В бокале красное вино, Манит искристо... Опустится, светясь, на дно Из звезд монисто. Я нашепчу любви слова На звездный отблеск, В бокале различив едва Твой милый облик, Я выпью всю любовь до дна, И будет горько. Останется одна звезда На дне осколком. Впитав в себя хмельную страсть, Надрывно всхлипнет И, в звездный камень превратясь, Ко дну прил

Пола Тимм Пуговица под ковром

18 августа 2017 | Автор: | Категория: Проза
Людмила Милославец 2017г.


Пола Тимм

Пуговица под ковром

Глава I

Горячий воздух наполнял небольшую светлую и уютную комнату благоухающими ароматами летних цветов, смешанными с возбуждающим запахом близкого моря. У распахнутого настежь окна, занавешенного кремовыми льняными шторами с узорами, вышитыми вручную, спала девушка. Ее темно-каштановые волосы разметались по подушке, на миловидном, но не блистающем красотой личике, застыло напряженное выражение, словно она пыталась что-то понять, но ей это никак не удавалось. Видимо, ей снилось что-то пугающее и необъяснимое и она была этим сильно озадачена и раздражена.
Неожиданно за окном раздался глухой трубный гудок – совсем рядом с домом раскинулось море, и проходящее мимо судно подало сигнал. Девушка вздрогнула и открыла глаза, на ее лице по-прежнему было недоуменное выражение – она еще не совсем опомнилась ото сна. Нахмурив брови, девушка села в кровати и отодвинула занавеску. В ее тревожном сне сразу за окном начинался глухой темный лес, сквозь который тянулась прямая, как стрела, дорога. Девушка помнила, что смотрела на нее через вот это окно. Но сейчас в лицо ударили яркие солнечные лучи и блеск водной глади, а вместо шороха листвы слышался крик чаек и шум прибоя.
Девушка рассеянно оглянулась, словно еще не верила, что находится в своей комнате. Сон тревожил непонятным предчувствием беды. Она откинула легкое покрывало, встала и посмотрела со стороны на подушки, наволочки на которые она когда-то вышила собственными руками, готовя себе приданое. Во сне девушка видела эту постель заправленной. Две подушки лежали так, как было принято в семейной спальне: большая, мужская, снизу, а чуть поменьше, женская, – сверху. Это символичное положение говорило о том, что мужчина – оплот и опора семьи, он держит весь дом на своих могучих плечах, а женщина – его верная помощница и хозяйка, которой положено следить за порядком в доме с высоты своего положения. Так вот: женская подушка в ее сне медленно склонилась в сторону и упала на пол.
Что бы это значило?
Конечно, Пола, а именно так зовут нашу героиню, понимала, что в ее положении рассчитывать на завидное замужество не приходится, но все же в глубине души надеялась хотя бы на крошечную частичку женского счастья.
А все дело в том, что Пола была перестарком. Полгода назад ей стукнуло двадцать – порог, за которым ни одна южанка не может рассчитывать на холостяка без довеска в виде его детей. Теперь ее участь – вдовец, с целым выводком сопливых ребятишек, или тот, кому далеко за сорок и его дети уже успели покинуть родительский кров.
Пола печально вздохнула и присела на край подоконника. Ее родители переехали в этот небольшой приморский город много лет назад из Центра, но до сих пор считаются здесь чужаками. Южане не из тех, кто легко принимает в свои ряды пришлых. Живя в самом теплом округе их огромной страны, они заняты весьма доходным делом: содержанием частных и обслуживанием государственных санаториев и домов отдыха. Конкуренты им ни к чему.
Юг – курортная зона. С одной стороны округ омывает теплое внешнее море, соединяющееся широким проливом с океаном, с другой к нему вплотную подступила знойная пустыня, в центре – лесостепь, что создает уникальные природные условия для оздоровления.
Родители Полы содержат несколько маленьких частных гостиничных комплексов, разбросанных по всему побережью. Тиммы всю жизнь потратили на то, чтобы создать это собственное предприятие. Но они бессильны перед своей природой. Старшие Тиммы и их дети очень отличаются от местных жителей, как внешностью, так и складом ума.
На юге свои представления о красоте. Здесь привлекательная женщина должна иметь светлые волосы, голубые глаза, высокий рост, стройные ноги, высокую грудь и упругие ягодицы. Таковы параметры, по которым местные парни выбирают себе спутницу жизни. И неважно, что у нее под черепушкой, главное, чтобы умела держать в строгости обслуживающий персонал гостиниц и гостевых домов.
Южные мужчины им под стать: высокие, тонкокостные, светловолосые и голубоглазые. Они превосходно ходят под парусом и умеют вести дела. Они владеют судоходными компаниями, дорогими курортами и хорошо управляются с огромным состоянием. Но многие из них посвятили свою жизнь морскому делу и до самой старости ходят в море на торговых или грузовых судах. Эти женятся только на пенсии или, женившись вовремя, по полгода, а то и дольше, не видят семью.
Темноволосые и коренастые, Тиммы совершенно не подходят под эти признаки, и, значит, обречены находиться позади коренных жителей, довольствуясь малым. Хотя законы, принятые парламентом пятьдесят лет назад, и запрещают столь откровенную дискриминацию, борясь за равноправие всех народов страны, но такое отношение к чужакам действует во всех пяти ее регионах. Разве что в Центре уже научились относиться к пришлым с чуть большим терпением.
Старший брат Полы, Най, весь в отца: у него средний рост, он широк в плечах и темноволос, что противоречит стандартам южан. Он вспыльчив и скор на расправу. Поэтому у него очень мало шансов на успех в этих краях. Понимая это, родители были вынуждены отправить его в Мужскую Школу, где он получил разностороннее образование, позволяющее неплохо устроиться в жизни.
Пола тоже никоим образом не подходит под местные стандарты. Она шатенка, невысока, смугла. И глаза у нее не синие, а зеленые. Да и по характеру Пола недалеко ушла от брата: бесстрашна, упряма, настырна, всегда добивается своего. На этой почве в начальной школе для девочек у нее не раз возникали конфликты.
Когда стало понятно, что и дочери здесь грозит одиночество, родители решили и ее выучить в Женской Школе, которая дает широкий круг образования, позволяющее женщине самостоятельно выбирать собственную судьбу.
Пола всего две недели назад окончила Школу, получив сразу три диплома, за что была чрезвычайно благодарна родителям и собиралась не разочаровать их, начав собственное дело. Теперь она уже не была несчастной дурнушкой, на которую в свое время никто бы не посмотрел. Теперь она была специалистом, с которым придется считаться. Хотя, надо признать, это так же мало способствовало личному счастью в этих краях, как ее малый рост и твердый непокладистый характер – какому мужчине нужна пусть и образованная, но строптивая жена?
Пола встала с подоконника и отправилась в ванную. Через десять минут, натянув короткие шорты и яркую майку, она вышла из комнаты. Широкие окна родительского дома хорошо освещали узкий коридор с четырьмя дверями, ведущими в спальни. Дальше по нему находилась лестница, которая позволяла спуститься на первый этаж. Там расположилась большая гостиная, опрятная кухня, столовая, с круглым обеденным столом и стульями под белоснежными чехлами, а также кабинет отца и библиотека.
Пола с наслаждением прошлась босиком по нагретым солнцем деревянным половицам. Из кухни доносились заманчивые запахи свежесваренного кофе и горячей выпечки. А еще оттуда слышались встревоженные приглушенные голоса … Пола невольно задержала шаг.
- Что же теперь будет, Вигге? Что же теперь с ним будет? Боже мой, он ведь только- только встал на ноги. Ему бы …
- Ему бы следовало держать свои кулаки при себе, – жестко оборвал отец. – Сколько раз говорил ему: не маши кулачищами где попало. И вот он результат наших с тобой стараний. Все годы, что он потратил на учебу, и все деньги, которые мы вложили в него, – псу под хвост. На каторге Наю это не поможет.
Пола от растерянности и ужаса замерла на месте.
Каторга? Но на каторгу оправляют только за убийство! Най, бог мой, что он еще натворил?!
Из кухни донеслись рыдания матери и сердитое сопение отца. Пола несколько минут простояла в потрясении.
Брат, конечно, не сдержан и порой слишком горяч, но убийство?! Нет, на это он не способен. Пола знала своего брата и могла присягнуть хоть на самой священной книге Матери Богини, что он не убийца.
- Ивве … Най сказал, что он не виноват … я верю ему. Возможно, его оправдают, если нанять хорошего защитника …
- У нас нет таких денег. Ты сама это прекрасно понимаешь. Сезон только начался. Мы все сбережения потратили на ремонт гостиниц. К тому же, не забывай, нам предстоит свадьба …
- Да, да. Ты, конечно, прав. Пола … ее свадьба … это очень важно. Но … мы могли бы взять ссуду … – робко и как-то заискивающе проговорила мама.
- Я уже подумал об этом. Нам не потянуть грабительские проценты, которые требует прохвост Лейф. Ты сама видела, что случается с теми, кто влезает к нему в долги. Мы можем потерять все, что имеем, и еще остаться у него в должниках.
Тяжелый вздох обоих родителей, и снова тишина. Пола все еще не могла двинуться с места. Неожиданные новости водопадом обрушились на нее, и она никак не могла осмыслить их. Ее свадьба? О чем это они? Если к ней сватались, то почему мама до сих пор ничего не сказала?
- Эта свадьба … – вновь заговорила госпожа Тимм, словно отвечая на мысли дочери, – ты уже решил, кому отдашь предпочтение?
- Признаться, Хильва, я очень удивлен, что к нам заявились сразу три свахи. Никогда не думал, что наша девочка вызовет интерес у местных мужчин. Но, я думаю, что господин Ньял будет ей хорошим мужем. Его дети уже выросли … у него неплохое дело … рестораторы всегда имеют хорошие шансы на стабильный доход. К тому же он самый молодой из всех претендентов. Мне нравится его прямота. Он не стал юлить как другие и сразу заявил, что ему нужно от Полы.
- Да, он очень сметлив, этот Ньял. Иметь жену, способную вести и бухгалтерию, и деловую переписку одновременно … очень экономно …
- Он тебе не нравится?
- Я его не знаю, но меня настораживает эта его прямота … ни слова о чувствах. Словно мы отдаем нашу девочку в долговое рабство, причем со значительной приплатой. Он не собирается больше иметь детей – у него они уже есть. А как же Пола? К тому же, случись с ним беда, – она останется без гроша. Все перейдет его сыновьям, а что останется ей?
- Да, таковы здешние законы. Но Пер и Рагнар еще хуже: первый калека да еще и моряк, который всю жизнь провел в море и не умеет вести дела на суше. Он грубый пьяница. Нищ и гол, как корабельная крыса. Второй – совсем стар, ужасный зануда и скряга, каких мир не видывал …
Пола на цыпочках прошла к дивану и без сил опустилась на него. Значит, приходили свахи … Родители уже все решили … и теперь у нее нет выбора, как только подчиниться их воле …
Пола, конечно, понимала, что не похожа на южных красавиц. Но до сего момента это ей совершенно не мешало, скорее наоборот. Она, если честно, не горела желанием выскочить за какого-нибудь прижимистого и вечно брюзжащего содержателя гостиного двора или за моряка, которого по полгода не бывает дома. Она предпочла бы выйти за человека, подходящего ей по возрасту, умеющего ценить ум и душевную, а не внешнюю красоту.
- Но мы могли бы, по крайней мере, поговорить с ней насчет отсрочки свадьбы и денег. Она достаточно взрослая и самостоятельная …
- Хильва, если бы она не вернулась домой … – почти простонал отец, – устроилась где-нибудь самостоятельно. Тогда я имел бы право потратить деньги, которые мы собрали для ее приданого. Но она вернулась. Теперь я отвечаю за ее судьбу и не могу распоряжаться этими деньгами, а она должна подчиниться моей воле.
Родители снова замолчали, а Пола застыла от внезапной мысли: вот он – выход из сложившегося положения! Она уедет. Немедленно. Тайком, чтобы у отца не было возможности проявить родительскую волю, ведь он обязан устроить ее судьбу. Таким образом она сможет избежать незавидного замужества и спасти брата. Она отправится к Наю и выкупит его. А если это будет невозможно, то наймет лучшего защитника. Денег, скопленных для нее родителями, должно хватить…
Еще пара минут напряженных раздумий, и окончательное решение принято. Пола поднялась и направилась в кухню.
- Доброе утро, – бодро поздоровалась девушка с родителями, самым беззаботным голосом, на который была сейчас способна, но потом, словно только что заметила расстройство на их лицах, обеспокоенно спросила: – Мама, что-то случилось?
Мать судорожно всхлипнула и кивнула, прижимая к покрасневшим глазам платочек:
- У Ная неприятности.
- Какие неприятности? – Пола присела напротив матери.
- Он позвонил рано утром, – сказал отец глухим хриплым голосом, и Пола поняла, чего ему стоит сохранять внешнее спокойствие, – сказал, что его беспричинно обвиняют в убийстве человека, с которым он поссорился. Говорит: его оклеветали.
- Где это случилось?
- В Нэнте.
- Это же Центр! На самой границе с Севером!
- В том-то и дело. Там никто не станет слушать чужака. Свалят на него все, какие только можно преступления из чистого злорадства.
- А что он еще говорил?
- Сказал, что у него всего несколько дней до передачи дела в суд, – опять всхлипнула мама. – Но они уже там все решили и не собираются его отпускать. Сегодня первый день. Через два дня его отправят в центральную тюрьму, потом суд и каторга …
- Чем мы можем помочь?
- Нужны деньги. Много. Выкупить его мы не можем – за убийство выкуп не принимают. Только каторга. Но мы могли бы нанять защитника, который разберется во всем. Только у нас нет таких средств.
- Отец, отдай ему мои деньги …
Пола закинула удочку: вдруг отец все же согласится.
- Нет! Никогда! Я не допущу, чтобы ты осталась старой девой. Я не вынесу еще и этого позора. И даже не заговаривай об этом.
- Хорошо, хорошо, ты только не нервничай, – тут же пошла на попятную Пола.
- Най – мужчина. Он выдержит. А мы будем его ждать. Соберем денег и постараемся облегчить его участь. Это все, что мы можем для него сделать, – отец тяжело поднялся из-за стола и, сгорбившись, медленно побрел из кухни.
После завтрака Пола немедленно принялась приводить свой план в действие. Она не хотела привлекать к себе внимания, поэтому ушла в самый отдаленный уголок сада, позвонила в кассу аэродрома и узнала расписание авиарейсов в столицу страны – Катан. Забронировала билет на тринадцать часов.
Потом незаметно собрала небольшую сумку с вещами, вынесла ее в сад и спрятала в кустах. Сев у окна, Пола взяла лист и ручку. Она не посмела бы уехать, не попросив у родителей прощения и не объяснив им все, что задумала.
«Папа, мамочка, я вас очень люблю, поэтому не хочу, чтобы сейчас, когда беда постучала в нашу дверь, вы стояли перед столь ужасным выбором, как решить, кто из детей вам дороже. Я уже совершеннолетняя, поэтому могу сама распоряжаться своей судьбой и жизнью.
Спасибо вам за все. Вы самые замечательные мама с папой, каких только можно пожелать. Вы дали нам с Наем, все, что могут дать заботливые и любящие родители, и сейчас настало время переложить часть ваших забот на наши плечи.
Я уезжаю, чтобы помочь Наю. Не знаю, чем это закончится, но уверяю вас: я сделаю все, что только смогу, чтобы выручить его из беды.
Не сожалейте о том, что я не выйду замуж за господина Ньяла. (Простите, я подслушала ваш разговор). Возможно, это даже к лучшему, ведь меня никогда не прельщала мысль выйти за старика и стать мачехой детям, которые гораздо старше меня.
Еще прошу прощения за то, что уезжаю, не попрощавшись. Ведь тогда наши споры могли затянуться не на один день, а необходимо торопиться. Папа, я без спросу взяла деньги из своего приданого – это для Ная. Не сердись, сейчас это лучшее решение, и ты это знаешь.
Прощайте. Люблю вас и тысячу раз целую ваши руки. Пола».
Улучив момент, когда родители были заняты, она пробралась в кабинет отца. Государственные банки в их стране появились не так давно, всего-то пару десятков лет, и недоверчивое население не торопилось нести туда свои трудовые накопления. «Лучше занять деньги под проценты проверенным людям, чем доверить их лентяям-толстосумам, наживающимся на вкладах простого люда», – так рассуждали добропорядочные граждане и хранили свои сбережения в домашних сейфах.
Сейчас это как нельзя лучше устраивало Полу. Она без проблем открыла сейф: воровства в их доме отродясь не водилось, и код к его замку не был для домашних секретом. В дальнем углу массивного металлического шкафа стоял серебряный сундучок с инкрустированной надписью «Пола». Там находились ее деньги. Их было много: достойное приданное недешево. Отец с самого ее рождения стал откладывать небольшие суммы, чтобы к пятнадцати годам, когда девушки выходят замуж, его дочери не пришлось краснеть перед будущим мужем. Судьба распорядилась иначе, но … может, это и к лучшему. Пола помедлила всего пару секунд, а потом решительно вытащила тяжелый сундучок. Резким движением открыла его и быстро переложила банкноты и золотые монеты в сумку. Потом захлопнула тяжелую крышку и задвинула ларец обратно. Записку положила на стол.
Перед самым отъездом Пола подошла к маме, которая возилась на кухне с почти готовым обедом и обняла ее со спины.
- Мамочка, я так тебя люблю. И папу тоже. Вы сделали для нас с Наем так много. Не волнуйся, пожалуйста, его оправдают. Я верю в это, ведь он, несмотря ни на что, честный и справедливый.
Мама тяжело вздохнула:
- Тогда почему ему никто не поверил? Хотя … Нэнт можно считать городом Севера. А там очень жесткие законы, и люди им под стать.
- Но судить его должны в столице, потому что Нэнт все же находится в центральном округе. Будем надеяться, что все обойдется. Не нужно терять надежды и давай молиться о нем. Я хочу сходить в храм. Сейчас и пойду.
- Ты славная девочка, – госпожа Тимм похлопала дочь по руке. – Сходи, помолись. А вечером мы с отцом хотим поговорить с тобой ...
- Хорошо, я буду дома, – поспешно прервала ее Пола. Она не хотела, чтобы планы родителей были озвучены – это могло наложить на нее определенные обязательства. – Люблю тебя.
Пола еще раз поцеловала мать и поспешила уйти. На душе было горько и тревожно. Руки дрожали от страха и нерешительности, но девушка сжала кулаки и вышла в сад. В дальнем углу была старая калитка из металлических прутьев. Ею почти никто не пользовался, разве что кому-то срочно понадобится быстро попасть на соседнюю улицу. Пола с трудом открыла ржавую дверцу, пронзительно заскрипевшую от возмущения. В конце улицы она увидела такси, которое заранее заказала по телефону.
Бросив на заднее сидение сумку, беглянка села рядом с шофером:
- На аэродром, пожалуйста.
Машина резко рванула вертикально вверх и через мгновение уже неслась по воздуху над многолюдным пестрым курортным городом.
Пола со всевозрастающим волнением смотрела на проплывающие под днищем аэромобиля крыши домов: через несколько часов она окажется в совершенно другом мире. Там, где нет иссушающего зноя и головокружительных ароматов. Там, где царят прохлада мрачных лесов и туманы.

Глава II

Такси подлетело прямо к трапу аэробуса за пять минут до отлета. Его огромное сигаровидное туловище с прозрачными стенами и крышей верхней палубы неподвижно висело над перроном. В темное чрево гиганта вел эскалатор для пассажиров и транспортная лента в багажное отделение.
Пола поставила сумку на ленту и подошла к трапу. Возле него стоял кассовый автомат. Набрав голосовое меню, она назвала номер забронированного места и засунула в приемник банкноту. Автомат едва слышно заурчал, потом выплюнул посадочный талон и сдачу. Пола поднялась наверх, закомпостировала у входа талон и вошла в прохладный салон нижней палубы. Сейчас ей было не до того, чтобы любоваться небесными красотами через прозрачный потолок и стены.
На нижней палубе было два отделения, разделенных рестораном. В хвосте расположились пассажиры экономкласса, в головном отсеке – первого (там не было трехместных рядов, только двойные и одинарные сидения). Пола села на свое место и отвернулась к окну.
Вот и все, теперь она сама по себе. Отрезанный ломоть…
Она не сожалела о своем поступке, просто волновалась: хватит ли ей сил и денег, чтобы помочь брату? Если все получится, то, как потом устроить свою жизнь? Возможно, они поселятся с Наем где-нибудь неподалеку и будут помогать друг другу.
А если не получится? Как ей тогда устроиться в жизни? Сможет ли она с одними дипломами, без должных рекомендаций устроиться на работу? Если бы брат был на свободе, тогда другое дело: мужчине, рекомендовавшему пусть даже и сестру, доверяют больше, чем одинокой женщине.
Ах, только бы она успела, только бы все получилось.
Девушка усилием воли отогнала мрачные мысли. Нечего изводить себя заранее, настраиваясь на неудачу. Все будет хорошо. Она не из тех, кто легко сдается. Она добьется, чтобы к делу ее брата отнеслись с должным вниманием. Она не отступится. Ни за что!
Гигантский аэробус плавно и совершенно бесшумно вертикально поднялся в небеса, залитые беспощадным южным солнцем.
В глубине души Пола никогда не любила Юг. Здесь всего было слишком. Слишком много солнца, слишком много вычурной праздности, а в людях слишком много экспрессии и необузданного темперамента.
Пола была другой. Ей больше импонировал суровый нрав и прямолинейность, сдерживаемая рамками уважения к людям. Она считала, что прямота лучше, чем завуалированная наглость или хамство.
Поэтому она и верила, что родители ее поймут. Ведь когда-то они сами совершили нечто подобное. Их семьи воспротивились любви, возникшей между ними. Мама была уже сосватана и ждала свадьбы. Отцу тоже предстояло ввести в дом нелюбимую. Таковы законы рода: родители выбирают своим детям жен и мужей. Они встречаются со свахами, ведут переговоры, узнают о семье, с которой роднятся. В этом, возможно, есть определенный смысл: ведь их дети соединяются в пары, в том возрасте, когда еще трудно мыслить здраво и рационально.
Но мама, как-то расчувствовавшись, рассказала, что между ней и отцом с первого же мгновения их случайной встречи вспыхнула та редкая и чудесная искра, с которой начинается настоящая любовь. Они ни на минуту не усомнились в своем решении бежать. И до сих пор не жалеют об этом. Поэтому они никогда особо не настаивали на возможности самим выбрать невесту для Ная и Поле дали возможность повзрослеть настолько, чтобы самой решать свою судьбу. За это и она, и брат были бесконечно им благодарны.
Пола вернулась из дум, когда желудок настойчиво потребовал к себе внимания. Вызвав меню на панели у кресла, она выбрала блюда и отправила заказ. Приятный женский голос сообщил, что ее будут рады видеть в ресторане через четыре с половиной минуты за столиком номер семь. Пола улыбнулась: это было ее счастливое число, она и место выбрала с таким же номером.
Когда она вошла в прохладный, залитый ярким светом ресторан, ее одноместный столик уже был накрыт. Поле не хотелось ни с кем разговаривать, и она предпочла одиночество. Несмотря на все усилия, ее тревога росла с каждой минутой.
Огромное окно у столика открывало великолепный вид на просторы, проплывавшие далеко внизу. Морское побережье в зоне полупустыни уже сменилось зелеными бескрайними степями, перемежавшимися редкими рощами. Дальше начнутся леса и изумрудные поля.
Лететь до столицы предстояло еще восемь часов…
… Когда аэробус опустился на перрон главного аэродрома столицы, было уже девять часов вечера.
Выйдя из аэровокзала, Пола отправилась в круглосуточный салон проката автомобилей. Выбрав легкую быструю машину, она заплатила за неделю аренды и вывела ее из ангара.
Неподалеку от салона раскинулся небольшой парк, освещенный мягким светом фонарей. Приятный теплый вечер манил тишиной и уютом. Пола решила не ужинать в шумном ресторане, а наскоро перекусить чем-нибудь и, не откладывая, отправиться в Нэнт. Она вошла в ближайшее кафе, заказала на вынос картошку с двумя котлетами и пару бисквитных пирожных с кофе. От воздушного бисквита с кремом она с детства сходила с ума, а сейчас ей было просто необходимо чем-то себя поддержать.
Выбрав скамейку, защищенную от посторонних взглядов густыми зарослями кустарника, Пола с удовольствием принялась за ужин. Неожиданно кусты прямо перед ней задрожали и из-за темно-зеленых веток показался тощий пес. Он вышел на аллею и уселся напротив Полы.
Пола плохо разбиралась в собачьих породах, но даже ей было понятно, что пес породистый … кажется охотник. У него были мягкие висячие уши и поджарое тело, с короткой трехцветной шерстью. Но он был настолько худ, что его бока глубоко ввалились, а позвонки можно было пересчитать даже сквозь шерсть.
Пес печально посмотрел на еще не тронутую котлету, которая лежала на тарелке и отвернулся. В этом движении было столько сдержанного достоинства, что Пола невольно задержала вилку у самого рта. Она взяла котлету и протянула псу:
- Хочешь?
Пес едва заметно шевельнул хвостом, но остался на месте.
- Возьми, я угощаю.
Надбровные дуги собаки изогнулись, из-под них на Полу посмотрели такие умные и грустные глаза, что Поле невольно стало не по себе. Она положила котлету обратно на тарелку и поставила на асфальт в двух шагах от себя.
- Вот, прошу.
Пес поднялся и, тяжело вздохнув, медленно подошел к тарелке. Понюхал содержимое, осторожно лизнул … через секунду тарелка блистала первозданной чистотой, а пес сидел рядом и вопросительно смотрел на Полу.
- Вообще-то пирожные я и сама люблю, но если ты настаиваешь … вот, пожалуйста.
Пола положила одно пирожное на тарелку перед собакой. Миг – и его нет.
Пола отвернулась от пса и демонстративно съела свой бисквит, запивая его кофе. Потом выбросила одноразовую посуду в мусоросборник и пошла к своей машине. Пес не сдвинулся с места. Но когда она открыла дверцу, он вдруг выскочил прямо из-под ее ног, забрался в машину и уселся на переднее пассажирское место.
- Это что еще за сюрприз? – строго проговорила потрясенная Пола. – А ну, приятель, выбирайся оттуда! Сейчас же! – но пес словно и не слышал. Он посмотрел на нее (Поле даже показалось, что в его глазах мелькнули смешинки) и отвернулся к окну. – Ах так, да?! Ну, погоди же!
Пола обошла машину и открыла пассажирскую дверь:
- Вон отсюда!
Пес не шелохнулся.
- Ну, пожалуйста, мне сейчас не до бездомных псов, – жалобно протянула Пола.
Собака упорно смотрела прямо перед собой и не шевелилась. Поле показалось, что она даже дышать перестала.
- Ну, хорошо, – прорычала девушка, – сам напросился. Вот увезу тебя на другой конец страны, тогда узнаешь.
Она захлопнула дверь и села на свое место. Нажала на кнопку стартера, и автомобиль плавно приподнялся над землей на полметра. Девушка осторожно вывела машину на главную трассу города, задала параметры автопилоту и расслабленно откинулась на спинку.
- Тебя как зовут-то? – миролюбиво спросила она собаку. Та вдруг обернулась, нагнулась и, положив голову на ее колени, удовлетворенно вздохнула, закрывая глаза. – Вот и поговорили.
Опустив руку на голову пса, Пола погладила его между ушами, потом передвинулась ниже и нащупала вшитый чип. Значит, собака не бездомная. Она осторожно сжала тонкую пластину, сигнал замигал красным: выходит, хозяин отключил отслеживающее и управляющее устройство.
- Ты, похоже, такой же, как и я – бездомный и одинокий, – печально проговорила Пола.
Она еще раз нажала на чип, и хриплый мужской голос произнес:
- Дэйк.
Пес вздрогнул всем телом и еще сильней прижался к ноге Полы.

***
Пола заснула, когда автолет покинул пригород столицы и бесшумно понесся по темной ночной дороге, пронизывающей сплошной лес, словно стрела. Она специально не полетела в Нэнт на самолете, чтобы оказаться там рано утром.
Их гигантская страна была похожа на четырехлистный цветок. Четыре огромных округа сходились в Центре – самом большом и многолюдном районе страны. Так уж исторически сложилось, что названия округам дали по их географическому расположению: Юг, Север, Восток и Запад. Центральный, соответственно, носил такое же имя.
Все округа имеют свои резко отличительные черты, как в природном отношении, так и в характере их населения.
На юге, как уже отмечалось выше, имелись прекрасные условия для курортно-оздоровительного отдыха. Сухой жаркий воздух, приносимый ветром с бескрайней пустыни. Теплое море с очень удобными песчаными пляжами, с многочисленными частными и государственными санаториями. Южные светлые звонкие леса, перемежающиеся с открытыми просторами степей, на которых пасется особая порода коров и коз, чье молоко имеет высокоценимые целебные свойства. Здесь живут люди с деловой хваткой, корыстные, но приветливые и миролюбивые.
На востоке раскинулись просторы, пригодные для сельского хозяйства, особенно – земледелия. Здесь ровные поля, которые тянутся до самого горизонта. Жаркое безветренное лето и мягкие снежные зимы. И люди здесь живут с кротким простодушным нравом. Гостеприимные, радушные, веселые и трудолюбивые.
На западе – все условия для животноводства. Ровный нежаркий климат, холмистая местность, с тучными травами и тенистыми рощами, много озер, ручьев и мелких рек. Население этих мест отличается задумчивостью и склонностью к философским рассуждениям, медлительностью в движениях и размеренностью речи. Но не стоит доверять столь обманчивому впечатлению, ибо за всем этим спокойствием кроется горячая кровь и взрывной характер. Пословица: «Бойся клыков сторожевого пса, рогов мирно пасущегося быка и улыбки его пастуха» как раз про них.
На севере находятся самые суровые места. Там поднимаются к небесам заснеженные верхушки гор, а непроходимый лес покрывает их подошвы. Под его сенью водятся злобные и опасные звери. В горах прорыты глубокие шахты, в которых добываются руда, золото, серебро и еще много чего полезного. И люди там живут соответствующие: мрачные шахтеры, суровые охотники и лесники. Неприветливые и угрюмые, как их леса и добыча.
Центр же страны – котел, в котором все смешалось: и природные особенности, и человеческие нравы. Здесь есть и горы, и внутреннее море с песчаными пляжами, степи и леса. Здесь сконцентрировался цвет науки и искусства. Это промышленное и культурное средоточие всей страны. Здесь живут люди, в характере которых можно отыскать черты всех остальных жителей этого огромного государства, похожего на фантастический четырехлистный цветок.

Глава III

На рассвете автолет взлетел на очередной высокий косогор, и Пола нажала на тормоз. Машина плавно опустилась на землю. С высоты холма, лес на котором жители Нэнта уже давным-давно пустили на топливо, открылся великолепный вид. Пола открыла дверь и вышла размять ноги. Дейк тут же помчался знакомиться с местным кустарником.
Внизу лежало узкое длинное озеро, город, небольшой по южным курортным меркам, обрамлял его со всех сторон. Несколько извилистых, повторяющих ландшафт улиц по одну сторону и несколько по другую сторону озера. Чуть дальше – ровная бетонированная площадка для аэробусов. Пустая. Пола мысленно похвалила себя за решение взять машину: рейсы в этот район были, возможно, редки. Один-два раза в полмесяца. Но площадка годилась для больших аэробусов. Видимо, этот аэродром обслуживал сразу несколько небольших городков, лесных поселков и деревень.
Правая сторона озера была крутой, и улицы на ней лежали уступами. Левая – более пологая и ровная. Здесь находилось больше улиц, которые сбегались к большой городской площади, вокруг которой стояли административные здания, на соседней улице – две школы: для девочек и мальчиков по отдельности, но с общим стадионом, оранжереей и лабораториями. Два торгово-развлекательных центра располагались по обе стороны озера. Небольшой обустроенный пляж говорил, что и здесь бывают теплые солнечные деньки.
Рассвет уже успел позолотить далекие заснеженные верхушки гор, но ломиться в запертые двери местной милиции было бесполезно. Поэтому Пола вызвала на компьютере автомобиля подробный план Нэнта и тщательно изучила его. Здесь был всего один большой гостиничный комплекс с рестораном и отдельными семейными домиками и два частных мини-отеля. Пола решила остановиться в одном из них и привести себя в порядок, прежде чем идти в участок. Но перед тем как ехать в гостиницу, она отыскала на карте адрес автоматической мойки для собак и только потом свистнула Дэйку. Пес примчался, весело помахивая хвостом и преданно заглядывая ей в глаза.
- Поехали мыться и получать витамины, иначе нас не пустят ни в один приличный дом, – Пола приглашающе повела рукой. Дэйк радостно залаял и уселся на свободное место.
Салон для автоматической диагностики и мойки собак находился на Дубовой улице. Дэйк не выразил никакого сопротивления и спокойно вошел в кабинку. Пола настроила перечень необходимых процедур и купила в киоске-автомате кормушку с едой.
Через пятнадцать минут пес, сдав анализы и получив положенную порцию водных процедур, выскочил на улицу, сияя чистотой и довольной улыбкой. Пола проверила показания: пес здоров, но истощен и нуждается в усиленном питании и витаминах. Он пропустил сроки положенных вакцинаций, но автомат сделал положенные прививки.
Девушка поставила кормушку на асфальт у машины и насыпала в нее корм. Дэйк умял хрустящие подушечки в считанные минуты и запил их чистой водой. Затем Пола включила чип Дэйка и проверила настройку – все в порядке, теперь он был запрограммирован на ее голос и телефон.
Мини-отель госпожи Анзы Ирх располагался на правом обрывистом берегу. Четыре небольших отдельных семейных домика с окнами, смотрящими на озеро. Столовая и развлекательная комната для жильцов, находились в доме побольше: двухэтажном здании с дверями десятка комнат, выходящих на общую галерею.
Госпожа Анза Ирх, подвижная дамочка средних лет с миленькими ямочками на полных, горящих ярким румянцем щеках, показала девушке номер с двумя крохотными комнатками: гостиной и спальней.
- Нынче не сезон. Весной и летом здесь мало народа, а вот по осени в Нэнте и окрестных городах не протолкнуться. Охота, грибы и ягоды привлекают в наши края много народа. Это самые прибыльные для нас деньки.
- А в межсезонье у вас, наверное, очень скучно? – равнодушно проговорила Пола, рассматривая пейзаж за окном.
О, как же она сейчас была благодарна годам, проведенным в Женской Школе! Там девушек обучали психологии, искусству вести беседу, с первого взгляда определять классовую принадлежность и степень образованности людей. Бесконечные тренинги по запоминанию и понимаю мелких деталей в одежде, манере говорить, распознаванию значения взглядов и тембра голоса – навыки, необходимые для высокопрофессионального делопроизводителя, личного секретаря главы какой-нибудь огромной корпорации или офис-менеджера большой компании были ей сейчас как нельзя кстати.
Пола с первых минут знакомства поняла: хозяйка мини-отеля была местной сплетницей и ей просто не терпелось выложить своей нежданной гостье городские новости.
- Да, не слишком весело, но и в такое время иногда происходят вещи, от которых волосы встают дыбом, – таинственно проговорила госпожа Анза.
- В самом деле? – Пола бросила на нее слегка удивленный взгляд, подталкивая на дальнейшее откровение.
- Представьте себе! – торжественно ответила та, наивно попадаясь на удочку.
- И что же случилось? В ваш городок забрел медведь или, упаси Создатель, тигр?
- Что вы, милочка! – засмеялась хозяйка. – Тогда наши мужчины в два счета содрали бы с него шкуру, а потом долго обмывали бы это событие в баре почтенного господина Хорка. Нет, – госпожа Анза выдержала положенную в таких случаях драматическую паузу и продолжила с придыханием, – здесь произошло убийство.
- Да что вы говорите?! И как же это случилось?
- Ночью дня назад один приезжий парень свернул шею другому приезжему – старику-каторжнику. Вот! – торжествующе проговорила госпожа Ирх – Но, по правде говоря, все случилось из-за этого дуролома Медиса, – хозяйка, присела в плетеное кресло. – Это местный пьяница и задира. Он живет в нашем городе уже больше десяти лет. Раньше-то он жил в соседнем городишке – Борри. Был добропорядочным отцом семейства, у него был магазин охотничьего и рыболовного снаряжения. Но его жена и двое малолетних детей умерли от болотной лихорадки. Эта гадость в том году немало унесла людей. Вы же знаете: ее не так легко распознать. Сначала просто легкая простуда, потом внезапный отек легких. Все происходит очень быстро. Пока врачи спохватились, пока нашли источник заражения, два десятка несчастных успело умереть. А Медис с тех пор так и не оправился. Запил. Стал бросаться на людей.
- Так его тоже убили?
- Нет, нет, что вы, – взмахнула полными руками хозяйка отеля. – Его бог миловал. Я сказала: приезжего какого-то убили. И тоже, кстати, не наш-то убил, а пришлый какой-то. Молодой парень. По виду из западников. Они тихие, тихие, а не тронь. Он с Медисом сначала сцепился да по шее ему надавал. А уж потом к нему тот, другой, старик, который неделей раньше приехал, пристал. Грозить начал, насмехаться. Думал, верно, что наши парни за него вступятся. Да ведь он и сам-то какой-то никчемный старый бродяга был. Замухра каторжная, одним словом. Кто ж за него в драку полезет?
- И что же, этот парень его вот так просто взял и убил? За несколько грубых слов?
- Да нет. Молодой-то сначала пригрозил, мол, не лезь – шею сверну. Старик и заткнулся. А уж потом его нашли в подворотне со сломанной шеей. Парня, ясно дело, сразу с кутузку – наш комиссар милиции Биннет Охин шутить не любит. У него не забалуешь.
- Но почему решили, что старика убил именно этот парень? Ведь он, насколько я поняла, только приехал и еще никого в этом городе не знал. У убитого могли быть здесь и свои враги.
- Ага, а вот и нет! – радостно воскликнула Анза. – Никто старика толком не знал и не трогал. Этот несчастный поселился у Зака Лютона, беспробудного алкоголика, охотника и проводника, который если не спит в драбодан пьяный, то пропадает в лесу по нескольку дней. У Эриса не было врагов. Он несколько дней безвылазно просидел в таверне господина Шама Хорка и никого не трогал.
- Значит, убитого звали Эрис? И зачем же он приехал в Нэнт?
- Да кто ж его знает? Приехал и все. Сидел себе тихонько в баре с утра до вечера …
- Но к парню неожиданно пристал и, наверное, оскорбил его, если тот пригрозил сломать ему шею, – с сомнением проговорила Пола, – как-то не вяжется с миролюбивым характером. Не находите?
Анза непонимающе посмотрела на Полу – такие умозаключения были ей не под силу.
- Ах, госпожа Тимм, разве мы можем все знать? Пусть уж те, кому положено, этим занимаются. Биннет Охин – хороший страж порядка. Он разберется, не сомневайтесь. У нас ведь самый тихий район во всем Центре – так он строг. Ему за это и грамоты из года в год году вручают, и премию немаленькую в этот праздник Новолетия ... Не с нашим женским умишком лезть в мужские дела.
Ну, располагайтесь. Завтрак в девять, обед в два часа и ужин в семь. Всего доброго.
- И вам всего хорошего, – улыбнулась Пола, провожая словоохотливую хозяйку к выходу.
- Э-э, – приостановилась госпожа Ирх в дверях, – ваша собачка … она как, смирная? Никого не покусает?
- Не беспокойтесь – Дэйк хорошо воспитан.
- Вот и ладно. Желаю вам хорошо провести время.
- Спасибо.
Пола закрыла за госпожой Ирх дверь, постояла несколько мину в раздумье, потом достала из сумочки блокнот и что-то быстро записала.
К открытию участка Пола стояла перед его дверями. Дежурный сержант проверил ее документы и велел пройти через сканер. Потом провел в комнату для свиданий и попросил подождать. Ная привели только через полчаса. За два дня, проведенные в камере предварительного заключения, он сильно осунулся и похудел. Густая щетина покрыла ввалившиеся щеки, прямой нос заострился, под глазами темные круги. Встреться Най Поле на улице, она, наверное, и не узнала бы брата – так он изменился.
- Привет, – улыбнулась Пола.
- Ты что здесь делаешь?! – вместо приветствия воскликнул пораженный Най.
- Я тоже тебе рада, – невозмутимо продолжила Пола. – Мама с папой передают привет и ждут домой к Новолетию.
- Пола, – Най прошел к столу и сел, – немедленно уезжай отсюда.
- Я привезла деньги, Най, – Пола ласково накрыла руки брата ладошками. – Хочу поговорить с комиссаром Охином …
- Даже не думай. Они здесь все заодно. Этот комиссар … ему лишь бы порядок в городе сохранить, а как – все равно. Я уже пытался ему все рассказать, но он и слушать не хочет. Твердит одно и то же: «Сознавайся, парень, это облегчит твою участь!». Даже общественный защитник и тот мне не верит. Но у них ничего не выйдет! Я не убийца. Улик против меня – лишь то, что я пригрозил этому старикану, и все!
- Расскажи, как было дело.
Най печально посмотрел на Полу, но ответил твердо:
- Нет!
- Най …
- Я знаю, что из столицы должен приехать какой-то детектив. Он разберется. Тебе здесь находиться не следует. Это не женское дело.
Пола взорвалась:
- Я уехала из дому тайком! Я выкрала сбережения родителей, которые они собирали для меня! Я разорвала помолвку и примчалась сюда с другого конца страны, чтобы помочь тебе! А ты гонишь меня?! Так вот, братец, послушай, что я тебе скажу: из дверей этого поганого участка мы выйдем вместе! – она резко опустила кулачок на столешницу. – Или я не Пола Тимм!
Най с изумлением смотрел на младшую сестру. Сейчас она была похожа на взъерошенного воробушка – храброго, безрассудного и … такого уязвимого. Но Най не мог подвергать ее опасности и попробовал еще раз:
- Пола, сестренка, уезжай. Прошу тебя: возвращайся домой. Уверен, что твой жених, кто бы он ни был, еще не знает, что ты уехала. Все еще можно поправить. Поспеши. Я очень тебя прошу …
- Най, ты не облегчаешь моей задачи. Защите нужно представить веские доказательства. А улики для обвинителя... Поверь, если будет нужно, их найдут.
- Уезжай!
Най поднялся со стула и подошел к прозрачной двери. Дежурный вывел его. Брат ушел, не попрощавшись и даже не взглянув на Полу.
- Непроходимый упрямец, – раздраженно прошептала Пола.
Она вышла из комнаты свиданий и попросила, чтобы ее проводили к комиссару Охину, но дежурный сказал, что его еще нет. Тогда Пола решила сходить в бар господина Хорка.
Она вышла на улицу, теплый ветерок тут же бросился поправлять ее прическу.
- Здравствуйте.
Пола обернулась. На ступеньках стоял высокий стройный офицер. Форма ему очень шла, и он, по всей видимости, это знал. У него было открытое симпатичное лицо, располагающее и доброжелательное, светло-карие глаза смотрели на Полу с интересом, а приветливая улыбка невольно вызывала ответную.
- Здравствуйте, – поздоровалась Пола и замолчала, ожидая продолжения разговора.
- Вы сестра Ная Тимма?
- Это очевидно.
- Да, конечно, – офицер сбежал со ступенек и подошел к девушке. – Я только хотел спросить, что вы намереваетесь делать? Видите ли, общественный защитник считает, что он не виновен, но здесь многие не согласны с ним.
- Потому что Най не похож на местных жителей? – резко бросила Пола, развернулась и быстро пошла к своей машине.
- Не совсем поэтому. По большому счету здесь всем наплевать на этого каторжника, – бросил ей вслед офицер. Пола остановилась. Он подошел и встал напротив нее, – Этот убитый старик, он ведь тоже не местный. Так что это скорее развлечение – следить за ходом расследования.
Но капитан заинтересован, конечно, чтобы дело завершилось как можно раньше, и его раздражает упрямство Тимма, ведь все улики против вашего брата.
- Какие улики?! – вскричала Пола. – То, что они перекинулись парой фраз? Или то, что этот старикан ни к кому не приставал до этого вечера? Только на этих двух эпизодах вы обвиняете Ная в убийстве? Это смешно и не выдерживает никакой критики! Эриса могли убить за что угодно. Он был здесь намного дольше Найя.
- Но дело в том, что я был в тот вечер в баре и сам видел произошедшее. Ваш брат очень неадекватно отреагировал на безобидные шутки Медиса, а на более серьезное оскорбление лишь пригрозил.
Пола была готова ринуться в бой, но офицер поспешно добавил:
- Но я вами полностью согласен: спешить не нужно. Необходимо во всем досконально разобраться. Я на вашей стороне, поверьте.
- Почему?
- Понимаете, тут какое дело, – несколько смущенно проговорил офицер, – я сын капитана Охина. Кстати, меня зовут Далл, а вас?
- Пола.
- Так вот, Пола, мой отец в скором времени покинет свой пост и уйдет в отставку. Я хочу занять его место, поэтому мне очень важно, чтобы порядок, который он навел в этом районе, оставался таким же прочным и нерушимым. Но я так же не хочу, чтобы под занавес своей карьеры отец совершил непростительную ошибку и отправил на каторгу невиновного. Понимаете?
Если потом выяснится, что он был не прав, это сильно подорвет спокойствие моего старика. Он честный и хороший человек, поэтому будет мучиться и переживать, но исправить уже ничего не сможет, потому как, несправедливое обвинение и суд разрушат карьеру молодого человека, у которого впереди еще вся жизнь. Ведь не секрет, как в нашей стране относятся к людям, у которых есть пятно на репутации.
Я вижу, что вы такая же решительная и упорная, как и ваш брат. Вы не остановитесь ни перед чем и добьетесь правды. А это значит – нам по пути. Поверьте, для меня истина так же важна, как и для вас, потому что я тоже не хочу начинать свою карьеру с ошибки.
Далл протянул руку Поле:
- Мир? Давайте проведем это расследование вместе. Идет? У нас по сути одинаковое стремление – добраться до правды. Что вы намереваетесь делать?
- Поехать в бар к Хорку, – проговорила Пола, неуверенно отвечая на пожатие.
Она еще не решила, нужен ли ей помощник, но поговорить с ним, во всяком случае, не помешает.
- Хорошо. Я с вами.
Пола пожала плечами и пошла к своей машине. Далл последовал за ней и сел на пассажирское место. Когда они выехали со стоянки, Пола попросила в подробностях рассказать о случившемся в баре. Далл описал произошедшее в малейших деталях.
После его рассказа, Пола прошептала:
- Да, для Ная такая вспыльчивость характерна, за одним исключением: он ни за что не станет убивать исподтишка. Скорее вызовет на бой чести, но подстеречь втихую, в подворотне… Вы его не знаете, Далл. Он с самого детства был очень щепетилен в таких вопросах. Ему ведь всегда было важно доказать свою правоту на людях. Тайная и коварная месть – это не про него.

Глава IV

Телефонный звонок в квартире детектива Мэтэлла Ганжия раздался в самый неподходящий и пикантный момент его свидания с подружкой – корреспонденткой местной газеты, освещавшей криминальную хронику, Эддой Деллер.
- Не отвлекайся, – прошептала Эдда, возбужденно облизнув губы.
- Заткнись! – отдал голосовой приказ Мэтэлл … телефон захлебнулся собственной песней.
Через полчаса довольная Эдда упорхнула в ванную, а Мэтэлл потянулся за телефоном:
- Шеф, вы искали меня?
- Где тебя носит? – раздалось в трубке недовольное ворчание. – Уже полдесятого, а тебя еще нет на рабочем месте.
- У меня выходной. Вы же сами вчера отпустили …
- А-а, да … запамятовал. Прости, если помешал …
- Ничего страшного, я уже закончил все неотложные дела, – усмехнулся Мэтэлл.
- Вот и отлично, потому как выходной отменяется: тебе предстоит поездка.
- Куда? – лениво поинтересовался Ганжий, втайне надеясь, что ему не придется мчаться сломя голову на другой конец страны.
- В Нэнт. Там какое-то странное убийство. Комиссар провел предварительное расследование и уверен, что задержал убийцу. Но тот в глухом отказе. Да и окружная прокуратура завернула дело. Защита ее поддержала. Поезжай, разберись.
- Хорошо, шеф. Я уже в пути.
- Добро.
Долгие гудки возвестили об окончании разговора.
- Уезжаешь? – выглянула из ванны Эдда. – Прямо сейчас?
- Позавтракать успеем, – протянул к ней руки Мэтэлл. Эдда бросилась в его объятия. – Прости, детка, я обещал подарить день, но получилось только утро.
- Зато какое, – промурлыкала Эдда. – Мне поехать с тобой? Что там? Из этого может получиться хороший репортаж?
- Вряд ли. Нэнт – маленький городок. Звероловы и рыбаки – основное население. Наверное, простая бытовая поножовщина.
- Тогда ладно, – легко согласилась Эдда и, чмокнув его в небритую щеку, встала, чтобы одеться.
Мэтэлл наблюдал за ней. Он любил смотреть, как она одевается, а еще больше, как снимает одежду. Она умела это делать. Высокая знойная брюнетка с нежной матовой кожей, она возбуждала его в любом виде. Эдда видела, как Мэтэлл смотрит на нее, и нарочно принимала самые соблазнительные позы.
- Прекрати, – наконец не выдержал он, – иначе я никуда не поеду.
- А так можно? – Эдда выгнула спину, словно сытая кошка.
- Нет, – простонал Мэтэлл.
- Тогда мучайся, коварный обманщик.

***

Мэтэлл вывел аэромобиль из гаража на стартовую площадку. Винтовые лопасти закрутились с легким шумом и вознесли двухместную машину в небо. Ганжий поднялся на высоту в двести пятьдесят метров, сделал широкий вираж и полетел по направлению к Нэнту. В его распоряжении было два часа, чтобы ознакомиться с делом. Он загрузил в бортовой компьютер капсулу со звуковым отчетом из Нэнта и включил запись.
- Най Вигге Тимм, – услышал он сухой четкий голос диктора из динамика. – Двадцать семь лет. Уроженец города Югры в Южном округе. Два года назад с блеском окончил Мужскую Школу, где прошел углубленное обучение. Сейчас живет в городе Риббе – Центральный округ. Владеет строительной фирмой, которая успела хорошо себя зарекомендовать. В Нэнт приехал по приглашению господина Сойра для предварительного договора по проектированию и строительству загородного дома.
Как предполагает комиссар Нэнта – господин Охин, Най Тимм совершил убийство, отвечая на оскорбительные действия со стороны жертвы.
До этих пор за Наем Тиммом не замечено ничего предосудительного. Перед законом он был чист.
Мэтэлл нажал кнопку, останавливая запись. Он хотел подумать.
Принимая во внимание, что каждый род высоко ценит своих мужчин и старается, чтобы они оставались в семейном деле, помогая во всем на начальном этапе, то можно предположить, что Най Тимм сам выбрал свой путь и ушел из семьи. Такое в последнее время происходит все чаще. И все же не каждый решится лишиться поддержки всего клана. Это говорит об определенном мужестве и крепком характере.
Тимм успешно окончил Мужскую Школу, а обучение там очень не дешево. Мало того, он прошел углубленный курс – а это еще дороже. Значит, ему помогали. Возможно, отец.
Внутриродовые конфликты?
За два года его фирма приобрела определенную репутацию – иначе его не пригласили бы в Нэнт. Там и поближе есть строительные компании. В том же Ринке, например.
Еще одно обстоятельство призывало к вниманию: Тимм был с Юга, а мужчины из этого округа никогда не станут затевать драку, если на кону стоит прибыль. Для них выгода превыше всего.
Поэтому-то и странно, что Тимм повелся на банальное оскорбление. А таковое, согласно отчету, было. Северяне не любят южан, впрочем, как и всех остальных.
Что же заставило Тимма в один момент забыть обо всем и разрушить свою жизнь?
Мэт снова включил диктофон:
- Жертва – Жиз Гард Эрис. Семьдесят три года. Уроженец северного округа. В прошлом был тесно связан с бандой Крота, бесчинствовавшей на северо-западе центрального округа. Двадцать лет провел на каторге за убийство коммивояжера. Выпущен на свободу две недели назад.
Мэтэлл потер подбородок: да, такой мог нанести смертельное оскорбление, за которое стоит убить. Здесь может быть «Дело чести». А может, и нет. Возможно, это связано со старыми делишками отца Ная Тимма. Что-то же заставило его уйти из семьи. Если предположить, что Тимм приехал в Нэнт специально, чтобы встретиться Эрисом …
Нет. Слишком сложно и маловероятно – отмел эту гипотезу Ганжий.
- Запись допроса подозреваемого, – известил голос диктора.
- Най Вигге Тимм, вы обвиняетесь в убийстве Жиза Гарда Эриса. Что можете рассказать по этому поводу? – спросил мужской голос, видимо, он принадлежал комиссару, ведь это он вел расследование.
- Я не виновен. Я его не трогал и даже не говорил с ним, кроме тех двух фраз в баре.
- Зачем вы приехали в Нэнт?
- По делам своей фирмы. Я должен был сегодня встретиться с господином Сойром.
- Что сказал вам Эрис в баре? Почему вы пригрозили ему расправой?
- Он оскорбил мою мать.
- Вы уверены?! Подобное оскорбление недопустимо и карается очень сурово. Поэтому вы и убили его? «Дело чести». Я могу вас понять …
- Послушайте, я уже сказал, что не трогал его. Вчера я устал. Хотел принять ванную, поужинать и лечь спать. Все. Этот старик был пьян, я не стал заострять внимание …
Мотив серьезный. Ганжий задумчиво смотрел на проплывающий под ним пейзаж. Ни один уважающий себя мужчина не пропустил бы мимо ушей подобное оскорбление и вызвал бы обидчика на «бой чести». В этом комиссар прав … но такой бой, если он проведен при свидетелях и секундантах, по закону не преследуется. Почему же Тимм отказался от столь хорошей возможности выйти сухим из воды и предпочел коварное убийство в подворотне?!
- Показания свидетелей, – возвестил между тем голос из динамика. – Шам Перти Хорк. Шестьдесят лет. Уроженец города Таави, Северный округ. В Нэнте живет девятнадцать лет. Женат на местной жительнице – Соули Тейнли Хорк, урожденной Эйлл. Имеет двух дочерей. Владеет гостиничным комплексом, рестораном и баром. Характеристика безупречная. Хороший семьянин. Добровольный помощник стражей порядка. В тот вечер сам стоял за стойкой и обслуживал посетителей.
Снова раздался легкий щелчок, и Мэтэлл услышал низкий мужской голос:
- Охо, мой бармен, приболел, и я сам в тот вечер стоял за стойкой. Было уже поздно … где-то около часу ночи. Я уже собирался закрываться, и тут вошел этот парень. Тимм Най. Он сразу показался мне каким-то странным. Угрюмый, настороженный. С виду типичный «скотовод-западник».
Наши парни уже, конечно, были навеселе. А Медис, этот пьяный придурок, сразу полез к незнакомцу выяснять отношения. Мол, неплохо бы угоститься. Этот Тимм поначалу не обратил на Медиса внимания и спросил, где найти хозяина гостиницы. Я, было, ответил, но тут Медис снова вмешался: чего это в наших краях понадобилось какому-то грубияну и хвостокруту свиней? И дальше все в том же духе.
Я хотел вмешаться, но парень опять даже не посмотрел в сторону Медиса. Только еще раз спросил, где найти хозяина гостиницы – ему де комната нужна на пару дней. Медис и взвинтился. Он же на целую голову выше, да и поддержка, ежели что, имеется. Вот он и сунулся, а тот, не будь дураком, в один миг и скрутил беднягу. На пол повалил и коленом придавил. А потом опять спокойно так спрашивает: «Где хозяин гостиницы? Мне сказали – он здесь».
Только было в том спокойствии что-то такое … от чего мурашки по телу. Непростой он – помяните мое слово.
- Что было дальше? – спросил комиссар.
- В баре от такого, понятное дело, – тишина. Все просто обомлели. Но потом Эрис, это тот, что раньше в Нэнт приехал, бросил ему что-то насмешливое и оскорбительное. Я не расслышал.
Подозреваемый ему и пригрозил: еще слово, мол, вякнешь – шею сверну. Это все слышали.
А я, желая предотвратить драку, поспешил дать ему ключ от десятого номера. Он и ушел.
Мэтэлл задумался. Най Тимм – южанин, а похож на западника. Странно. Но это может объяснить его учебу в Мужской Школе. Если его родители – западники, переехавшие по каким-то причинам на Юг, то разумеется, парню там ни невесту не найти, ни бизнеса своего толком не поднять. Возможно, у него даже и желания не было заниматься курортным делом.
А то, что он якобы был угрюмым и опасным, – так это-то как раз и понятно. В чужом городе, ночью, в баре, полном подвыпивших парней, которые не особо любят приезжих, а скотоводов с Запада особенно, нужно быть настороже. Мэтэлл и сам бы не стал в таком случае ушами хлопать. В Нэнте же все в основном охотники – герои, так сказать … вольные следопыты. Не то, что пастухи с западных плоскогорий. Вражда между этими двумя округами длится веками.
- Когда ушел Эрис?
- Минут десять, пятнадцать спустя. Выпил еще стаканчик и ушел.
На этом показания Хорка закончились.
- Яни Лоден Медис – второй свидетель. Пятьдесят пять лет. Уроженец города Зарема из центрального округа. Вдовец. Опустившийся алкоголик. Задирист, не воздержан, в выражениях груб. Живет в передвижном домике на окраине Нэнта. Перебивается подработками.
- Что вы можете показать по этому делу, господин Медис?
- Я? А что я могу показать? Я все, что нужно, могу показать, господин комиссар. Все, как есть скажу.
Этот, который мне чуть шею не свернул,– он же придурок отмороженный. Я ж к нему с душевным приветствием подошел, – здравствуй, мол, господин хороший. Приехал в наш город – будь любезен: угости уважаемых людей кружечкой пивка. А что он мне в ответ? Отвали, грязная пьянь? Это я-то?! Да я здесь уже сто лет живу! Здесь мой дом! Здесь могилы моих близких! А он кто такой? Чего приперся в наш город? И такая меня, господин комиссар, обида взяла, что я не утерпел. Хотел врезать подлецу, но … оступился. Он этим и воспользовался: свалил, коленом придавил. Всю грудь истоптал, гаденыш. Я ж теперь инвалид. Вот послушайте, как дышу.
В динамике послышалось грубое хриплое дыхание.
- Понятно, Медис. Что было потом?
- А что потом? Потом он с меня слез и пошел к стойке, где находился господин Хорк. Ему ключ от номера нужен был.
- А Эрис? Что он сказал Тимму?
- А дьявол его знает. Мне не до этого было, у меня одышка. Но что-то остренькое сказал, потому, как Тимм этот аж побелел весь. Повернулся к Эрису и как зашипит: «заткнись или шею сверну».
- А дальше?
- А дальше я не видел – ушел. У меня грудь болит, господин комиссар. Мне бы того … помощь единовременную от городской управы. А?
- Мы подумаем. Можешь идти.
- Вот спасибочки, господин Охин. Вы только скажите, я ж для вас все, что нужно, расскажу и подпишу. Я ж весь ваш … до гроба.
Мэтэлл прослушал еще несколько свидетельских показаний, и вот что странно – никто не расслышал слов Эриса.
Отсюда вопрос: сказал ли Тимм комиссару правду насчет оскорбления своей матери?
К концу записи Ганжий не пришел к окончательному выводу. Ему многое было неясно, и он теперь понимал, почему прокуратура завернула дело. Местные жители с самого начала были настроены против Тимма – он чужак. Они сплотились в своих показаниях.
Но чтобы доказать его вину, Мэтэллу придется найти более веские доказательства и неопровержимые улики.

Глава V

Пола и Далл подъехали к бару «Горные вершины». Судя по доносившимся оттуда громким голосам, ранние посетители уже приступили к выпивке и закуске.
- Я войду одна, – решительно проговорила Пола.
- Почему?
- При вас они вряд ли станут говорить откровенно.
Далл Охин в ответ только улыбнулся и приглашающе повел рукой – действуй.
Тимм вошла в полутемный зал, оформленный, как и ожидалось, в виде охотничьего домика. На стенах – головы оленей и косуль. Рядом – шкуры медведей и тигров. И как особый трофей – прекрасно сделанное чучело снежного барса.
Столики смастерены из распиленных пополам стволов деревьев. Стулья со спинками – из пней. В общем, неплохо для такого захолустья.
В баре сидело с десяток парней, мучившихся в межсезонье от безделья. Многие из местных мужчин промышляют в это время рыбалкой или трудятся на частных алмазных и золотых приисках, которых немало разбросано по берегам рек в труднодоступных горных районах. Но некоторые не утруждают себя подобными подработками, ведь в сезон они неплохо навариваются на охоте и выделке меха ценного пушного зверья.
Когда Пола вошла, в зале воцарилась тишина. Дюжие молодцы, все сплошь в кожаных штанах и куртках, недобро уставились на девушку, словно она неизвестно каким образом проникла в их замкнутый мужской мир, куда запрещено вторгаться женщинам. Хотя, в какой-то мере так оно и было: уважающая себя женщина не будет с утра да еще и в одиночку шляться по барам.
- Всем привет, – бодро начала девушка. – Меня зовут Пола Тимм, я хотела бы поговорить с теми, кто был здесь ночью, когда было совершено преступление …
- А вы, простите, кто такая? – с издевкой поинтересовался один из молодых мужчин, сидевших за ближайшим столиком. – Следователь?
- Не слишком ли молода? – со злой усмешкой спросил его сосед.
- На что тебе это грязное дело, крошка? Брось все и шагай к нам, – крикнул кто-то из дальнего угла бара. – У нас весело!
- Я сестра подозреваемого, – четко проговорила Пола, она не собиралась сдаваться. – Мне нужно узнать …
- Что находится у меня в штанах! – со смехом перебил ее кто-то, и все оглушительно захохотали.
- Хочешь, покажу?! – не унимался шутник.
- Иди отсюда подобру-поздорову! Не ровен час, пришибет кто – хвостокрутов у нас не любят! – пригрозили из-за дальнего столика.
- И их баб тоже! – подхватили из-за соседнего.
- А ну прекратите! – из двери, позади барной стойки, вышел высокий, слегка сутуловатый мужчина. На его висках серебрилась седина, а глубоко посаженные глаза осмотрели Полу с ног до головы недобрым настороженным взглядом. – Вам чего, уважаемая, здесь понадобилось?
- Я Пола Тимм, сестра Ная Тимм, – уже не так уверенно проговорила Пола. – Мне бы поговорить с теми, кто был здесь в ту ночь…
- Меня зовут Шам Хорк. Я был здесь. Но … милая девушка, вряд ли я могу добавить что-нибудь к тому, что сказал на допросе. Поговорите с нашим комиссаром. Если это не противоречит законам следствия, он все вам расскажет. Но мой совет: уезжайте. Здесь небезопасно для молодой симпатичной девушки, за которую некому заступиться – охотники народ грубый и невоспитанный.
- А можно узнать, где живет господин Медис? – сделала еще одну попытку Пола.
- Во, во! Поезжай к нему. Он живет на стоянке для туристов, – засмеялся один из охотников. – Он не справился с твоим братом, но тебя с удовольствием уложит на лопатки. Тебя, пуговка, даже он осилит!
Пола выскочила на улицу под скабрезные шуточки и улюлюканье. Ее сердце бешено колотилось, а лицо пылало от стыда и гнева. Но, переведя дыхание, девушка встряхнула густой гривой волос, собранных в высокий хвост, и направилась в машине. Теперь она понимала, с чем столкнулся в этом баре Най. Такого ее вспыльчивый брат, конечно, перенести не мог, но и на коварное убийство в подворотне он не способен. Так что она не отступится.
- Ну как? – спросил Далл. Он стоял, прислонившись к бамперу ее машины. Его глаза светились насмешливой улыбкой, но лицо оставалось серьезным.
Пола только махнула рукой.
- Вы сейчас куда?
- Спасибо Далл, но дальше я сама, – решительно проговорила Пола (ей не хотелось потерпеть еще одно поражение на глазах симпатичного офицера).
- Как скажете. Но если понадоблюсь, вот мой номер, – Охин быстро написал на листке блокнота несколько цифр. – Звоните, не стесняйтесь.
- Договорились.
Пола засунула бумажку в задний карман брюк и села в машину. Охин вошел в бар, а она, взглянув на электронную карту города, вывела машину со стоянки у бара и поехала в направлении площадки для трейлеров.
Поселок для туристов находился в некотором отдалении от города. Короткая лесная дорога вывела девушку к узкому, сильно вытянутому восточному берегу городского озера. Можно сказать, что это был уже широкий исток лесной речки. Большая, утрамбованная и огороженная площадка протянулась вдоль берега. Было очевидно, что в сезон здесь бывает весьма многолюдно. Небольшая площадь посредине нескольких извилистых пустующих улочек. Здание закрытого сейчас магазинчика и несколько киосков – вот и весь поселок для домов на колесах.
Миновав ворота, Пола двинулась по запутанным гравийным дорогам, пролегающим между утрамбованных стоянок для передвижных домиков к высокому берегу, на котором среди старых дубов она заметила одинокий трейлер. Многие из стоянок были оборудованы кирпичными печами под навесами и беседками, заплетенными диким виноградом. Здесь было даже несколько детских площадок, с унылыми, заброшенными в это время качелями.
Домик Медиса, как она и предположила, отыскался у самого берега. Отсюда открывался живописный вид на озеро и дальние горы, покрытые хвойными лесами.
Пола остановила машину и глубоко вздохнула. Потом решительно вышла на забетонированную площадку. На её настойчивый стук никто не открывал, но Пола слышала приглушенную музыку, доносившуюся из открытого окна, расположенного с другой стороны, и продолжала бить кулачком в тонкую филенку. Наконец послышались шаркающие шаги и дверь распахнулась. В проеме показался высокий бледный мужчина неопределенного возраста. Его одутловатое желтушное лицо и огромные мешки под глазами свидетельствовали о пристрастии хозяина к выпивке. Давно не стриженные неопрятные волосы были перетянуты на лбу кожаным ремешком, а в руках он держал кисти для рисования.
- Чего надо? – грубо спросил Медис, явно расстроенный тем, что его оторвали от работы.
Пола бросила короткий взгляд внутрь домика. Убогое убранство, разбросанные вещи, грязная посуда на столике у открытого окна … а по стенам – весьма недурные картины с лесными пейзажами.


Сказали спасибо (1): елникнов


Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
    • 85
     (голосов: 1)
  •  Просмотров: 87 | Напечатать | Комментарии: 1
#1 Автор: елникнов (27 августа 2017 18:04)

Группа: Авторы
Регистрация: 17.06.2017
Репутация: 0
Публикаций: 39
Комментариев: 78
Отблагодарили:114


А дальше?
  • 0
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
Панель пользователя
Рубрики журнала
Важная информация
Колонка редактора
Именинники
Сегодня поздравлять некого
Конкурсы
Популярные публикации
ТОП публикаций месяца
ТОП комментаторов месяца
Онлайн
Пользователей онлайн: 39
Гостей: 37
Зарегистрированных: 2
» DmitryGlazov
» lonatock
» Все пользователи за 24 часа

Наш литературный журнал Лучшее место для размещения своих произведений молодыми авторами, поэтами; для реализации своих творческих идей и для того, чтобы ваши произведения стали популярными и читаемыми. Если вы, неизвестный современный поэт или заинтересованный читатель - Вас ждёт наш литературный журнал.