помочь Мише. Это простое дело для врача. Ольга в две минуты вправляла сустав. Анна с восхищением наблюдала за её действиями, потом с трогательной настойчивостью пыталась отблагодарить Ольгу: обычно это был стакан с клюквой. И Ольга брала, чтобы Анна не обижалась. Домик Анны был маленький: состоял из одной комнаты, в который стояли две кровати, стол и два стула. Справа от порога находилась обычная русская печь, как у всех в деревне. Ольгу особенно поражала металлическая пластина перед подпольем печи - она сверкала серебром: так тщательно Анна чистила её, каждый день. Вначале казалось, что входишь в чертоги Снежной Королевы, пока не переведёшь взгляд на комнату. Анна - маленькая, одетая в старую кофточку и юбку, чрезвычайно опрятная, казалась немолодой девочкой, и, когда они с сыном смотрели друг на друга одинаковыми лучистыми глазами, казалось, что они почти ровесники. Только в доме у Анны Ольга пила чай. Зная, как бедно они живут, Ольга всегда приносила « на вызов» кулёчек с конфетами (какие были в магазине, - обычно карамельки без начинки) и печеньем. Анна каждый раз смущалась, принимая скромный дар. За чаем, постепенно, Ольга « разговорила» Анну. Выяснилось, что живут они с сыном одни, не общаются с другими финнами – Анна не захотела обсуждать эту тему. У них есть родственники в Финляндии, которые не могут им помочь (Мише нужна была операция). В Петрозаводск за помощью Анна обращалась несколько раз, еще, когда Миша был маленький, но ей отказывали под разными предлогами: то рано оперировать, то поздно. Ольга сама написала ходатайство в Минздрав, но ответа не получила. Позже, когда она была на учёбе в Петрозаводске, и обратилась к министру с просьбой относительно сына Анны, министр сказал Ольге тихо –« не вмешивайтесь». Вы не поверите, но тогда обычный сельский врач мог подойти к министру со своей просьбой. Кстати, тот же министр помог Анне « пробить» строительство прачечной при больнице. До того в больнице была прачка, которая стирала больничное бельё вручную. Полоскалось бельё в маленькой речушке, протекавшей неподалёку, и таскать баки с бельем прачке никто не помогал. В больнице на 25 мест был только один мужчина - Николай Петрович - фельдшер - лаборант. Вепс. Маленький, худенький и некрасивый Николай Петрович жил один. Говорил мало, но часто пил и ночевал в лаборатории, о чем Ольга узнала случайно, когда ей нужно было ночью сделать срочный анализ. Женщины им не интересовались, или он ими - не известно. В деревне было достаточно мужчин. Ольга вначале не понимала этого, противоречащего статистике, факта. Но позже узнала от деревенских тёток, что в Карелии живут поселенцы и выписавшиеся из лагерей мужики, которых не принимали домой, уставшие от их « выкрутасов», жёны.
Но вернёмся к Анне и Мише. Пожалуй, это была единственная семья в Чае, которая вызывала у Ольги почти родственные, теплые чувства. Ольге нравилось слушать короткие рассказы Анны о своей жизни, о том, что отец Микки - так она звала сына - оставил их, когда узнал, что мальчик болен, что живёт она только для Микки, потому, что « он добрый и ласковый мальчик». Миша действительно светился добротой, и этот свет отражался в глазах Анны. Миша с любовью смотрел и на Ольгу, когда она занималась им. Молча улыбаясь, он слушал их с Анной беседы. Анна говорила с лёгким акцентом, твёрдо выговаривая согласные. Больше всего в Анне Ольгу привлекало её полное отсутствие стремления вызвать сочувствие; и она никогда не сплетничала о соседях. Они её просто не интересовали. Соседи Анной тоже не интересовались, что удивляло Ольгу. На окраине деревни жили финские семьи в нескольких опрятных красно-белых домиках. Анна два раза была там, когда её вызывали к старику Хюннинену, который, по словам вызвавших её родственников, « умирал». Когда первый раз Ольга примчалась к дому умирающего, она увидела в чистенькой, как у всех финнов избе, свежий гроб, одиноко белевший у стены. В нём плотно лежал пожилой розовощёкий, седой, чисто одетый мужик с белыми усами и бородой (прямо, Дед Мороз). Глаза его были закрыты, руки благостно скрещены на груди. Дыхание у него было равномерное, и Ольга сразу поняла, что мужик живой. Ольга подошла к нему, взяла его могучую руку, привычно нащупала пульс. Пульс был, конечно, ровный, слегка твердый, хорошего наполнения, ритмичный. –« В чем дело?» - спросила Ольга. Извиняющимся тоном, жена «усопшего» сказала: - « Простите, доктор, он всегда весной и осенью ложится в гроб и требует врача». Ольга обратилась к « умирающему»- « Вы говорите по-русски?». Мужик открыл глаза цвета морской волны и ответил негромко: - «Говорю». Затем умолк, и больше на вопросы не отвечал и не двигался. Ольге пришлось продолжить беседу с женой. Наконец, она поняла, что после очередного запоя, Тойво Хюннинен, как всегда лёг в гроб, и как всегда потребовал врача. Ольга внимательно осмотрела Тойво, не нашла ничего, кроме слегка увеличенной печени. Давление у мужика было нормальным. Ольга не знала тогда, что бедный Тойво Хюннинен страдал расстройством настроения, и нуждался в психиатрической помощи. Она интуитивно поняла, что Тойво нуждается в наблюдении, и в течение двух недель ходила к финнам, осматривала больного. Заставила родственников кормить его понемножку, и давать больше клюквенного морса. Через две недели Тойво вышел из гроба, и принялся за свои обычные дела. Доктор Ольга вскоре нашла у порога своего домика ведро с клюквой. Ольге вспомнилось, что похожий сюжет есть у классика, но не могла вспомнить, какого. Но что делать, Ольга с этим столкнулась в своей жизни, и поняла, что классики берут сюжеты из жизни.
Уезжая из Чая, Ольга попрощалась только с Анной и Микки.