Все публикации автора Алекс Гриин

Я медленно трезвел…Слияние двух лун
Происходило оооочень постепенно.
С любым так происходит, непременно,
По схеме – день рождения - бодун…
Полночная звезда, не ведая преграды,
Мигала, но не мне, (себя я тешил зря,
я той звезде, вообще до… фонаря,
Как и любой звезде, тем более эстрады).
Обшарпанный трамвай, в депо вез медяки
И запоздалых, мятых пассажиров,
Философ-пёс сквозь дрёму, – Люди с жиру…
Подумал и прибавил, - Мудакиии!
Но пыльная Москва, на краешек зори
Вела меня туда, к открытию “Рассвета”,
Где все равны и счастливы при этом –
Светила, звезды, мегафонари…

Что, юный рыцарь, Вас с утра колбасит?
Пить, иль не пить, висят на коромысле?
Вы защитили три десятка пассий
От целомудрия, любви и здравомыслья.

Ваш Санчо вхлам уже вторые сутки
И латы, что на стуле, моль проела.
На Вас не смотрят даже проститутки,
А Вам плевать, ни до чего нет дела.

В Вас кровь течёт не идальго, а инка,
Иль дикаря… Фи, чешите промежность.
Сеньор, у Вас расстёгнута ширинка,
Простите, я не выношу небрежность

Пошли бы, посидели в пенной ванне
И ощутили кожей свежесть влаги…
Ах, полно те валяться на диване,
Плесните колдовства.… Иль, что там, браги.

Север Италии, причальные сваи Венеции
Качаются в результате передозировки

Не верьте девушке с косой,
Седой скиталец!
Сейчас ты голый и босой,
И средний палец,
Тебе показанный судьбой,
(Пусть не в обиду),
Не на крестины намекнёт…,
На панихиду.
Но ты весь мир послать готов
К такой то маме…
В колоде короли "Крестов"
Грозят червями.
(Как Дружба, плавленый сырок
Для мышеловки),
Доска заменит мир и кров,
И… упаковку.
На встречу счастью и судьбе
Пора в дорогу!
Но в Пизе все, не вот тебе…
И слава Богу.
(Прости, Родной, упомянул
По дури, всуе…)
Но, Ты же добрый, Ты же свой…
Перетасуем?
Радикулит сковал поклон,
Не разогнуться…
Мечта проктолога… Пардон,
Я матюгнулся…
И этот выстраданный крик
В песках – Доколе???
(Подозреваю, Ты, старик,
С мамзелькой в доле)
Твоя росса в глазу чиста
И скорбь на лицах…
Такие выставят счета -
Не расплатиться.
Примите мой совет простой
И впредь отныне,
Не верьте девушке с косой…
…и Украине.

С тарелки свисает селёдочный хвостик,
Слезой самогончик исходит от скуки,
Я жду не дождусь тебя, Милая, в гости
И даже погладил рубашку... и брюки.

Я весел и нежен – водила бульдозера,
Умею любить, будь здоров, что не жалуйся,
Навряд ли спляшу “Лебединое озеро”,
“Цыганочку” ж с выходцем - это, пожалуйста.

Уютная комнатка в коммуналочке.
Ну что ещё нужно с тобой для веселия,
Посмотрим по телику “мыло на палочке”,
Сегодня сто сорок четвертая серия.

Кирнём самогончика, ляжем на коечку
И ну, предаваться забавам с утехами,
А после устав, засопим потихонечку…

Но нужно для этого, чтоб ты приехала.

Воздушный шарик, демонстрация, парад,
И автоматы кашляют в стаканы газировкой,
Портрет – треликий, трехбородый гермофрад
Ведёт толпу людей на маскарад,
На промывание мозгов, и перековку.
Близко соитие рабочих и крестьян.
Повсюду рюшечки, плиссе и гофра,
Скучают кэгэбэшники и вохра…
А кто ещё с утра не слишком пьян,
Пытается прильнуть к сосуду с “охрой”.
Кавалерийский полк – отрада воробьям,
Окучивает людные проспекты,
Аккордеоны, песни не пропеты,
Из подворотен аммиачный смрад,
Все знают, что НЕОТВРАТИМО лето.

Или весна, хотя БЫ. Каждый рад
Притоку це о два, и оптимизму,
И грозный маршал, (сдавливая клизму),
Приветственно икает на солдат.
Ему ответно, тем же гулким лаем,
Гремит раскатистое - Ав-Ав-Ав!!!
Мол, здравьжелаааем, слууужим, понимаааем,
И как один, коли пошлете в ад,
То не уроним, что не растеряем…
И вот, на зависть импортным зевакам,
Как из штанины, важный причиндал,
Половозрело, кукурузным злаком,
(Готовый США поставить раком)
“Мамаши Кузькиной”, большой аргументал,
Был аккуратно вывален на площадь,
Под ликованье подгулявших масс.
(Чин НАТОвский взирал на это, морщась)
И только приглашённый папуас,
Давясь слюной, смотрел на чью-то лошадь.

Чу!!! Бой курантов. Плющится базальт
Под сапогом кремлевского курсанта,
Кто устоит пред выправкой десанта?
Война минула. Начался… разврат!!!
Борьба за завтрашнее... после, послезавтра.

(Как бурлаки), огромный транспарант,
загружен Вермутом по самые погоны,
(Они допьют, они неугомонны,
Из них ни кто, ни в чём не виноват…)
Политбюро целуется. Гормоны…

И близ Блаженного Собора, красной ртутью…
Вся эта недовзрывчатая смесь,
Смекая, а кого б ей сместь,
(В её растворе я и, видно, Путин…
На тот момент – ни спиздить, ни принесть),
А там три направления – распутье…

Опять весна бухАет по дворам.
Коктейль воды со льдом в окрестных лужах,
И люд честной уже забыл про стужу,
И с каждым днем настырней птичий гам.
Сюр.
......Нереал.
..............Почти что Марк Шагал…
В лучах заката мошкара роится.
Тень.
......Дежавю.
................Мне снова это снится,
Я ЭТО все не раз переживал.
Та прелесть-боль, такое же тепло,
Звон о стакан бутылки с “Солнцедаром”
За рупь-ноль-две, почти что даром,
Коль исхитришься сдать в ларьке стекло.
Предлетье первым балует теплом,
Асфальт уже по классикам скучает,
Мамаши в новорожденных не чают
Души и чистотой кичится дом.
Галдит и суетится детвора,
Все казаки-разбойники да прятки,
Им позавидовать, у них всегда в порядке
Здоровый сон и аппетит с утра.
Скворцы-глупцы несут какой-то вздор,
Зря, нагнетая важности и понта
И не торгуется с пространством взор
За обладанье видом горизонта.
В беседках напевают “My sweet Lord”
И, как ни странно, Бог с небес им внемлет,
И одноглазый, рыжий, старый кот
На лавке чинно средь бабулек дремлет,
Сквозь прищур, озирая мирный двор
шерифом, что там – барином надменным,
Как будто ОН заправский режиссер,
ЕМУ обязаны всем этим переменам.
Пружинит чуть подсохшая земля
Под шагом пэтэушника соседа,
Идет однообразная беседа
О прошлом матче “Шинник” – “Пахтакор”...

Подземный net оплёл безумный город,
Столпотворение локтей пророчит хаос.
Зев темноты прожектором пропорот,
Так неуютно, словно снег за ворот…
Но это все, что нам с тобой осталось.
Клаустрофобия. Украдено пространство…
Стекло. В нём выцветшие лица.
Мир - производная константы, постоянство
Кромешной пустоты за… единицей.
И на двери “Не прислоняться…”. Прислонился…
Потом тоннельный скрежет электрички…
Что, расстаёмся?
Нет!
Я согласился…
Как смазанный замок ключу-отмычке
Не дал согласия, а просто покорился.
И сгреб тебя в охапку – ворох листьев…
Вдруг по глазам ударило крапивой…
Протяжный вой гудка неистов,
Твой шёпот теплый и такой любимый.
(Глаза на мокром месте…)
Ты мой милый…
Гербарием, размазаны по стенке,
То, возрождаясь, то вдруг засыхая,
Летим в ночи, друг друга согревая.
Труба... В кругу заложников подземки
Конечной НЕТ! Спасибо, Кольцевая!