Волшебной палочкой серебряная нить За зеркалами отраженьем тает... Она одна под звездами летает. Ей, видно, нравится меня дразнить. Что, спросит, о Сатурне знаешь ты? То Сириус ее интересует. Но ей в ответ рука моя рисует Земные карандашные цветы. Я ненаписанное грустное письмо Ее прочту однажды на рассвете. Кто принесет? Быть может, свежий ветер

Гусар в гостях у Клеопатры (потерянная тетрадь)18+

| | Категория: Проза


Собрав нужные банковские документы мы покинули планетолёт и оказались на улице в водовороте спешащих куда-то людей. На моё удивление температура и атмосфера в глубине Марса ненамного отличалась от земной. Разве, что не было солнечного света. Улица освещалась фонарями дневного света. Домов, как таковых не было, люди жили в небольших пещерах, входные двери и окна которых выходили на улицу. Вскоре в одну из таких дверей вошли и мы. Банковское отделение на Марсе мало чем отличалось от земного. Небольшой холл с охранником и длинный коридор с дверями. В конце коридора виднелось зарешеченное окошечко для выдачи денег. Около него толпилось несколько человек.

— Чем мы можем вам помочь? — приподнявшись со своего места спросил охранник.

— Нам нужно встретиться с управляющим этого отделения, чтобы обговорить некоторые финансовые вопросы относящиеся к кредитованию или лучше сказать к перекредитованию, снижению ставки по текущей ипотеке, у частных лиц и открытию в вашем отделении депозитного счёта. Он сейчас на месте?

— На месте. Как вас представить?

— Скажите просто — пришла богиня. Шучу — по делу от Михалыча. Ваш шеф поймёт.

— Присядьте. Подождите немного, я схожу доложу.

Он вошёл в одну из многочисленных дверей и не успела я соскучиться, как он вышел из кабинета и попросил меня пройти в кабинет к управляющему. Я вошла.

Эффектно положив ноги на стол, в кресле вальяжно возлежала… Клеопатра. В левой руке у неё был бокал с каким-то напитком, а в правой — длинная, белая сигаретка с золоченным фильтром.

— Какими судьбами? — узнав меня спросили она. — Шампанское пить будешь? «Вдова Клико» — недавно из Парижа.

— Буду, но потом. Надо сначала решить вопрос с кредитом и залогом. Надо бы как-то его погасить. Мне нужен тот планетолёт.

— Документы у тебя с собой? — спросила Клеопатра.

— Со мной.

— Не вопрос. Наши специалисты с ними разберутся. Ты являешься акционером этого банка, сделаем всё, что тебе надо. Да и Михалыч приказал оказывать тебе максимальное содействие.

Она отставила бокал в сторону, убрала ноги со стола и подняв телефонную трубку вызвала специалиста. Через минуту в кабинет вошел приятной наружности молодой человек в деловом костюме.

— Просмотрите документы Сэм и закройте кредит. Сумму спишите на текущие расходы. Потом подготовите комнату отдыха. Вы меня понимаете?

— Понимаю. Всё будет сделано качественно и во время.

— Вот и славно. Свободен пока. — улыбнулась Клеопатра и снова закинула свои ноги на стол. — У нас без волокиты. Наливай себе шампанского. Сейчас выпьем и пойдём в баньку попаримся. Не в обиду тебе будет сказано, но от тебя попахивает давно не траханой сучкой. Давно мужика не было?

— Честно говоря, даже и не помню точно, но очень давно.

— Сейчас мы этот пробел заполним. Пошли. Самой хочется оттянуться по полной.

Неожиданно дверь приоткрылась и в кабинет заглянул встревоженный Давыдов:
— Хозяйка, у Вас всё в порядке? Может Вам нужна моя помощь?
Но увидев сидящую за столом Клеопатру, восторженно присвистнув, пропел:

Не пробуждай воспоминаний
Минувших дней, минувших дней, —
Не возродить былых желаний
В душе моей, в душе моей.
И на меня свой взор опасный
Не устремляй, не устремляй;
Мечтой любви, мечтой прекрасной
Не увлекай, не увлекай!

— Мадам, сколько лет, сколько зим. Вы всё так же прекрасны. Позвольте мне облобызать Вашу божественную ручку…

— Лобызайте, — протягивая свою белоснежную ручку Давыдову, жеманно произнесла Клеопатра и усмехнувшись добавили. — Только чур в постели не курить. В прошлый раз, Вы гусар, сожгли мою спальню. Помните?

— Как тут забудешь. Не каждую ночь доводится мне иметь женщин царственных кровей.

— Давыдов, мне обидеться или как? — вмешалась и я в разговор.

— Хозяйка, Вы Богиня, — выкрутился Давыдов.

— А Вы неплохо устроились, Давыдов. Имеете и царицу и Богиню. Просто обзавидуешься. Извиняет Вас, только, то, что Вы неутомимы на выдумки и неистощимы в постели… Всё так же можете кувыркаться сутками с блядями?

— Можете проверить.

— Сейчас и проверим. А-ну пошли. Все за мной.


Клеопатра нажала какую-то кнопку на столе и в стене открылась потайная дверь с лестницей ведущей куда-то в низ. Мы спустились по ней и оказались в довольно большом и комфортабельном подвале, с несколькими комнатами. Мы прошли в уютный кабинет. Там царил приятный полумрак и слышалось тихое гудение проточной вентиляции. Посредине комнаты стоял уже кем-то накрытый стол. Возле него несколько кресел, в углу рояль, у стены диван. Но рояле лежала гитара с большим красным бантом. На одной из стен висел большой экран.

— Уютное бордельеро, — тактично оценила я интимный кабинет Клеопатры.

— Крысиная нора, — отмахнулась Клеопатра.

— М-да уж точно, не Париж, — разливая шампанское по фужерам, поддакнул Давыдов. — Но что поделаешь — на войне, как на войне. Как же вас царица занесло в эту дыру, если конечно это не секрет?

— Да какой там на хрен секрет, — выпив залпом бокал с шампанским, выругалась Клеопатра. — Надоело мне до чертиков обучать в Чистилище всякую бестолочь, вот я и выпросилась у Михалыча на какое-нибудь живое дело. Думала, ну оторвусь, а он меня из одного подземелья загнал в другое.

— И что вырваться отсюда никак?

— Ты сильно от него навырывалась?

— Да вроде, как вольную дали… — похвасталась я.

— Бля буду бджолы… Гребите все меня втроём… Чисто дитё малое. Ты че веришь его слову?

— А у меня, что грёбаный экибастуз, есть выход? — стала уже и я нервничать.

— Да нет у тебя выхода. Я была им предупреждена о твоём визите и о том проекте, что ты затеваешь. Так, что ты под колпаком. Не я, так кто-то другой будет тебя пасти. Сори — курировать.

— Да ёб... же ж ввашу мать… Когда же это блядство закончится!?

— Дамы, я вас умоляю, успокойтесь — не материтесь, — решил было успокоить нас Давыдов.

— Заткнись!! — вызверились вдвоём мы на него. — Бухай молча, а лучше спой что-нибудь.

— То бухай молча, то пой, — бурча стал настраивать гитару Давыдов. — Что хотите послушать?

— Что-нибудь из Шнура знаешь?

— Матерный шансон не пою — воспитание дворянское не позволяет. Хотите что-нибудь из старинных романсов или из Лещенко?


И он взяв несколько аккордов запел:


«Я в весеннем лесу пил березовый сок,
С ненаглядной певуньей в стогу ночевал,
Что имел не сберег, что любил — потерял.
Был я смел и удачлив, но счастья не знал.
И носило меня, как осенний листок.
Я менял имена, я менял города.
Надышался я пылью заморских дорог,
Где не пахнут цветы, не светила луна.
И окурки я за борт бросал в океан,
Проклинал красоту островов и морей
И бразильских болот малярийный туман,
И вино кабаков, и тоску лагерей.
Зачеркнуть бы всю жизнь да с начала начать,
Полететь к ненаглядной певунье своей.
Да вот только узнает ли родина-мать
Одного из пропащих своих сыновей?
Я в весеннем лесу пил березовый сок,
С ненаглядной певуньей в стогу ночевал,
Что имел не сберег, что любил — потерял.
Был я смел и удачлив, но счастья не знал.»


По моей щеке скатилась слеза и упала в бокал с шампанским. Разбередил русскую душу гуляка-гусар.

— Никогда не понимала я эту вашу русскую ностальгию. Чего грустить за тем, что уже никогда не повториться? Допивайте шампанское, и пойдём в баню париться. У меня здесь и бассейн имеется, — хмыкнула Клеопатра.

— А берёзок русских нет?

— Есть, но только на экране. Включить?

— Если не тяжело.


Клеопатра взяла какую-то коробочку и нажала на ней кнопку. Экран засветился матовым светом и появились панорамная картинка русского леса. Видео камера неторопливо прошлась по его окраине и показала берег небольшой русской речки. На берегу стояла машина — горбатый «Запорожец», рядом горел костёр, на котором мужчина варил в казанке уху, а мальчик, видимо его сын, поднимая в реке камни, колол вилкой отлеживающуюся под ними небольшую рыбку — лежней. Вдалеке виднелась небольшая русская деревня с развалинами церкви.

Что-то показалось мне смутно знакомым в этой идиллической картинке.

— Что за кино? — спросила я у Клеопатры.

— Нравится?

— Что-то есть в ней необъяснимое. Не подскажешь что?

— Подскажу. Ну-ка гусар, оставь нас на полчасика, сходи помойся, а мы пока пошепчемся. Мальчиков моих там не обижай!

— О'кей. С нашим удовольствием.


— Странные вы какие-то русские, — после того, как ушел Давыдов, сказала Клеопатра. — Всё стараетесь докопаться до истоков. Мне вас никогда не понять. Это твой муж и сын, — и увидев мои округлившиеся от удивления глаза добавила, — в другом пространственном измерении.

— Это жестоко.

— Сори, но ты сама захотела получить ответ на свой вопрос.

— Я хочу в то измерение…

— Зачем? Не за тем ли, чтобы уничтожить своего двойника и самой занять его место? — дохнув перегаром мне в лицо, жарко спросила Клеопатра.

— Даже если это и так? Во сколько мне это обойдётся? Ну, говори. Здесь же всё имеет свою цену. Не так ли?

— Так ли, так ли. Зришь в корень. Михалыч сказал, что это в принципе возможно, но только после того, как ты со своей корпорацией разграбишь золотой межгалактический запас, который хранится на Солнце.

— Значит он всё заранее спланировал… ну и что мне прикажешь делать?

— Приказывать не могу, а совет дать могу. Наплюй на всё это и живи себе в удовольствие. Ты ему ничего не должна.

— Не могу — зацепило.

— Ну тогда пеняй только на себя. Пошли мыться и трахаться.

В парилке никого не было. Все мужчины попарившись уже плавали в бассейне. Клеопатра сбросила с себя расшитый золотом хитон и осталась в первозданном костюме нашей праматери Евы. Фигура, как для тысячелетней соблазнительницы, у неё была потрясающая- ни одной унции лишнего жира, особенно хорошо сохранилась грушевидной формы грудь. У меня грудь, то же была неплоха, но у неё лучше — и больше, и намного симпатичнее. Всё и везде у неё на теле было тщательно выбрито. Нигде не было видно ни одного волоска и лишь от влагалища к лобку шла тоненькая полоска волос. Но зато всё её тело было изукрашено цветными татуировками. Основными мотивами там были змеи и жуки-скарабеи — символы царской власти. Пахло от неё ладаном и какими-то кулинарными специями, что-то типа гвоздики и кардамона, чувствовался и аромат розы. Шикарная фэмина, хотя и небольшого роста. Я невольно потянулась рукой к её розе.

— Ээээ… подружка, да ты уже потекла, но извини — не сегодня. — отшатнулась от меня Клеопатра. — Сегодня только традиционный секс с нашими мальчиками. Попробуешь — мало не покажется. Вникнут: до самой глубины мозга кости.

Мы попарились в уютной, обшитой липовыми досками парилке и прыгнули в бассейн, где я попала в руки к двум молодым красавцам, которые облапив меня стали целовать во все места. Кто-то из них прошелся по моей выбритой киске, и нащупав волшебную кнопочку-клитер, стал её активно обрабатывать со всех сторон, подбираясь всё ближе и ближе к влагалищу. Было похоже , что он на что-то намекал. Уж больно он был старательный, у меня даже непроизвольно мелькнула мысль: «А не усыновить ли мне его?» Ложишься спать — он тебе клитор лижет, спишь, а он лижет, проснулась, а он тут, как тут — снова его лижет. Красота право слово. Живи— не хочу. И пока я наслаждалась куннилингусом философствовала, ко мне сзади пристроился второй мужчина. Он с голодным азартом вошел в меня и заработал в бешеном ритме там своим членом. Вероятно на Марсе в самом начале освоения планеты, он добывал трением огонь, а может долбил членом горные породы. Если бы мы не находились в бассейне он бы точно из меня добыл огонь. По крайней мере я почувствовала запах подгоревшего мяса.

— Угомонись, боец, так чего доброго ты член свой сотрёшь, — попыталась я успокоить своего партнёра.

— Ничего страшного, новый приделают, — не сбавляя темпа, ответил он мне.

— Ты, что биоробот? —

— Да, а тебя, что это напрягает?

— Пошёл от меня прочь ёбнмить, железяка хренова!!

— Не могу, моя программа не даёт мне на полпути останавливаться. Так что подмахуй сучка и помалкивай.

— Ах ты тварь!! — разъярилась я и разбив бутылку шампанского о бортик бассейна, и стеклянной "розочкой" одним махом отсекла член у биоробота.

Не ожидая такого он онемел и непонимающе уставился на то место, где у него минуту назад торчал член.

— Хозяйка, не надо — я не биоробот!! — закричал второй молодой человек, который делал до этого мне куннилингус, выскакивая из бассейна.

— Чтобы вы все позаржавели засранцы! — в сердцах пожелала я им. — Такой вечер чуть не испортили засранцы. Клеопатра, где там наш гусар-любовник? Денисов ты где? Выходи бороться...
—Извините хозяйка, но я пока несколько занят, да и перепил-с, — откуда-то из полумрака донёсся голос гусара.
—Он меня сейчас, деточка, трахает. — Не мешайся под ногами. Найди себе кого-нибудь...— пропыхтела из-под него Клеопатра.

Ну, что тут можно сказать - нет любви на белом свете, а мы дуры её ищем... Полечу-ка я лучше брать на гоп-стоп золотой запас. Или нет, сначала нажрусь здесь до положения риз, а потом, как карта ляжет. Всё равно впереди бесконечная вечность...

Сказали спасибо (1): В.И.Ульянов (Ильич)
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
    • 100
     (голосов: 1)
  •  Просмотров: 64 | Напечатать | Комментарии: 1
       
14 августа 2019 23:07 В.И.Ульянов (Ильич)
avatar
Группа: Авторы
Регистрация: 11.01.2014
Публикаций: 167
Комментариев: 457
Отблагодарили:124
В переносном смысле эта проза - юмористический шансон. Поэтому её содержание комментированию не подлежит. Автор, безусловно, талантлив, можно сказать, профи. Хотя бы потому, что мемуары от женского лица как будто действительно писала вульгарная, давно не "траханная" женщина-лесбиянка, завидующая нормальным людям и не думающая о смерти.
Информация
alert
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.
Наш литературный журнал Лучшее место для размещения своих произведений молодыми авторами, поэтами; для реализации своих творческих идей и для того, чтобы ваши произведения стали популярными и читаемыми. Если вы, неизвестный современный поэт или заинтересованный читатель - Вас ждёт наш литературный журнал.