Три дня и три ночи смотрю в глаза василиска За спиной осыпается время со всех фотографий На крышу, на плечи – тяжелое, серое, низкое Обелиском и эпитафией В песочных часах - последние «Тик… так…» И, отзвенев, тишина потушила свет. Негромкое: «Ляг…. … ты уже отпет…» …Три дня и три ночи… всем, что

Нечаянные сны. Глава 2 Обычная Семья

| | Категория: Проза
2. Обычная семья

Светлана и Виктор являли собой эдакий среднестатистический срез современной российской семьи московской локации, которых вокруг многие тысячи. Обоим немного за тридцать. Без детей, несмотря на старания и волнения обоих. Средний достаток, при котором в питании себя не обделяли, но и не баловали деликатесами. Имели возможность купить недорогую одежду и технику, но о покупке недвижимости не задумывались. Среда обитания - приватизированная в начале двухтысячных небольшая «двушка» раннебрежневской эпохи, без балкона.
О Светлане можно было смело сказать – эффектная женщина. Она обладала стройной фигурой с приятными мягкими изгибами в нужных местах. Милое, немного юношеское личико с правильными чертами. Длинные темные волосы, которые прекрасно сочетались с ее большими открытыми глазами изумрудного цвета. Мы, в своих северных широтах избалованы изобилием женской красоты и часто не обращаем на нее внимания, а вот южные мужчины, готовы восторгаться без устали подобными дамами. Когда Светка первый раз в жизни поехала за границу, в Египет, местные мачо, а мачо там как известно это все представители мужского пола, даже почтенные пузатые старцы пожившие свое, долго цокали языками ей вслед. Они предлагали товар по бросовым ценам, а иногда и вовсе даром, лишь бы прикоснуться к руке северной красавицы. Отец за такую внешность, впрочем считал ее, как и мать ведьмой, что добавляло агрессии к его пьяным нападкам на обеих. Это случалось всегда с ним после обильно выпитого. Он начинал чувствовать себя скверно и считал, что главными виновницами подобного состояния являются его женщины: жена и дочь. В последнее время настроение у него все чаще и чаще становилось скверным, поэтому после смерти матери Светлана с огромной радостью вверила свою судьбу вовремя оказавшемуся на ее жизненном пути Виктору.
Светлана, не блиставшая успехами ни в школе, ни в колледже, который закончила с грехом пополам из-за семейных неурядиц, вот уже несколько лет трудилась рядовым бухгалтером в одной довольно крупной и респектабельной компании. Правда ее должностной оклад, говорил об обратном. Нельзя сказать, что оклад был невелик, но хотелось большего. Да и некоторые девчонки, с которыми они получили дипломы одним июньским долгожданным днем и которые не подавали особых надежд тогда, сейчас получали в других, пусть даже менее респектабельных местах, чуть ли не вдвое больше. Поэтому неудивительно, что с некоторых пор по дороге домой, после каждой получки или аванса, уверовав в чудо, Светлана заходила в небольшую лавочку, находящуюся в одном крупном торговом центре. Там она покупала три билета «Русского лото» и делала одну ставку в лотерее «6 из 45». Причем числа эти были постоянными. У каждого игрока существуют свои рецепты счастья, пусть даже эти рецепты самого счастья и не приносят. Вот эти числа: 20 - ее День рождения. 7 — День Рождения мамы. 19 — день, когда она ушла из дома к Виктору. 42 - это число ей приснилось во сне сияющим, окруженным золотыми лавровыми листьями, его она ценила особо. 13 — потому, что считалось несчастливым, но было по необъяснимым причинам для Светланы почти таким же ценным, как и 42. Последнее — 33. По магическим расчетам девушки среди чисел не хватало какого-нибудь из третьего десятка, которое обязательно должно было присутствовать в этой «веренице удачи». Ей казалось что игнорировать целую декаду знаков нельзя и она и выбрала 33. И натолкнула ее на это выбор случайно услышанная песня из кинофильма «Тридцать три коровы». Вспомнив, что случайностей в жизни не бывает, Светлана окончательно сформировала свой числовой код, которому никогда не изменяла и свято верила в его конечный успех.
Ее всегда тепло приветствовал хозяин лавочки по имени Сергей, работающий по наблюдениям Светланы с основания этой «фабрики несбыточных грез». Причем кроме него из персонала она здесь больше никого ни разу не встречала. Он был юрким, невысоким, темноволосым мужчиной средних лет. Серьезным и озабоченным какими-либо проблемами Светлана никогда его не видела. Сергей то и дело улыбался, оголяя стройный ряд нижних, ослепительно ярких золотых зубов и все время находился в приподнятом настроении. Но самой главной фишкой Сергея был пластмассовый стаканчик в руках. Этот предмет, стал неотъемлемой частью его образа, главным фетишем и с ним продавец билетов не расставался никогда. Он то и дело отхлебывал из стаканчика, доставаемого из-под высокого прилавка странную желтоватую жидкость, похожую на нечто самодельное (почему-то Светлана думала именно так). Причем уровень жидкости, визуально всегда оставался прежним - чуть выше половины. Что это был за напиток: вино или что-то покрепче, Светлана понять так и не могла. А спросить все не решалась. Странным оставалось то, что пьяным Сергея она никогда не видела, но нотки алкоголя исходящие от напитка и долетающие до нее при беседе ,говорили о том, что жидкость явно была веселящей.
-Свет, - начинал он обычно, когда видел в своем павильоне, протягивающей деньги, -Ну когда на Канары-то рванем? Я тебе тройку билетов припас, ну точно фартовые! Ну сто пудов! Только уговор - про меня не забудь! А то зазнаешься и ищи ветра в стоге сена!
После этого он обычно раскатисто и заразительно смеялся, сверкая золотом и отхлебывал из стаканчика приличную дозу своего тайного напитка. Потом он вручал сжимая двумя ладонями, как будто бы секретную записку лотерейные билеты. Светлана подставляла руки и в них оказывалось три разноцветных купона, которые она убирала в сумочку, а Сергею отвечала заливаясь смехом обычно что-то вроде:
-Серега, ты первым обо всем узнаешь. Я тебе с другими не изменяю! Я женщина в финансовом плане верная! – Чем приводила своего приятеля в неописуемый восторг и он бросал ей на прощание:
-Все буду держать за тебя кулачки. До аванса!
За всю историю самый крупный успех Светланы составил чуть меньше четырех тысяч рублей. Три раза ей удавалось стрясти с устроителей лотереи около тысячи. Ну а выигрыши равные или чуть большие стоимости ставки за победу Светлана не считала за успех. Неудачи впрочем не удручали ее и она с упорством продолжала следовать своей традиции. Она надеялась все-таки однажды сорвать куш и купить на эти деньги собственный небольшой уютный домик, где-нибудь в близком Подмосковье, чтобы спокойно жить там, позабыв о всех невзгодах, неприятностях и вообще, обо всем, что сейчас заставляло ее нервничать и впадать в депрессию. Виктора она рядом с собой в этом доме в своих фантазиях не представляла. Ее больше привлекало одиночество и независимость.
Виктор напротив был, как многие русские мужчины человеком непривлекательным и неброским: нос широкий, лицо незапоминающееся, вытянутое и рябоватое. Волосы русые, короткие, а на макушке, так и вовсе намечалась легкая проплешина. Стройным назвать его назвать можно было с натяжкой, начинавший жить своей собственной жизнью живот к этому не располагал. Если бы Виктора, соверши тот какое-либо преступление, пришлось описывать какому-нибудь свидетелю на допросе у следователя, то свидетель сказал бы:
-Особых примет нет, ничего примечательного...
Учился Виктор хорошо, в скверных компаниях в которых распивался с малолетства алкоголь, курили странные папиросы и принимали неведомые обычному добропорядочному гражданину химические вещества внутрь, замечен не был. Напротив, его единственным другом был такой же «хорошист», и человек без яркой профессиональной мечты Сашка Бондарев. Поэтому закончив одиннадцать классов, они без труда поступили в строительный институт. Это заведение порекомендовал ребятам отец Виктора, обрисовав бывшим школьникам яркие перспективы стремительно развивающейся строительной индустрии раннего капитализма. Через пять лет, неплохо соображая в вентиляции и теплоснабжении, они на практике с энтузиазмом демонстрировали свои познания на всевозможных строительных площадках Москвы и области. Отдав этому нелегкому делу несколько лет, друзья пришли к выводу, что работая на совершенно чужих и зачастую довольно прижимистых людей, вряд ли разбогатеешь сам, ну если только не предпримешь что-то незаконное. Исходя из этих соображений ребята решили работать на себя. Виктор, будучи человеком усидчивым, но часто простужающимся на суровых, продуваемых всеми ветрами стройплощадках, стал отвечать за расчеты с чертежами и большую часть времени проводил дома за компьютером. Лишь иногда, в начале или в конце проекта он выезжал на объект. А Сашка, не любивший находиться дома, ввиду того, что вынужден был проживать с одинокой стареющей, ворчливой и придирчивой мамой, не дающей ему спокойно жить в свое удовольствие, не прочь был целыми днями пропадать на стройке, руководя небольшой бригадой, состоящей из двух человек. Поначалу дела у предпринимателей шли хорошо, но очередной кризис внес свои коррективы в планы бизнесменов и те, все реже стали находить клиентов, а найдя, с трудом выбивали с них заработанное. Бывало, что друзья сами оставались без зарплаты, жертвуя ее своим подчиненным, ради сохранения бизнеса.

***

Давным-давно, в день когда Виктору стукнуло семь лет, родители ранним утром осторожно зашли в его комнату. Они решили перед тем, как сын отправится в школу поздравить его и вручить подарки. В руках у мамы была желтая коллекционная машинка, а отец, держал небольшой круглый аквариум наполненный водой. На дне сосуда лежала кучка мелких камней и из них торчало растение, чем-то напоминающее осоку. Он установил его на широкий подоконник и остывающий ноябрьски солнечный свет, проходя через изогнутое стекло, причудливо, с зеленовато-желтым отливом отражался перемещающимися узорами на противоположной стене. Затем он плеснул из небольшой майонезной банки внутрь аквариума рыбку с хвостом, похожим на вуаль и с такими же длинными, утонченными плавниками, придающими аристократичность всему ее облику. Чешуя на ней горела красновато-золотым отливом и рыбка неторопливо, беззвучно хлопая ртом обследовала свое новое жилище, ловко пробираясь между листьями. Маленький Витя завороженно любовался подводным миром и совершенно не обращал внимания на машинку, которая перекочевала в его руки. Этим он немного расстроил маму. Игрушку она достала по великому знакомству и за приличную сумму. А на коробке красовалась престижная надпись made in Great Britain.
Это утреннее событие в дальнейшем, словно бы дало толчок к более тесному взаимодействию Виктора с окружающим животным миром, представители которого вселяли в него неописуемый восторг и бурю эмоций, в независимости от своего облика и среды обитания. Он часами мог наблюдать, сидя на краю болота, за тем как ярко окрашенный тритон всплывает за глотком воздуха на поверхность воды, как жуки-плавунцы гоняются за добычей, а стаи дафний и циклопов, словно туманности в космосе неспешно мигрируют, смакуя невидимыми глазу водорослями и другими простейшими. Несколько раз он приносил домой подобранных птенцов, котят и щенков, но все это ненадолго задерживалось в квартире ввиду брезгливости и отрицательного отношения мамы ко всякой уличной «нечисти». Таким режущим ухо словом она величала всех тех, кого Виктор боготворил. На несколько лет в их доме прижился лишь небольшой и жизнерадостный хомяк Федор, не покидающий комнаты Виктора и этим своим единственным положительным качеством не досаждавший строгой маме.
У Виктора, как и любого другого ребенка имелась своя детская мечта. Парень мечтал о щенке. Каждый вечер, пожелав спокойной ночи родителям он ложился поудобней в кровать, закрывал глаза и мечтал о своей собаке. Мальчик представлял, как щенок вырастет в настоящего верного, умного и надежного друга с которым можно часами бродить по любым заповедным и неизведанным местам, ничего не опасаясь. Как они будут играть, а потом отдыхать, коротая вечера за чтением книг о природе и вообще, жить душа в душу. Ведь определенно, у собаки она имеется эта душа. Чего только стоит выражение глаз и морды пса, который встречает хозяина или просто радуется, играя с ним. А когда грустит ее, душу, видно невооруженным глазом. Одно плохо - сказать четвероногий ничего не может. Хотя и здесь случаются исключения и находятся собаки, воспроизводящие кучу разных звуков, временами похожих на человеческую, пусть и невнятную речь. Но родители однозначно давали понять, что собаку в доме они не потерпят. И поэтому единственной отдушиной в его жизни был хомяк, проживший короткую, но яркую жизнь, круглый аквариум и чуть ли не еженедельное посещение «Птичьего рынка». Существовал такой в свое время в Калитниках.

«Птичий рынок»
Первый раз его туда привез дед, живший неподалеку, на Таганке. Виктор как раз гостил тогда у родителей отца на осенних коротких каникулах. Дед разбудил его довольно рано в то пасмурное, малообещающее воскресное утро. Быстро позавтракав они вышли из дома в темноту, сели на троллейбус и миновав Абельмановскую заставу и вышли на Воловьей. Там они влились в людской ручеек, направляющийся куда-то во дворы кирпичных и невзрачных пятиэтажек. Немного пройдя старик с мальчиком оказались у трамвайных путей, за которыми, стояли старорежимные одноэтажные здания с покатыми крышами и большими окнами с белой окантовкой. На строениях красовались надписи: «Охотник» и «Зоомагазин». Виктор подумал, что это и есть Птичий рынок, но дед отрицательно замотал головой и потащил его дальше. Между зданиями зарождалась, бурлила и двигалась в разные стороны, меняясь в размерах, довольно внушительная толпа посетителей, заходящих и выходящих сквозь раскрытые ворота посреди короткого металлического забора. По бокам у входа-выхода, как мраморные львы, охраняющие лестницу дворца эпохи барокко, располагались бабки в белых, замызганных передниках, сидящие с огромными мешками семечек и предлагающие их желающим по лихой цене в десять копеек за маломерный стакан.
-Семечки! Берем семечки, ребята. Мытые, Жаренные! – Не уставали они повторять одно и тоже. При этом они то и дело отгоняли назойливых воробьев и пацанов, пытающихся бесплатно урвать горсть семян у какой-нибудь занятой сворачиванием кулька из газеты или просто зазевавшиеся товарки. Немного в стороне, сновали люди, которые явно не спешили заходить внутрь. Они либо держали на руках, либо прятали за пазухой котят, щенков или голубей и предлагали их проходящим мимо посетителям. Кто-то останавливался и рассматривал живой товар. Но дед будто бы опаздывая на Транссибирский экспресс, дернул за руку оторопевшего внука, отведя его от подвыпившего мужичка, пытающегося сунуть в руки мальчика небольшую пятнистую собачонку и с надеждой кричавшего им вслед:
-Дед, возьми щенка пацану! За два рваных отдам! Дорого? А за рупь пятьдесят?
Они протиснулись в ворота - главный парадный вход, рядом с которыми, однако, красовалась надпись «Калитниковский рынок». Мальчик удивленно посмотрел на деда, но тот пояснил:
-Это так он официально именуется. Район здесь такой с давних пор - Калитники. А все люди зовут его Птичьим.
Каждый раз в последствии, при виде этой нехитрой, конструкции с надписью, которую вскоре, с приходом новых времен заменили на народное название, сердце Виктора сжималось от предвкушения праздника. Невзрачные, перекошенные ворота служили сказочным порталом в удивительный и буйный мир живого и первозданного, так неожиданно оказавшегося в многомиллионном и мрачным городе, постепенно разрастающимся и закатывающим в асфальт и бетон все живое, попадающееся на его пути. Для кого то этот безжизненный рост казался естественным и нормальным процессом – победой прогрессивного над архаическим. А кто-то, как Виктор пытался хоть на время скрыться от буйства цивилизации в таком вот оазисе. Здесь его всегда ждало спокойствие и умиротворенность, а каждое посещение, превращалось в удивительное и увлекательное путешествие.
Первыми встречали покупателей ряды с рыбками. Галдеж тут стоял неимоверный, а проталкиваться вперед приходилось с трудом. Досаждали и мешали пройти невзрачные мужички, достающие из внутренних карманов своих потертых пальто майонезные стеклянные банки кишащие, мелкими разноцветными гуппи. Но дед резко обрубал их намерения сбыть задешево свой товар и подвел наконец Виктора к месту где располагались официальные продавцы. Они стройными рядами стояли за своими аквариумами, над которыми в воздух поднимался легкий белый пар. Стройная и нескончаемая шеренга с подводными обитателями мгновенно привела маленького Витю в неописуемый восторг и он испытал самый настоящий шок, на время лишившись дара речи. Он жестами показывал свое восхищение, то и дело тыкая пальцем в очередной, поразивший необычностью заполняющих его обитателей сосуд. Рыб таких необычных форм и расцветок ребенок, конечно же никогда не встречал и поэтому долго не мог отойти от каждого нового, попадающегося на его пути аквариума. Деду приходилось проталкивать внука вперед и ворчать время от времени:
-Витюша, мы так ничего не успеем посмотреть. Шустрей, шустрей!
В нос бил незнакомый, чуть сладковатый специфический запах. Впоследствии он стал ассоциироваться у Виктора не только с этой частью «птички», но и со всем рынком и всегда вызывал в душе его бурю эмоций, подобных тем, что нахлынули на парня в то первое посещение. Природу этого аромата Виктор выяснил позже. Дело в том что обогрев узких аквариумов из оргрстекла в которых демонстрировались рыбки осуществлялся при помощи газа. У каждого продавца был нехитрый кондовый комплект, который быстро трансформировался в ящик с ручкой. К конструкции этой неизвестно кем разработанной, а самое главное состряпанной, подключался газовый баллон. Получалось, что обычный невзрачный ящик из отечественных материалов, наверняка вынесенных с какого-нибудь советского секретного завода, за несколько простых манипуляций, превращался в демонстрационную витрину на ножках. Даже в сильные морозы вода в таком аквариуме не замерзала, внутри бурлили пузырьки воздуха и рыбы вполне сносно там себя чувствовали.
Продавцы да и присутствующая здесь публика нравилась Виктору. Нередко среди тех и других попадались прилично одетые, интеллигентного вида люди. Одни с интересом разглядывали аквариумы плотно забитые яркой тропической подводной живностью и что-то спрашивали, а другие охотно отвечали. Мальчик завороженно прислушивался к их диалогам, то и дело раздающихся с разных сторон. Продавцы не уставали подробно и неторопливо объяснять особенности содержания своих экзотических рыбешек названия некоторых изумляли Витю, несмотря на его довольно глубокие познания в этом вопросе. То и дело доносились незнакомые для него слова звучащие, как заклинания из уст средневековых магов, взмахивающих волшебной палочкой и произносящих:
-Анциструс Кларо.
-Отоцинклюс аффинис.
-Гирардинус металликус.
Вскоре деду, уже пожалевшему, что они завернули в эту часть рынка удалось самым настоящим образом оттащить завороженного мальчика от очередного аквариума. Витя сначала немного покапризничал, но увидев перед собой большие оцинкованные корыта обильно наполненные водными растениями всевозможных форм, цветов и размеров, снова воспрянул духом. Дальше стояли такие же корыта, кишащие дафниями, циклопами и каретрой – натуральными живыми кормами для рыб. Парня это удивило и он высказался по этому поводу, указывая на них рукой:
-Деда, да на нашем болоте такого добра пруд пруди! Я их сам ловлю для своих рыбок.
-Ну вот видишь, экономия, получается, - рассмеялся дед.
-А вот мотыля у того дяди можно купить. Такого мелкого и чистого ни в одном магазине не сыщешь.
-Пятьдесят копеек, - объявил хриплым и почти бесшумным голосом мужик одетый в синюю, вытянутую олимпийку и накинутую поверх нее коричневую болониевую куртку с засаленными рукавами. Создавалось впечатление, что он был пьян и все движения его казались рассеянными и округлыми.
Дед покряхтел и полез в карман за полтинником. Однако, увидев деньги продавец, мгновенно сконцентрировался и ловко зачерпнул грязным спичечным коробком порцию извивающегося и копошащегося мотыля. А после быстро завернул его в приготовленный кусок газеты «Известия».
За водным царством начиналось царство сухопутное, но путь к нему перекрывала пара рядов со всевозможной экзотикой. Старик хотел побыстрее проскочить это место, так как терпеть не мог большинства здешних обитателей. Его заставлял вздрагивать один только вид насекомых, пауков и скорпионов, привезенных с юга нашей необъятной Родины.
-Витя, сынок, давай ка мимо пройдем, не люблю я их. Вот кто может купить такую гадость? Только долбанутый!
Народу там было поменьше, чем у входа, да и продавцы не так охотно шли на контакт со всякими бесполезными с их точки зрения зеваками пришедшими сюда ради любопытства. Они высчитывали и вычленяли нужного, не от мира сего, покупателя. И найдя такого, делали все возможное, чтобы тот не ушел пустым.
Маленький Витя не разделив пессимизма деда, сумел вырваться и подбежать к стойке на которой стоял ящик с прозрачной стенкой. В нем на сухой ветке, сидел богомол, похожий на какое-то внеземное, инопланетное существо. Зацепившись задними лапками и медленно перебирая непропорционально большими передними, он довольно выразительно вращал огромными причудливыми глазами. Казалось, что он смотрит на мальчика и что-то пытается ему сказать. Правда узнать об этом Виктор так и не смог. Подоспевший и рассерженный дед поволок его вдоль ряда и мальчику удавалось только краем глаза наблюдать за скоплением необычных существ, неизвестно как оказавшихся на этом пятачке. Больше всего Виктора поразила тогда огромная, где-то в полтора метра длиной рептилия. Ее надежно приковали увесистыми цепями к прилавку в нескольких местах. Чешуйчатый, полосатый гад, смотря в одну точку резко выбрасывал раздвоенный язык из своей широкой и ужасной пасти и напомнил Вите увеличенную копию тритона, которых юный натуралист иногда отлавливал в своем любимом болоте. Поймав очередного земноводного, он помещал его в банку и наблюдал за ним весь день, но ближе к вечеру всегда отпускал обратно в болото. А продавец тем временем объяснял, какому-то очкастому студенту с изумленным лицом, что это среднеазиатский варан и что ударом хвоста он может запросто повредить ногу человеку. Одним словом давал понять, что питомец серьезный. Мальчик до последнего созерцал эту картину, но дед упрямо, словно грейдер в заснеженном поле, шел дальше и вскоре весь экзотический участок скрылся из виду. Витя так и не узнал, купил ли в тот день парень варана или передумал. Наконец старик ослабил хватку и скомандовал:
-Шагом марш!! – и взмахом головы указал направление.
Витя подбежал к видавшим виды, потрепанным прилавкам с покатыми крышами. На прилавках в один ряд стояли клетки со всевозможными грызунами. Продавцы, в основном женщины, сразу же обратили внимание на потенциального клиента и стали бойко расхваливать своих морских свинок, крыс и хомяков. Мальчик растерялся и не знал, кого из них слушать, но вскоре интерес его приковали полосатые бурундуки. Они весело носились друг за другом по стенкам своей клетушки, цепляясь коготками за мелкие ячейки сетки и бойко грызли кедровые орешки держа их лапками, похожими на человеческие руки.
-Смотри какие красивые, в полосочку! – восторгался мальчик.
Дед встал рядом и улыбаясь некоторое время наблюдал за их игрищами, а затем подвел парня к хомякам. Те спали сбившись в большую кучу. Но один коричневый их собрат, потеряв покой без устали бегал в колесе, ловко перебирая короткими ножками.
-А давай возьмем, хомяка? Бурундук – зверь непростой, с характером. А с хомяком ты сам справишься. Будешь его кормить, убираться в клетке, а потом играть с ним. А с мамкой и папкой я поговорю. Не дрейфь! – неожиданно предложил дед.
Услышав про дипломатическую миссию деда на переговорах с родителями по поводу заведения домашнего животного Витя обрадовался и в знак согласия закивал головой.
-Ну тогда мы ещё походим, посмотрим а после купим, вот этого, шустрого. Договорились?
-Договорились! – торжественно отрапортовал внук и указывая рукой закричал, - Туда хочу, к птицам!
Птичьи ряды открывались голубями. Там царил нешуточный ажиотаж и публика присутствовала, в большинстве своем, простоватая и однотипно одетая - обычные парни с рабочих городских окраин. Где еще можно в Москве было держать голубятню? Тут и там мелькали модные тогда трехцветные шапки-петушки, надетые на макушки. В толпе, выделялись ребята в телогрейках и кирзовых сапогах отрывисто курящие на блатной манер, держа сигарету большим и указательными пальцами. Они сплевывали слюну сквозь зубы и громко матерились, обсуждая свои дела.
-Витя, аккуратней, сторонись гопников и уши не развешивай,- предупредил дед и косясь на разнузданных ребят покрепче схватил за руку внука.
Голубей предлагалось великое множество и они совсем не походили на городских, тех которых Виктор привык наблюдать в своем дворе. То и дело кто-то брал птицу в руки и не вынимая сигареты или папироски изо рта, переворачивал и понимающе смотрел на расправленное крыло. Продавец утверждал, что голубь чист и здоров, а покупатель, обнаружив что-то дефектное в оперении пытался сбить цену.
Дед, до этого безучастно сопровождающий внука вдруг ожил. Казалось, что он немного помолодел, перестал сутулиться и шаркать ногами, а в тусклых глазах зажглись огоньки азарта. Он уверенно брал в руки птиц у разных продавцов и подолгу ими любовался. А в какой-то момент своего душевного подъема дед расчувствовался и поведал Виктору:
-Я, Витюня, в молодости сам гонял на Таганке голубей. Но только у нас все культурно было. Мы на голубятне не пили и не матерились, как вот эти! – и покосился на гопников. – Мы там девчонкам свидания назначали! Мы с бабушкой твоей первый раз на голубятне поцеловались…
Они задержались в этом бойком месте и дед без устали объяснял:
-Это вон видишь, надутый какой и важный, дутыш называется. А это почтари...а тот с гривой — немецкий монах.
Наконец крики зазывал, гопники с их перебранками, едкий табачный дым витавший здесь повсюду, суета и ажиотаж сделали свое дело. Витя поник и безучастно смотрел куда-то сквозь толпу не реагируя на слова деда. Тот не на шутку растерялся и подумав немного предложил:
-Пойдем-ка, по пирожку съедим, отдохнем. Замучил я тебя со своими голубями, видать.
Перерыв пошел на пользу. Голодный ребенок, к радости дедушки умял два пирога с рисом и два с повидлом, запив их жидким и слегка отдающим легким привкусом замоченных половых тряпок, но сладким чаем. Через десять минут глаза его снова загорелись и он был готов к продолжению путешествия. Миновав голубятников они оказались в самом настоящем тропическом раю. Тысячи разнообразных птичьих голосов разрывали пространство на тысячи кусочков, собрать которые воедино было бы непросто, возьмись кто за такую нелегкую задачу. Тон задавали канарейки, им вторили волнистые попугаи и ещё какие-то не менее яркие птички, названий которых Витя не знал. А снизу в клетках разных конструкций и размеров, сидели огромные кичливо окрашенные ары, нежные неразлучники и ослепительные какаду. Особенно сильно поразил маленького Виктора жако с невероятно умным взглядом всезнающего мудреца. Ему непременно захотелось себе такого же, самого болтливого из всех попугаев. Мечтатель мгновенно представил себе, как они неспешно будут обмениваться мнениями о просмотренной передаче «В мире животных» каким-нибудь хмурым зимним днем. Он стал дергать деда за карман, ибо слов тот, сам очарованный птичьим щебетанием не слышал. Наконец тот отвлекся и Виктор выпалил:
-Дед, а давай вместо хомяка попугая жако возьмем?
-Ты что, ты что! – замахал руками старик. – Ты знаешь сколько такой стоит? Рублей двести, если не больше. А клетка? Да еще и не прокормишь его!
Витя расстроился. На невесть откуда взявшихся здесь и кажущимися чужими на этом райском острове кур, уток и гусей он смотрел безучастно. А огромный индюк с нелепой «сосиской» на носу и вовсе привел парня в уныние и дед, дабы разрядить ситуацию да и вообще подвести к логическому завершению экскурсию, повел его в святая святых этого оазиса — участку, застолбленному кошатниками и собачниками.
По пути Витя с удивлением для себя обнаружил огромного грязного барана неподвижно, стоящего в окружении жующих сено и суетливо двигающихся аккуратных белоснежных козочек.
-А зачем здесь эти рогатые?-, указывая на разношерстное стадо растерянно спросил мальчик.
-Так они здесь, вроде как хозяева. Рынок и назвали «птичьим», потому что давным-давно тут продавали кур, гусей и разную другую птицу. А еще и коз, и баранов… Да кого только не продавали! Крестьяне из деревень привозили их сюда, а люди городские покупали. Они из них суп варили или котлеты делали.
-Дед, а из этого барана тоже котлету сделают?
-Да увезут его обратно, кому сейчас баран нужен? Ты лучше сюда посмотри, вон, видишь, какие сидят хлопцы?
В довольно просторной клетке, стоящей на земле находилось несколько пушистых породистых котят серого цвета, они жалобно мяукали пытаясь выбраться наружу. Хозяйка аккуратно отсоединяя их лапки от прутьев, заигрывала с ними перышком, привязанным к длинному прутику. Но только Виктор с дедом успели сделать пару шагов в сторону пушистой компании, как были молниеносно остановлены резвой бабушкой в коричневом засаленном плаще и синем платочке, окаймляющем старческое, сморщенное лицо. Она ловким, движением фокусника, достала из-за пазухи пару полосатых малышей и вполне себе задорным и бодрым голосом произнесла:
-Ребята, берем котят! По рублю отдаю, последние!
-Иди ты своей дорогой, не нужны нам твои кошаки,- резко ей ответил дед,- Не хватало лишая от них какого-нибудь подцепишь!
-Какой лишай? Это Маркиза, девочка моя народила. Она чистая у меня! Сам ты лишайный, черт старый! - при этом старушка так же ловко спрятала свой товар за пазуху и довольно быстро куда-то скрылась.
Долго, впрочем здесь задерживаться они не стали. И пробежали «кошачьи» ряды, крупной рысью словно опаздывая куда-то. Остановившись только лишь у огромного, вероятно сибирского кота, походившего на ученого героя пушкинского «Лукоморья». Тот равнодушно сидел на красном бархатном пуфике, прикрыв глаза и казалось что вся суета мира нисколько не могла его потревожить. И лишь только когда Витя почти прокричал:
-Деда, какой жирный!
Тот слегка приоткрыл недовольные желтовато-зеленые очи, презрительно взглянул на нарушителя покоя, зачем-то нервно облизал лапу и снова впал в уютное медитативное состояние.
-Мальчик, не трогай щенков, мамка нервничает! Отойди! Кто там взрослый с ребенком? Вы куда смотрите? - прокуренным грубым голосом отгоняла Витю от малышей дородная женщина с лицом мясника, одетая в модную и дефицитную, импортную синюю «аляску» с коричневым искусственным мехом на капюшоне.
Мамка размером с теленка и с гривой, не меньшей, чем у приличного льва, равнодушно наблюдала, за происходившим лежа чуть в стороне. Грозный вид огромной собаки произвел нешуточный трепет в душе ребенка. Витя, поначалу ее не заметивший, отпрянул от виляющих хвостиками милых щенков, которые уже вовсю обнимали его своими толстенными лапами, пытаясь лизнуть в щеку. Он уперся спиной в подоспевшего деда.
-Пойдем отсюда. Смотри вон таксы какие потешные, а вот бульдожки. А то эта цапнет еще. Кто знает, что у «кавказца» на уме? – Переживал дед- Я когда в армии служил подкармливал одну такую. После обеда из того что давали, часть ей всегда приносил….И что же? Однажды подошел, треплю ее по холке, Найда, Найда, а она как в ногу мне вцепится ни с того ни с сего. Хорошо что сапоги с портянками раньше носили. Я ногу-то из сапога вынул и бежать, а она с обувкой моей в пасти стоит глазами бесстыжими пялится. А потом она офицера одного важного из гарнизона цапнула. Он с проверкой, значится приезжал. И на тебе, искусали! Ее, сразу как майора того отвезли в амбулаторию, на заднем дворе за свинарником-то и застрелили из карабина. Аж три патрона капитан наш Сидоренко всадил, пока не угомонил ее! Суровый мужик был, но алкаш! Царствие ему небесное…
-А почему ты так сказал - «царствие небесное»? – удивился Витя.
-Да помер он. Ровно через месяц, как Найду застрелил. День в день. Пришел на службу с утра, а после построения на плацу и помер ни с того ни с сего.
-Дед, а жалко тебе Найду эту было?
-Жалко… Но что поделаешь, в армии приказы не обсуждаются. Хоть сапог мой и сожрала, а зла на нее не держал. Живое все же существо. С кем лиха не бывает? Вон мы с бабкой бывает утром поругаемся, чуть не до драки. Да что с нее взять? Сварливая баба, одно слово! Не стрелять же ее из карабина за это. А вечером дружим уже. И по рюмочке даже иногда за здоровье пропускаем!
Щенков предлагалась здесь огромное количество. Увидев это пушистое многообразие Витя сразу же забыл про родительские запреты и про то, что его ждет покупка хомяка. Он готов был забрать любого щенка, в независимости от породы: и лохматого от московской сторожевой, и кудрявого от малого пуделя, и остроносого добермана и его антагониста - плоскомордого боксера. Даже забытые ныне французские болонки не ассоциировались у него тогда с истеричными, вечно вступающими в перепалки с владельцами крупных псов старушками. Сознание его будто бы вырвалось из оков, созданных родительскими запретами и он, уже считая себя хозяином одного из этих щенков, важно смотрел на окружающих, всем своим видом демонстрируя им этот свой статус… Впрочем состояние эйфории в душе ребенка продлилось недолго. Почуяв неладное, а самое главное вспомнив наказ невестки: «Никаких животных!», дед яростно потянул внука прочь. Он действовал словно буксир - мощно, бескомпромиссно и уверенно толкая внука к выходу.
Нужно заметить, что посетителей с детьми на рынке присутствовало немало. Некоторые из них, под контролем мам и пап выбрали себе какого-нибудь пушистого друга. Но были и созерцатели, такие же как Виктор. Вскоре кто-то молча, а кто-то со слезами покидал это волшебное место. Маленький Витя оказался как раз из разряда рыдающих и дед уже жалел, что устроил ему экскурсию. Даже обещанное приобретение хомяка, честно и безупречно исполненное, не вывело парня из этого ужасного состояния. Мальчик равнодушно смотрел на суетливого зверька, потешно обнюхивающего его руки. Деду пришлось поступать кардинально - взять внука на руки и пробираясь сквозь плотную и гудящую толпу, стараясь не упустить новоявленного грызуна, копошащегося где-то во внутреннем кармане пальто, плюхнуться в набитый безбилетниками трамвай, чтобы потом с пересадкой добраться до дома.

Несмотря на горькие слезы, от обиды, да и от усталости, чего греха таить, тот день навсегда врезался в память Виктора. Он стал одним из самых ярких событий и чем-то определил его дальнейшие интересы, взгляды и поступки. По крайней мере покупка лисы вряд ли бы произошла, не отвези его дед ранним осенним утром в это несуществующее и забытое ныне место. Сейчас о «птичке» напоминают лишь облагороженные трамвайные пути, старинное кирпичное здание 1902 года постройки с красивой, резной белой отделкой - бывшее городское училище, а ныне колледж сферы услуг № 3, да Калитниковский пруд у близлежащего кладбища, в который по поверью, некоторые торговцы скидывали нераспроданных щенков, да котят. Рынок снесен бульдозерами и его бывшая территория застроена новыми домами, многие жильцы которых вряд ли знают, о бурном историческом прошлом тех мест.

***

А вот Светлана, напротив, никогда не мечтала ни о какой живности. В доме у них жила несчастная кошка Маруся, любимая матерью и люто ненавидимая отцом. Хотя сложно представить, что подобный человек мог бы проявить симпатии к кому-то живому, разве что к неодушевленной водке, недаром ее называют «мертвой водой». Стоило кошке попасться на глаза папаше, как тот с неистовостью, дворовой собаки гнался за ней называя «шельмой» и пытаясь хорошенько пнуть ее ногой или врезать тем, что было в руке. Выручал несчастное животное лишь книжный шкаф, на который та научилась ловко запрыгивать с табуретки или открытая дверь квартиры. Однажды, спасаясь от преследования, Маруся забежала в детскую, где Света играла со своим медведем в школу, посадив единственного ученика на свой детский стульчик и изображая из себя учительницу. Кошка, не долго раздумывая, спряталась под шифонером на массивных ножках и стала издавать, находясь там, какие-то неприветливые чревовещательные звуки в ответ на замечания учительницы о том, что опоздавшим принято спрашивать разрешения, чтобы войти в класс. Тогда возмущенный преподаватель попытался достать из-под шкафа и хорошенько отругать невежественного ученика. Но тот, видимо из-за пережитых ранее нескольких шокирующих мгновений, словно в отместку за унижения полученные от отца, вцепился в руку ребенку передними лапами и несколько раз полоснул когтями задних по этой самой детской ручонке. А для пущего эффекта еще и укусил. Раны оказались серьезными, пришлось даже бежать в травмпункт, благо мама только пришла с работы. После этого инцидента у Светы остались шрамы, которые «украшали» впоследствии внутреннюю сторону предплечья. А кошку в тот же день выставили за дверь, вот в общем и все значимые Светкины контакты с природой.

***

Познакомилась Светлана с Виктором на дискотеке. Тот был на пике своей карьеры и они с Сашкой могли себе позволить немного покутить и расслабиться. Родители парня к тому времени разочаровавшись в комфортабельной городской жизни, уехали в деревню, в теплую и плодородную Белгородскую область, оставив квартиру сыну. После танцев захмелевшая и гогочущая компания: друзья бизнесмены и Света с подругой отправились к Виктору. Подружка, впрочем, не проявила должного внимания к Саше и даже отказалась ложиться с ним спать в одной комнате, уединившись и свернувшись калачиком на кухонном диване. А вот над Виктором со Светланой, в тот вечер, зажглись звезды. Саша долго не мог тогда заснуть: сначала его мучила обида по поводу одиночества. Ему казались ужасными итоги того вечера. А затем то и дело его заставляли вздрагивать звуки гитары, которую Виктор терзал до рассвета, пытаясь произвести впечатление на Светлану. Ну а скрипы старой кровати из соседней комнаты, наоборот воздействовали на него успокаивающе и под самое утро, тот по-детски улыбаясь, наконец-то уснул.
Через месяц, после недолгого цветочно-конфетного романтического периода свиданий и встреч, девушка как-то вернувшись домой, осторожно, пока отец храпел и сопел в пьяном угаре, растянувшись на ее диване, забрала свои вещи и поймав такси, в скорости оказалась у Виктора. Тот в преддверии плодотворной рабочей недели уже отдыхал и не ожидал столь позднего визита. Заспанный, с всклокоченными волосами, в одних трусах он открыл дверь. Увидев любимую, он сначала улыбнулся, а потом удивленно посмотрел на ее хозяйственную сумку и небольшой чемодан и настороженно поинтересовался:
-Из дома, что ли выгнали?
-Сама ушла. Не могу я больше так. Достал меня папаша со своими пьянками!
-Вот Дела... – сказал Виктор немного растерянно, чем немного заставил Светлану насторожиться. Но буквально через секунду словно опомнившись улыбнулся, взял вещи и мотнул головой, - Ну заходи тогда. Чего в дверях-то стоять?
Так и началась их совместная жизнь.

Сказали спасибо (1): dandelion wine
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
    • 100
     (голосов: 1)
  •  Просмотров: 55 | Напечатать | Комментарии: 5
       
29 сентября 2019 13:17 dandelion wine
avatar
Группа: Редакторы
Регистрация: 31.05.2013
Публикаций: 88
Комментариев: 9010
Отблагодарили:608
Цитата: Семен Воронов
А про правило трех публикаций буду знать. Ухожу в тень))

2!! публикации)) Не уходите надолго-то, завтра и выложите)) flowers1

Публикации можно легко редактировать, нажав на значок серенькие очки перед зелёным плюсиком на странице публикации, или на Панели пользователя - нажав Админцентр. greeting

"Ложь поэзии правдивее правды жизни" Уайльд Оскар

       
29 сентября 2019 13:15 Семен Воронов
avatar
Группа: Авторы
Регистрация: 20.02.2019
Публикаций: 20
Комментариев: 22
Отблагодарили:28
dandelion wine, Короче не получается... Точнее не получилось...что вышло, то вышло....))) А про правило трех публикаций буду знать. Ухожу в тень))
       
29 сентября 2019 13:09 dandelion wine
avatar
Группа: Редакторы
Регистрация: 31.05.2013
Публикаций: 88
Комментариев: 9010
Отблагодарили:608
Немножко покороче главы можно, читатель не любит длинный текст) Не забывайте про Правило - не более 2 публикаций в день! bye

"Ложь поэзии правдивее правды жизни" Уайльд Оскар

       
29 сентября 2019 13:06 Семен Воронов
avatar
Группа: Авторы
Регистрация: 20.02.2019
Публикаций: 20
Комментариев: 22
Отблагодарили:28
dandelion wine, Спасибо))) Что же.....тогда продолжим))
       
29 сентября 2019 13:02 dandelion wine
avatar
Группа: Редакторы
Регистрация: 31.05.2013
Публикаций: 88
Комментариев: 9010
Отблагодарили:608
flowers1 Ах, ностальгия.. кого только не "держали" мы с братом в детстве.. хомячков, черепашку, гусениц разных.. и аквариум был.. кошку родители не разрешали, а собака была, но уже перед самым моим окончанием школы.. потом её сразу почти отдали, когда я уехала учиться.. Спасибо Вам, что вспомнилось своё..

"Ложь поэзии правдивее правды жизни" Уайльд Оскар

Информация
alert
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
Наш литературный журнал Лучшее место для размещения своих произведений молодыми авторами, поэтами; для реализации своих творческих идей и для того, чтобы ваши произведения стали популярными и читаемыми. Если вы, неизвестный современный поэт или заинтересованный читатель - Вас ждёт наш литературный журнал.