ПОДЁРГАЕМ ВРЕМЯ ЗА СТРЕЛКИ ЧАСОВ

Ол Рунк | 6 декабря 2009 | Категория: Юмор

Ол Рунк
Подёргаем время за стрелки часов
Из серии: «Неопознанное сословие».
Этой миниатюре предшествует другая: «Бег на месте».

***001-002

Сижу на откидном месте...
День сижу, другой...
Длинющий стол передо мной плотно обставлен стульями, но они пустуют, как и кресло.
Только изредка появляется крупнолиций мужик. Наверняка какая-то силовая структура, и держат его силовики в качестве мордобойца. Здесь он чай разносит. Перед каждым стулом молча ставит на стол чашку и исчезает, даже не глянув в мою сторону. На всякий случай в его отсутствие свою чашку меняю на другую. Бережённого бог бережёт.

Сидеть без дела впритирочку с премьерским креслом, это ещё не значит, что и никакого результата не будет. Нечто смахивающее на манию величия стало разрастаться во мне и приняло вполне реальные очертания, и когда крупнолиций в очередной раз появился с чаем, я не удержался, спросил:
-Господин крупье, почему чай без сахара?
-Вот так тут все, - проворчал он. - Сначала спитому чаю рады, а пообтёрлись малось, и от сладкого нос воротят. Подавай им чай с мёдом. А мёда на всех не хватает.

Случаются же у людей такие отвратительные физиономии! Она расплылась, как масло на горячей сковороде и стала...О,ужас, какой она стала! Словно я смотрел на неё под лупой с многократным увеличением и видел самого последнего нашего президента...

В канун развала старого режима раздался нервный крик в «аквариуме»: «Куда деётся сахар?». Генсек, не моргнув глазом, ответил: «Мы думали, что все будут пить чай с мёдом, а мёда на всех не хватило». Никто не засмеялся. У полуголодных, измученных очередями «народных избранников» иссякло чувство юмора.

-Мда…- подытожил я вслух свои старорежимные воспоминания. – Что-то странное с пчёлами творится. Говорят, их поголовье во всём мире сократилось на семьдесят процентов. Ну, а как здесь с численностью? Где всё начальство, я вас спрашиваю!?. Попали в ДТП или под сокращение?
-Ни то и ни другое!
-Разбрелись по кабинетам?-попытался уточнить я.
-Да ну что вы!
-Если не по кабинетам, то куда ещё?! На что вы намекаете? У нас – сезон дождей.
-У нас теперь круглый год – сезон дождей,а у них всегда хорошая погода, и без лопаты у них можно неплохо жить. Вот они там и кучкуются на разного рода форумах.
-Тусуются, значит, в рабочие дни недели.
-Это вы зря так про них...Тусуются за свой счёт, а они сами-туются за наши деньги, а свои на чёрный день откладывают. Научены горьким опытом предшественников, которых теперь оттуда не дозовёшься и даже интерпол к нам не затащит. Это про них Путин заметил: «Одних уж нет, а те далече…».
-Но в газете я сам видел колективный снимок правительства. На первом плане были только мониторы, но на заднем и ноги из под стола торчали... Или это тоже был сон!?
-Какой сон!? Сюда они собираются по понедельникам, и это реальность... Раньше здесь были президентские посиделки, а теперь, как только президент стал премьером, соотвестственно и посиделки переименовали. Теперь они стали премьерскими. Он каждый раз приносит сюда «планов наших громаздьё», расписанных по ноликам, и задумчиво перекладывает светлое будущее своего правительства из левой пачки бумаг в правую, изредка пытаясь донести до сознания присутствующих, как много и кому он отстегнёт денег из государственной казны.
-Богат он, казны не считает, а всё не скудеет добро. Теперь и золото и нефть в цене, а Тимошенко уже собирается отдать нам Севастополь в счёт погашения газовых долгов.
-Ещё Савва Морозов подметил: «В России легко разбогатеть, но жить трудно». Вот они и трутся возле мирового сообщества. На всякий пожарный случай.
-Вы тут так притёрлись, ещё немного – и заговорите на иврите.
-Вы проницательный человек, и у меня такое чувство, что вам можно довериться. Понимаете, здесь у каждого, кроме государственной тайны, есть ещё тайна своего кошелька, и пример Премьера не стал заразительным.
-Видимо, это не такой уж и дурной пример, раз он не стал заразительным, и вы, наверное, как Путин, всегда говорите правду. Не пора ли нам выпить на брудершафт!
-Есть отменнейший коньяк.
-Наполеон?
-Ну, что вы! Сразу видно, что вы не избалованы коньяками. Самые лучшие коньяки – армянские.
-Очевидно климат там самый подходящий для коньяка.
-Вкус коньяка определяет дуб. А дубы в Армении специфические, растут в горных долинах. Таких гор во Франции нет, и смысла нет французам годами мариновать коньяки в своих дубовых бочках. Сталин не без злого умысла подарил Черчилю вагон армянского, предварительно публично обозвав его жирной свиньёй. С того вагона Черчиль пристрастился к спиртному, и умер с рюмкой в руке уже глубоким стариком.
-Надеюсь, и нам лет до ста расти без старости,- смандражировал я малость, косо поглядывая на чашки, до краёв наполненные чайным цветом.
- В этих чашках – чистейшей воды коньяк из буфета, для других закрытого, и только придурки думают, что здесь пьют самый лучший в мире чай из самовара с сапогом.
Мы подняли бокалы.

Естественно, надо ждать продолжение ...003. До стрелок ещё далеко.
У железнодорожников когда-то во всём был виноват стрелочник. Стрелочников заменили автоматы, и теперь случись что с подвижным составом – виновных не найдёшь.

***003
Мой благодетель вытер рукавом правый глаз:
-У нас слабое еврейское лобби, хотя никто не отрицает тот факт, что оно есть. Но оно слабее, чем в США, даже по лобби мы отстаём от них, хотя они давно стали нашим куриным придатком, и со времён Клинтона «ножки буша» безжалостно топчут наши птичьи фермы.
Я смахнул слезу умиления с левого глаза:
-Потому их ножки считаются у нас «чёрными», что они на наших птицефермах не вылезают из грязи. А с позиций диетологии ножка ничуть не хуже грудинки и ничем ей не уступает по вкусовым и питательным свойствам, и, скажу по совести, мне больше нравится закусывать куриным окороком, который хорошо подрумянен в обильном количестве масла с лучком, перчиком, чесночком, да если ещё туда бросить пару маслин... да на стол ещё поставить украинскую горчицу с хреном… мэмээх! А какой аромат! Берёшь эту самую ножку, за пару костей… Настоящая парнуха без вилок и ножей! И прежде чем макнуть её в горчицу с украинским хреном, полной грудью вдыхаешь...
-Коньяк не закусывают, извините.
-Да-да, я понимаю, коньяк пьют сытые люди. На брудершафт можно выпить и без закуски. А вот без курятины никак не обойтись, если очередной тост поднять за еврейское лоби.
Я с надеждой заглянул ему в глаза.
-Придётся с этим тостом повременить. Здесь всё-таки не харчевня, а кабинет самоВо. Пусть курочки живут и снабжают диетическим яйцом наших нищих.
- Так выпьем за то, чтобы в России не было голодных! – бодро воскликнул я, устремив взгляд в пустующую чашку. - Сегодня, по подсчётам зюгановцев, их у нас сорок процентов. А во всём мире всего лишь один милиард человеческих существ голодает, не считая животных и птиц, за которых мы в ответе, но ответственности никакой не несём...
-Сегодня деньги правят миром. Если раньше господа барствовали, а народ батрачил на них, и халуи старались больше, чем их хозяева, то теперь всё наоборот: народ лодыря гоняет, а господа обеспечивают безработным минималтьный прожиточный уровень.
-Так выпьем за то, чтобы буржуазия была социально отвестственной, и каждому нищему обеспечила необходимый набор продуктов в соответствии с новыми цифрами, утверждёнными товарищем Путиным.
-Коньяк опять не втиснулся в минимальную корзину для нищих.
-Так, может, поднимем чашки за марксиста Зюганова? Он давно просит президента разогнать бездарное правительство.
-«Этот марксист» такой же комунист, как я марсианин. Карл у Клары украл клорнет, а призрак комунизма до сих пор как был призраком, так призраком и бродит по Европе, теперь уже цивилизованной, без мистического шельмования, в которой уважают права человека, и для пролетариата места не осталось.

И тут зазвонил телефон.
Самый секретный.
«Only For Putin!»

***004

Я тупо смотрел на чудо правительственной связи, и священный трепет наполнял меня изнутри. Мне казалось, что я становлюсь свидетелем чего-то таинственного, к чему простой смертный прикасаться не должен.
-Возьмите трубку!- негромко сказал мой новый знакомый, с которым мы только что выпили на брудершафт без закуски.
-Не имею права: оунли фо Путин.
-Не валяйте дурака. Коньяк из его буфета вы пьёте без каких-либо угрызений совести, а на телефон вас не хватает.
-Коньяк, которым вы попрекнули меня, только формально называется премьерским, а на самом деле он не принадлежит ему, как и сам буфет. За этот коньяк он и рубля не отдал со своей зарплаты. Это всё бюджетные деньги, наше с вами народное достояние, и вы понимаете, что разницы нет никакой, кто его тут будет пропивать. У меня на этот счёт – никаких угрызений совести, наоборот, хочется ещё выпить.
-Непьющих у дармовых буфетов не бывает.
-А у служебного апарата должен сидеть трезвый и чистый на руку апаратчик...чтобы не оставить отпечатков пальцев.
-Это уже мандраж.
-Если завтра война?! Я должен внятно ответить: Кто виноват? И Что делать?
-Он не главнокомандующий. Уже. Теперь решения принимает кремлёвский игрок и делает это без чьей-либо подсказки со стороны.
-Игроку не откажешь в здравом смысле, хотя на карту поставлена судьба России. Кому и зачем потребовалось устраивать в Афгане кровавый переворот, когда он шёл в русле советской политики, никто не знает. Коллегиальность подвела «дом престарелых». У семи нянек – армия без глазу, и одиннадцатилетняя война кончится полной победой Афганистана.
-Куму-то очень хотелось испортить московскую олимпиаду, и они добились своего, оставаясь в тени.
-Они добились большего, что даже ясновидцам не снилось. Советский Союз в той войне потерял все свои республики, и не только в Средней Азии, и как государство прекратил своё существование.
-Со времён большевистского переворота Российская империя сужается, как шагреневая кожа, и когда она станет не больше, чем Словения, по числу жителей, квадратных километров, футбольных полей и футболистов на душу населения, вот тогда мы на единственном футбольном поле начнём всех побеждать. А на такой огромной территории, какая пока что осталась у России, невозможно собрать приличеную команду. Нельзя объять необъятное. Здесь опять вся надежда на Запад.
- Мы доиграемся с ними, пока они не обнулят нашу казну, как табло, где против России красуется кругленькая цифра, и тогда уж нам опять будет не до футбола. Если бы я знал, что вы – болельщик, я не стал бы пить с вами на брудершафт даже дармовой коньяк.
-Вам пора взять трубку. Те, которые знают этот самый секретный номер, знают также, где Путин. Это звонят из Простоквашино.
Я пристально посмотрел на него:
-Так вот, оказывается, с чьей подачи почтальон попал к предсовмину без медицинского освидетельствования, без санобработки, без негласной проверки, без записи и без очереди.
Но на лице его не отразилось ничего.

Ол Рунк
Подёргаем время за стрелки часов
Из серии: «Неопознанное сословие».
Этой миниатюре предшествует другая: «Бег на месте».
***005
-На проводе теневой заместитель без министерского портфеля временно исполняющий обязанности!
Слышу оттуда голос раздаётся:
-Свято место пусто не бывает...
Они там, наверное, даже перекрестились.
-А где сам, товарищ...
Ну, деревня! Что на уме, то и на языке. Более простоватых людей в России нет.
Я решительно перебил:
-Не надо фамилий! Это самый секретный провод, его даже жидким азотом обмазывают со всех сторон по обечайке, и самая осведомлённая в мире разведка наверняка об этом знает и прослушивает нас.
-Будем конспирироваться без фамилий. А Митрий Никитич там?
Телефон говорил вслух, и мы оба поморщились.
-Он передаёт вам привет от старых штиблет.
На том конце провода наступила небольшая пауза, а Митрий Никитич заёрзал на стуле:
-Я дал промашку, сделав Печкину поблажку. Придётся теперь и мне осваивать масштабы России от помойки до помойки.
– Я урезоню их. Но «насухую» с этой публикой трудно вести диалог...
-А где сам? Куда исчез, и надолго ли?
-Слышите, как она упорствует!?.
-Приучила советская власть не доверять замам, даже самым-самым, и рвутся к самомУ.
-Куда пошёл премьер – большой секрет. У вас, что, телевизора нет?
-Телевизор у нас есть. Мы как раз прильнули к нему всем скопом. Деревню нашу в телевизоре показывают...
Мы тоже прильнули к мониторам...
Вдоль новенького забора по ковровой дорожке мчались наперегонки дядя Фёдор и почтальон Печкин. Мальчик – на своих двоих, почтальон на велосипеде.
По всему периметру школьного двора сияли фонари, и свет горел не только в школе, но даже над парадным крыльцом, и в школьном дворе, и светло было, как днём, хотя часы показывали раннее утро, а в наших деревнях по утрам в такую пору темень стоит непроглядная. Уж где-где, а там электроэнергию экономят по полной.
Но соревнующиеся не жалели своей энергии. С детским азартом почтальон нажимал на педали. Вот уж действительно: что старый, что малый... Но возраст брал своё, даже на велосипеде он не мог угнаться за молодым соперником.
-А где остальные ребята? - поинтересовался я у простоквашинцев. – На уроках или по домам скрываются от грипа?
-Остальные давно в город умыкнули вместе с родителями. Из молодых в деревне остался один дядя Фёдор. У него вроде бы родителей в городе и нет. Получит положенное ему здесь образование, и в школе некому будет учиться. Школу перепрофилируют.
-Ну и то ладно, без почтальона Простоквашино не останется. А сейчас там у вас настоящее светопреставление!
-На самом деле никакого светопредставления нет.. В Простоквашине всё спокойно, и никаких перемен к лучшему!
-Что ж мы такое видим тогда?
-Это телевизионщики виртуальный мир раскручивают на радость премьеру. А кто за свет будет платить? Вот мы и хотели бы это выяснмить у самого. Если они подключились к нашему проводу, платить будем мы.
Митрий Никитич, бывший простоквашинец, хмуро заметил:
-Ничто не оболванивает так человека, как телевизор. Они живут в виртуальном мире, потому и монитор перед каждым стоит.
Он знал, кому подаёт чай.
Премьер видит только мониторы с торца, а те, которые сидят за ними, вообще не видят его лица. Интересно, при встрече в узких коридорах белого дома они узнают друг друга?

***006

Пили за здравомыслие.
Выпили за благоразумие.
Подняли чашки за здра...За здравый смысл выпить не успели.
Опять простоквашинцы!
-Они не слезут с провода. Надо менять номер,- вздохнул Митрий Никитич.
-Мы выпили предостаточно, и уж теперь-то я отошью их.
-Ну, что ещё!? – рявкнул я в телефон.
-У нас часы перевели!
-Часы перевели не только у вас! Всё мировое прогресивное сообщество перешло на зимнее время во всём демократическом мире, кроме украинцев.
-Почему, кроме?
-Потому что теперь у них не бывает зимы. Надо наблюдать за климатом в мировом сообшестве. Или вы опять хотите в Советский Союз?
-Боже упаси! Но какая же это демократия!? Молчком, без дебатов, без опроса общественного мнения. Сплошной валюнтаризм! – заголосили они в разнобой. – И мы не были готовы к новой врЕменной перетряски... Наоборот, мы пологали, что с уходом Чубайса в другие структуры, власть оставит электричество в покое, и спали спокойно. А радио на час раньше времени всполошило всю деревню. И у Дарьи шок. Пошла корову доить, та возьми и взбрыкни подойник. До сих пор баба листает бесплатные газеты, всё пытается выяснить, где бурёнка бешенство подхватила? Не знаем, что и подумать. Может, у самой крыша поехала? А у коровы к переводу часов молоко просто не дошло до нужных кондиций, вот она и выразила таким образом свой протест. А у нас теперь одна корова на всю деревню. Других, только этим летом, двести тысяч зарезал малый бизнес, под тем предлогом, что на наших полях парнокопытные жуют его банкноты. Вот дядя Фёдор и остался без дармового стакана молока, обещанного ему правительством.
-Хрущёв, пытаясь переплюнуть Сталина, устроил вторую колективизацию: рогатый и нерогатый скот, который не захотел в колхоз идти, пустил под нож, и кукурузу есть стало некому, из неё начали делать завтраки для туристов. Своих туристов тогда у нас не было, мы были заняты построением комунистического общества. А консервные банки с кукурузными завтраками интуристы прямо сметали с прилавков...
-Что ж, они к нам только жрать приезжают?
-Они набивали ими свои обширные чемоданы и в качестве сувениров растаскивали по всему миру. И ничего, Советский Союз устоял. Не успели, правда, вместе с земным шаром капитализм похоронить. Термоядов уже было предостаточно. А у вас там корова фортель выкинула, и вы бодягу развели!? Ну и что с того, что дядя Фёдор стакан молока не дополучил... Да разве в деревне другого корма нет!

Ол Рунк
Подёргаем время за стрелки часов
Из серии: «Неопознанное сословие».
Этой миниатюре предшествует другая: «Бег на месте».

***007
-Есть! Но и он вдруг не по вкусу свиньям пришёлся. Марья вывалила им еду по новым часам, а они даже носом не передёрнули. Ну, хозяйка и решила, что её хрюшки свиной грип подхватили, побежала в соседнюю деревню за живодёром. Через час приходят оба, а поросятки уже опустошили корыто и жизни радуются по-своему, по-свински. «Это биологические часы сработали»,- сказал наш деревенский аналитик и посоветовал Марье свои часы пока не переводить на новое время, пока у хрюшек условные и безусловные рефлексы не согласуются с ним.
А с петухами вообще завал: курочек перестали «топтать». Мы остались без диетического яйца. Мы думали у них – птичий грип, хотели уже им головы рубить, а у них, оказывается, тоже временнОй сбой в биологических часах. Они кукарекали-кукарекали по старому времени, а тут надо по-новому кукарекать. У нас ведь тут такие же строгости, как у вас. Чуть не так кукарекнешь да ещё под пьяную ногу попадёшь – от пинка не отвертеться. Вот у петушков и произошел нервный сбой. Раз Украина до сих пор живёт по московскому времени, то петушки у них должны быть справные, и так оно, наверное, и есть. У них даже в Раде случаются петушиные бои. Вот мы и хотели бы поговорить с самим. Может, за газовые долги они будут петушками с нами рассчитываться?
-Вы пробовали в какие-то другие структуры обращаться, прежде чем на ум украинские петушки пришли?
-Пробовали и все телефоны пообрывали. Везде один ответ: это работа машинного мышления, тут мы – ни при чём. Часы переводит компьютер. Мы всего лишь пользователи. Обращайтесь в Кремль, к програмисту. Но туда не достучишься. Там у нас нет своего человека. А без молока, без яйца опять чай-чаёк-чаище – основная наша пища. Из деликатесов – одна картошка остаётся. У картошки нет биологических часов, а у детей от неё рахит развивается. Не родной нам дядя Фёдор, и даже не наш, не деревенский, а мы к нему прикипели душой, и жалко парнишку.
- Я устрою вам пропуск!
Это у меня вырвалось само собой. Я искоса глянул на Митрия Никитича. Но на лице его не отразилось ничего.
-Слушайте внимательно и мотайте на ус. Спрячетесь за мониторы, и не высовываться. Чтобы премъер не говорил, перелистывая свои бумаги, храните умный вид, и никаких усмешек.
Постепенно его начнут одолевать сомнения, и он обронит, ни к кому не обращаясь:
«Вы слышите меня?»
-Ни звука. Молчание ягнят! Я тут не первый день чай разношу, и не было ещё такого, чтобы кто-то из них голос подал. У них задача – не подпевать, а позировать телесъёмщикам. Статисты они, а статистам даже в больших театрах голос не полагается.
- «Меня не слышат, это минус. Но и не гонят – это плюс», - проворчит он себе под нос и через некоторое время конкретизирует вопрос:
«Вы, что, спите?»
Не пытайтесь объяснить ему нечто обратное. У него уже сложилось определённое мнение о своих министрах, и разубедить его невозможно. Храните молчание. И тогда, после некоторого размышления, последует третий вопрос:
«Где деньги, Зин!?»
Вопрос риторический, и к присутствующим никакого отношения не имеет. И вот когда таким образом он доведёт себя до белого каления и, гневом праведным горя, запоёт Лазаря...
-Высоцкого. Народ разбогател, и Лазаря теперь не поют.
- Не отвлекайтесь на глупости. Ну так вот, когда он, гневом праведным пылая, обратит свои взоры на вас, вот тогда вы расскажете ему о времени и о себе.

Конец первой части.

Своё Спасибо, еще не выражали.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.