*** Белая лягушка Амордженто - Любит вод чистейший лазурит. Для нее «забудет» снова лето У ручья гранат и малахит. Звонкий всплеск сапфировых рыбешек… Я пройду тихонько…чуть дыша, Где душистый стелется горошек… Дудочки тугого камыша… Ветер шепчет в розовых туманах… Паутинки уплывают вдаль… Здесь, у детства в маленьких карманах Желуди, чтоб разго

Полковник

3 мая 2017 | Автор: | Категория: Проза
Капли солнечного лайма жгли смуглую кожу полковника. Глухой кляп горячего воздуха крепко сжимал его дыхание. Тяжёлые складки на суровом лице глубоко теснились в гравюру тревоги. Отчаяние томилось влагой в сильных ладонях, сжатых в рассерженный кулак. Морщины легли на лоб кленовым листом. Дорожная пыль шершавыми пальцами стирала зыбкие черты отражения его зрачков, а песчаные когти рвали чёрные кудри с его головы. Красная паутина резала глаза едким пульсом. Впервые смерть плевала полковнику в спину, и впервые он повернулся к ней спиной.

Его автомобиль ехал одним из первых в колонне, мчащейся прочь из павшей перед противником столицы. Шёпот шин сыпал клич о пощаде. Сок горькой ягоды поражения рвал трещины сухих губ командира и железным тмином плавил его скулы. Стыд барабанил в грудь и всё громче трещали швы на печати крика. Толстые линии на рыхлом лбу полковника то и дело меняли изгиб в танце его мыслей. Память, словно кувшин с водой, плевалась кляксами воспоминаний, которые путались в горящей шерсти хищной пустыни рассудка. Хмель континентального чада с болью швырнул кувшин его памяти в сад осколков разума, и, блуждая среди неровных теней, он никак не мог понять, что он сделал не так и что теперь делать.

Вспарывая ткань жёлтого неба, с громким гулом над колонной повисли самолёты. Мешкая в раскатах грохота разрывающихся снарядов, словно тараканы под накалом вольфрама, горящие автомобили разлетались в разные стороны. Машины рваными гильзами разбивали бурьян песчаных холмов стонущей пустыни, засевая её огненным цветом, залитым багровой росой крови. Раненный в обе ноги полковник, харкая горячей слюной и захлёбываясь хрустом чужих костей, карабкался по ядовитому лугу боли. Горькие клыки дыма кусали его зрачки, а лепестки огня жалили кипятком кожу.

Свора хищных внедорожников, кромсая песок клыками протекторов, мчалась к разбитым машинам. Один из них, взмахнув гривой пыли, затормозил возле машины полковника. Алый платок крови развевался на его лице, покрываясь каплями грязного пота, а беспощадный солнечный сок латал глаза карими пятнами. Стенания шлифовались ветром, теряя пыльцу звука в скрипучей толще сухого песочного воздуха. Мерзкий запах дыхания павшего города клеймил его лицо густыми морщинами.

Из внедорожника вышли крепкие парни с оружием в руках и, словно стервятники, ринулись вытаскивать тело полковника из помятой кабины. С копотью ненависти на лицах они швырнули его на капот, сплёвывая отравленный хохот. Громкий скрежет злой радости кувыркался меж отточенных кромок их зубов. Наконец-то тот, кто создал страну, которую они разрушили, мучился в корчах у них на глазах, как медуза на горячем камне, и песок его часов теперь был в их ладонях.

Продолжая громко смеяться, безумные дети нелюбви стали с яростью рвать на полковнике одежду, оставляя рыхлые линии глубоких царапин на коже, а под их грязными ногтями застревали клочки его плоти. Вскинув свои ружья, с криком «сдохни, паршивая собака!» они пустились в штыковую, медленно и усердно терзая тело полковника. Кровавое тесто дымилось под жаром африканского зенита, тонкий глянец красных пузырей, с плеском лопаясь, облизывал кровоподтёками лиловую кожу. Вслед за этим голодные палачи стали сыпать песок в нанесённые раны, и с хрипом из них выползала бурая пена. Полковник воронёным стоном призывал своих карателей одуматься, однако, прохладная сладость медовой реки разума растворилась в горьком пламени безумия и ужаса. Буря жестокости вскружила голову умирающего пленника, и его живот скомкала тошнота. А звуки бьющегося фарфора кувшина памяти всё также мутили разум краями неровных теней и звоном вопроса, что он сделал не так. Наконец, глумливый эфир ненависти прошиб узника бездной обморока.

Когда он пришёл в себя, едкая бечева пепелила его запястья, привязанные к бамперу. Патока средиземноморского солнца с мерзким шёпотом плавилась в кровавых болотах ран на его теле, заманивая постылый гнус. Медленные слезы с поникшим шорохом таяли на коже полковника, оставляя солёные язвы на спёкшихся катышках крови. Как вдруг его губы рассекла искра настоящей улыбки, и лестничный канат иронии и покоя выпорхнул из сердца, когда он понял, что слаб. Сила обратилась испариной, ветошь страха растворилась в нафталиновом облаке, и нашатырный запах свободы наполнил полковника пустотой мудрости и покоя. Не сгоняя улыбки, он чихнул сквозь неё тихим смешком и, не оглядываясь, ушёл прочь, навсегда закрыв глаза.

И когда рёв двигателя принялся кромсать воздух и бешеный внедорожник двинулся с места, полковника уже там не было. Он не знал, что дорожные ухабы отгрызали шматы от его тела и грубо шлифовали его кости, а глупые камни, словно голодные псы, скоблили сочащиеся раны. Он навсегда ушёл и оставил после себя только искреннюю улыбку поверх рваной лужи искалеченного лица.

Тело полковника протащили несколько кварталов к городской ратуше. Когда его отвязали от бампера, полковник уже не дышал. Торжество самосуда голосило на всю округу чёрными ртами тех, кто привёл в исполнение приговор. После этого, утолив все инстинкты, они привязали истерзанное тело к столбу на центральной городской площади, оставив его на съедение довольным москитам. Засаженные мошкарой раны продолжали тошнить мглистой жижей. Пыльный рот столичной дороги глотал горькое стекло крови, а ветер слизывал с асфальтовых трещин запах страданий.

Огромный купол ужаса опрокинулся ежовым ливнем на собравшуюся толпу. Скрипучий хворост морщин на лицах стариков сложился узором стыда и печали, укрывшись пеной смирения. Терновые путы гнева и боли превратили тела мужчин в беспомощный камень, опустив на их лица забрало паралича. Бахрома слёз усыпала женские лица, искорёженные гримасой плача. Сжимая кулаки, словно вцепившись в прутья запертой клети, они прятали за спины завороженных невидалью детей. Люди стояли и безмолвно стирали с лиц плевок смерти.

Никто из горожан не заметил, что следующей ночью тело полковника было похищено. Янтарь тоски и клетка страха укутали город в знамя эпохи, где чужая смерть гораздо дешевле собственной жизни. Лишь взбешённые боевики в нервном негодовании выпустили несколько обойм в воздух, сели в машины и разъехались, оставив в запустении отравленную болью площадь.

Удел похищенного тела наверняка не ясен, но, по слухам, после похищения полковнику были справлены тайные похороны среди косматых барханов, и плед сухого ветра накрыл его могилу. Теперь лишь семя мудрой Сахары хранит тепло его улыбки, напоследок брошенной во мглу планеты оскорблённой и свихнувшейся любви. Только зыбкие тени шепнули на прощание вслед отходным колокольчикам последние слова, которых никто не слышал. Никто, кроме того, кто пришёл в этот мир, чтобы навсегда здесь остаться и покинул его, чтобы никогда сюда не вернуться.

Имя ему Всадник Страны, где заходит солнце. Самый храбрый из сыновей Авраама Эфера. Тот, в чьих ладонях сорок лет томилась финикийская пыль. Нерушимый повелитель Джамахирии. Полковник Муаммар Каддафи.

10 апреля 2017 г.


Своё Спасибо, еще не выражали.


Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
    • 68
     (голосов: 1)
  •  Просмотров: 121 | Напечатать | Комментарии: 2
#2 Автор: SV4 (3 мая 2017 21:04)

Группа: Авторы
Регистрация: 11.06.2012
Репутация: 0
Публикаций: 53
Комментариев: 66
Отблагодарили:53


Serchio, искренне благодарен за добросовестность. Очень приятно, что понравилось. Большое спасибо! Что касается тмина с ягодой, я согласен, что предложение построено не однозначно, так что Ваше замечание имеет полное право на существование. Однако все предложения построены именно таким образом - буквальность у меня не в чести. Кроме того, в мою пользу говорит и то, что это вовсе не текст доклада для сельскохозяйственного форума. Такие вот семечки.

Открытым остаётся вопрос, что Вы подразумеваете под "шелухой".

Как всегда, с ув. Антон М.

Как всегда с ув., Антон М.

  • 0
#1 Автор: Serchio (3 мая 2017 19:25)

Группа: Дебютанты
Регистрация: 3.06.2012
Репутация: 0
Публикаций: 0
Комментариев: 21
Отблагодарили:0


Эту Вашу вещь, на свое удивление, я дочитал до конца. И, на еще одно удивление, мне реально понравилось. В шелухе, оказываются, бывают семечки! (Единственно, конечно, тмин - не ягода).
  • 0
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
Панель пользователя
Рубрики журнала
Важная информация
Колонка редактора
Именинники
Конкурсы
Популярные публикации
ТОП публикаций месяца
» Gorinich (19/113)
» Bondi (16/1157)
» pryadun-ludmila (13/1885)
» DmitryGlazov (10/1178)
» Волк (9/59)
» Антирозочка (9/789)
» Типикон (9/64)
» Kuzja (6/68)
» Fedorov (6/6)
» РоткаДер (5/326)
ТОП комментаторов месяца
» dandelion wine (108)
» Антирозочка (54)
» валя верба (48)
» Gorinich (30)
» monter (27)
» snovao (24)
» Ефим Мороз (22)
» bosko (13)
» pryadun-ludmila (12)
» Волк (11)
Онлайн
Пользователей онлайн: 28
Гостей: 27
Зарегистрированных: 1
» Ailonickejam
» Все пользователи за 24 часа

Наш литературный журнал Лучшее место для размещения своих произведений молодыми авторами, поэтами; для реализации своих творческих идей и для того, чтобы ваши произведения стали популярными и читаемыми. Если вы, неизвестный современный поэт или заинтересованный читатель - Вас ждёт наш литературный журнал.