Икона "Вифлеемская звезда" Рождественские колокольные звоны *** Эта серость больших городов. Эти жирные лужи и слякоть. Приманить бы веселых котов! Перестать бы над бездною плакать! Отдышаться, Взглянуть в Небеса… Наварить бы глинтвейна, варенья. Новый год… Рождество… Чудеса… Дух ванили… Кори

собачка и петух

| | Категория: Проза
В поселке Ч Гатчинского района Ленинградской области жило много всяких интересных людей. По большей части это были послевоенные поселенцы по определению места жительства "за сто первый километр". Им не посчастливилось быть угнанными в Германию. Ну, и за то, что они там были и умудрились не умереть, Родина отплатила им запретом жить в больших городах. Однако, в семидесятых годах, о которых пойдет речь, обиды на страну были забыты, выросло поколение, не знавшее её, в общем, поселок жил вполне нормальной советской жизнью и, естественно, был летним пристанищем многочисленным дачникам, к горластой когорте которых имел честь принадлежать и я - простой советский школьник.
Люди были колоритные - был пекарь, он пек вкуснейший хрустящий ноздреватый хлеб, огромными буханками, как люди смеялись в очереди в сельпо - "не по госту хрустно, зато очень вкусно", была предатель сельсовета - маленькая женщина со стальным цветом глазами, ей не доставало кожанки и маузера на боку, это по первому впечатлению, но она часто перед сеансом в сельском клубе раздавала детям конфеты на крыльце - простенькие "Старт" или горошек. Горошек был желтый, большой и обвалян в сахаре. При этом одного её взгляда было достаточно для усмирения любого пьяного, даже, если он был безобиден и лишь пытался запеть "шумел камыш…"
Но всех интересней и загадочней для меня был дядя Коля. Во-первых, он жил сильно на отшибе, практически на хуторе, и место звалось "Кордон" А? Какое название! Да одно это название влекло меня туда, как пчелу на липовый цвет. Во-вторых там НЕ БЫЛО электричества и меня, городского мальчишку, это ввергало в полнейшее изумление: а телек, а почитать…Кстати, он чем-то напоминал Леонида Быкова из "В бой идут одни старики" и этим, в добавок ко всему остальному, был необычайно притягателен.
При такой тяге, я, естественно, был быстро примечен и под угрозой крапивы, приглашен для разъяснений своего интереса.
Я "разъяснил" и началась у нас с дядей Колей дружба. Ну как дружба - ему было весело со мной, да и поговорить с кем - тоже много значит, а уж я-то его слушал разинув рот.
Были у него две животины: собака(сучка) и петух, и жили они вместе в собачьей будке. Звали их Петровна и Великий воин Албании соответственно. Их имена и совместная жизнь вызывали массу вопросов: почему собака не съест петуха, зачем петуху жить с собакой, как вообще такое могло получиться?
Дядя Коля усмехался и рассказывал:
- Вообще первоначально у петуха были курицы. Как и положено, петух их…кхм-кхм, топтал, они несли яйца, я ими закусывал - в общем все было хорошо, но однажды лиса, зараза, прорыла в курятник ход и враз передавила кур. Петушок, видно, самый шустрый оказался - увернулся и давай кричать, прибежала собака(аж с веревки сорвалась), лису-то прогнала. Я её обратно привязал, а утром смотрю - петух у собачьей будки стоит - вроде как говорит с собакой-то. Потом, она его, видно, пустила. Так и живут вместе, он утром на будку заскакивает и кукарекает, а собака ворчит - чего, мол, орешь.
-А откуда вы знаете, как у них там…
-Чего ж не знать, все как у людей, ты ж видел, поди - мужик бойкий, гоношистый, жена-сучка, ворчит все время на него…
Я вспомнил семьи родственников и знакомых:
-Да, видел…
-Вот, и у них так же.
-Подождите, но она не только ворчит, она же его спасла!
Он опять улыбнулся:
-Вот поэтому он её и терпит, знает, что в нужный час не подведет. И она с ним живет, потому, что он, хоть и гоношистый, но в душе хороший - руку не поднимает, мясо из миски не таскает…
- А почему зовут так?
- Ну, собачка - копия тетки одной, деревенской, со станции, Петровной звать, а петушок …ты фильм-то такой смотрел?
-Какой?
-Великий воин Албании.
-Нет.
-Так посмотри и поймешь...
Ну что тут скажешь - на все у дяди Коли было объяснение. Вот, к примеру, разговор об электричестве:
-А почему к вам не провели провода?
-Были, но я их сказал отрезать.
-?
-Потому, что провода воруют энергию из людей.
-??? Так они же - наоборот, дают…
-Ха! Днем и вечером - дают, а ночью - забирают обратно. Вот лампочка горит, они дают ей, а выключишь - начинают из человека выкачивать.
-А холодильник? Он же не выключается, а?
-Во-первых, холодильник не нужен человеку - не хрен запасы делать, во-вторых холодильник берет немного, да и дают ему энергию простую, дешевую, а из людей забирают ценную. Вот я раньше, когда выпью вечером, наутро - как выжатый лимон, всю силу провода выпили. Вот отрезали и ничего меня не берет - ни водка, ни болезнь, да и пить-то теперь не хочется.
Ну что тут скажешь.
Дядя Коля работал в леспромхозе. Работенка, скажу я вам, как бы это выразиться, не городская. Рано-рано утром лесорубы, женщины и мужчины, собирались у конторы, трактор притаскивал волокушу на на длинных еловых хлыстах, все на неё залезали и трактор пер эту конструкцию в лес на делянки. Одеты люди были неразличимо одинаково: брезентуха, кирзачи, в руках котомки со скудным перекусом. Соответственно и дядя Коля был одет так же. А кирзачи он вообще везде носил, кроме дома, там - босиком, пол был всегда чисто вымыт.
Вот я его, конечно, об этих кирзачах и спросил: Почему, мол, другой обуви не носите?
- Да - говорит - с войны не ношу. Самая лучшая обувка: нога не потеет, не трет - все дело в правильной портянке: мягкую суконочку обернешь - любо-дорого.
- А жарко же
-Да нет, в резине - жарко, а в кирзухе - нога дышит, а, если правильно смазать, то и не промокнет долго.
-Как это не промокнет?
-Да есть разные секреты. Пушечным салом, например...Кстати, и подошва - ни гвоздь не возьмет, ни даже мина.
-Как это - пушечное сало?
-К каждой пушке вместе со снарядами прилагается запас пушечного сала - чтобы артиллеристы закусывали, если кухня не доедет, или разбомбят её - без еды не навоюешь…Да шучу я, смазка это для движущихся частей.
-Да ну вас... а как мина-то не возьмет?
-А вот, был у меня на войне случАй:
Бежал я как-то в атаку, верней, сначала тихо шли, но как фриц заметил - побежали. Политрук сзади "ура" кричит, нам не до крика - шинель мокрая, тяжелая, глина везде, тяжело бежать, только материмся кто во что горазд. А случилось, что перед немцами - минное поле, наши то ли не знали, то ли не сказали, один хрен - атака есть атака: вперед и обо всем забываешь. Один, другой взрыв, бежим, тут и меня угораздило - наступил на мину. Так вот - подошва сапог меня спасла: дало по ногам здорово, однако же я, как бежал, так в том же направлении в воздухе раз пять перекувырнулся, да мордой в глину упал. Винтовку держу, как молодожен жену, потеряешь - трибунал или у убитых ищи похожую, да договаривайся с начальством. Да-а. Так вот, обсмотрелся, общупался - цел, грязный до исподнего, но - цел! А ты говоришь… Кирзачи спасли ноги-то, во, какая подошва!
Против таких аргументов что сказать? И я, выражаясь современным языком, подзавис, живописуя в воображении военные будни дяди Коли. Смотрю - он улыбается, и я снова насупился:
-Да вы опять придумываете…
-Как же придумываю - ноги-то, смотри, ходят… И он пошевелил пальцами босых ног.
Помолчали. Он спрашивает:
-Чаю хочешь?
-А как без электричества?
-А самовар на что?
-С сапогом?
-Да нет, сапогом никто не раскочегаривает, это ерунда, само горит. Пошли, посмотришь.
Он ловко натесал лучинок, побросал их в трубу, снизу пожег и надел верхнюю часть дымохода:
-Для тяги.
И действительно, десять минут и мы дуем на чай в алюминиевых солдатских кружках за столом в избе. Конечно, чай необыкновенный - да налей мне сейчас хоть что, все из самовара показалось бы необыкновенным. Кружка жжется, я ставлю её на стол. На стене висит портрет молодой красивой женщины. Портрет украшен вязаной кружевной салфеткой.
-Кто это, дядь Коль?
-Это жена моя.
-А где она ?
-Оставила она меня, бросила…
Я возмущен, что какая-то там бросила такого замечательного человека :
-Ну-у…
-Ладно-ладно, ты пей чай-то, не отвлекайся.
Дядя Коля как-то погас, стал задумчив и отстраненно сказал:
-Ты иди, тетка-то, наверно обыскалась…
И я понял, что надо уйти и даже немного обиделся.
Никакая тетка меня, конечно, не искала, в советское время дети могли бегать хоть до ночи, а уж в деревне - тем более.
-Есть хочешь?
Ну какой нормальный ребенок не хочет есть, вернувшись с улицы? И вареная картошка с молоком стали лучшей наградой за потерянную энергию - а вы попробуйте бежать с Кордона бегом, да по дороге искупаться с ребятами, да и потом до дома тоже не шагом…
-Теть Марусь, а вот дядя Коля с кордона… что у него за портрет висит? Говорит - жена…
-Да, жена, из Германии привез, худющую, как шкелет. Не из наших краев, тоже угнанная, девка хорошая, любила его, а уж он-то её - без памяти…
-А где она?
- А померла родами,три года прожили и - все. Сватались за Николая женщины, да без толку. Забыть не может. А потом и провода попросил обрезать. Мужик-то он хороший, не пьет, как наши забулдыги, руки золотые, да вот червоточина на сердце. Пути ему нет.
В ту ночь я долго ворочался, потом тихо вышел из пристроечки, где спал, на улицу, под большое бархатное небо со звездами. Зрение тогда было не испорченное и я разглядел-таки спутник. Он маленькой яркой точкой пересекал небосвод. Тогда тоже был почти август. Я любил школу, тянулся к друзьям, месяц промелькнет - не заметишь…Я вернулся в кровать и тут же уснул.
На следующий день увязался со старшими парнями, среди которых был и мой двоюродный брат, " на бревна" - это был леспромхозовский склад готовых к погрузке на товарняк бревен. Их было неисчислимо много - целая площадь большущих связок. Над ними ездил козловой кран. Эти связки образовывали лабиринты, целые комнаты внутри, ходы. Было очень интересно и там никто не смог бы никого найти. Парни там "курили". Вместо табака - сухие листья, свернутые и закрученные в газетку - все как у взрослых. Скрутят, пыхнут пару раз и передают соседу. Изображают блаженство. Дали и мне, я, естественно, закашлялся, "Мал еще" - авторитетно сказал вожак. Помолчали. И он же продолжил:
- Эх, девочку бы сюда…
Все заулыбались знающе и покивали - Это да…
Я удивился:
- Зачем?
До объяснений они не снизошли, брат дал подзатыльник и прогнал домой.
Август шел своим чередом, ягоды-грибы, да тетка нет-нет, да в огороде припашет, в общем до дяди Коли я добрался чуть не под конец месяца, вроде как, в преддверии расставания.
-О! Вот и ты! Как жизнь молодецкая?
-Да ничего…
-Заходи, посидим, а то комары на улице.
Мы зашли, сели за стол. Я приметил, что салфеточка на портрете висит немного по-другому, но отвел глаза:
-Ой, а что это нарисовано?
Я подбежал к печке, где сбоку на беленой поверхности были изображена собачка и петушок
-А что не узнаешь? Вот, купил гуашь в сельпо и изобразил друзей своих.
-Похоже...А расскажите про войну, а, дядь Коль? Как фрицев били…
-Так это они нас поначалу били, а потом и правда - мы их, но тоже с переменным успехом.
-А к нам в школу дядька приходил, все рассказывал…
-Политрук, поди, бывший, они мастера… не, были и нормальные, с солдатней кашу ели…да на земле спали…
- а как на земле спать, если холодно и мокро?
-А шинель на что? Под себя подоткнешь, сверху прикроешься, а намокнет-не беда, спать можно, только что тяжелая становится - носить тяжело.
-А…
-Не, буду я про войну, да и тебе это не нужно, лишь бы не было её, паскуды - всю жизнь не отняла, так переломала…
Он вдруг потрепал меня по вихрам и прижал голову к себе:
- Эх, малец…
Рубашка на нем была фланелевая в клеточку, потертая на швах и пахла хозяйственным мылом.
Попал я в деревню только через два года, чуть не первый вопрос был о дяде Коле, мне сказали, что он той зимой, два года назад, "помер - похоже руки на себя наложил", тетка, всплакнув, добавила прежнюю непонятную мне фразу:
-Не было ему пути…
На следующий день я сбегал на кордон: дом был заколочен, ни собачки, ни петушка, конечно, не было. Куда они делись?
Двоюродный брат умер от пьянки через десять лет, как вернулся красавцем-морячком после трех лет службы на Северном флоте с дембельским альбомом и большой пластинкой "Звезды болгарской эстрады". Мать пережила его на два месяца.
Сейчас к деревенскому кладбищу прирезали большой кусок поля, где раньше косили траву.
Простые люди, простая жизнь, простая смерть.
В родительский день приезжают на машинах родственники, рвут траву, выпивают, закусывают, вспоминают, обсуждают дела…и нет-нет, да представят свою могилку среди других - вот тут, в уголке, поместилась бы, пожалуй…красиво здесь, березы...но поскорее машут рукой перед глазами:
-Господи, о чем я думаю...
А вечером, выпив дома за помин души еще пару рюмок, вдруг затягивают дети тех, кого поминают в этот день, слышанные в детстве песни. И плывет в сумерках "Шумел камыш…", " Вон кто-то с горочки спустился…", "Ой, мороз-мороз…" А внуки смеются, морщатся, как когда-то их родители, но… магнитофончики в их юных головах все записывают…

Сказали спасибо (4): Константин Галь, dandelion wine, aramis, snovao
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
    • 100
     (голосов: 3)
  •  Просмотров: 35 | Напечатать | Комментарии: 2
       
30 июля 2020 07:03 dandelion wine
avatar
Группа: Редакторы
Регистрация: 31.05.2013
Публикаций: 94
Комментариев: 10063
Отблагодарили:641
Ностальгия.. Эх, где оно, детство.. далеко-далеко.. Спасибо, Алексей, за такой добрый, интересный рассказ! Я тоже жила всё детство вплоть до окончания школы летом в посёлке у бабушки с дедушкой. Прекрасно помню эти конфеты, ещё были подушечки, тоже обсыпанные сахаром. Ну а уж если выпросишь батончики Буратино - вообще целый праздник.. И песни все эти помню, как пели в автобусе люди, просто ехали и пели, а я подпевала))
Описку подправила)

"Ложь поэзии правдивее правды жизни" Уайльд Оскар

       
30 июля 2020 06:19 Константин Галь
avatar
Группа: Авторы
Регистрация: 14.09.2013
Публикаций: 119
Комментариев: 2487
Отблагодарили:535
После этого замечательного рассказа хочется обратиться не Алексей, а Лёха (не знаю почему). Лёха, классный рассказ, очень живой, для души, спасибо тебе.

"Люди были колоритные - был пекарь, он пек вкуснейший хрустящий ноздреватый хлеб, огромными буханками, как люди смеялись в очереди в сельпо - "не по госту хрустно, зато очень вкусно"" - слово "люди" во второй раз можно ведь и не писать? - "как смеялись в очереди" и баста.
"Во-первых, холодильник не нужен человеку - не хрен запасы делать, во-вторых холодильник берет немнго" - описка.
Информация
alert
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
Наш литературный журнал Лучшее место для размещения своих произведений молодыми авторами, поэтами; для реализации своих творческих идей и для того, чтобы ваши произведения стали популярными и читаемыми. Если вы, неизвестный современный поэт или заинтересованный читатель - Вас ждёт наш литературный журнал.