Баллада о раскаявшемся ангеле - Стихи

Безжизненность опущенных портьер Сомкнувшись с неподвижностью торшера, Являет равнодушие портье Клиенту с бурным натиском терьера. Застыл непроницаемой стеной, Как хрупкое укрывший подстаканник, В проеме твердо сдерживая ночь, Всего один кусок неплотной ткани; Как сталь несокрушимого щита, Принявшая бесчисленные стрелы От мрака, что вторжение счи

Баллада о раскаявшемся ангеле

| | Категория: Стихи
Вступление

- Я был в Раю. Я был создан ангелом. Но я отказался от своей сути, чтобы умереть в этом мире, мире грязи и мрака, где звезды – это крошечные точки на небе, Ад и Рай – мистика, а то, что я падший ангел – из области фантастики. Ты ведь мне не веришь, не веришь ведь, правда? Думаешь, старик твой бредит… А я… Я бы мог быть как в Аду, так и в Раю, и только лишь благодаря доброте нашего Создателя и любви твоей матери я и она стали смертными. И я думал частенько, для чего? Почему я так стремился к этому порочному мирку, где уже умерла в автокатастрофе твоя мама и вот-вот уйду я? – он закашлялся, но все равно продолжил. - И лишь сейчас, на пороге смерти я могу с уверенностью сказать, ради чего я был здесь. Я и моя жена произвели на свет тебя, нашего сына, и ты должен продолжать наш род, - во все еще голубых глазах полуседого и очень худого мужчины, лежавшего в постели промелькнула странная для его состояния пылающая решимость. - Род, в чьих жилах будет течь кровь ангелов, кто будет благословлен Богом, кто будет сеять ростки света в сгущающейся мгле и жить ради жизни других.
- Папа! – воскликнул молодой паренек возле ложа, который держал отца за руки. – Не умирай, пожалуйста! Ты нам нужен!
Он взглянул на свою младшую, двенадцати лет, сестру, которая ревела, сидя на полу.
- Сынок… Послушай… Я в любом случае умру… - тихо сказал бывший ангел, прикрывая яркие голубые глаза усталыми веками. – Возьми… - пробормотал он, доставая из-под подушки старый, можно даже сказать, древний блокнот, в рукодельном переплете. Сын принял предсмертный дар с недоумением, откуда у папы такая старая штука, и положил его возле сестры. – Прочти это… Ты должен знать мои чувства… Мою жизнь… Меня… - голубые глаза начали тускнеть, и отец снова захрипел и закашлялся. – Ты ведь думаешь, что я – простой сорокапятилетний мужчина, состарившийся до срока и больной лейкемией… Прочти! – воскликнул хриплым голосом мужчина, - Дневник… Там – самое основное… Ты должен…
- Да… Да, я… Папа! – вскричал сын.
Взгляд мужчины уткнулся в косяк двери, будто он увидел что-то знакомое, но видное лишь ему одному.
- Привет… - неожиданно четко произнес мужчина и его глаза застыли.

Следующий день.

Сестренка сидела за своим столом и глотала слезы, уткнувшись в какую-то книжку. Алексей искал дневник отца. Он куда-то делся.
- Маш, а ты не… Что ты делаешь? Кто разрешил?! – громыхнул Алексей, увидав, что именно сестра читает.
Она не обратила внимания и вдруг начала фыркать сквозь слезы. Маша повернула голову к брату. В ее голубых, прямо как у отца, глазенках блестели слезы. Она протянула брату дневник и сказала то, о чем просил отец.
- Прочти…
Алекс удивленно взял из ее рук пухленькую книжку и стал читать первую попавшуюся раскрытую страницу. Там синели старые полувыцветшие буквы, быстро выписанные почерком отца.






Баллада о Раскаявшемся Ангеле

Как над горячею золой
Дымится свиток и сгорает
И огнь сокрытый и глухой
Слова и строки пожирает —
Так грустно тлится жизнь моя
И с каждым днем уходит дымом,
Так постепенно гасну я
В однообразье нестерпимом!..
О Небо, если бы хоть раз
Сей пламень развился по воле —
И, не томясь, не мучась доле,
Я просиял бы — и погас!

(1829)
Ф. Тютчев
I

Пленительное счастье
Небытия в Раю,
На облака залазьте,
Я Рай вам отдаю.

Не нужен Рай, ребята,
Свободы я хочу.
Мне хочется закаты
Встречать. Я не хочу
Всю жизнь в безвестье гробить,
Не ведать ничего.
И призваны коробить
Меня здесь от всего
Спокойствие и нега.

Такое счастье надо?
Быть может старику,
Но людям Рай – отрада,
А мне-то на веку
Хотелось бы балладу
Спеть под Её окном,
Хоть с девушками сладу
Нет, лишь об одном
Я думать продолжаю:
Хочу я полюбить,
Огня я лишь желаю,
Эдем смогу забыть.

II

Хоть в Ад меня отправьте,
Хоть в грешный мир земной,
Ханжи – часть вас, оставьте
Меня, я же дурной!

Да, Рай мертвому услада,
Но после жизни страшной
Порой, но не пустой.
Хотя б им это надо…

Но знаю я, не быть мне
Таким же, как и все,
Все ангелы, любить мне
Кого-нибудь; успел…
Успел я здесь влюбиться
Хочу все испытать.
Чувствам пришлось забыться…
Нет, надо убегать!



III

Я убегу отсюда,
Из Рая убегу,
Мне надобно лишь чудо.
Я больше не могу.

Мне нужно лишь собраться
И Бога попросить,
Чтоб смертным меня сделал,
Чтоб смог я там любить.

Внизу любить удобно,
Кого-то одного.
Ты любишь и беззлобно,
(как в Библии учили)
живешь.

Как хорошо – семья есть,
Есть домик у людей,
Бессмертия невольность
Не гасит их очей.

IV

Я знаю, люди злобны,
Я знаю, все они
Нам, ангелам подобны,
Но их не обгони.
Часы остановились
В Эдеме для меня,
Я молод, не забылись
Проблемы, обгоняя …
Меня…

Эх, люди, я завидую,
Грешу, я к вам хочу.
Не в Ад, а к вам, кометою,
К вам, люди, прилечу,

Я видел, как вы злобились,
Я видел, как любили,
Я видел, как холодились
Ваши лица на могиле.

Я видел, как рождались,
Смотрел, как умирали,
И лица озарялись,
Души Рая ожидали.

А я жду мира страсти,
Грехов, пороков, смерти,
Меня в Ад изгоняют, здрасте,
Все Демоны, я демон, верьте!

V

Но видно, нету места мне
Ни там, ни там,
А всё ведь, всё по той вине
Людей; вот срам!
Ни там, ни сям!

Я что, не ангел? И скажите кто-нибудь
Я что, кого убил?
Я Богу был немил?
Не демона у меня суть!

Да уж, сказать здесь ничего не скажешь.
О, Боже, дай же я умру,
Ошибку мне мою в Чистилище покажешь.
Не снимет ведь мою хандру
Никто.

Я зол на всех и от того дрожу.
Я жизнию своей совсем не дорожу.
Уже раз сто кидался я с обрыва,
И головою вниз летел.
Но я от этого порыва
Не получал того, чего хотел.

VI

Уж много лет таю в себе
Ту злость, то утро,
И во мне
красиво опухоль цветет,
Рак зла, рок смерти.
Наперед
Я знаю, я для Ада плох,
И потому чувств не скрываю.
Но и в Раю мне места нет.
Я слишком добрый,
Очень злой…
Какой критерий ваш смешной!
Я злой?!
Такой критерий с глаз долой!
Да, я не нюня, не аскет,
И очень много мира лет
Мечтал я быть в пыли земной,
Но я не думал головой.
Я думал пламенем, страстями,
Эмоциями; жил зорями.
Но не хотел я жить в пыли
В бессмертии и без двери.

VII

Нет дверки, шанса выйти нет,
Хоть в Ад, хоть в Рай,
Ну, хоть куда! Я - полудемон, вот ответ.
Прошу, цыганка, погадай!

И прихожу я раз за разом
К местечку, где душу алмазом
Мне распорол Эдем.
Там Лестница в Эдем идет,
Спокойно там, и нет проблем,
Возле нее прямо, нет забот…

Но много лет, о, нет, веков
С тех пор минуло.
Да, люди, я таков.
Память непреминула
Напомнить о себе.
Я знаю, думаю и жду.
Посмотришь – весь в себе.
Я, надо, еще век прожду,
Чтобы подняться мне к Тебе.
Я понапрасну в трудностях пути
Ищу забвенья…
Мне его там не найти.
О, Бог, дай же спасенья!

VIII

Эй, Ангел, что проходишь мимо,
Ты видишь, очень болен я,
Я болен Раем и Эдемом,- мнимо!
Мнимо думал я и очень зря!
Я тот, мечтавший об огне,
Я тот, кто братом был тебе,
Я тот, живущий здесь, в пыли…
Как скучно жить,
Умею всё,
Веками быть…
Это не все!
Куда, полкан?!
Эй, Ангел, стоп!
Я ж не обман!
Братишка, просьба, передай
Отцу-Творцу, то, что мой жбан,
Тот, что зовется головою,
Так передай, я же сейчас не скрою,
Скажи ему, что я закрою,
Закрою все, что натворил,
Но пусть он даст мне умереть, я же просил!
«Демон, ты пьян?»
Вскричал брат вдруг
«Да сам ты демон! Да, я пьян!»
Ты – мой друг.
Мой прошлый друг.

IX

О, Демон, здравствуй,
Или нет?
Мой враг, коварствуй!
Мой ответ –
Не буду я служить ему,
Врагу Добра
и моему.

Изгнан из Рая,
Но уже не в Ад,
Я в мире смертных,
Я тебе не брат.
Ты нападаешь на меня?
Нет, ты подходишь, усмехаясь.
«И проживешь ты здесь жизнь зря!»
Сказал ты мне. А я, сбиваясь
С мысли, говорю:
«Зачем ваш Ад,
Но я тебе сегодня рад.
А ты?»


X

Пройдет сто лет,
Тебя забуду, в Ад привет.
Но все же Рай в моей душе,
В этом претемном шалаше,
Он будет лучиком без зла,
Лучом без тени,
Не без зла
Моя душа и не без тени,
Но луч хранит добро, Эдем…
Эдем я помню без проблем.
Я не умру, да ну и пусть.
Все, что здесь знал, умрет.
Все Господь заберет.
Но Рай и Ангелы – нет, - грусть,
Вечная грусть в моих глазах,
Я знаю, это каждый мне говорит,
Страстям я отдаюсь впотьмах.
Я знаю это, но время бежит.

XI

Я не любил еще ни раз
По-настоящему. Без прикрас,
Я не любил еще ни разу.
Я в курсе, все с того начало!
Хотел любить – не полюбил,
Хотел огня?! Огонь в душе,
жжет он немало!
Он жжет стыдом прошедших лет,
Он палит душу. Мой ответ:
«О, Бог, дай мне любовь,
Что взгорячила бы мне кровь!».
Когда я злюсь – темны глаза,
Я демон в тот момент.
Но если чувства, небеса
И звезды вижу – зла полоса
Скрывается. Всплывают ряды лент.
Картинки, когда был в Раю,
Я все там видел, я все узнаю.
Тогда все, как в Раю.

XII

И возле лестницы Туда
Вдруг наступили холода.
Не видел ангелов я там,
Не видел тех, что снизу.
Ни демона, ни херувима,
Ни ангела, ни побратима.
Ни одного.
Думал, я видеть разучился,
Но нет, я как-то лицезрел,
Что с лестницы кто-то спустился…
Но кто? И тут вот я прозрел.
Я обалдел.
Это была та, что объект любви души,
Моей души. Душа заныла
И к мозгу доступ перекрыла,
Душа моя.

XIII

Её увидел –
Я не я. Я сам не свой.
Её услышал –
Говорю: «Я сам не свой с тобой».
Она зарделась, говорит,
Что я не ангел и не стоит…
Я перебил: «В тебе, по-моему, сердце спит!»
Сказала мне: «Мое сердце ноет
Уже давно,
И что-то внутри воет…
Мне все равно!
Без разницы мне ангел ты
иль зверь
Но знал бы ты – люблю я Рай, поверь
Ты Рай разлюбил
И меня, значит, тоже,
Помню, ты под окном моим ходил,
Ждал, провожал…» - Мы схожи! –
Воскликнул я и сразу сник –
Ты понимаешь, я хотел…
Быть смертным… Но мой крик…
Он не дошел до Бога,
я летел,
Летел на встречу с Ним.
Меня позвал туда херувим;
Он мне сказал, сердито хмурясь:
«Изгоняю в Ад. Ты зол для Рая!»
И я, от света жмурясь,
С Лестницы ветром убегая,
Не попрощавшись ни с одним,
Я убежал под землю, к Ним.


XIV

Вначале, в Адском пекле парясь,
Я думал всё: «За что? За что?
За то, что смотрел я, улыбаясь,
На люд земной? За что?
Зачем отправил меня в Ад?
За что? За что?
Бес мне не брат!
Черты, чертовки,
Колдуны да мавки,
Кликуши да купалки,
Демоны и русалки…
И с Бельфегором пообщался, и Аваддона обносил
На пире их, очень богатом, но Рай и там любил!»
Их всех я там узнал.

XV
Из Ада выгоняют,
Но обратно не берут.
Бессмертье оставляют…
Века вокруг бегут.
Соскучился по Раю,
По Ангелам в Раю,
По Господу. Я знаю,
Я был дурак. Молю!
Молю, нужна мне помощь,
Вернуться был бы рад.
Прошу, можешь помочь?
Я знаю, я не ангел,
Но будешь разве здесь?
По здешним меркам – ангел.
Я праведен здесь весь.
Во мне порока больше,
Конечно, чем в тебе,
Но одно дело в Рае,
Другое – на Земле.

XVI

Ты знаешь, я хотел любить,
Но это не сложилось.
Свою любовь к даме любой пришлось мне умертвить.
И каждая из них уже давно забылась.
Но я не смог забыть тебя,
Твое лицо я не забыл.
И только лишь тебя любя
Себя я в Ад не отпустил.
Только любя тебя.
Каким-то образом душевные я муки пережил,
Ведь предал я, и то грех главный. Но я любил.
Совсем непросто было мне вначале выживать.
Ведь жить среди людей – все время предавать.
Но попытался я чуть по-другому жить…
И выжил.

XVII

Ты раздели со мной это бремя,
Будем с тобой мы идти через время,
Сквозь горы, сквозь реки,
Сквозь все, что есть на свете.
Через все, через трудности,
Сквозь людские морали,
Сквозь все преграды и все магистрали,
По всем дорогам пройдем мы с тобой,
И проблем у нас будет с тобой – ой-ой-ой!
Ты знаешь, житейских тут много проблем
Но это ничто по сравнению с тем,
Что будем мы вместе все время,
И будем нести лишь одно только бремя.

XVIII

Но Бог нас простил, и живем мы отныне
Не с бременем, а с ребенком поныне.
И я благодарен Христу моему,
Что понял меня. Ангела не пойму,
Того, что сказал Ему, чем я живу,
Что пламя и страсть я забыть не могу.
Но понял меня наш Великий Творец,
И Дьявол оставил в покой, наконец.
Жена у меня есть, красивее всех,
Есть мальчик. И все нам сулит лишь успех.
Бог обернулся лицом к нам, ко всем.
Тот, кто раскаялся, будет прощен,
А тот, кто не хочет, тот жить обречен.















Заключение

Алексей поднял глаза от дневника своего папы. Последние две строфы были написаны разными ручками, было понятно, что отец их дописывал, причем в разное время. Но это не главное. Алексей поверил.
- Почему он нам этого не рассказывал? – голубые глазки воззрились на растерянного брата, ожидая от того ответа. – Алеш, это ведь все правда, да?
- Да, правда. – негромко произнес паренек.
- Значит, папа ангел? – ее глаза загорелись впервые за эти два дня. – И он не умер?
- Да. – Алексей опустил голову, положил книжку на стол сестры. – Я пойду.
Алекс вышел из сестренкиной комнаты, сел прямо перед дверью, облокотившись на косяк, и, запустив в волосы руки и стиснув зубы, чтобы не зареветь в голос, начал потряхивать головой и покачиваться из стороны в сторону.
Парень и девушка со сложенными крыльями ярко белого цвета на спине стояли, держась за руки, смотря на своего совсем выросшего сына.
- Он ведь не поверил, что ты сейчас ангел… - пробормотала девушка.
- Да. Но ему и не надо. – ангел повернулся к своей возлюбленной лицом. В его ярко голубых глазах светилось счастье. – Он оградил от этих страданий Машу. Себя же…
- Он не верит, что так может быть! – догадалась девушка.
- Да. – мужчина открыто улыбнулся и снова взглянул в глаза жене, - но может быть, оказывается, все!
Он махнул рукой в сторону сына и тот, подняв голову, увидел две облеченные в свет крылатые фигуры мужчины и женщины, уходящие в сторону окна.
Алексей неуверенно улыбнулся.
В квартире стало светлей.

Своё Спасибо, еще не выражали.
Новость отредактировал zaris, 1 декабря 2010
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
    • 0
     (голосов: 0)
  •  Просмотров: 697 | Напечатать | Комментарии: 0
banner
Информация
alert
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
Загрузка. Пожалуйста, подождите...

Наш литературный журнал Лучшее место для размещения своих произведений молодыми авторами, поэтами; для реализации своих творческих идей и для того, чтобы ваши произведения стали популярными и читаемыми. Если вы, неизвестный современный поэт или заинтересованный читатель - Вас ждёт наш литературный журнал.
{changeskin}