Террористический гуманизм

Случилось это в одной тихой европейской стране, довольной и успешной, сытой и немного сонной, как бы – осоловелой. Страна была культурной, а жители – гуманистами, и они пускали к себе жить бедных соседей из других стран. Но с гостями пришли проблемы – они не хотели работать, не хотели учить язык этой страны, имели много детей и требовали увеличения пособий. И ещё – им не нравились порядки в этой стране, и они боролись за то, что порядки были те, к которым они привыкли. Боролись активно и очень эффективно – просто подкладывали бомбы в общественные места и убивали как собак граждан этой страны, чтобы они поняли – с ними шутки плохи, и с ними надо считаться. Но не нравилось такое дело жителям этой тихой страны и полиция начала обезвреживать бомбы. Террористы бомбы изготавливают, подкладывают – а полиция это отслеживает и бомбы убирает. Обидно стало террористам, и они пошли на обострение – стали применять не бомбы, а смертников, молодых мужчин, обвязанных взрывчаткой, тем более – охотников было много – это же такая почётная смерть! Но полиция начала чётко отслеживать всех брюнетов с широкими одеяниями и опять количество жертв упало. Тогда пошли в ход подростки и дети, а потом – женщины. В конце концов дошли до того, что в смертницы взяли беременную женщину. Ей была в этом двойная выгода, так как сразу в рай попадала не только она, но и её неродившийся ребёнок – когда ещё выпадет такая удача!

И вот заходит она на детский спектакль и начинает палить из автомата прямо со сцены по зрителям – маленьким детям. Охранник стрелять не стал, а сразу поднял руки. Она его пожалела – были более интересные цели. Приехал спецназ и сначала пытался её уговорить сдаться. Пока уговаривали, она убила 12 детей. Потом командир спецназа выстрелил в неё из пистолета , но она была в бронежилете и сделала из него решето. Потом ей выстрелили в руку, чтобы прекратить убийство, но не убить при этом беременную женщину. Она стала стрелять с левой. В конце концов её убили.

В целях предотвращения нежелательного скандала власти засекретили тот факт, что террористка была беременной. Но потом какой-то очень смелый журналист сумел залезть в полицейский компьютер и обнародовал факт о беременности убитой террористки. А родители убитых детей подали в суд на действия полиции. И суд состоялся.

Спрашивают охранника в театре – ты почему не стрелял? На основании правил действия в чрезвычайных ситуациях – в беременных женщин стрелять нельзя, - отвечает он. Начали проверять – да, есть такое правило, принято по требованию гуманистов, но там есть примечание маленькими буквами – правило не применяется, если нет другого выхода. Охранник отвечал – сколько себя помню – никогда и никто не стрелял в беременную женщину, и нас начальство по этому поводу неоднократно инструктировало…

Спрашивают руководство спецназа – почему сразу не стреляли? У нас инструкции – необходимо сначала предложить сдаться, чтобы снизить возможные жертвы среди заложников – отвечал начальник. Тем более, что стрелять в беременную женщину многие бойцы отказывались из соображений гуманизма. Именно в это время она и убила последние 12 детей.

То есть – гуманизм в понимании этих людей – платить жизнями своих детей за гуманное решение вопроса. Присяжные заседали недолго, голоса их вполне предсказуемо разделились – те присяжные, у кого были родственники и знакомые среди убитых детей – признали полицию виновными в преступном бездействии, а те присяжные, у кого там родственников не было – признала действия полиции оправданными и соответствующими принципам гуманизма. В результате начальнику спецназа объявили предупреждение ( о чём – он и сам толком не понял, но браво сказал – «Есть!»). Инструкции менять не стали.

P.S. Гуманизм и терроризм, как они сочетаются? По-всякому. Например, меня многие упрекают антигуманности за то, что я не задумываясь ни на секунду - сбросил бы сам, лично, атомную бомбу на Берлин в 45-м. Не по злобе, а чтобы наших сберечь - они мне дороже любых немцев.