Адская карусель 2. - Проза

Что человеку в жизни надо? Вопрос не прост, скажу засада. У всех различные запросы: Не видит кто-то дальше носа, Кому-то тесен личный гардероб, А кто-то просто филантроп. И лучшая таким награда, В копилку блага, малость вклада. Что человеку в жизни надо: Источника святого три глотка, И чтоб открылась нужная дорога, Такая малость; надо лишь немног

Адская карусель 2.

| | Категория: Проза
2. За шаг, до сумасшествия.

Как приятно просыпаться под мерное пение птиц за окном, а не под гудении машин, и голосов прохожих. Егор вяло пошевелил пальцами ноги, приятно осознавать, что можно еще вдоволь поваляться в кровати, и спешить ни на учебу, ни на работу, не надо. На кухне мама гремела посудой, а в комнату, скрипнув входной дверью, пробралась сестренка. В один прыжок, Соня припечатала брата к кровати, заставив его, крякнув, тяжело выдохнуть.
- А мама испекла блины. – Поделилась она заговорщеским шепотом, наклоняясь к уху Егора. Ее искристые, голубые, чистые глаза, еще не ведали ни жестоких обманов, ни разбитых надежд. Соня, как все двенадцатилетние девочки, все еще верила в чистую, светлую любовь. И ждала своего принца, на белом коне. Ну, или, хотя бы, на мерсе. – Со сметаной. Объедение.
- Соня, не буди брата, пусть он немного поспит! – Запоздало предупредила дочку Ирина, вытирая руки об полотенце, заглядывая в спальню сына.
- Я уже не спал. – Соврал Егор, потягиваясь на кровати, и щурясь на солнце, как кот.
Егор приехал к ним в гости, на каникулы, и собирался уехать на днях, вернувшись в суету мегаполиса, в котором он благополучно жил уже два года. Погода радовала своим теплом, и они с сестрой, каждый день ходили на речку. Егор, лениво зевая во весь рост, выбрался из кровати, надевая шорты, и ведомый сестренкой, прошел на кухню.
- Чем сегодня решили заниматься?
- Не знай. – Пожал плечами он в ответ, поглощая блины. – Может, на речку сходим.
- А можно, с нами Арис пойдет? – Почему-то при упоминании этого имени, кольнуло в области сердца у Егора, и он странно побледнев, убрал от себя сметану, боясь подавиться. – Ну, пожалуйста?!
- А, это та девочка, что живет одна в квартире? – Поинтересовалась Ирина, разливая чай. – У нее еще мать, актриса? Бедный ребенок.
- И ничего он и не бедная. – Запротестовала Соня, замахав руками. – Арис, очень хорошая! Она моя лучшая подруга.
- Вот, и хорошо. Вот и возьмите ее с собой.
- Нет, мам, наверное, я сегодня не пойду на речку. – Мотнул головой Егор, не понимая, что могло в нем вызвать такой панический страх, и беспокойство. Такое складывалось ощущение, что он что-то упускает из вида. Знает, но забыл, и тщетно пытается вспомнить. Перед глазами мелькали какие-то непонятные образы, обрывки слов, голоса.
- Ты не простудился? Ты бледный какой-то. – Ирина обогнула стол, и подошла к сыну, потрогала ладонью лоб. – Температуры нет. Может, это из-за жары?
- Возможно. – Согласился он. – Мам, спасибо, все было очень вкусно. Можно, я прилягу, хорошо?
- Иди, конечно же. – Ирина поцеловала его в щеку, и села обратно за стол.
- Сонь, без обид?
- Ничего страшного, Егорка, я погуляю возле дома. Щас, только, за Аринкой и Кирой, зайду.
Егор прошел на ватных ногах в зал, и, плюхнувшись на диван, включил телевизор. На экране мелькали чьи-то лица, кто-то что-то рекламировал, кто-то с кем-то спорил. Затем все это слилось в одну единственную картинку, ставшим серым месивом.
Его разбудило чье-то тихий смех, вначале Егор подумал, что это Соня вернулась с улицы, и, открыв глаза, решил напугать. Но в комнате, кроме болтающего с сами собой телевизора никого не было. Егор подскочил на диване, всматриваясь в пустоту. Со лба упали капли пота, и он трясущейся рукой, вытер его.
- Ты чего подскочил? – Ирина вошла в комнату, услышав, что сын заворочался во сне.
- Сейчас никто не смялся?
- Нет. Соня на улице. – Ирина присела на край дивана, и заглянула в глаза сына. – Может, на улице, девчонки смеются. А может, и приснилось?
- Да, возможно. – Согласился Егор, вслушиваясь в мерный разговор за окном. Девочки, закончив игру в догонялки, сидели на лавочке, и что-то обсуждали. Мама, любя, убрала с его лба упрямую прядь волос, сын, за эти несколько часов, стал каким-то нервным, даже круги под глазами появились. – Слушай, а кто такая, Арис Свободина?
- Аринка, то? - Переспросила Ирина. - Подруга Сони. А что?
- Ну, просто, ты ее бедной назвала…- Егор и сам не знал, почему его так беспокоит это имя, но ему зачем-то срочно нужно было узнать, кто такая Арис.
- А как ее еще можно назвать? – Всплеснула руками Ирина. – Примерно, три месяца назад, бедняжку изнасиловал какой-то падонок. Представляешь, прямо, можно сказать, возле дома. А тут, еще и мать неизвестно где носится. Видите ли, ей некогда, она на съемках.
Ирина говорила что-то еще, сокрушаясь на счет того, что каким нужно быть жестоким человеком, что бы бросить бедного ребенка, после такой травмы, одного. Егор не слушал. В голове засели слова о том, что ее изнасиловали, и что матери постоянно нет дома.
- А того, кто ее изнасиловал, поймали?
- Да, так сказать, по горячим следам. Бедняжка потом три месяца лежала в больнице. Говорят, что Арис пережила страшнейший шок, и не разговаривала месяц.
- А маньяка, что напал на нее, поместили в психиатрическую лечебницу.
- Егор, ты меня пугаешь. Ты то, от куда про это знаешь? – Удивленно подняла брови Ирина. – Или, я уже тебе про это рассказывала?
- Может, и рассказывала. – Мотнул головой в ответ, и, поднявшись с дивана, подошел к окну.
На улице, залитой солнечной светом, играя в догонялки, бегали три девочки. Соня, гонялась за рыжеволосой девчушкой, в джинсовом комбинезоне, которая в свою очередь гонялась за темноволосой подругой. Почему-то не видя ни разу Арис в глаза, он безошибочно узнал в рыжеволосой девчонке, именно ее. Егор застыл возле окна, наблюдая за веселой игрой детей, его не было видно из-за штор, но он мог поклясться, что когда Арис остановилась, что бы передохнуть, она посмотрела именно на него. Обернулась, и посмотрела. От взгляда девочки, даже мурашки побежали по коже. Глаза стали бесцветными, глубокими, и совершенно безумными. Было такое ощущение, что она из-под тешка улыбается, и улыбка эта была омерзительной и гнусной. Егор отскочил от окна, и вернулся на диван.
На журнальном столике лежала свежая газета, он машинально пролистал ее, не найдя ничего подозрительного, зато обратил внимание на дату, до 22 июня оставалось каких-то пару недель. Эта дата буквально вписалась в его память. Почему, и что именно должно было случиться в этот день, он не знал. Но почему-то боялся этой даты до ужаса.
- Мам, а у нас, в городе ничего не происходило?
- В смысле? – не поняла Ирина, смотря на сына все с большей тревогой.
- Ну, там, убийств? – Егор склонил голову на бок, и заглянул в испуганные глаза матери.
- Нет, Егор, с тобой что-то не ладно? Какие убийства, бог с тобой. – Всплеснула руками Ирина, поднимаясь на ноги. – От куда?
- Ну, не знаю. – Пожал плечами парень. Ну, что-то же, его беспокоило? – Ну, не было, и не было.
- Пойду-ка, заварю тебе ромашку, что бы ты был поспокойнее. А то, ишь ты, чего удумал? Что бы в нашем городке, да еще и убийства.
- Но, изнасилование то, было. – Упрямо мотнул головой парень. И на свалку нужно сходить, мелькнуло у него в голове.
- Ой, вижу, зря я тебе это сказала.
- Мам, все в порядке. Это, видимо, фантазия разыгралась. Насмотришься, вечерами, криминальной хроники, потом лезет в голову всякая чушь.
- Ты бы, пошел, прогулялся.
- Так и сделаю. – Натянуто улыбнулся Егор, поднимаясь с дивана.
На улице все так же, царило лето, жаркие лучи солнца грели тела, и согревали души. Соня и ее подруги, устав от беготни, уселись на лавочку, возле подъезда, мимо которой и проходил Егор.
- Егорка, ты куда?
- Просто погулять. – Буркнул Егор, не смотря на сестру, и вздрогнув от ее звонкого голоска.
- А чего так грубо? – надула губки Соня, отвернувшись от парня.
- Я вовсе и не грубо. – Попытался оправдаться Егор, беспорядочно замахав на сестренку рукой, при этом чуть не задев сидящую рядом с ней Арис. Девочка едва успела убрать голову, что бы не получить по ней.
- А куда ты идешь? – Глаза Сони, небесного цвета, добродушно смотрели на него, что Егор невольно улыбнулся в ответ.
- Не знай, еще, хочу просто прогуляться.
- Нас не возьмешь с собой?
Этот, казалось бы, невинный вопрос, ввел в глубокий ступор Егора, как бы он не старался, он все равно смотрел на Арис. Девочка, сидела, скрестив ноги, у земли, ладони она положила на скамью, и теперь жмурилась на солнце, как довольная кошка. Заметив, что на нее смотрят, Арис опустила голову, и улыбнулась.
- Что? – Переспросил Егор, не расслышав вопроса сестры.
- Я говорю, нас не возьмешь с собой? Может, ты на речку собрался, тогда и мы бы с тобой пошли.
- А, нет,…Я не на речку. – Растерянно пробормотал он, и, махнув рукой, зашагал прочь от скамейки.
- На свалку.
Егор резко обернулся, но девочки под руководством темноволосой девчонки, пошли в сторону игрового городка. Рядом с ним никого не было, но Егор мог поклясться, что слышал голос. С минуту еще постояв, смотря вслед удаляющимся девочкам, и дав возможность дыханию стать ровным, Егор зашагал вдоль улицы. Мимо, толкая его со всех сторон, и недовольно ворча, проходили люди. Жизнь текла в своем обычном, беспокойном русле, и вот только Егор, брел, низко понурив голову. Мысли о том, что что-то должно случиться, не покидали его. И еще эта девчонка, Арис. Что-то в ней не так. Егор вздрогнув, остановился. Перед ним, всего в шаге, настежь открытые ворота, приветливо приглашали незваного посетителя прогуляться по загадочному миру городской свалки. В небо взвились, испуганные появлением гостя, вороны, и с недовольным карканьем, расселись по огромному, сухому дереву. В нос ударил неприятный, затхлый запах, Егор невольно сморщился, нога так и осталась в подвешенном состоянии, он никак не мог решиться ступить за ворота. Все тело била мелкая дрожь, а ладони покрылись липким, холодным потом. Несмотря на тридцатиградусную жару, стоящую весь месяц, парень не на шутку замерз. Свалка граничила с городом, и речкой, что весьма возмущало всех жителей, но денег, на перенос ее, как всегда не хватало. Горожане, в шутку, даже переименовали близлежайшие улицы, Свалковскими, или Мусорными. Вороны, поняв, что он не составляет для них угрозы, и не будет покушаться на их добро, вернулись на горы мусора, вытаскивая от туда что-то для себя нужное.
- А ногу-то, они так и не нашли. - Егор, вздрогнув, отскочил, поворачиваясь от обратившегося к нему мужчины, и непонимающе замотал головой. – Я говорю, у того трупа, что нашли сегодня на свалке, так и не нашли ногу. Все нашли, а ногу, не нашли…Съели, что ли?
- У какого трупа? – Егор ошарашено, отступая к территории свалки, смотрел на мужчину, лет сорока. Он стоял перед ним, держа в грязных руках початую бутылку дешевого портвейна, его безумно-испуганные глаза, были затуманены алкоголем. Дешевая, старая, заношенная рубашка, расстегнута на все пуговицы, рваные джинсы, и серый, пропитый цвет лица, довершал картину алкоголика со стажем.
- Это сам дьявол приходил за его душой… Я видел…. – Дальше пошел нечленоразборный бред, который Егор старался не слушать, но почему-то слушал.
По небу, лениво проплывало большое, похожее на перину облако, оно закрыло солнце, и Егор почувствовал страшный озноб. Он стоял, съежившись, стараясь согреть похолодевшие руки, его бил озноб. Легкий ветер принес запахи со свалки, и он впервые понял, что тут не так. Всю территорию городского мусоросборника, окутывала лента оцепления, запрещающая заходить туда. Где-то в глубине, прохаживаясь с лопатой, бродили медэксперты, пытаясь разыскать недостающую часть тела. Сама милиция давно уехали, опрашивать свидетелей, и искать убийц.
- Дьявол, воплоти. Я видел! – Закончил свою терраду Рябов, устало опираясь на забор, и из горла отпил гремучую жидкость в бутылке. По его, изрезанной глубокими морщинами лбу, стекали крупные капли пота, но глаза мужчины были чисты и трезвы, как никогда.
- Так, ты видел убийцу? – Заговорщеским шепотом проговорил Егор, сухими от волнения губами. На что Рябов упрямо замотал головой, и стал отступать вглубь свалки. А так как за его спиной уже был забор, он упирался в него спиной, но продолжал двигаться, скребя грязными ботинками землю. – А кого, хоть нашли-то?
- Ванечка!...Миленький! – Егор обернулся на возглас, и увидел пожилую женщину, прижимающую к лицу скомканный платок. Ее вели под руки парнь и девушка, а она сгибаемая горем, еле передвигала ноги. Глаза ее, затуманенные слезами, смотрели куда-то вглубь свалки, протягивая руки в пустоту, она безмолвно звала кого-то.
- Нашли!.... – Мужской, грубый голос, прорвав создавшуюся тишину, будто уронив на голову бетонную плиту.
- «Все нашли, а ногу не нашли…» - Мелькнуло в голове Егора, и он оступившись, навалился спиной на забор.
Женщина, вскрикнув, осела, подростки, не успев ее подхватить, начали поспешно поднимать на ноги. Девушка из них, заметив парня, махнула ему рукой, призывая помочь. Егор, на ватных ногах подошел к женщине, и помог ее перевести в машину, припаркованную на обочине. Она, устало сгорбившись, нервно вздохнула и вытащив из кармана джинс помятую пачку сигарет, закурила. Затем, одумавшись предложил Егору, который машинально взял сигарету, хотя, давно обещал себе завязать.
- Не нужно было ее сюда привозить. – Размышляя, сама с собой говорил девушка, смотря голубыми глазами в небо.
- Кого? – Не понял Егор. От его голоса, говорящая вздрогнула, видимо осознав, что она не один, и посмотрела на собеседника мутными глазами.
- Тетю, мою.
- Ее сына сегодня нашли на свалке? – Егор тут же пожалел о сказанном, когда на него устремились полные боли глаза девушки.
- Мой брат, был следователем этого города. – Она опустила голову, по ее щекам бежали крупные слезы, она в бессилии сжимала кулаки, хотя это ей не слишком помогало.
Эта ситуация, смутно на что-то походила, Егор даже всем телом ощущал дежавю. Вот только объяснить ничего не мог. Девушку, из машины позвал парень, и она не прощаясь, ушла , машина рванула с места, и скрылась, за поворотом.
Со свалки уехали и эксперты, забрав недостающую часть тела, встревоженные птицы, паря над головой, истошно кричали. Находиться здесь больше, не было сил, Егор сделал пару шагов, его живот резко резанула боль, скручивая в узел. Парень нагнувшись, исторгнул из себя весь завтрак, подняв голову, и вытирая рукой мокрый рот, он с удивлением увидел Соню, в сопровождении друзей. Они шли по тропинке, весело переговариваясь и смеясь. Увидев брата, девочка кинулась к нему, но увидев его бледное лицо, затормозила в паре шагов.
- С тобой все в порядке? Ты купаться идешь?
- Тебе мама разрешила? – Поинтересовался Егор, выискав глазами Арис.
- Да. Я всегда хожу с Кирой и Антоном. – махнула она рукой, указывая на друзей. – Мама их знает, и всегда отпускает. Ну, ты с нами идешь?
- А что тут произошло? – Кира, темноволосая девушка, в шортах, под зеленый цвет глаз, и миниатюрном топике, внимательно разглядывала ленту оцепления, оставленную милицией.
- Так, следователя вашего убили. – Почему-то, знание факта, ставило Егора на более высшую ступень, чем его собеседники. И он с любопытством наблюдал за реакцией каждого из них.
Арис и Кира, побледнев, переглянулись, и смолкли, понурив головы. Антон, отступил ближе к девочкам, смотря куда-то в центр свалки, Соня, вздрогнув, захлопала своими большими ресницами.
- Ивана Федоровича? – Зачем-то переспросила Арис.
- Да. Сегодня здесь нашли его труп. Точнее много частей трупа.
- Как это? – Прошептала Соня, отступая к друзьям.
- «Они явно что-то знают.» - Мелькнуло в голове у Егора, рассматривая подростков. – «Знают, и молчат.»
- Вы его знали?
- Нет. – Мотнула головой Арис.
- От куда? – Поддакнула Кира, замотав головой в синхрон с Антоном.
- «Врут. Зачем они врут?! » - Мелькнуло в голове Егора, он тщетно всматривался в лица детей, пытаясь уловить хоть малейшую эмоцию, выдавшую бы их. Но нет, кроме поверхностной скорби, о том, что погиб человек, так ничего и не обнаружил. – Так, на речку то, идем?
- А ты с нами идешь? – Захлопала в ладоши Соня, улыбнувшись.
- Да, схожу.
Дорога до речки, не заняли и пяти минут. Подростки расположились под большой, раскидистой березой, Антон, достав из рюкзака покрывала, постелил его на песок. Кира и Арис, из своих рюкзаков выудили воду и съедобные припасы, организовав настоящий пикник. Соня, быстро переодевшись, залезла в воду, и барахталась возле берега, вскоре к ней присоединилась Арис. Девочки, объединив усилия, организовали себе что-то нечто лягушатника, с замками из песка, и водоемами. Кира, плавала чуть глубже, все больше ныряя вглубь.
- Тебе не стремно в девченочной компании? – Егор, раздевшись, лежал на горячем песке, теребя зубами травинку.
- Я уже привык. – Пожал плечами Антон. У него были большие, карие глаза, на абсолютно добродушном лице, копна соломенного цвета волос на голове, и непонятные шрамы на руке, которые он старательно скрывал от Егора.
- В смысле, привык?
- Ну, в нашем дворе, я один парень, так что, хочешь не хочешь, а приходиться общаться. – Антон выпрямил ноги, подставив свое лицо солнцу. – Когда приехал, то же стеснялся, а сейчас привык. Девчонки они нормальные, компанейские.
- И давно ты с ними дружишь?
- Год. Мы и учимся в одной школе, только в разных классах.
- А, понятно. – Протянул Егор, щурясь на солнце. – Так, ты, выходит, самый старший, в этом малиннике?
- Нет. – Отмахнулся Антон. – Кирка, самая старшая. Ей шестнадцать. Она в этом году школу заканчивает. А мне всего пятнадцать.
- Это, значит, Кира, потом ты, Арис, где-то тринадцать, а уж потом, моя Сонька?
- Да. Киркины родители тут занимают какую-то высокую должность, в мерии города. Так что у нас почти все ключи от города есть. Она и президент школы.
- Ух ты, боевая девчонка.
- Вы про кого? – Вылезшая из воды Кира, как тряпку скрутив волосы, отжала их от воды, и плюхнулась на покрывало, подвинув Антона. – Что тут уже Тоха тут нарасказывал?
- Ничего. – замотал головой парень, смешно морща нос, когда на него попадали капли воды, от волос.
- Ну-ну, я так и поверила. – Хихикнула Кира, выуживая из рюкзака Арис расческу. – Девочки, вылезайте ка из воды, пока не замерзли.
Арис и Соня, послушно шмыгая носами, вышли на песок, и присоединились к друзьям. Антон потянулся рукой к бутербродам, которые наделала Кара, и тут же получила по ней от Киры.
- Иш ты, шустрый?! Может, сначала сыграем в карты? Мы как раз, с Арис. Припасли с собой колоду.
- Ну, раз еды от вас не дождешься, значит, будем играть. – Сдался Антон. – Егор, ты с нами?
- Ну, партеечку можно.
Когда после восьмой партии, Егор в очередной раз проиграл, он начал подумывать, а не кропленые ли карты. На девятой партии, он просто взбесился, когда вновь проиграл, но на предложение, закончить игру, отказался. Арис и Кира, ехидно посмеивались над ним, Антон, прячась за свои карты, безмолвно трясся от смеха.
- Егор, сдавайся, это бесполезно. – Улыбаясь во все лицо, предложила Соня.
- Вы все подстроили, да?! У вас карты крапленые?!
- Ну.… Как тебе сказать?! – Прыснула смехом Кира. – Пару, тройку карт, мы действительно знаем.
- Сегодня должен был проиграть Тошка, но попался ты, вот.- Предательски проговорила Соня, засмеявшись.
- Так, значит, вы все подстроили специально?
- Не совсем. – Пожала плечами Арис, складывая в общую кучу карты. – Но играть уже нет смысла. Все равно ты проиграл.
Егор, скрепя зубами, сложил свои карты, проигрывать младшим себя, не входило в его планы. Довольные подростки, накинулись на еду, толкая друг друга в бок, и отбирая бутерброды. А затем они все вместе плавали, и плескались в воде. День был настолько замечательным и веселым, что Егор вспомнил о том, зачем его понесло на свалку, лишь, когда он увидел ее, возвращаясь затемно домой. Кира первая свернула к себе в дом, попрощавшись со всеми, за ней отправился домой Антон. Арис и Прохоровы жили в домах посредству, и поэтому Егор и Соня проводили ее до самого подъезда.
- Ты опять сегодня ночуешь одна?- Поинтересовалась Соня, заметив темные окна в квартире Арис.
- Мама вновь на съемках. – Пожала плечами Арис, вяло улыбнувшись.
- А отец где?
- Он ушел в прошлом году.
- Может, пойдешь к нам? Мама разрешит. – Соня взяла подругу за руку, и потянула на себя.
- Нет. – Мотнула головой девочка, высвобождая свою руку. – Не нужно. Если что, я позвоню Кире, и она придет.
Соня хотела еще что-то добавить, но почему-то замерла, смотря прямо в глаза подруге. С секунду они молчали, а затем попрощавшись, разошлись по домам. Егор, плетясь позади сестры, вспомнил многозначительный взгляд Арис и Киры, когда он сообщил о смерти следователя, и ему стало вновь страшно.
Спал он плохо, постоянно просыпаясь, и ворочаясь во сне, Егор часто просыпался. Полная луна светила прямо в окно, пронзая лучами плотные шторы. За окном шумел ветер, теребя листву деревьев перед домом. В квартире, в полной тишине, лишь мерно отстукивая время, спешили куда-то настенные часы. Где-то за стеной, в своей комнате, мирно посапывая носиком, спала Соня, в зале, на диване, выключив телевизор, спала мама. Егор, поднявшись с постели, прошел, шаркая тапочками, по полу, на кухню. Сонно зевая налил в бокал воды, из под крана, и с закрытыми глазами прошаркал назад. Мерно скрипнула кровать, под его весом, и парень уже сунул ноги под одеяло, как услышал тихие шаги, со стороны улицы.
Вначале, Егор подумал, что ему показалось, все же в три ночи, в этом городке, днем со гнем, не сыщешь, а тем более после этого зверского убийства. Но шаги не прекратились, а наоборот, усилились. С секунду посидев на постели, прислушиваясь к звукам улицы и бешеному сердцебиению, Егор все же решился подойти к окну. Руки, открывая шторы, почему-то дрожали, и покрылись холодным потом.
На залитой лунным, холодным светом, улице, в гордом одиночестве, брела одинокая фигурка, очерченная тенью. Фигурка была маленькой, и тонкой, и Егор без особых усилий смог распознать в руках полуночника, топор. И не какой-нибудь, обычный, короткий, для рубления дров, в частных домах, а пожарный, с длинной ручкой, и окрашенным красной краской. Фигурка медленно удалялась, в сторону свалки. Именно туда, по всем расчетам Егора, должна была она направляться. Сердце бешено отбарабанив чечетку, подобралось к горлу, Егор сухо сглотнул, и закашлялся. Тень, замерев на секунду, обернулась.
Арис, постояв с секунду, махнула кому-то рукой, и побрела дальше. Не в силе больше держаться на ногах, Егор тихо сполз на пол, где и просидел до самого утра. Проснувшись, Соня первым делом пошла будить брата, но открыв дверь, так и не решилась войти. Егор, с побелевшим лицом, и совершенно безумными глазами, сидел на полу, спиной к окну, и, зажимая голову руками, смотрел куда-то в пространство. Увидев сестру, парень подскочил на ноги, и сгребя ее в охапку, практически кинул на кровать. Соня, издав тихий стон, испуганными глазами смотрела на брата, тихонько отползая от него, в сторону стены. Егор, подскочив к ней, схватил сестренку за отвороты пижамы, в которой спала Соня, и, встряхнув, придвинул к себе.
- Они же знали его?!
- Кого? – Пискнула Соня, сжимаясь в комок, под диким взглядом брата.
- Того, следователя, что вчера нашли на свалке!
- Кто знал?
- Да, все вы! Я все видел, видел, как вы все переглядывались, когда я сказал вам о том, что его труп нашли на свалке!
- Егор, ты чего?
- Не ври мне!
- Егор?! – Соня, шмыгнув носом, сделала над собой большое усилие, что бы не расплакаться, но ничего не выходило, и слезы предательски текли по ее щекам. – Что с тобой?
- Вы мне говорите, что тут ничего не происходит?! Что тут тихо, как в могиле! Ха! – Парень отошел от кровати, и начал ходить по комнате, при этом сильно жестикулируя, и разговаривая сам с собой. Мимика его лица, почти слилась с его гневом, и сумасшедшим взглядом, от которого по спине у Сони бегали крупные мурашки. – Все вранье! Знали вы его, знали! Не могли не знать! Я все видел, я знаю! Они переглянулись, когда я сказал. Они что-то замышляют! Замышляют, не так ли?!
Соня испуганно замотала головой, упираясь спиной в стену. Егор на секунду остановился, а затем вновь начал бродить по комнате, изредка поглядывая на улицу.
- Я знаю! – Егор остановился, замерев напротив Сони, смотря в ее чистые, глаза. - А, может, и ты, за одно с ними? А?
- Егор, становись, не надо. Егор?
- А почему именно свалка?
- При чем тут свалка? – Не понимающе замотала головой Соня.
- Точно! Свалка!
И под изумленный взгляд девочки, Егор, больше не говоря не слова, метнулся к выходу, где на ходу завязывая кроссовки, выскочил на улицу. Распихивая встречных людей, Егор бежал по улице. Перед глазами мелькали лица, люди ругаясь, негромко материли незадачливого парня, который не сворачивая, бежал к своей цели. Но все равно не успел.
На свалке было оживленно, милицейские кордоны, шарахаясь то там то тут, опрашивали всех подряд. Из ворот, раскрытых настежь, вышел молодой парень, позади которого шли медэксперты, уносившие на носилках что-то завязанное в полиэтиленовые пакеты. Легкий порыв ветра, раздул один из пакетов, и Егор увидел широко распахнутые глаза вчерашнего бомжа, который с ним беседовал, рядом со свалкой. Из его рта, тонкой струйкой, до сих пор, сочилась кровь, черного цвета, она присыхала к коже, и первым делом бросилась в глаза. Егор отшатнулся в сторону, медики быстро закрыли пакет, что бы все остальные зеваки, не смогли разглядеть.
- С вами все в порядке? – Егор вздрогнул от неожиданности, перед ним остановился тот парень, что выходил первым, с беспокойством рассматривая бледное лицо Егора.
- А? Да. – Неопределенно мотнул головой Егор.
- Может, вам стоит показаться врачам?
- Нет. Не надо. Его же, убили так же, как и того? – Парень кивнул головой, не желая на всеуслышание оглашать, что в городе, скорее всего завелся маньяк.
- А вы его знали? – Егор оторопело посмотрел на парня задающие такие вопросы, и заметив, что тот полез в карман, облегченно вздохнул, увидев красные, милицейские корочки. – Я Кирилл Иванов, новый следователь.
- За место того, старого, которого вчера нашли на свалке?
- Ну, можно и так сказать. Так, что вы моете сказать, на счет того, от куда у вас такая осведомленность, в отношении того, кого вчера нашли здесь? Насколько я знаю, кроме правоохранительных органов, никто не знал.
- Кроме вас, и его. – Мотнул головой в сторону убитого Егор. – Я вчера видел его, когда ходил на речку. Он мне и сказал, кого убили.
- А вы, до этого. Никогда раньше его не видели?
- Я приехал из другого города. И с бомжами не общаюсь. А у вас уже есть представление, кто мог бы это сделать? – Бесцельно шаря в толпе глазами, Егор увидел, на самой окраине тротуаре, в дали от шумной толпы, стоящих Арис, Киру и Антона. Все трое, о чем-то шептались, переглядываясь друг на друга. Егора они не заметили. – Я знаю, что он расследовал дело Арис Свободиной.
- О?! – Удивленно вскинул брови Кирилл, смотря на своего собеседника. – Вы и это знаете?! Что ж, давайте тогда встретимся сегодня, где-нибудь в другом месте, менее оживленном. И поговорим? Возможно, мы вместе сможем разобраться с этим странным делом.
- Я согласен. А где?
- Ну, давайте в обед, в центре города, есть кафе «Утреннее», там и встретимся. Хорошо?
- Да. – Согласно кивнул Егор, провожая взглядом удаляющихся подростков. Парни обменялись рукопожатиями, на прощание, и Кирилл неспешно побрел в свою, припаркованную на обочине, машину.
Приближаясь ко двору, Егор увидел всю компанию, бегавшую друг за другом. При виде его, Соня, затормозив, наткнулась на спину Антона, который резко затормозил. В полном молчании, Егор прошел к скамейке, и, усевшись, вытащил из кармана пачку сигарет, которую пообещал себе, никогда не брать. Соня, сжав кулаки, тихим шагом подошла к брату, и заглянула в глаза.
- Сонь, ты прости меня, ладно?! – Извиняться перед девочкой было неудобно, Егор всю дорогу боялся того, что сестренка отвергнет его извинения. Но глаза Сони сияли счастьем, и полной отдачей уму, девочка, вытирая кулачками слезы с лица, бросилась на шею брату. – Не знаю, что на меня нашло. Будто помутнение какое-то. Ты прости меня?! Я тебе ничего больно не сделал?
- Все хорошо. – Шептала Соня, прижимаясь к брату. – Ты, только, больше не пугай меня так, хорошо? Я очень испугалась.
- Не буду. – Закивал головой Егор, смотря в счастливое лицо сестренки.
- Эй, вы, играть в мяч будете? – Прервала общую идиллию Кира, кинув им волейбольный мяч.
- Будем! – Ответила за обоих Соня, и не дожидаясь брата, побежала на площадку. – Егор, ты с нами?
- Конечно, с нами. – Заверила ее Кира, многозначительно посмотрев на парня. – Или он чего-то биться?
- Ага, нас! – Засмеялась Арис, беря из рук Сони мяч.
Егор, посидев еще с секунду, и расценив, что ему посреди белого дня никто ничего не сделает, выкинув так и дымящуюся сигарету, присоединился к компашке. Встав на сторону Сони и Антона, за волейбольной, натянутой сеткой, на против них, встали Арис и Кира.
- Нас больше. – Констатировал факт Антон, вставая на позицию. – Может, тогда, в пионер бол?
- Тогда уж, в вышибалы! – Предложила Кира.
- Ну, ты у нас глава, ты и выбирай. – Крикнула ей Соня.
- Тогда, мы с Арис, первые вас вышибаем.
Началась игра, Егор ловко уворачивался от мяча, то пригибаясь, то отходя в сторону. Соня, в которую мяч прилетел после пятого броска, сидела на скамейке, свесив ноги, болтая ими на весу. Антон, докрутившись, был сбит Арис, ударом прямо в лицо, и вскоре, то же присоединился к Соне. Егор тяжело дышал, сгорбившись, ждал удара Киры, которая умело крутила на ладони мяч.
- Ну, может, сразу сдашься? – Предложила Кира.
- Вам?! Не дождетесь!
- Все так говорят. – Улыбнулась Арис.
А Егору было не до смеха, простая игра для него превратилась, в настоящее поле боя, где вместо мяча, мимо проносились боевые снаряды. Ловко уворачиваясь от летевшего мяча, Егор увидел как его поймала Арис. И он мог бы поклясться, что сейчас девочка на него смотрела не своими детскими, наивными глазами, а совершенно пустыми, лишенными зрачков глазами. Изменился и взгляд Киры, совершенно безумным взглядом он наблюдала за парнем, будто паук смотрит, как в его паутину залетела муха, и при каждом ее неловком движении, запутываясь все больше. Мяч пролетел совсем рядом, едва не задев парня, и тут Егор понял, что это вовсе не мяч и не снаряды, а кинжалы, летящие прямо на него. Осознание этого, так перепугало его, что он не смотря под ноги, метнулся в сторону, когда один из ножей, брошенных Арис, чуть не задел его, что запнулся об лежащий кирпич, и с воплем рухнул на асфальт.
- Попался! - Торжествовала Кира, встав почти вплотную к лежащему Егору. Егор затравленно перевернулся на спину, ожидая удара, Кира замахнулась, нож блеснул холодной сталью на солнце. Егор зажмурился, и получил мягкий удар мячом в живот. – Мы выиграли!
Девочки, ликуя ударили друг друга в ладони, и весело смеясь, прошли к скамейке. Все так же светило солнце, и пели птицы, все так же, ходили люди, рядом с ним валялся мяч, и Егор фыркая, поднимался с асфальта. Понимая, что никто ему ничего и не хотел плохого делать.
- Теперь, мы вас вышибаем?!
Егор хотел согласно кивнуть головой, но в кармане джинс затрезвонил сотовый. Он растерянно вытащил его из кармана, с удивлением смотря на высветившуюся надпись, о том, что ему пора в кафе, на встречу с следователем. Когда и как он успел забить себе в телефон эту информацию, Егор не помнил. Он поспешно убрал телефон в карман, и посмотрел на подростков, которые внимательно на него смотрели.
- Ребят, ладно, мне пора идти. Доигрывайте без меня.
- А ты куда? – Крикнула ему Соня.
- Мне нужно…
- А-а-а. – Понимающе кивнула Кира и Арис, переглянувшись. – Ну, что, ребят, пойдем на речку?
- Да! – Крикнули сразу трое человек, и все разошлись по домам, брать купальные принадлежности.
Почему то, лишь подходя к кафе, Егор почувствовал легкую панику, он даже несколько раз оборачивался, что бы пресечь любые возможности слежки. Но никого не заметил, и вошел в кафе. Кирилл ждал его, сидя за столиком, возле окна, увидев парня, Иванов, махнул ему рукой, и Егор присоединился к мужчине. Молодая официантка подойдя, молча выслушала заказ, и ушла, так и не проронив не слова.
- Как вы себя чувствуете?
- Да, все норм. – пожал плечами Егор.
- А мне казалось, что вам было нехорошо, после того, как вы увидели останки того бомжа. Кстати, мы как раз на этом и остановились. Ты не возражаешь, если мы перейдем прямо к делу?
- Нет. – Мотнул головой Егор.
- Так, и на чем мы остановились? Ах, да, я хотел узнать у вас, от куда вы знаете про труп на свалке?
- Я же говорю, я шел на речку, меня затормозил тот бомж, что сегодня нашли. Он мне и сказал, что нашли труп следователя. Который был, до вас. – Егор взял из рук сонной официантки свое кофе, и, глядя в его темные, ароматные воды, задумался. – И я знаю, что тот следователь вел дело Свободиной Арины. Не так ли?
- Ты и это знаешь? – Нахмурив брови ответил Кирилл. Он внимательно присмотрелся к собеседнику. На лице Егора, под глазами темнели круги, бледный цвет лица свидетельствовал о недосыпании, и нервном напряжении. Да и выглядел парень весьма потрепанно, даже волосы ощетинившись, стояли торчком. – Да, Нестерпицкий вел ее дело. Он же и поймал того маньяка. Только после этого случая, ровно после выписки Арины из клиники, он куда-то пропал. А затем бедолага Рябов, твой бомж, его нашел на свалке.
- Он не мой. – Протестующе замахал руками Егор, чем вызвал недовольный ропот со стороны посетителей кафе.
- Тише, ты. – Шикнул на собеседника Кирилл.
- А Арис, ну Арина, долго лежала в клинике?
- Три месяца. У бедняжки случился шок, на нервной почве, она несколько месяцев провела в коме, а затем, еще долго проходила курс реабилитационной терапии. Как мне удалось выяснить, Нестерпицкий Свободину за час до своей смерти видел. Причем, как показала экспертиза, она была последней, кто его видел.
- И что? Вы ее допросили?
- Опросил. – Почему-то оправдывающимся голосом проговорил Кирилл, отвернувшись в окно. – По заключению медиков, Арину вообще не стоит тревожить, в ее нестабильном психическом…состоянии.
- Как? – вновь вскрикнул Егор, ударив кулаком по столу, от чего его недопитый кофе, вылился на столешницу. – И вы ничего не узнали?
- Тсс… - Вновь шикнул на него Кирилл, делая успокаивающие знаки посетителям, что бы они не волновались из-за происходящего. – Не привлекай к себе внимания. На нас и так уже сморят.
- Значит, Арис была последней, кто видел Нестерпицкого? – Задумчиво произнес Егор, уткнувшись взглядом в стол, на котором растекалась кофейная лужица. Егор чувствовал, что в той компашке, где гуляет соня, что-то не договаривают, и чувство обиды и страха, охватывало его все с большей силой. Страх душил его, наполняя голову совершенно ужасными картинами, не позволяя думать рационально. – А где сейчас тот, кто изнасиловал Арис?
- В спецклинике, для душевнобольных. К нему никого не пускают. Хотя, именно туды и направился в тот вечер Нестерпицкий.
- И Арис это знала?
- А кто ж, ее знает. – Пожал плечами следователь. – Когда я ее опрашивал, с ней вместе пришла и Кира Санташева, так что, по-нормальному допросить, не удалось. Арис промямлила, что Нестерпицкий подвез ее к дому, и уехал, хотя, свидетели утверждают, что ни она, ни Нестерпицкий, в тот вечер не появлялись в их дворе. А сама Арина заночевала у Санташевой, в ее доме.
- Выходит, что Нестерпицкий мог видеть своего убийцу?
- Мало того, он вместе с ним ехал в одной машине. – страшная мысль о том, что это могла сделать Арис, накрыла Егора с головой. Он прямо таки видел, как сидящая рядом с водительским сидением Арина, одним ударом протыкает грудную клетку ножом Нестерпицкому. И как потом, бесстрашно разделывает труп, на несколько частей. – Рябов то же видел убийцу, и за это поплатился на следующий же вечер.
- А ты, последний, кто видел Рябова в живых. – Егор поднял на следователя свои почти безумные глаза, переполненные ужасом, от чего даже Кириллу стало не по себе. – На твоем месте, я был бы поосторожнее. Возможно, следующим можешь стать ты. Как свидетель.
Егора передернуло, он, что бы скрыть волнение, отвернулся к окну, и тут встретился лицом к лицу, с глазами Арис. Девочка стояла всего в паре шагов от него, отделенная стеклом кафе, и с интересом наблюдала за их беседой. Поняв, что на нее смотрят, она растянула губы в улыбке, и Егор только теперь заметил, что в ее серых глазах, отсутствуют зрачки. Девочка шагнула в толпу, и до парня донесся совершенно дикий, нечеловеческий смех.
- С тобой все в порядке?
- А? Что? – Не сразу отозвался Егор, отворачиваясь от окна.
- Может, тебе пойти домой, и отоспаться? Уж больно ты плохо выглядишь. – Предложил Кирилл, вытаскивая из кармана джинс кошелек, и расплачиваясь за двоих. – А завтра приходи ко мне в отдел, вместе будем думать. Мне кажется, Свободина и Санташева, что-то скрывают. Держи, это мой домашний телефон, если что-то узнаешь, позвони мне. Договорились?
Егор запоздало кивнул, провожая взглядом уходящего следователя. Перед глазами все мелькало, и куда-то уплывало, что бы не подавать вида, что ему плохо, парень решил немного задержаться в кафе. А то ноги его не слишком слушались.
Устойчивое чувство того, что что-то должно случиться, не покидало его ни на минуту. В голове вертелись голоса новых друзей, уверяющих, что в их городке никогда, и ничего не происходит, вперемешку с голосом Кирилла.
- Слушаю. – Мобильный трезвонил, по-видимому, давно, Егор насчитал более восьми пропущенных звонков от мамы, прежде чем поднял трубку.
- Егор, ты чего трубку не берешь? – Услышал он в трубке, встревоженный голос матери. – Я уже думала, что случилось?!
- А что-то случилось? – Машинально переспросил Егор, смотря в стол.
- Нет, ничего. Просто, мы с Соней, на ночь к бабушке уезжаем, хотела предупредить.
- А…ну, езжайте…
- Может, и ты с нами? – Предложение было заманчивое, но помня про его нестабильное состояние, Егор понимал, что уезжать из города было не выход.
- Нет. Мам. – Почему-то, уверенность в том, что если с ней Соня, с мамой ничего не произойдет, была сто процентная. Такая же, что ему из города просто не дадут выехать. Прав, следователь, он следующий на то, что бы оказаться на свалке. И в этом явно замешаны подростки со двора. – Передай бабушке привет, и Соньке тоже.
- Будь осторожнее, я в холодильнике оставила тебе ужин, не забудь поесть.
- Хорошо, мам. – Кивнул головой Егор, и прервал связь.
Чистое небо заволокли свинцовые тучи, ветер начал клонить ветви деревьев к земле, и Егор поспешил вернуться к себе домой. Компании во дворе не было, на земле так и остался лежать брошенный мяч, которым они совсем недавно играли в вышибалы. Егор зачем-то взял его в руки, повертел пред собой. Первые капли дождя упали на его гладкую поверхность, смывая с мяча пыль, и обнажая кровавые отпечатки пальцев на резине.
Трясущимися, побелевшими пальцами, не то от нервного потрясения, не то от холодного ветра, Егор провел по отпечатку, стирая кровь. Над головой громыхнуло, разряд молнии совпал с ударом грома, потрясая землю. Егор вздрогнул, и мяч покатился по траве, смывая улики. Парень, не обращая внимания на хлещущий дождь, накрыл мяч телом, и сгребя в охапку, бросился домой.
Теперь мяч со смытыми отпечатками пальцев лежал на столе, Егор, трясясь от холода и страха, сидел перед ним на стуле, вытирая мокрые, взъерошенные волосы. Дождь вновь и вновь бил с силой по окнам, молнии разрезали небосвод, освещая своим светом. На плите закипал чайник, и Егор судорожно капался по своим карманам, выискивая оставленный Кириллом ему телефон.
- Кирилл, Кирилл… - Связь постоянно прерывалась, теряясь в непрекращающимся шуме, но Егор вновь и вновь повторял свои попытки. – Ты меня слышишь?
- Что-то случилось?
- Кирилл, я во дворе нашел мяч, он в крови…
- Что?! Я не слышу!...
- Кирилл, они кого-то убили!...Я знаю! – Кричал в трубку Егор, вздрагивая от каждого удара грома. – Мы этим мячом, сегодня, играли в вышибалы!
- Егор, успокойся! … сегодня не получиться, но завтра я тебя жду у себя! Слышишь?! Не паникуй!
За окном что-то скрипнуло, Егор резко обернулся, всматриваясь в ночную тьму. Хруст повторился, или ему это только кажется. Парень, вслушиваясь в шумы, шипящего телефона, подошел к окну.
- Егор, ты меня слышишь?! Не паникуй, завтра с утра приходи ко мне, там мы во всем разберемся.
- Они уже здесь… - Прошептал Егор, понимая, что связь прервалась.
Звонок в дверь совпал с грохотом за окном, Егор, затравленно озираясь вокруг, выискивая что-нибудь потяжелее. И не найдя ничего, прошел в прихожую.
- Кто?
- Это Кира. Кира Санташева, помнишь? – Егор кивнул головой, но открывать дверь не спешил. – У меня Соня оставила свою игрушку, своего зайчика.
-Ее сейчас нет.
- Я знаю, Соня сказала, что они с тетей Ирой, поедут к бабушке. Может, я все таки отдам тебе ее?
- Я не одет. – Промямлил Егор, которому не хотелось признаваться Кире, что он ее боится.
- Между прочим, я сюда тащилась в дождь. – Обидевшись, буркнула Кира. – Может, впустишь? Холодно все таки.
Егор отошел от двери, делая вид, что одевается, и через минуту, с опаской, все же открыл дверь. Кирины темные волосы, свисали плетьми, с них до сих пор стекала вода, а девушка тряслась от холода. Поняв, что ее не пропустят в квартиру, Кира протянула на сквозь промокшего зайца Егору, и повернулась, что бы уйти.
- Может, чая попьешь? – Это решение далось Егору нелегко, но вид промокшей девушки, не дал поступить иначе.
Кира сидела на диване, зябко кутаясь в покрывале, которое дал Егор, сам он стоял на кухне, разливая горячий чай по кружкам, и доставая печенье. За окном все так же громыхал гром, и сверкали молнии, на столе покоилась игрушка Сони.
- Могла бы и завтра принести ее.
- Я хотела отдать зайца прямо Соне, но не успела. Вот и решила отдать тебе. – Чай согревал душу, и грел озябшие руки. Кира все еще тряслась от холода, иногда посматривая в окно. – Ну и погодка, прямо, жуть.
- Да, уж. – Согласно кивнул Егор.
- Соня говорила, что тебе восемнадцать?
- Да. – Улыбнулся Егор. – Что еще Соня про меня говорила?
Щеки Киры порозовели, и она поспешно отвела взгляд.
- Ничего.
- Да ладно, тебе, Соня у нас, такая болтушка. – Отмахнулся Егор.
- Соня, очень хорошая девочка.
- А ты тут всю жизнь живешь? – При упоминании своей жизни, Кира как-то странно погрустнела, отпивая из кружки обжигающий чай.
- Да.
- И все остальные так же?
- Да. – Кира поставила кружку на столик, и посмотрела на Егора. – Мы сегодня так весело провели время, жаль, что тебя не было с нами.
- Мне нужно было отойти по делам.
- Это в кафешке-то? – Егор вздрогнув. Пролил на себя горячий чай, и поспешно стирая его с ноги, посмотрел на Киру. Глаза девушки, потеряв свой цвет, теперь казались абсолютно белыми, а сама она поднявшись на ноги, встала напротив Егора. – И с кем ты там говорил?
- Кира, ты чего? – Вид Киры заставил Егора отстраниться от девушки, и теперь его спина врезалась, прижатая вплотную к спинке дивана.
- С кем ты там говорил? – Настаивала Кира, приближаясь к парню. – Я же, все равно узнаю! Лучше сам скажи!
- Кира!? – Крикнул Егор, рывком поднимаясь с дивана, отшвырнув от себя девушку, и промчавшись в кухню, схватив первый попавшийся нож.
Они столкнулись лицом к лицу в центре зала, Кира безразличным взглядом посмотрела на нож, в руках Егора, и дико рассмеялась. Егор, судорожно сглотнув, переложил нож из левой руки в правую, и приготовился к атаке.
- Ты был с новым следаком, не так ли?! – Хихикнула Кира. – И о чем вы беседовали?
Но затем взгляд девушки переместился на стол, на котором все еще лежал оставленный ими мяч, и девушка, защищаясь, подняла спинку стула, выставляя ножки, как щит.
- Так, значит, это все же вы сделали?
- Что мы сделали? – Не понимающе проговорила Кира, убирая со лба выбившуюся прядь волос.
- Не притворяйся, мне Кирилл все рассказал, что это вы с Арис били Нестерпицкого!
- Что? – Взвизгнула Кира. – Ты о чем?
- Не притворяйся, я все знаю!
Они, неспеша, начали кружить по залу, смотря друг другу в глаза, Егор делал ложные выпады ножом, а Кира, закрывалась от него стулом.
- Кто из вас убил следователя, ты или Арис?
- Я не понимаю тебя, Егор.
- Ага, ка же!? – Фыркнул парень, улучив момент, кода Кира стала поворачиваться, он бросился вперед.
Кира вскрикнула, согнувшись, отскочив от запыхавшегося Егора. Из ее бока, тонкой струйкой, пропитывая мокрую футболку, бежала кровь. Из глаз девушки брызнули слезы, она постаралась зажать рану рукой, но тут Егор вновь побежал на нее, и девушке ничего не оставалось делать, как схватить обеими руками стул, и ударить на отмаш.
Егор охнув, отлетел к стене, сшибая телом поставку для цветов, нож, выпав из рук, укатился к ногам Киры. Егор не чувствуя правую сторону, быстро поднялся на ноги, тряся разбитой головой. По его перекошенному гневом лицу, текла кровь, из раны на голове, но он не замечая этого, судорожно размышлял над тем, как бы ему вернуть свой нож. Кира, отдуваясь от боли, поставила стул на пол, и, держась рукой за кровоточащий бок, подняла с пола нож, и шагнула к Егору.
Обезумев от страха, Егор кинулся на Киру, ударом сшибая с ног, девушка, вскрикнув, выронила нож, который улетел в дальний угол. Егор торжествующе возвышался над ней, растирая по лицу собственную кровь.
- Я все знаю, это вы убили его, и того бомжа!.. А я не хочу быть следующим, слышишь, не хочу! Так и передай Арис, и всем остальным!
Кира, не дослушав всю терраду до конца, перевернулась на живот, и, оставляя после себя жирный кровавый след, поползла к выходу. Увидев это, Егор схватил оставленный Кирой стул, и накрыл им девушку, попав по голове. Удар получился двойным, по инерции, девушка ударилась лицом об пол, и замерла, на секунду. Кровь, бежавшая из первой раны, теперь бежала еще и из разбитой головы, Кира судорожно вздрогнув, сделала еще одну попытку уползти, но Егор ударил ее еще раз попав опять же по голове. Кровь, брызнув, оросила потолок, и стены, под Кирой растеклась большая лужа. Девушка так и замерла, с вытянутой рукой вперед, пытаясь спасти свою жизнь. А Егор снова и снова наносил удары, по неподвижной жертве. Хлюпающие, чавкающие звуки смешивались с прерывистым дыханием парня, и шумом дождя за окном.
Наконец, поняв, что Кира уже не составляет угрозы, он опустил стул на ее тело, и жадно хватая ртом воздух, осел рядом с ней, не замечая, что садиться в лужу крови. По полу, обдувая ноги, пронесся сквозняк, Егор поднял голову, и увидел в дверном проеме Арис. Девочка стояла, прижавшись спиной к косяку, зажимая рот руками. Из ее глаз бежали крупные слезы, и она, не веря своим глазам, мотала головой из стороны в сторону. Поняв, что они смотрят друг на друга, подростки разом рванулись вперед. Арис на улицу, а Егор, поднимая с полу нож, за ней.
- Стой! – Проревел не своим голосом Егор, выбегая следом под проливной дождь.
Ноги постоянно скользили по мокрой земле, норовя уронить обоих бежавших. Пару раз, Арис, не удерживаясь на ногах, падала в грязь, и, растирая обильные слезы, вновь поднималась на ноги, что бы бежать. На улице никого не было, по этому, никто не мог видеть бегунов, в ночной тьме. Арис, вновь и вновь, петляя по улицам, ускальзывала из рук Егора. Все дальше они убегали от дома, и все ближе становилась городская свалка.
- Нет! Не пойдет! – Ревел Егор, понимая, куда бежит Арина. – Я не буду следующим на свалке!
Арис еще раз завернула, но ноги предательски заскользили по скользкой траве, и она, кубарем пролетев пару шагов, ударилась об бетонную плиту, строящегося дома. Подняла испуганное личико, на мчащегося на нее Егора, попыталась подняться, но вскрикнув от боли, упала вновь на траву. На заплаканном лице застыло скорбное выражение, она еще успела произнести последнее слово, которое Егор так и не расслышал. Парень, рывком перевернув спиной девочки, приставил к ее горлу нож, и резанул. Кровь хлынула бурным потоком на землю, Арис забилась в судорожных припадках, жутко хрипя, и все еще цепляясь за жизнь. Поняв, что не убил, Егор вновь резанул по ее шее, девочка издав страшный крик, упала навзничь, и замерла. В серых глазах, оставшихся открытыми, Егор видел свое отражение. Дождь смывал кровь, размывая ее по траве, где-то залаяли собаки, и на свалке, встревоженные шумом, взвились в небо вороны.
Егор, опустив нож, смотрел в небо, не обращая внимания ни на капающий дождь, струйками бежавший по его белому лицу, ни открытой раны на своей голове, из которой сочилась кровь. Не замечал он и того, что, не смотря ни на что, почему-то начал истерично смеяться, стоя всего в шаге от трупа.
А над городом уже кружило желтое облако, норовя уничтожить весь город одним разом, окружая его со всех сторон. На рассвете, въехавшая машина Прохоровых, так и не доехала до дома, накрывшая город желтая дымка, разом убила все население.

Своё Спасибо, еще не выражали.
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
    • 25
     (голосов: 2)
  •  Просмотров: 786 | Напечатать | Комментарии: 0
banner
Информация
alert
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
Загрузка. Пожалуйста, подождите...

Наш литературный журнал Лучшее место для размещения своих произведений молодыми авторами, поэтами; для реализации своих творческих идей и для того, чтобы ваши произведения стали популярными и читаемыми. Если вы, неизвестный современный поэт или заинтересованный читатель - Вас ждёт наш литературный журнал.
{changeskin}