Введение…По роду своей профессии я всегда наблюдал за тем, как люди ошибаются, наступают на грабли, или ещё что-то, в том же духе. Всё это как не крути, а в обычной, повседневной жизни называется – ошибка, или «вспороть косяк», или «лажануться», либо «лажать». Но мы-то люди культурные или, по крайней мере, стараемся себя за них выдавать (почему гов

ДВОЕ. Повесть. Продолжение. Предыд. главы от 18.02.16. 2.03.16 г., 19.01.17.

10 мая 2017 | Автор: | Категория: Проза
5.
…Вокруг храма столпотворение.
Детский утренник? Народный молебен? Десятки – куда! сотни!! – дядь-теть с ребятишками, иные держат сосунков на руках, заполнили церковную площадь, близлежащие улицы. Напряженные лица. Неясно-тревожный гомон.
А вон и Тоня. Распознал ее сразу в многолюдной толпе, сияющую, с кем-то разговаривающую, что-то объясняющую.
Но опять какую-то другую, неузнаваемую. Русский кокошник на голове. Белоснежная рубаха с вышитым воротом и кружевными оборками, розовый сарафан до пят с тесьмой и бахромой. Вид нереально выразительный, празднично воздушной, сценично-яркий.
Что за прикид? Когда успела переодеться? Не ожидал, что в такое можно облачаться. В наше-то время! Среди джинсов и мини юбок! Для чего?

Ощущение чужого праздника. Завораживающе-раздольного.

- Что за сборище? По какому случаю? – вопрос мужикчу в косоворотке, принявшему у женщины корзину, повязанную клетчатым платком.
Удивленный взгляд. Беглая улыбка.

- Крестный ход. К Платониде. Не в курсах??!

Крестный ход!!!!!! Реликт пещерного века? Сегодня? И к кому? К колдунье? Магине? Святой мученице?

Дверь храма не раскрылась – разверзлась. Из нее кланяясь и поднимаясь выдвигались крестообразная утварь – икона Божьей Матери, знамена с ликами святых, хоругви с двуглавыми наконечниками, фонари, опахала, свечи на длинных подсвечниках в незадуваемых колпаках, несомые мужчинами в монашеских и светских одеждах. Следом выплыла прикрепленная к тонким реям и взятая на плечи рама с поясным изображением женщины в черном одеянии с крестом в руке.
Быстрым шагом вышедшие устремились в сторону плотины, увлекая людскую реку за собой.

Крестный ход?!!! Зачем? Кто она – Платонида?
Пробраться к Тоне. Она знает, она скажет.

Иду со всеми? Для чего? Почему? Невозможно, нелепо. Но иду. Тянет, влечет за собой общий «ход»? Ноги отмеривают и отмеривают шаги. Размах широкий. Ход резвый... Быстрее. Еще. Не думал, что так ходок «ход». Представлялось, – по старым репродукциям судя, – это неспешная, полупьяная развалочка. А тут все в динамике – вперед, вперед...
Миновали плотину. Влились в улицу, другую, третью. Вступили в лес. Сухая августовская трава. Свежепротоптанная сотнями ног, свежепахучая дорожка. Терпкий аромат хвои.

Где Тоня? Да, там впереди. Вон ее кокошник. Движения в длинном, до пят сарафане легкие, летящие. Догнать? Догнать! Нет, скрылась из виду. Исчезла за деревьями.

Радость моя, наступает пора покаянная,
Радость моя, запожарилаь осень вокруг...


Песня? Да, запели идущие. Подхватили справа, слева. От передних перекинулось к шагающим сзади…
Такого не слышал ни в ящике, ни в мобильнике, ни на волнах FM. Мотив простой, вроде, с пеленок знакомый. Как баю-баюшки-баю…
Чьи слова, музыка?
«Запожарилась осень…». Есенин? Его оборот! Есенин в православном песнопении!? Это что-то! А как, дальше?
Слова звучат отчетливо, внятно. Знать, певались давно и не раз…

Сколько всего за века перевидели
Белые Церкви, Осколки Руси?
Белые Церкви плывут в Бесконечности,
О, Кладенцы неземной Чистоты !


Нет, не Есенин. Но кто?
Какая д-о-о-о-о-л-г-а-я песня… Многоголосье движущего людного крестного хода среди кустов, сосновых и березовых стволов – это что-то! Впечатляет! А что там за красные мазки на стволах? Отметины-указатели дороги? Вон еще, еще. Вполне. Сколько тут развилок, пересекающихся троп… Без проводника собьешься, заплутаешь…
….
А там? Похоже, дома.
Избы: палисадники, огороды, сараи, бани. Деревня! И ряды людей по пути крестного хода. В руках подносы, кастрюли, развернутые целлофановые пакеты.
Еда? Точно. Отварная картошка, посыпанная рубленой зеленью, блины, соленые и свежие огурцы, помидоры. В стеклянных банках, кринках молоко и еще что-то – квас, чай?
- Кушайте! Угощайтесь! Попейте. Держите, держите! – почти упрашивают приветно…
Взять? Почему нет? Вкусно. Свежо. Ароматно.
- Поклонитесь Платониде от раба Феодора и девицы Александры.
- Помолитесь за Павла-грешника…
- Помяните семейство Курякиных…
Наказы? Просьбы? Послания Платониде?

Крестный ход заполонил деревню, смешался, затоптался вокруг столов, выставленных, видимо, специально для этого. Люди жуют, запивая из протянутых кружек, банок и бидончиков.
- Туалет за домом во дворе…
Это мне? Спасибо!...
Дорожка, посыпанная свежим золотистым песком, ведет прямо к чистому, беленому домику. Тоже подновленному к культовому событию? Или всегда столь образцовому?
…..
…Голова Крестного хода с иконами, крестами, хоругвями и портретом Платониды уже снова проворно двинулась за околицу.
Однако!
Так, стоп! Роднулька и отец без понятия, где я! Ни сном, ни духом, в какую затею встрял. Надеюсь, деревня операторами связи не обойдена?
Чей номер набрать? Отца, матери? Лучше ее…

- Роднулька, привет. Угадай-ка, где я? Не-е-т. Опять нет. Сдаешься? Ладно, только не падай в обморок… Иду с Крестным ходом. Да-да, к Платониде. К ней. Вот так вот. Что? Знаете? А мне ни слова. Прибудете? На машине? Прямо к источнику? Класс. Значит, увидимся! Понятно. Не потеряюсь. Все, идем дальше. Папе привет! Пока!

Отец не может идти из-за хромоты… Подъедут на «Жигуленке»… Ну, дела!
…..
Смири себя. И Бог тебя простит.
И узришь естество в ином звучанье,
И Звёздный мир и дол сорастворит
В непостижимом таинстве молчанья.


Снова неожиданные, будоражащие слова!…
Тихим, внятным речитативом исходящие от идущей рядом женщины в джинсовой юбке и ветровке. Для себя? Нет. Дева, что шагах в трех от нее, в черном одеянии до пят, подхватила… Еще кто-то присоединился. Еще. Мужчины. Парни…

Молчание, зовущее горе
Великим ладом полнится творенье.
И в свете звёзд, и в чуткости дерев –
Во всём я узнаю Богоявленье.

…..
«Сорастворит», «Горе». «Богоявленье»… Свежо! Незатерто. Автор та, в джинсовке? Но знают и другие…
Что происходит? Ход замедлился. Люди теснятся друг к другу. Чтобы пение звучало громче, проникновеннее?
……
Как близок Бог! Умом не разуметь.
Глаголом не коснуться дивной сути.
И только сердце не престанет петь,
Что Благ Господь! И Милостив! И Чуден!

…….
Мд-а-а… Такое и так петь! Будто сговорившись, общим хором сгрудившихся «ходоков»! Это что-то! Впечатляет.

……
А, нет, преграда. Речка. Шириной в два прыжка. Но круты берега, обрывисты. Мостки – брошенная, загодя спиленная пара сосен. Стесанные, еще слезящиеся поверхности в темных отметинах множества прошедших подошв.
Некоторые мужчины, сбросив обувь и закатав штаны, а женщины – подолы платья – переходят прозрачные потоки вброд.
…..
Где Тоня?
Ну, да. Впереди, в голове «Хода»… Снова устремившегося и увлекающего массы идущих только ей ведомым маршрутом. Через заросли, кусты и перелески.
Сколько можно шагать! Час, два, пять? Весь день!
Ноги отяжелели. Устала спина, шея. А «ход» мчит и мчит.
…..
Кажется, впереди грунтовка. Да, выщербленная, поднимающаяся в гору однополосная авто-дорога. Заполненная выбирающимся на нее из хвойной чащи людом. Сколько же его набралось! Не счесть…
Несколько машин – грузовых и легковушек, – пропуская «ход», заглушили моторы, стоят. Ждут, не сигналят, не бибикают. Не среди них ли «Жигуленок» родителей? Иные водители и пассажиры вышли наружу, курят, смотрят молча. Нет, моих не видно. .
Уважают? Смирились перед монолитной человеческой массой? Хотя, не такой уж монолитной. Последние, едва тащатся попарно или в одиночку в хвосте растянувшейся колонны.

И среди них я… Ну, нет. Надо подтянуться, хоть ноги едва слушаются… Сказали, доберемся к утру. Ночью, во тьме хода не будет, значит, ночуем под открытым небом? А если дождь? Ураган?
Когда же остановка? Темнеет. И подзаправится не помешало бы…

Но как идут те, что с детьми? Откуда силы? Закалка? Дает Бог? Настрой? Психология движущейся колонны, толпы?
Тоня, разумеется, в фаворе. Вот будет шок, когда увидит Рому-насильника. В третий день после приключения у пруда перековавшегося в… кого?

Ход замедлился, растекся по обширной околице полузаброшенной деревни.
- Привал?
- Привал! Привал!
Слава богу…
Богу? Которого не нашел в храме, но – ощутил здесь, в массиве многоголового «хода», его песнях?
Не спеши, Рома, не суетись…


Продолжение следует.


Своё Спасибо, еще не выражали.


Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
    • 85
     (голосов: 1)
  •  Просмотров: 90 | Напечатать | Комментарии: 2
#2 Автор: kirovn (20 мая 2017 21:46)

Группа: Авторы
Регистрация: 26.05.2010
Репутация: 8
Публикаций: 648
Комментариев: 721
Отблагодарили:361


Цитата: ВераМ
Задумай Пикассо выразить в словах свои картины, получилось бы вот так.

После такой аллюзии попрошу мою подругу-художницу сделать несколько иллюстраций к тексту. Вдруг и впрямь нарисует в манере Пикассо?!
Спасибо за душевную проницательность, дорогая ВераМ!
  • 0
#1 Автор: ВераМ (18 мая 2017 10:11)

Группа: Дебютанты
Регистрация: 21.03.2017
Репутация: 0
Публикаций: 0
Комментариев: 38
Отблагодарили:0


Задумай Пикассо выразить в словах свои картины, получилось бы вот так.
Про народ верно замечено, куда попало пойдут Бога искать. Хоть в Храм, хоть к бабушке-Ягушке. Пусть кто-то с неба даст побольше, лишь бы самим не напрягаться.
  • 0
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
Панель пользователя
Рубрики журнала
Важная информация
Колонка редактора
Именинники

Наш литературный журнал Лучшее место для размещения своих произведений молодыми авторами, поэтами; для реализации своих творческих идей и для того, чтобы ваши произведения стали популярными и читаемыми. Если вы, неизвестный современный поэт или заинтересованный читатель - Вас ждёт наш литературный журнал.