Под дубом многолетним, под градом желудей Сидел мужик с набором из собственных идей. Вот эта - точно злато, а эта - серебро, И строки все крылаты, и ни одной в ведро. Вдруг прямо с дуба Муза свалилась, вот те - на. И вот что интересно, свалилась не одна. За нею следом нега, заныло сердце аж Как ком за ворот снега, так нега или блажь? А мимо прохо

Мы – геологи

-
Автор:
Тип:Книга
Цена:504 руб.
Язык:   Русский
Просмотры:   5
Скачать ознакомительный фрагмент

Мы – геологи Олег Лопатин Книга о молодых людях, решивших посвятить себя геологии. О студенчестве, учебе, практиках, о славных годах беспечной юности. Мы – геологи Олег Лопатин Из разговора с генералом в армии: – «Лейтенант, вы какое училище заканчивали?» – «ЦветМет». – «А где такое?» © Олег Лопатин, 2019 ISBN 978-5-4496-4353-7 Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero …Случилось так, что я не работаю в геологии… И многие из нас, закончивших институт в середине 90-х, не работают по выбранной профессии. Хорошо это или плохо, не скажу. Важно, другое. Я горжусь, что поступил, учился и окончил Красноярский институт цветных металлов. Горжусь, и склоняю в благодарности голову, перед моими преподавателями, горжусь, что дружу и общаюсь с ребятами, с которыми познакомился во время учебы, горжусь, что принадлежу к плеяде бродяг-романтиков, что моя стихия: горы, реки, бескрайние просторы. Я много лет занимаюсь ремонтом бытовой техники. Когда меня спрашивают, какое у меня образование, я отвечаю: «Инженер-геолог» и делаю после этого длинную паузу, ничего не добавляя. Нравится смотреть на эффект, который производят мои слова. Да. Профессия геолога до сих пор не утратила дух романтизма и в глазах людей геолог – это бородатый путешественник, в выцветшей штормовке, шерстяном свитере, связанном широкими петлями и с глухим воротом, штанах песочного цвета и в высоких сапогах. За спиной видавший виды рюкзак, в руках молоток, на шее компас. Выбранная однажды профессия навсегда остается в душе. Одно из современных стихотворений про геологов заканчивается так: «Я – геолог! Я – счастлив!». Я согласен с автором и повторяю: «Я счастлив!»… Выбор профессии В конце 10 класса перед нами вставал серьезный выбор дальнейшего жизненного пути. Это был конец 80-х годов. Перестройка не перешла ещё в разрушительную фазу и стране по-прежнему требовались инженерные и научные кадры. Для выпускников были открыты двери всех техникумов, училищ, институтов. В библиотеках и книжных магазинах можно было найти толстые справочники для поступающих в ВУЗы. Почти во всех высших учебных заведениях работали подготовительные курсы. Моя мама хотела, чтобы я был учителем начальных классов. В свое время это было и ее мечтой, но ее строгий отец, мой дед, сказал: «Будешь врачом». Тогда отцов слушались: мама моя стала врачом и категорично не желала этой судьбы мне. Я же не видел себя ни врачом, ни учителем. Мой отец не настаивал на какой-то профессии, но именно он заронил во мне желание связать свою судьбу с геологией. С раннего детства мы ходили в походы. Водные, а позже, пешие. Сплавлялись по рекам Урала и Кузнецкого Алатау. Эта связь с природой постепенно переросла в увлечение, а потом и в выбор профессии. В те годы профессия геолога не только не утратила своего романтизма, но даже считалась остродефицитной. В 1986 году в газете «Красноярский рабочий» в рубрике «Рассказы о профессиях» была опубликована заметка «Манят дали романтиков» Автор В. Белов, геолог из с. Бор Туруханского района. Он простыми словами описывал «зовущую и уважаемую профессию – геолог». Привожу частично его заметку: «Жизнь наша стала столь многогранной и столько сейчас разных профессий, что трудно порой сориентироваться, на какую дорогу ступить. Уже 20 лет я иду нелегкими тропами геолога. И, как прекрасен становится миг, когда ты открываешь очередную маленькую тайну рождения руд, когда под ударом молотка, обнажаются в серой скале блестки полезного минерала. Профессия геолога стала профессией романтиков, искателей, людей одержимых. Она всегда влекла к себе мужественных, любознательных, энтузиастов. Помнится, как высок был конкурс в шестидесятые годы в учебные заведения на эту специальность. Профессия открывателя тайн природы – геолога, влекла не только юношей, геологами становились девчонки, про которых пели в песнях: «Девчонки из геологоразведки, шагают по нехоженой тайге». А сколько ещё неразгаданных таинств в недрах нашей земли, сколько загадок на дне океанов и сколько содержат их в себе планеты! И они, как наша старая земля, ждут своих первопроходцев. Уже родились и развиваются космическая и морская геология, уже открыты и эксплуатируются месторождения полезных ископаемых на дне морей и океанов. Недалеко время освоения недр Луны и ближайших планет. Но вернемся к нашей Земле. Столь широки просторы тайги и степей нашей Родины, столь причудливы горы, и как они манят своей недоступностью! Сколь обширны просторы нашего Красноярского края, от северной тундры до южных отрогов Саян, сколько богатства они таят в себе! И разве не престижно быть их первооткрывателем! А сколько творчества в работе геолога, где, как не здесь, можно найти себя, если чувствовать в себе неукротимые силы искателя. Вас, приходящих в геологию в восьмидесятые годы, ждут уже не столь суровые условия. Ведь нам зачастую приходилось жить семьями в маленьких геологических таежных поселках, чуть ли не рядом с буровыми вышками, в палатках и в «с топора» срубленных избушках, в которых зимой круглосуточно топились железные печки-буржуйки, мы не знали телевиденья. Все развлечения нам заменяли тайга, тесное общение с людьми, книги, жаркие споры после долгих маршрутов о том, где все-таки она, руда. Сейчас повсеместно геологоразведочные работы ведутся вахтовым методом. Семьи геологов живут в крупных поселках, городах. В поле вылетают вертолетами, самолетами. В вахтовых поселках, на буровых появилось телевиденье, практически весь необходимый комплекс соцкультбыта. Со времен шестидесятых годов значительно повысилась у геологов зарплата. На помощь молотку широким фронтом пришла мощная техника, которая дала возможность геологу все глубже проникать в земные недра. Но, как и прежде, осталась романтика, по-прежнему тянут к себе горы и тайга, бескрайние равнины тундры. И если ты, десятиклассник восьмидесятых годов, энтузиаст, если хочешь испытать себя на тропах мужества, если любишь свою землю и хочешь познать ее, перед тобой открыты двери институтов и техникумов, где ты можешь получить романтически зовущую и всегда уважаемую профессию – геолог». Эту статью я храню до сих пор и мне всегда хотелось познакомиться с ее автором, и я был уверен, что встречу его в одном из геологических маршрутов… В десятом классе я написал письмо в Красноярский институт цветных металлов с просьбой выслать мне список документов, необходимых для поступления. В ответ, кроме списка, пришло предложение записаться на подготовительные курсы. Я записался и мне стали приходить задания по физике, математике, русскому языку, литературе. Таким образом, жребий был брошен и летом, я поехал поступать в Цветмет. На вокзале меня провожали родители. Перрон был заполнен выпускниками школ, будущими абитуриентами. Слышались последние наставления, плач, шутки, разговоры. Вот подошел поезд и наш маленький Ужур, в котором прошло детство, остался за пыльным окном. Родители ещё раз помахали вслед, поезд тронулся и повез меня навстречу новым друзьям, в большую и незнакомую жизнь. «Поезд прибывает на станцию Красноярск» В Красноярск поезд приходил рано, в шесть двадцать утра. Институт находится на правом берегу, и доехать до него можно было на 55 автобусе. Раннее летнее прохладное утро. Привокзальная площадь. Невыспавшиеся абитуриенты выходили из поезда с многочисленными сумками, в которых была, в основном, еда: трехлитровые банки огурцов, помидоров, сала, копченостей, конфет, картошки. Они бежали согнувшись от тяжести сумок на автобусы. В те годы, по городским маршрутам ходили длинные оранжевые автобусы «Икарус» с резиновой «гармошкой» в хвостовой части. Эта гармошка помогала длинному автобусу быть более маневренным на поворотах. И на этих же поворотах, она, часто, жутко скрипела. Проезд стоил 6 копеек, билеты приобретались у водителя, а на стенках висели компостеры, делающие на билетах многочисленные дырки. Постепенно, по ходу движения автобуса, пассажиры выходили, в салоне становилось просторнее. Я вышел на остановке «Торговый центр «Красноярье». Здесь же, рядом с остановкой, находится лабораторный корпус института. Учебный корпус чуть левее, в Вузовском переулке. Инфраструктура КИЦМ Вообще, институт и студенческий городок хорошо и толково продуманы в плане удобства. Во-первых, выигрышное положение в городе: центр правого берега, рядом большой торговый центр «Красноярье», берег Енисея, кинотеатр «Родина», цирк, почта, поликлиника, продовольственные магазины. Во-вторых, компактный студенческий городок: пять общежитий, студенческая столовая, спортклуб, библиотека. Все в одном квадрате. Только девятиэтажное здание профилактория находилось в одной автобусной остановке по улице Академика Вавилова. История КИЦМ началась с января 1959 года, когда был сдан в эксплуатацию учебный корпус и нем расположилось руководство института, во главе с Наилем Хайбулловичем Загировым, переехавшее из Москвы. Лабораторный корпус строился на месте существовавшего кинотеатра «Родина» и по согласованию с администрацией Кировского района, был отстроен новый кинотеатр «Родина». Торгового центра «Красноярье» тогда ещё не было, преподаватели шефствовали над строительством Красноярской ГЭС, а студенты участвовали в строительстве коммунального моста. Студенческие общежития в плане представляют букву «П». В Вузовском переулке находится четвертое общежитие электромеханического факультета, на улице Вавилова первое общежитие металлургического факультета, рядом второе общежитие геологоразведочного общежития, но оно находилось в вечном ремонте. В переулке Якорном, третье общежитие технологического факультета и пятое общежитие горного факультета. КИЦМ выпускал инженеров для всех отраслей производства от разведки месторождений полезных ископаемых до обработки металлов. В профилактории жили молодые семьи преподавателей, а на верхних этажах отдыхали по путевкам студенты. Общежитие №4 С раннего утра в лабораторном корпусе работала приемная комиссия. Длинный ряд столов, накрытых красной материей. На стене портрет Михаила Ивановича Калинина. У меня приняли документы, спросили, чем вызвано желание стать геологом и дали направление в общежитие №4. Вообще, общежитие геологов имеет №2, но оно было на ремонте и нас поселили в общежитие электромеханического факультета. Поступать со мной решили знакомые ребята из Шарыпово: Вишняков Антон, Самарский Вадик, Комов Виталик. Правда, Виталик Комов поступал на горный факультет. А мы на геологоразведочный. Комендант общежития внимательно посмотрела на нас сквозь очки, открыла журнал, кончиком карандаша пробежала по строчкам. Остановилась внизу, записала наши фамилии, дала ключ, одетый на старую черную веревку и сказала два слова: «комната 215». Мы поднялись по узкой лестнице, в коридоре стоял запах влажного горячего воздуха из душа, расположенного в подвале. Вышли в коридор второго этажа, повернули налево, третья комната, как раз 215. В комнате были старый шкаф, две двухъярусные кровати, стол с грязной, расслоившейся столешницей и пыльное окно с мухами на подоконнике. Кто-то отучился и уехал, теперь приехали мы. Для нас началась самостоятельная жизнь, поэтому все воспринималось должным образом. Как будто, так и должно было быть. Спать есть где, кушать есть, впереди экзамены и полная свобода! Мы разложили вещи, осмотрели комнату и вышли в коридор узнать про кухню, туалеты, душ, раздобыть матрасы и постельное белье. Кухня оказалась почти напротив комнаты, туалет в дальнем крыле, комендант повела нас в подвал, показала, где находится душ и там же, в подвале, выдала матрасы и постельное белье. Матрасы были в полосатом наматраснике, с темно-коричневыми кругами разных размеров. Постельное белье имело приобретенный с годами серый цвет. Но нас устраивало абсолютно все. Первые экзамены были назначены на послезавтра, и нужно было готовиться к ним. Но мы, по-хозяйски, решили обойти окрестности. Вышли втроем на улицу. Маленький переулок Вузовский буквально утопал в зелени. Особенно много было тополей. Они были посажены с двух сторон тротуаров и своими большими листьями закрывали прохожих от солнца. Слева от общежития была студенческая столовая, но она не работала, а через дорогу была диетическая столовая. Мы зашли, пообедали и пошли в сторону торгового центра. Все было ново для нас: и широкая автомобильная дорога и большое здание торгового центра и высотные дома и лавочки для пешеходов и фонтаны возле торгового центра и даже простые светофоры, все вызывало, если не восторг, то смешанное чувство удивления и радости. Торговый центр трехэтажный и разбит на множество отделов. Мы бесцельно бродили, улыбались молоденьким продавщицам, чем смущали их. Покупать нам было нечего, да и не на что. Надо было готовиться к вступительным экзаменам, где-то, далеко в голове была такая мысль, но мы были взрослыми и сами распоряжались своим временем. Вечером, лежа в кроватях, мы долго разговаривали. Вадик мечтал о домашней картошке, а я видел себя уже геологом, забирающимся на вершину горы. Утром мы проснулись оттого, что за окном пели птицы. Кто-то прошаркал в тапочках за дверью, на кухне гремели кастрюлями. Вадик проснулся с блаженной улыбкой, потянулся так, что стал в два раза длиннее, зевнул, прикрыв глаза, и неожиданно предложил: – «Давай, узнаем расписание экзаменов». Ну да, действительно. Было бы неплохо. Не спать же мы приехали. В лабораторном корпусе у стендов с расписаниями экзаменов, было оживленно. Абитуриенты громко общались, шутили. Вот веселая студенческая жизнь! Послезавтра серьезные испытания – экзамены. И неизвестно чем они закончатся, поступлением или счастливым возвращением домой. Но студенты не унывали никогда. Даже шутка есть (я ее услышал от преподавателя Сазонова Анатолия Максимовича): «Анализы сдал, экзамены завалил». Расписание экзаменов было таким: послезавтра математика, затем, через два дня физика, потом русский язык и последним, литература. Мы записали время сдачи экзаменов и номера аудиторий и пошли гулять. Готовиться к экзаменам никто и не думал. В магазине набрали бич-пакетов, картошки и пошли в общежитие. (Бич-пакеты – быстрорастворимый «сухой» суп в бумажной упаковке. В настоящее время их заменили китайские дошираки). Сварили полную кастрюлю. Наелись и пошли гулять на набережную Енисея, которая находится за торговым центром «Красноярье». На реку можно было смотреть бесконечно. Мы сидели на траве, вечернее солнце слабо припекало, от реки дул легкий ветерок. По реке скользили грузовые корабли. Я думал, о том, как хорошо быть взрослым и что, по сути, началась моя взрослая, самостоятельная жизнь. Скоро я стану геологом, побываю на всех горных вершинах Сибири, буду жить и работать в тайге, заведу собаку и буду выезжать на лыжах в ближайшие деревни за продуктами. Потом мне стало страшно от мысли, что я добровольно ухожу от цивилизации, от театров, музеев, дружеских встреч и разговоров, городской суеты, развлечений и праздного времяпровождения. Я клюнул носом и открыл глаза. Оказывается, я задремал. Вадик Самарский полулежал на траве, закинув руки за голову и смотрел вдаль. Невозмутимый Виталик Комов в неизменно белой рубашке и черных брюках сидел и о чем-то сосредоточенно думал. У него всегда был задумчивый вид. Потом я понял, что он родился таким – очень задумчивым. С таких, как Виталик, пишут портреты и ваяют скульптуры известных людей. Мы сидели долго и только холод от реки и скрывшееся солнце подняли нас и увели от берегов великой сибирской реки в тесные общаговские комнаты. В общежитии было гораздо больше народа, чем в первый день. Совсем молоденькие мальчики и девочки сновали туда-сюда с кастрюлями, сумками, полотенцами. Мало разговаривали. Никто ещё ни кого не знал. Постепенно шум стих, коридоры опустели и общежитие погрузилось в уходящий вечер. Первые друзья Тарасенко Дима Появился он в моей жизни неожиданно. Холодный взгляд пронзительных глаз, быстрота в движениях, суровость, мгновенно сменяющаяся заразительным смехом. Дима любил спорт. Конечно, не шахматы. Он любил мужские виды спорта: бокс, плаванье. Занимался профессионально. Это ему помогло в дальнейшем пережить «нежные» 90-е годы. О том времени никто не любит вспоминать. Но они были и оставили на душе у многих свой памятный след. В любви Дима всегда был однолюбом. Этому таланту завидовал и я. Он был верен той, которую любил. Я не встречал другого преданного человека. Мой друг, в силу того сложного периода времени, не был сентиментальным человеком, а скорее, иногда, чрезмерно грубым и циничным. И было странно услышать из его уст слова: «Я люблю ее». Это говорил он об одной девушке, которую действительно любил. Я не пишу ее имя, потому что, они не вместе. Но я был удивлен этим словам не меньше, если бы Дима, например, надел костюм Деда Мороза или колпак звездочета. Он шел по коридору, на плече нес сумку. – «Здесь геологи?», спросил он меня, не поздоровавшись. – «Да», ответил я. – «А где комната 215?» – «Здесь». – «Дима» – протянул он мне руку. – «Олег» – машинально ответил я. Это было больше похоже на диалог пионеров: – «Будь готов». – «Всегда готов». Он вошел в комнату, скинул как-то быстро сумку, как будто она свалилась сама с плеч. Брезгливо осмотрел кровати: «А где дают простыни?». Мы с ним спустились вниз к комендантше. Она повела нас в свои сокровищницы. Там на больших, во всю стену полках были горкой сложены серые простыни, клетчатые одеяла, свернуты матрасы, вафельные полотенца. Привычным движением она выдернула из стопки простыни, наволочку, одеяло и подала Диме. Он развернул простыню. Нижняя губа его отвисла: «На ней шахтеры спали?» «Какие есть» – невозмутимо ответила комендант. Странно, но Дима промолчал. Теперь, спустя годы, я понял, как далось ему молчание. Хорошо, что комендант была женщина, а не мужчина. Ну, просто повезло. В это время я заметил в углу малюсенькую стопку белоснежного, в упаковке, белья. Что-то меня дернуло в ту сторону, и я незаметно взял комплект. Мы вышли из сокровищницы. В комнате я подарил этот комплект Диме. Он посмотрел на меня дольше обычного, потом вдруг улыбнулся и сказал: «Спасибо». Я тоже улыбнулся. С тех пор прошло много лет, я всегда прихожу к нему в гости, когда приезжаю в Красноярск. Он такой же подтянутый и спортивный. Такой же серьезный и так же заразительно смеется. Теперь он бригадир смены на заводе ОАО «Русал Красноярск» и очень гордится своей рабочей профессией. Горжусь и я за него. Знаю его добрую маму с красивым именем Аида. Помню случай, когда она приезжала к нему в гости, в общежитие и у нас с ней возникла дискуссия о каком-то русском писателе. Я важно доказывал свои знания литературы, когда вдруг Дима сказал, что его мама учитель русского языка и литературы. Язык проглотился без хлеба. Ещё Дима играл на гитаре и пел. В те годы многие играли на гитаре. В конце 80-х это было повальное увлечение. Пели, в основном, Высоцкого, дворовые и блатные песни. Дима любил петь «Серебрится серенький дымок». Садился на табурет, закидывал ногу на ногу, брал гитару и пел. Когда доходил до слов: «И однажды этот паренек Не вернулся в город свой родимый И напрасно девушка ждала На причале в платье темно-синем», Дима закрывал глаза и мотал головой, подчеркивая трагичность момента. Мне было жаль девушку, хотя песня была про одесского вора. Куценко Андрей Андрей был человеком творческим. Когда я увидел его впервые, мне показалось, что он музыкант-барабанщик. В те годы так выглядели барабанщики многих отечественных групп: кудрявые волосы, очки, тонкие, как у пианистки, пальцы. Мне даже казалось, что он и бутылки из-под кефира мыл без ёршика, просто, залезал рукой. Андрей играл на гитаре. Часто пел песни группы «Сталкер». Без тебя «В суете осенних улиц Мы с тобою разминулись. И ты ушла, Себя одну, по-прежнему, любя. Я один в промокшем парке, Я один, и даже «Сталкер» Мне сейчас совсем-совсем не нужен без тебя. Без тебя мне не хочется в кино. Без тебя я с тоской смотрю в окно. Без тебя мне не нужно ничего…» Из дома Андрей привез плакаты-постеры известных групп и исполнителей и развесил их по комнате. Он хорошо знал группы: Кино, Арию, Алису, Веселые ребята, музыкантов Бориса Гребенщикова, Андрея Макаревича и других. На входе в комнату висел постер. На нем худой волосатый певец в темных очках и подпись на английском языке. Я прочитал его имя как Михаэль Яксон. Ну, кто-то из наших, якутских, думалось мне. Оказалось, это Майкл Джексон. После этого Андрей подозрительно спросил: – «Ты из какой деревни?». – «Из Ужура» – просто ответил я. Волгин Роман Ромка приехал учиться из Северо-Енисейска. Ходил в модном тогда джинсовом костюме. Был неспокойный, всё куда-то спешил, бежал, не мог сидеть на месте. Казалось, он был готов к подвигам, но не находил их. На первом курсе, после Нового года, Ромка привез кассету с песней «Белые Розы». Мелодичная музыка и звонкий голос Юры Шатунова поразили всех. С этого моменты «Белые Розы» на много лет стали хитом на территории Советского Союза. Вступительные экзамены За день перед экзаменами, мы все-таки достали учебники, тетрадки. Радость от начавшейся самостоятельности прошла, ее место заняло волнение. Экзамены надо было сдать так, чтобы поступить. В противном случае нас с нетерпением ждала армия. Однако особого желания учить билеты не было. Я решил заняться приготовлением формы. Мама к выпускному купила мне светлый костюм. Его-то я и достал из сумки за день до экзамена и повесил в шкаф. Утюга не было, зато была надежда, что он вытянется. Ночь была тревожной и я проснулся задолго до будильника. За окном было серое утро. Но уже во все голоса пели птицы. От слабого ветра деревья лениво качали ветками, по траве клочьями катился тополиный пух. Экзамен по математике был в 412 аудитории лабораторного корпуса. Длинные ряды столов, как в цирке, уходили высоко вверх. Высокие стройные парни, красивые, накрашенные девушки. Все разговаривают вполголоса. Чувствуется немного напряженная атмосфера предстоящих испытаний. Вошел высокий преподаватель. Абитуриенты встали. Он поздоровался и велел садиться. Затем сверил по журналу присутствующих и раздал билеты. Четыре задания на маленьком листочке. Передо мной здоровый парень, неожиданно оборачивается и спрашивает: «Ты что-нибудь знаешь?» и показывает листочек. Мне неудобно было показать, что я не знаю. Я молча взял его задание, написал, как я думал и вернул. «Спасибо». Он протянул мне руку: «Коля». Это был Николай Поцепня. Местный. Красноярский. Ну, думаю, теперь у меня есть местный знакомый. Их было три друга: Коля, Борис Кобяков и Дима Виноградов. Они одноклассники. Жили на проспекте Свободном. Коля и Сергей проучились один год и ушли в армию. Дима Виноградов окончил институт. Потом мы сдавали физику и литературу. Литературу я любил и даже сейчас помню темы сочинений: – Любимые стихи Лермонтова – М. Горький и В. Маяковский о Ленине – Любимые герои из произведения «Война и мир» – Памятники войны не молчат. Я писал сочинение на последнюю тему и получил «4». И вообще, по всем экзаменам я получил четверки. Не помню, на какие оценки сдали мои друзья, но все мы поступили в КИЦМ. Заповедник «Столбы» Поступление в институт решили отметить походом на «Столбы». Заповедник «Столбы» находится на северо-восточной окраине города. В этом плане, Красноярск, безусловно, расположен в уникальном месте. Рядом с мегаполисом, на берегу Енисея, буквально дикая, непроходимая тайга и среди густых крон деревьев высокие сиенитовые скалы, и отдельные останцы и группами, с причудливыми очертаниями и названиями: Первый столб, Второй, Третий, Четвертый, Дед, Бабка, Внучка, Перья, Воробушек и другие. Территория заповедника огромная, для туристов доступно только 3% ее территории. В конце 80-х годов прошлого столетия, дорожка на «Столбы» была частично асфальтированной, частично гравийной. По пути стоял кордон «Лалетино». Зоопарк был в трех километрах от трассы. Конечная остановка называлась «Турбаза». Мы вышли из автобуса и попали сразу в тайгу. Высокие корабельные сосны, запах трав и хвои, пение неугомонных птиц. Дорога незаметно шла вверх. Настроение было приподнятым. Как же, поступили в институт! Весь мир уже лежал у нас под ногами. Мы быстро, без отдыха, дошли до первых столбов. Они выступали перед нами неожиданно, как будто деревья расступались, обнажая вертикальные скальные массивы уходящие вверх. Они, как будто, вырастали из-под земли. И, стоило отойти от «Столба», он пропадал, зато впереди возникал также, неожиданно, другой. Мы поднялись на вершину более доступного, «Четвертого Столба». Перед нами открылась великолепная картина природы, которую можно увидеть только с вершины. Зеленый, уходящий за горизонт ковер хвойных деревьев, пронизанный остриями скал. Багряное предзакатное солнце и такие же, багряные, от солнца редкие облака. Мы, доселе, разговаривающие, в момент притихли, очарованные видом. Наверное, во все века передается восторг от этого созерцания, начиная от первых древних людей. И опять, как и на берегу Енисея, за торговым центром, я думал о своей профессии. Ведь эта красота грозила стать мне теперь моей работой, повседневным трудом. И я, свежепоступивший, уже представлял себя геологом, причем, всегда сидящим на вершине и наслаждающимся открывшимся видом. И сейчас, спустя четверть века, я вижу это багряное солнце и лица моих молодых друзей, освещенные этим солнцем… Кордон Лалетино Спускались вниз мы уже в темноте. Луна с трудом освещала тропинку. Стало холодно и ноги сами несли нас вниз. На одной из полянок мы увидели костер в стороне от тропинки. – «Давайте попросим спичек» – предложил Вадик Самарский, больше всех дрожавший от холода. Мы подумали чуть-чуть и свернули к костру. Двое мужчин, даже не встали. Один деловито подбрасывал ветки в костер, другой заваривал чай. «Мужики, можно прикурить у Вас, а то спички кончились» – хрипло пробасил Вадик. – «Пожалуйста, тут целый костер» – махнул рукой лысоватый мужчина с пышными усами. – «Садитесь, чайку попейте, куда торопитесь», ответил второй, в шляпе и шарфике, замотанном вокруг шеи. – «Да мы на автобус торопимся» – за всех разговаривал один Вадик. – «Не торопитесь, следующий утром» – ответил усатый. У Вадика подкосились ноги и он сел на траву: «Как завтра утром?». – «До девяти вечера ходят автобусы сюда» – продолжал говорить усатый: «Садитесь, перекусите, в палатке заночуете, а утром поедите, вы откуда будете?». – «Студенты мы. В ЦветМет поступили». – «А! Понятно. Меня Миша зовут, а того Вовка», показал он на шляпу. Мы присели к костру. По ощущениям – сильно не расстроились: кушать пригласили, палатка есть. Правда одеты мы не для ночевки, но может мужики дадут одеяло. Мужики оказались разговорчивые, сказали, что любят природу и часто просто ночуют на «Столбах». Один представился бывшим военным, подполковником, объехавшим восточную часть страны, другой ученым-астрономом, облетевшим всю Вселенную. Мы были рады новому знакомству и с открытыми ртами слушали про созвездия на небе и про воинские части, раскиданные по всему восточному побережью от Магадана до Владивостока. В самом деле, ночь была очень звездной, как будто кто-то разбросал по небу золотой песок. И ученый-астроном крючковатым пальцем водил по небу показывая Большую Медведицу и Южный Крест. После вкусного супа, мы легли в палатку, перефразируя поэта «друг к другу прижатые туго». Проснулись от пения птиц. Казалось, какие-то соловьи окружили палатку и орали во все голоса. – «Началась геология» – подумал я, проснувшись. Наши знакомые уже разогрели завтрак. Были они в поношенных одеждах: на одном пиджак неопределенного цвета, на другом свитер на два размера больше хозяина. Они не были похожи на пьяниц, да и не пили при нас, но при этом были начитаны. В тот день мы не поехали домой, а остались ещё «пожить на природе». Только по их просьбе ходили в магазин за папиросами, чаем и крупами. Конечно, Миша и Вовка не были ни военными, ни учеными. Это были обычные бомжи. Можно сказать, первые бомжи начала перестройки. До этого нам, жителям малых городов, не приходилось встречаться с таким явлением, которое скоро стало обыденным. Пока мы наслаждались свободой и природой, мои перепуганные родители искали меня по Красноярску. Никто не знал, куда пропали три студента. Но когда Вадик Самарский поехал за теплыми вещами в общежитие, он был взят прямо в комнате и завербован проводником. В третью ночь я был передан в руки родителей и вывезен в Ужур. До начала новой жизни оставалось полтора месяца. Рекламный проспект КИЦМ Нам, абитуриентам, давали рекламный проспект – книжку об институте. Год издания 1987. Прошло тридцать лет. Прочитайте и увидите, как изменился ВУЗ. Изменился, потому что научно-технический прогресс не стоит на месте. Изменился, ещё и потому что изменился общественный строй, со всеми вытекающими предсказуемыми и непредсказуемыми последствиями. Итак, Красноярский Ордена Трудового Красного Знамени институт цветных металлов имени М. И. Калинина «Перевод института из Москвы в Красноярск явился важным шагом в системе мероприятии партии и правительства по ускоренному развитию производственных сил Сибири. Сейчас КИЦМ крупнейший учебный и научный центр, сохранивший свой уникальный комплексный профиль в области производства и использования цветных металлов и их сплавов – от поисков и разведки месторождений и их разработки до получения металлов и изделий из них. КИЦМ готовит инженеров по 13 остродефицитным специальностям. На семи факультетах обучаются более 5000 студентов и более 50 аспирантов. На кафедрах института работает почти 200 кандидатов и докторов наук. Среди них – заслуженный деятель науки и техники РСФСР профессор Н. Х. Загиров, заслуженный геолог РСФСР В. С. Кузебный, заслуженный металлург РСФСР, профессор Поляков П. В., профессор А. М. Орлов, Р. А. Цыкин, Ю. А. Журавлев. За 25 лет в Красноярске между проспектом «им. газеты Красноярский Рабочий» и улицей Вавилова вырос целый вузовский городок, в который входят два корпуса института (учебный и лабораторный), здание спорткомплекса, 6 общежитий, профилакторий, библиотека, столовая, научно-производственные мастерские. Городок КИЦМа растет. Запроектирован третий корпус института. Ежегодно в наш институт поступает 1200 человек со всех уголков Советского Союза. Поступление завершается праздником посвящения в студенты, на котором первокурсники знакомятся с ведущими учеными института и будущими своими друзьями – старшекурсниками. За время работы на Красноярской земле институт подготовил более 14000 молодых специалистов, среди них геологи, горняки, электромеханики, обогатители, металлурги, литейщики, металловеды, металлообработчики, экономисты. Среди выпускников есть доктора и кандидаты наук, заведующие кафедрами, генеральные директора производственных объединений, директора и главные инженеры заводов и горнодобывающих предприятий, ответственные партийные и советские работники». Геологоразведочный факультет Специальность 0101 «Геологическая съемка, поиски и разведка месторождений полезных ископаемых». Наша страна является единственным государством в мире, промышленность которого не зависит от импорта полезных ископаемых. По разведанным запасам большинства металлов и нерудного сырья, угля, нефти и газа СССР занимает первое место в мире. Вместе с тем, необходимы поиски новых месторождений с учетом экономического развития отдельных регионов страны. Резерв легкооткрываемых месторождений, залегающих на небольших глубинах от поверхности Земли, постепенно сокращается. Поэтому в дальнейшем компенсация извлекаемых из недр полезных ископаемых будет осуществляться в основном за счет вовлечения в сферу поисков более глубоких горизонтов земной коры, дна морей и океанов. Инженер-геолог – это специалист высокой эрудиции. В процессе подготовки он изучает не только геологические, но и базовые науки (математику, физику, химию), а также общественно-политические дисциплины и экономику производства. Геологическая специальность полна романтики исследований земных недр. Деятельность геологов в полевых условиях требует прочных профессиональных знаний, напряженного умственного и физического труда. Поэтому в геологии нужны сильные и мужественные люди, любящие природу, склонные к экспедиционным исследованиям и не отступающие перед трудностями жизни и быта. Кафедра «Геология месторождений и методика их разведки» является одной из сильнейших в институте. Кафедра обеспечена современным оборудованием, имеет специализированные кабинеты и музей. Учебные геологические практики проводят на полигонах вблизи города Красноярска (1 курс), и около курортных озер Шира и Иткуль (2 курс). Производственные практики (3 и 4 курсы) студенты проходят в геологических экспедициях и партиях, работающих на необъятных просторах Сибири, Дальнего Востока, Казахстана, Средней Азии и Урала. После окончания учебы инженеры-геологи распределяются в производственные и научные организации. Работают они в самых различных районах Союза – от знойного юга до полярных широт, от Урала до Камчатки. Кафедра гордится своими выпускниками, ставшими ведущими специалистами крупных производственных организаций Сибири и Дальнего Востока. Специальность 0108 «Технология и техника разведки месторождений полезных ископаемых» Горный факультет Специальность 0202 «Технология и комплексная механизация подземной разработки месторождений полезных ископаемых» Специальность 0209 «Технология и комплексная механизация открытой разработки месторождений полезных ископаемых». Электромеханический факультет Специальность 0635 «Автоматизация металлургического производства». Специальность 0506 «Горные машины и комплексы». Металлургический факультет Специальность 1708 «Экономика и организация металлургической промышленности». Специальность 0204 «Обогащение полезных ископаемых». Специальность 0402 «Металлургия цветных металлов». Технологический факультет Специальность 0404 «Литейное производство черных и цветных металлов». Специальность 0407 «Металловедение, оборудование и технология термической обработки металлов». Механико-технологический факультет Специальность 0408 «Обработка металлов давлением». «Посвящение в студенты» В конце лета в институт собрались все студенты-первокурсники. Такого количества будущих геологов я не видел никогда в жизни. Половина из поступивших были местными и жили по обоим берегам Енисея, остальные разместились в 4 общежитии. Мы не знали друг друга, но охотно ходили по комнатам и деловито спрашивали: «Не будет у Вас кипятильника», «Дайте хлеба», «А где одеяла брали?». Постепенно знакомились, приглашали к себе и сами заходили в гости. Первое сентября для нас, теперь уже студентов института цветных металлов, был праздничным днем. Мы собрались на площади перед учебным корпусом. Это желтое четырехэтажное здание с белыми колоннами навсегда свяжет меня с новыми студенческими друзьями, с преподавателями. Спустя годы, я буду всегда, непременно, приезжать к родным стенам и с тем же, первым, волнением входить в прохладу здания. Всем собравшимся раздали бумажную двухстраничную программу праздника. В ней было написано: «Дорогой Друг! Сегодня ты впервые переступаешь порог нашего института, в котором готовятся инженеры широкого круга профессий – от разведки месторождений до обработки металлов». Впереди тебя ждут: – интересные лекции и ответственные сессии; – сложные курсовые проекты и полные романтики студенческие строительные отряды; – будни студенческой жизни и радость новых открытий. Дальше список руководителей ВУЗа: Ректор – Смирнов Игорь Иванович; Проректоры по учебной работе – Синьчковский Витольд Николаевич и Бледнов Борис Петрович; Проректор по научной работе – Журавлев Юрий Александрович; Секретарь парткома – Герасимов Анатолий Игоревич; Секретарь комитета ВЛКСМ – Воробьев Вячеслав Александрович; Председатель профкома преподавателей – Гончаров Владимир Николаевич; Председатель профкома студентов – Цветков Вячеслав Витальевич. Деканы факультетов: Геологоразведочного – Шестаков Юрий Георгиевич; Горного – Ушенин Валентин Павлович; Металлургического – Смирнов Михаил Артемьевич; Механико-технологического – Грищенко Николай Андреевич; Технологического – Непомнящий Владимир Николаевич; Электромеханического – Соломенцев Владимир Михайлович. И дальше, клятва студента-первокурсника: «Вступая в ряды студентов КЛЯНУСЬ! Быть верным заветам В. И. Ленина – УЧИТЬСЯ, овладевая всем богатством знаний культуры, необходимых современному образованному человеку – борцу за коммунистическое завтра! КЛЯНУСЬ! Быть верным заветам партии – высоко нести знамя мира, советского патриотизма и пролетарского интернационализма. Полностью оправдать доверие Родины! КЛЯНУСЬ! Быть верным заветам Ленинского комсомола – дорожить честью института, свято хранить и преумножать традиции Цветметовцев, соблюдать законы студенческого коллективизма, стать достойным звания советского инженера! КЛЯНУСЬ! КЛЯНУСЬ! КЛЯНУСЬ!» Сейчас, когда пишу эти строки, так и хочется, встать и замереть по стойке смирно. Очень серьезная и торжественная клятва. Прямо, аж, чувствуется, что моих руках геология всей страны, ее будущее. Эх! Перед нами, вчерашними школьниками, выступали взрослые незнакомые пока люди. Запомнилось совсем короткое выступление молодого парнишки из комитета комсомола института. Его звонкий, после взрослых ораторов, голос, эхом разлетелся по площади: «Уважаемые товарищи студенты! Вы являетесь студентами единственного в СССР института цветных металлов. Поздравляю Вас с этой честью!». После митинга нас ждали соревнования по бегу, футбол на стадионе студгородка, экскурсия по городу на автобусе и праздничный вечер отдыха в студенческом клубе «Искатели». Бег начинался тут же от площади. Нам, студентам-первокурсникам, дали полчаса, чтобы переодеться. Мы, всей разношерстной массой кинулись в общежитие за формами и кедами. День был пасмурным, по небу низко плыли серые тучи, осень была уже на пороге. Нас, по пять человек, отправляли по дистанции 2 км. Нужно было бежать от учебного корпуса, затем направо, на проспект имени газеты «Красноярский рабочий», до улицы Шелковой, на ней направо, до улицы Академика Вавилова, затем направо, по Якорному переулку, снова на проспект «Красноярский рабочий» и затем опять направо, до учебного корпуса. Молодые, в приподнятом настроении, бежали быстро, как молодые лоси, даже разговаривали на ходу. Прохожие останавливались, давали дорогу. По возвращению на место старта, нам объявляли наше время и отправляли на стадион для игры в футбол. Футбол я не любил и бестолково бегал по всему полю, пугаясь мяча. Выдающимися футболистами себя показали мои новые друзья – Шалгинов Сергей, Гравдан Женя, Акульшин Толик. После матча всем участникам раздали круглые бумажные значки «КИЦМ. Спортклуб». Ещё через час, у лабораторного корпуса нас ждали шесть больших автобусов «Икарус» для экскурсии по городу. Только сели мы в автобусы, начался мелкий дождик, заметно потемнело и похолодало. На экскурсии рассказывали о городе, о многочисленных памятниках и достопримечательностях. Мне запомнился гранитный мемориал «Кандальный путь» в районе Предмостной площади. Здесь изображены барельефы идущих людей, закованных в кандалы. Отдельно расположена фигура мужчины с поднятой вверх и сжатой в кулак рукой. По словам экскурсовода, монумент стоит на месте, где в XVII веке пролегал московский тракт соединяющий Москву и Владивосток. По этой дороге, гремя кандалами, проходили ссыльные каторжники. Наиболее известные: А. Н. Радищев, революционер Н. Г. Чернышевский, писатель В. Г. Короленко. Как только отъехали от этого монумента, пошел сильный дождь, окна запотели и, вскоре, автобусы выгрузили нас у института. Завершала этот чудесный вечер дискотека в клубе «Искатели». А на другой день мне исполнялось 17 лет. 2 сентября После вчерашнего праздника «Посвящение в студенты» мы, общаговские, почти все перезнакомились. Со мной, в комнате 215, в четвертом общежитии жили Самарский Вадим, Куценко Андрей, Волгин Роман, Тарасенко Дима. Через комнату, в 211 жили Килижеков Олег, Гравдан Женя, Акульшин Анатолий, Шалгинов Сергей и Шеховцов Володя. За стенкой у нас жил пятикурсник-бурят с семьей. Наш, молодежный шум мешал ему спокойно жить, он несколько раз приходил к нам и требовал тишины, тишину он не получил, зато получил прозвище «оленевод». Тоже не плохо, мог бы вообще ничего не получить. В обед я купил в магазине три торта и три больших арбуза. В нашей комнате поставили рядом два стола, накрыли их газетами, я пригласил соседей. Олег Килижеков сказал тост: «Мы все собрались здесь в честь Лопатина Олега, которому исполнилось 17 лет, выпьем же за его счастье». И мы подняли стаканы с газированной водой «Сочи». Потом до 2-х ночи ели торты и арбуз. Кто-то играл на гитаре. Много было в жизни дней рождений. Но запомнились некоторые. В частности, то, 17-летнее. Они первое было без родителей, в чужом городе, среди новых друзей. Первый курс. 1988—1989 г.г. Деканом геологоразведочного факультета был Шестаков Юрий Георгиевич. Очень серьезный, умный и невероятно творческий человек. Он писал стихи. Писал их много. И про геологов, и про жизнь, и про природу, и про политику. Приведу здесь одно из его стихотворений. Летопись Земли «Приятная тяжесть на плечи Рюкзак прирастает к спине Да здравствуют новые встречи Что грезились зиму во сне! С журчанием речки таежной С палаткой над быстрой рекой С ночовкою чуткой, тревожной С походною, дымной едой. С расцветием красок заката С костром, после трудного дня С обилием звезд, что куда-то Божественно манят меня С озерною зорькой туманной С ныряющим вглубь поплавком С маршрутностью неустанною На лошади, в лодке, пешком. С таинственностью обнажений Историей нашей Земли Застывшей в пластах отложений Что летопись жизни вели!» Юрий Георгиевич преподавал «Математические методы в геологии». Он был невысокого роста, носил очки и бородку клинышком. Он очень любил студентов и заступался за них перед различными руководителями. Кому-то помогал с общежитием, кому-то с академическим отпуском, кому-то со стипендией. В общем, по любым вопросам можно было подойти к нему, и он очень быстро их решал. У Юрия Георгиевича была одна тайна, которая никак не вписывалась в его высокий ученый статус. Однако этой тайной он охотно делился: у него на груди был вытатуирован морской якорь. И Юрий Георгиевич рассказывал, что эту татуировку ему сделали на корабле старшие товарищи. Это было традицией для молодых матросов и говорило о причастности к службе в военно-морском флоте. Мы с Юрием Георгиевичем часто общались на творческие темы, и он представил меня главному редактору газеты «За кадры цветной металлургии» Валерию Лебединскому. Редакция газеты находилась на третьем этаже учебного корпуса института. И я часто печатал в газете стихи и прозу. Некоторые мои одногруппники так же писали стихи. Валерий Лебединский носил длинные волосы и большие очки. Живой, очень подвижный, он не сидел на месте, а очень быстро носился по этажам, встречался с нужными людьми, искал интересные темы для газеты. Однажды я его случайно обидел. Я стоял с одногруппниками перед аудиторией, а мимо проходил редактор, я, здороваясь с ним и желая показать нашу дружбу, похлопал его по плечу. Его этот жест очень обидел и однажды он высказал это мне. Тогда я не понял его, а сейчас мне, конечно, неловко за тот бездумный поступок. В 1993 году с ним произошел курьезный случай. Тогда, во времена всероссийского бардака, на входе в учебный корпус поставили пост казаков с нагайками для проверки студенческих билетов у входящих. Валерий Лебединский в знак протеста перепрыгнул через ограждение и побежал по коридорам. Казаки бросились за ним. Погоня была долгой: казаки плохо знали институтские коридоры, но в конце концов гордый редактор был схвачен. Но не был побежден. Группа РМ-88 В институте все было новым и интересным. В отличие от школы, здесь были не одноклассники, а одногруппники, не классы, а аудитории, не уроки, а пары. Всех студентов первокурсников разбили на три группы: РМ (разведка месторождений) – 88-1-2-3. Группа РМ-88-1 Куратор Костененко Лариса Павловна. Староста Мальдер Татьяна. – Акульшин Анатолий, с. Нижние Куряты, Каратузский район – Бобков Николай, г. Красноярск – Волгин Роман, г. Северо-Енисейск – Голубев Дмитрий, Иркутская область – Гравдан Евгений, г. Ачинск – Голосова Елена, г. Красноярск – Десятникова Оксана, г. Красноярск – Димитрашко Наталья, г. Ачинск – Диянкова Светлана, г. Новокузнецк – Зятько Лариса, г. Северо-Енисейск – Калинин Владимир д. Канарай, Дзержинский район – Кощеева Жанна, г. Северо-Енисейск – Куценко Андрей, г. Нижнеангарск – Локалова Светлана, г. Северо-Енисейск – Лопатин Олег, г. Ужур – Мальдер Татьяна, г. Красноярск – Морозов Валерий, г. Дудинка – Николаев Дмитрий, г. Красноярск – Подорожная Настя, Краснодарский край – Павлов Эдуард, с. Большая Уря, Канский район – Прокатень Лилия, г. Красноярск – Тарасенко Дмитрий, пос. Черемичкино, Кемеровская область – Тухватулина Рашида, г. Черногорск – Ташмаматов Абдибали, г. Красноярск – Шалгинов Сергей, г. Черногорск – Шеховцов Владимир, с. Маралиха, Алтайский край – Хомяков Александр, г. Красноярск Группа РМ-88-2 Куратор Глухова Людмила Васильевна Староста Лотова Инга – Антонов Владимир, г. Железногорск – Виноградов Дмитрий, г. Красноярск – Голуб Наташа г. Красноярск – Килижеков Олег, с. Шалгиново, Бейский район – Кирюхин Максим, г. Красноярск – Кичамов Андрей, г. Красноярск – Кобяков Борис, г. Красноярск – Комаров Сергей, г. Красноярск – Куклин Владимир, г. Тында, Амурская область – Кухарев Дмитрий, г. Красноярск – Лиханчин Таня, г. Гусиноозерск – Лотова Инга, г. Красноярск – Медведева Лилия, г. Чита – Милашенко Слава, г. Ачинск – Пилипчук Стас, г. Красноярск – Поцепня Николай, г. Красноярск – Раткевич Михаил, пос. Нижний Ингаш – Сальникова Ольга, г. Норильск – Федотов Алексей, г. Красноярск Группа РМ-88-3 Куратор Попова Алина Владимировна Староста Вяземский Владимир – Агапова Тамара, Тверская область. – Антонов Валерий, пос. Подтесово, Енисейский район – Вяземский Владимир, г. Боготол – Душанин Сергей, г. Абакан – Илькин Женя, г. Абакан – Казило Костя, г. Лесосибирск – Канточкина Наталья, г. Москва – Мокшина Инна, село Солгон, Ужурский район – Морозов Евгений, г. Красноярск – Мошкина Елена, г. Сорск – Пестов Андрей, г. Саяногорск – Пузырева Лариса, Читинская область – Рачинская Евгения, г. Зеленогорск – Руппель Лида, Казахстан – Самарский Вадим, г. Шарыпово – Сафонова Лена, г. Абан – Степень Ольга, г. Магадан – Тараканов Андрей г. Оха, Сахалинская область – Уланова Ирина, г. Бородино – Фомин Владимир, г. Красноярск – Черноусов Александр, г. Туруханск – Шадрина Лариса, г. Минусинск – Яцына Ольга, пос. Дубинино, Шарыповский район. Студенческая жизнь Вход в общежитие был по студенческому билету. Но часто можно было пройти и без него, контроль был слабым, однако общежитие на ночь закрывалось. Иногда, опоздавшие студенты и их гости, лазали по деревьям на второй этаж. Деревья росли со стороны стадиона. Росли так близко к общежитию, что иногда их ветви касались окон. Поэтому не составляло труда подняться на второй этаж. В подвале общежития есть душевые комнаты, разделенные кирпичными перегородками на четыре моечных отделения. Скользкий, как на катке, пол, черные от плесени потолки. Во избежание ссор, мыться одновременно должны четыре, близких по духу, человека. Потому что стоило одному сделать воду погорячее, у остальных она становилась попрохладнее. В комнате 201, над душевой, жили три девочки: Чернова Инна из села Солгон Ужурского района, Черняева Ольга из Ужура и Степень Ольга из Магадана. Инна Чернова очень красивая и привлекательная девушка. Русские сёла всегда славились такой красотой. Раньше даже было выражение «кровь с молоком». Это о сочетании красоты и здоровья. Инна на первом курсе познакомилась с «армейцем» Эдиком Черновым, вышла замуж и ушла в академический отпуск. После окончания института, Инна много лет работала в федеральной службе исполнения наказаний. Ушла оттуда на пенсию в звании майора. В настоящее время – ведущий инженер режимно-секретного подразделения ООО «Электронные системы безопасности». Ольга Степень много рассказывала про своего парня, который погиб, разбившись на мотоцикле, в нынешнее лето. Ольга бросила КИЦМ после первого семестра. Ольга Черняева была, как и я, из Ужура. Только учились мы в разных школах. Ольга бросила институт в первый год. В комнате 207 жили Зятько Лариса, Сафонова Лена, Подорожная Настя, Димитрашко Наталья, Диянкова Света, Уланова Ирина. Зятько Лариса приехала из Северо-Енисейска. Большие глаза и миленькое личико, всегда подкрашенные губки и маленькие золотые сережки в ушках. Лариса также проучилась год и бросила институт. Вернулась в Северо-Енисейск, служит в милиции. Сафонова Лена была из Абана. Красивые длинные волосы падали на глаза. Лена привычным движением руки убирала их за ухо, но они снова падали и закрывали глаза. Лена высокая, стройная девушка. Мне она нравилась. Как-то я набрался смелости и пригласил Лену в кино. В конце 80-х в больших городах появились видеомагнитофоны и видеокассеты с зарубежными фильмами. В подвалах домов стали устраивать комнаты просмотра фильмов. Залы были маленькие, человек на двадцать, потому что экраном служил обычный телевизор. Появилось выражение «пошли видик смотреть». Фильмы были с участием Брюса Ли, Сильвестра Сталлоне, были ужасы, эротика. Переводы фильмов были сделаны гнусавым голосом, чтобы невозможно было найти переводчика. Фильмы копировались и стотысячными тиражами развозились по всей России. Билет на просмотр стоил 1 рубль. Один из видеозалов был в студенческой столовой. Лену я решил пригласить на фильм ужасов. Конечно, в этом был злой умысел. Я был уверен, что она испугается и будет прижиматься ко мне, и тут я ее обниму. Мы вошли с ней в небольшой зал, сели на стулья, погас свет. Романтический и познавательный фильм назывался «Ходячие мертвецы». Мне, конечно, хотелось выглядеть перед Леной мужественным парнем, но как только начался фильм, я перепугался так, что с криком выскочил из зала, опрокинув несколько стульев. Лена осталась с мертвецами. Правда недолго, вскоре и она вышла, и мы с ней просто погуляли по городу. Потом Лену заметил Саша Киячко, студент, отслуживший армию и Лена стала его женой. С Сашей я дружил и тайно завидовал ему. Лена тоже бросила институт на первом курсе, затем поступила в другой. Сейчас занимается бизнесом в Красноярске. Уланова Ирина приехала учиться из Бородино. Бросила институт после первого курса. Подорожная Настя. Вот уж восточная красавица из сказок «Тысяча и одна ночь». Длинна коса, гибкий стан, большие глаза. Настя окончила институт, вышла замуж, стала Настей Кукушкиной. Настя работает главным специалистом отдела инженерной подготовки объектов ОАО «Красиндорпроект». Школьная характеристика: Хорошо работала преподавателем. Была классным руководителем. Внимательна к детям и учителям. На высоком уровне осуществляла учебно-политические задачи. Диянкова Света. Приехала из Новокузнецка Кемеровской области. Стройная, невысокого роста, симпатичная. Окончила институт, вернулась в Новокузнецк и долгое время работала бухгалтером в детском садике. Сейчас живет в Подмосковье. Главный бухгалтер частного отеля. Димитрашко Наташа. Приехала из Ачинска именитой лыжницей перворазрядницей. Конечно, это вызывало восхищение и уважение. Наташа окончила институт, работает главным горняком АО «Русал Ачинск». Школьная характеристика: Все годы училась на 4 и 5. Много занималась самообразованием. Очень организованна и целеустремленна в делах, с чувством долга, инициативна. Обладает организаторскими способностями. Отвечала за политинформацию. Занимается спортом, имеет первый разряд по лыжам. Имеет квалификацию секретаря-машинистки. В комнате 211 жили Килижеков Олег, Шалгинов Сергей, Акульшин Анатолий, Шеховцов Владимир, Гравдан Евгений. Эта комната спортивная и читающая. Килижеков Олег и Акульшин Анатолий читали в запой все книги. Часто в свободное время их можно было видеть, лежащими на кровати с книгой в руках. В те годы, несомненно, была читающая страна. То, что не входило в школьные программы, читали самостоятельно. В основном, фантастику, детективы и зарубежную классику. Килижеков Олег приехал учиться из Бейского района Хакасии. Окончил институт, работает начальником Октябрьской геологоразведочной партии АК «Алроса». В 2017 году, в Новосибирске, защитил кандидатскую диссертацию по теме: «Закономерности локализации и особенности разведки погребенных россыпей алмазов Средне-Мархинского района (Якутская алмазоносная провинция). Олег один из первооткрывателей месторождения алмазов «Трубка Майская». Награжден Почетной грамотой МПР РФ, знаком «Отличник разведки недр», знаком «Первооткрыватель месторождения». Акульшин Анатолий приехал учиться из села Нижние Куряты Каратузского района. Окончил институт, работает сотрудником Главного следственного управления ГУ МВД по Красноярскому краю. Шалгинов Сергей занимался боксом и достиг неплохих результатов за годы учебы. Сергей приехал из Черногорска. Окончил институт, работает в Красноярске в компании, занимающейся доставкой грузов. Школьная характеристика: Учился на 3, имеет хорошие способности, может самостоятельно работать. Обладает хорошими трудовыми навыками, добросовестен. Увлекается футболом. Характер спокойный, внимательный, принципиальный, пользуется уважением. Шеховцов Володя был лыжником. Внешне крупный, высокий, но когда вставал на лыжи, быстро исчезал из вида. Догнать его мог разве только тренер на снегоходе. Володя приехал из села Маралиха Алтайского края. Окончил институт, работает в Барнауле, в торговой компании. Гравдан Женя играл в хоккей за Ачинск. Он и меня научил кататься на коньках. С Женей мы дружили все пять лет. Я часто бывал у него в гостях в Ачинске. У него очень радушные и гостеприимные мама с папой. Бывало, ходили с ним на рыбалку и брали с собой учебники и лекции – готовиться к экзаменам. Но всегда возвращались без рыбы и без новых знаний в голове. Сейчас Гравдан Евгений работает геологом в Северо-Енисейском районе на разведке рудного золота. В следующей комнате, 215, жили мы: Тарасенко Дима, Куценко Андрей, Волгин Роман, Самарский Вадим и я. Тарасенко Дима два раза был в академическом отпуске, но в итоге окончил институт, одно время жил в Саяногорске, сейчас работает в ОАО «Русал. Красноярск» бригадиром смены. Школьная характеристика: Учился хорошо, способен. Дисциплинирован, активен в общественной жизни школы, физорг школы, отличный спортсмен, по многим видам спорта занимал призовые места. Участник художественной самодеятельности, любитель музыки. Политически грамотен. Пользуется авторитетом. Куценко Андрей женился на одногруппнице Мошкиной Лене из Сорска. Живут Андрей и Лена на родине Андрея в Нижнеангарске. Андрей работает в системе РЖД, Лена в прокуратуре. Школьная характеристика: Учился на 4 и 5. Может заниматься самостоятельно. Комсорг класса, имеет собственное мнение, умеет убеждать. Политически грамотен. По характеру спокоен, застенчив, сдержан, тактичен. Имеет второй разряд по специальности автослесарь. Волгин Роман приехал из Северо-Енисейска, окончил институт. Работает геологом. Его сын, Волгин Алексей, так же, окончил наш институт и сейчас работает заместителем главного геолога в Северо-Енисейском районе. Школьная характеристика: Добросовестен, самостоятелен. Большая склонность к гуманитарным наукам. Был участником районных и краевых олимпиад по географии, имеет грамоты. Активен в общественной жизни. Был членом политсектора. Политинформации очень содержательные. Участник художественной самодеятельности, спортивных состязаний (мотоспорт). Характер вспыльчивый, самолюбивый. Не всегда самокритичен и принципиален в оценке негативного поведения товарищей. Самарский Вадим проучился полгода и весной ушел в армию. Лопатин Олег. Не знаю, как о себе написать. Напишу краткую биографию. Летом, после окончания института, поработал в геологической партии в горах Кузнецкого Алатау и осенью пошел в армию. Служил в поселке Приамурском, недалеко от Хабаровска. После службы жил в Санкт-Петербурге, сменил несколько профессий: торговый представитель компании, продающей женские колготки, поставщик аптечной продукции, торговый представитель фирмы, с красивым названием «Полярная звезда», торгующей винно-водочными изделиями, продавец в ювелирном магазине «Магия камня» на Невском проспекте. В 1998 году вернулся в Ужур. Работал в телекомпании МТК «Солнечный», затем ответственным секретарем газеты «Сибирский Хлебороб». В 2000 году устроился на работу в пресс-службу администрации Красноярского края. Оттуда, уже в 2003 году уехал в Москву. Работал в сфере маркетинга, рекламы, PR в разных компаниях. В 2010 году переехал в Краснодар. Здесь занимался продажей недвижимости. Сейчас ремонтом бытовой техники. У меня четверо детей. Старшая, Катя, в Москве, Ростислав, в суворовском училище на третьем курсе (13 лет), Ромке 5 лет, Олесе 3 года. Школьная характеристика: Учился не в полную силу на 3, интереса к учебе не проявлял, но активен на физкультуре. Принимал участие в трудовых делах класса. Увлекается минералогией, собрал коллекцию, много читает. По характеру добрый, веселый, честный, с юмором. Внешне не всегда аккуратен. Имеет третий разряд автослесаря, водительские права, удостоверение турист СССР. В 219 комнате жили Антонов Валера, Антонов Владимир, Куклин Владимир, Милашенко Слава. Антоновы не были родственниками, просто совпали чудесным образом фамилии. Все ребята, кроме Куклина, были высокие, спортивные. Володя Куклин был не высокого роста, приехал учиться из города Тынды, столицы БАМа, проучился с год и исчез. Не доучился и Милашенко Слава. Он был из Ачинска. Антонов Валера из Подтесово учился хорошо. Но почему-то в конце первого курса, после блестящей сдачи сессии, вдруг ушел в армию. Не понятно, какой клич пионера поменял ему общаговскую кровать на казарменную. Служил Валера в десанте. Писал из армии письма своему куратору Глуховой Людмиле Васильевне. Она гордилась вниманием своего студента. В институт Валера больше не вернулся. Из всей комнаты только Антонов Владимир окончил институт. Живет и работает в Красноярске. Занимается составлением проектов на добычу россыпных месторождений. В 225 комнате жили Мошкина Лена, Сальникова Ольга, Кощеева Жанна, Лиханчин Таня. Из всей комнаты одна Мошкина Лена окончила институт. Учиться она приехала из Сорска. Вышла замуж за Куценко Андрея. Живут они в Нижнеангарске. Лена работает в прокуратуре. Сальникова Ольга приехала из Норильска. С 6-го класса занималась лыжным спортом, имеет первый взрослый разряд. Поступать хотела в педагогический институт на физвоспитание, но не прошла окулиста. Поступила в ЦветМет, ушла в академический отпуск. В итоге окончила Томский университет систем управления и радиоэлектроники. Живет в Санкт-Петербурге, работает в ООО «Норильскгеология» в отделе по учету и отчетности. В 231 комнате жили Черноусов Сергей, Казило Костя, Илькин Женя, Тараканов Андрей, Душанин Сергей. Черноусов был после армии, не проучился и года, ушли Костя Казило и Женя Илькин. Душанин Сергей брал академический отпуск и окончил институт на год позже. Живет в Абакане. Занимается открыванием дверей нерадивых горожан. Андрей Тараканов брал два академических отпуска, но институт так и не окончил, сейчас возглавляет информационное агентство Интерфакс в Самаре. В самом конце коридора, в маленькой комнате 239, напротив туалета, жили Пестов Андрей, Павлов Эдик и Калинин Владимир. Пестов Андрей приехал из Саяногорска. Он один из троих окончил институт. Сейчас Андрей – директор по операционной эффективности в АО «Полюс-логистика». Павлов Эдик был из Канска. Красивые кудрявые волосы, толстые губы. Эдик ушел в армию после первого курса. Вернулся, заехал в гости, привез с собой нунчаки и показывал искусство боя. Мы тогда решили, что Эдик Павлов служил в нунчаковых войсках. Позже с ним произошел случай. Эдик познакомился с девушкой, по-моему, даже женился на ней. Однажды пришел с работы, а у нее в гостях раздетый милиционер. Дальше Эдик рассказывал так: – «Он мне был не нужен, и я выбросил его в окно». Потом Эдик уехал в экспедицию в Хабаровский край и с тех пор я потерял его следы. Калинин Владимир. Ещё одна загадка современной истории. Учился хорошо, местами, даже отлично. Входил в студенческий профком. Но неожиданно, на третьем курсе, бросил институт и ушел в армию. Володя занимался тяжелой атлетикой и показывал хорошие результаты. Сейчас Володя работает водителем в банке ВТБ. На четной стороне общежития, в комнате 228, жили пять девушек. Ольга Яцына из Дубинино, Лилия Медведева из Читы, Тухватулина Рашида из Черногорска и две москвички Тамара Агапова и Наталья Канточкина. Ольге, Лиле и Рашиде хватило года и они бросили ВУЗ. Что заставило девушек из столичного региона поехать в Сибирь не понятно. Но, знакомьтесь! Агапова Тамара. Тамара из Тверской области. Красивая, рыженькая, с длинными ресницами. На третьем курсе Тамара вышла замуж за красавца Тараканова Андрея. У них родилась Ангелина. Но что-то не сложилось, как часто, к сожалению, бывает в жизни красивых молодых людей. Тамара, после окончания института, уехала в Америку, живет в городе Бруклин. Наташа Канточкина из самой Москвы. Высокая, красивая брюнетка с милой улыбкой. Наташа вышла замуж за усатого красавца Утяшева Павла. Родила сына Никиту. Сейчас Наташа живет в Москве, работает геологом. В новом браке у Наташи родилась дочь Лида. Кичамов Андрей. В 1988 году начался вывод советских войск из Афганистана. Война длилась 10 лет и унесла по разным подсчетам 15 000 жизней советских солдат. Пока мы изучали по школьным учебникам историю Великой Отечественной войны, параллельно этому, все школьные годы, шла война, в которой гибли наши солдаты. О войне не говорили много, в газетах и по телевизору ее называли вооруженным конфликтом, в котором мы участвуем по просьбе наших афганских друзей. Но как бы называли и не оправдывали войну, в ней всегда гибли люди и никогда этому не было и не может быть оправдания… После начала вывода войск, в институт начали приходить первые афганцы. В нашу группу пришел Андрей Кичамов. Красавец, с кучерявыми волосами, коренастый, крепкий, он являлся живой легендой, пользовался непоколебимым авторитетом среди нас, молодых пацанов, совсем не видевших жизни. Андрей не любил вспоминать и говорить о войне, но иногда, под настроение, пел под гитару афганские песни, особенно «Опять тревога» «Опять тревога, опять мы ночью вступаем в бой Когда ж мой дембель, я мать увижу и дом родной Когда забуду, как полыхают в огне дома Здесь в нас стреляют, здесь, как и прежде идет война Песок нагретый палящим зноем под шестьдесят И капли пота со лба стекают, глаза слепят В пробитой фляжке воды осталось на полглотка Здесь в нас стреляют, здесь как и прежде идет война. А на рассвете найдут три трупа среди камней И смолкнут люди, считая гибель, виной своей И скажут люди, сегодня ночью пришла беда Здесь в нас стреляют, здесь, как и прежде идет война Уже два года в Афганистане, и вот весной Придет мой дембель я мать увижу и дом родной Своей девчонке от счастья пьяный взгляну в глаза Здесь в нас стреляют, здесь, как и прежде идет война Так что ж ребята, нальем бокалы за тех парней Кто жизни отдали во имя счастья чужих людей Кто не увидел за цинком гроба родную мать Кому досталось в земле Афгана на век лежать». Андрей пел ее, сидя на кровати, в общежитии, пел красивым голосом, неторопливо перебирая пальцами по струнам. После песни наступала долгая пауза и Андрей первую стопку пил за своего погибшего друга. Сейчас Андрей работает в МЧС России. Стас Пилипчук – жил на улице Щорса. Очень любил лазать по «Столбам». Был фанатично увлечен столбизмом. И даже побывал на вершине всех «Перьев», что дается очень немногим подготовленным людям. Как показала дальнейшая жизнь, Станиславу, в его работе пригодились его скальные тренировки. С 1995 года Станислав работает в Сибирском региональном поисково-спасательном отряде МЧС России. Начальник поисково-спасательной службы. Принимал участие в более 50 крупных поисково-спасательных работах. Среди них: – авиакатастрофы; – обрушение зданий; – лесные пожары; – ликвидация последствий наводнений; – ликвидация последствий землетрясений; – ликвидация последствий взрыва метана в шахте. Награжден нагрудным знаком «За заслуги», тремя почетными знаками и 14-ю медалями, в том числе «За спасение погибавших». Я узнал о заслугах однокурсника случайно. Конечно, он ни за что бы не рассказал о себе. Просил «не делать из него героя». Это для нас он герой, а для Стаса это привычный, ежедневный труд. Кирюхин Максим – совершенно спокойный молодой человек, упитанного телосложения с добрейшей душой. Учился тихо, незаметно, жил на левом берегу, в Зеленой Роще. Впоследствии стал отцом четырех детей. Сейчас работает в проектном подразделении ГК Полюс. Хомяков Саша – жил в Черемушках. После института одно короткое время продавал на рынке обувь. Сейчас работает главным геологом в золотодобывающей компании «Северная». Николаев Дима – жил в Зеленой Роще. Саша и Дима были частыми гостями в нашей комнате. Иногда ездили с нами обедать в пельменную на Мичурина. Сейчас Дима работает в системе ЖКХ г. Красноярска. Наташа Голуб – Красивая девушка невысокого роста, тихая, неприметная, но при этом стройная и симпатичная. Окончила институт, сейчас работает в Красноярске в сфере красоты и здоровья. Инга Лотова – ещё одна красавица, тоже невысокого роста, но с большими выразительными глазами и неспокойной душой. От этого она была ещё более заметной. Инга работает в администрации Красноярского края. Семейные пары     «Молодость – это недостаток,     который быстро проходит».     Поэт Иоганн Гёте В студенческие годы мы были молоды и красивы. Да и сама пора: студенчество, очень красивая. На курсе учились, в основном, парни. Девушек было мало. Тем не менее, начиная со второго курса стали образовываться семейные пары. Зарубовы Инга Лотова очень красивая девушка с веселым, заводным характером, с длинными вьющимися волосами. Ингу заметил Зарубов Сергей, когда вернулся из армии и восстановился в институте. Они женились первыми среди студентов нашего курса. Свадьба состоялась 27 апреля 1990 года. В браке родился сын Максим, много позже дочь Милена. Спустя еще какое-то время жизнь внесла коррективы. Сейчас Сергей и Инга не вместе. Ещё спустя несколько лет в семье Инги появился мальчик Тимоша. Куценко Свадьба моего друга Андрея Куценко и Лены Мошкиной состоялась 01.06.1990 г. Лена, высокая стройная, красивая девушка приехала учиться из города Сорска. Она очень хотела замуж. Но вначале она обратила внимание на Тарасенко Диму. Они немножко подружили, но что-то не сложилось, и уже тогда, на Ленином горизонте появился Андрей. Их брак счастливый. У Андрея и Лены есть сын Саша и дочь Алена. Не так давно, летом, Андрей сказал такую фразу: «Я всю жизнь прожил с Леной и до сих пор ее сильно люблю». Наверное, не многие женщины слышат такие слова, по прошествии почти тридцати лет совместной жизни. Федотовы. Наташа Голуб и Алексей Федотов учились вместе. Наташа одевалась скромно, красилась слишком в меру, однако при всех скромных данных, у Наташи были выразительные карие глаза и ямочки на щечках. Алексей красивый, высокий блондин, был очень заметный среди нас, первокурсников. Будущую жену он выбирал себе тщательно. Какое-то время ему нравилась скромная Оля Сальникова. Потом он увидел Жанну Кощееву, которая в тайне нравилась мне. Однажды, после урока физкультуры, мы обедали в студенческой столовой за одним столиком с Алексеем и он, между прочим, в разговоре, признался, что ему нравится Жанна Кощеева. Я чуть не подавился кефиром. Но Жанна вскоре бросила институт. И тут судьба свела Наталью и Алексея вместе. Поженились они 9 марта 1991 года. У них родилась дочь Даша. Однако, через много лет, что-то пошло не так и сейчас они не вместе. Мальдер Татьяна. Стройная, среднего роста, с острым личиком, симпатичная, с красивыми и чуть хитрыми глазками. Таня была замужем и жила в Красноярске. Прокатень Лилия жила в Красноярске. Окончила институт. В 2018 году уехала жить в Словению. Школьная характеристика: Работала оператором ЭВМ производственного отдела эксплуатации ЭВМ. Трудолюбива и дисциплинирована. Задания выполняет качественно, повышает свой уровень. Десятникова Оксана. Жила в Красноярске. Ушла в академический отпуск. Окончила институт. Работает воспитателем в детском саду в Красноярске. Федотов Алексей окончил институт. Работал в таможенной службе, затем вернулся в геологию, работал геологом, участковым геологом. Сейчас опять на таможенной службе в Красноярске. Морозов Валерий. Я дружил с ним в институте. Родом он из северной Дудинки. Зимой Валера носил черный пуховик, а шарф обматывал вокруг шеи. Валера жил у тетки в Солнечном микрорайоне. Ездил туда на автобусе, через Предмостную площадь. Однажды, он пришел к нам общежитие растрепанный и рассказал, как на Предмостной площади к нему пристали два парня и хотели отнять деньги. Позвали его с собой, «поговорить» за танцевальный зал и так он обоим и накостылял. А одно время, когда надоело ездить он жил в общежитии у нас в комнате, в четвертой общаге. И я запомнил одну его привычку, когда Валера просыпался, он открывал сначала левый глаз, осматривал комнату, потом открывал второй глаз. Валера не нашел себя в геологии ещё на первом курсе и ушел в военное училище со сложной аббревиатурой – КВКУРЭ (Красноярское высшее командное училище радиоэлектроники), которое и окончил. Нравился он многим девчонкам, они даже собирались ехать к нему в училище. Но так и не доехали. Гвардии акушер. Одно время, Валера служил на острове Итуруп, Курильской гряды. Военный городок, остров в тумане. Майор Морозов – дежурный по полку. Вдруг ему сообщают, что жена одного из офицеров собирается рожать. Ночь. Врач в отпуске, муж в командировке на Большой Земле и не может вернуться из-за погодных условий. Валера прибежал в дом, где были расквартированы офицеры. Двадцатидвухлетняя жена лейтенанта держится за живот и смотрит умоляюще. Чувствует, что родит скоро. Майор Морозов принимает решение принимать роды. Просит помощника нагреть воды, приготовить инструменты. Сообщает по рации о своем решении на Большую землю. Там находят врача, который будет на расстоянии руководить родами. Дежурный по части надевает белый халат, марлевую повязку. Молодую роженицу кладут на стол, укрытый белыми простынями. Кажется все готово. Ночью начинаются роды. На связь по рации выходит врач. Он руководит действиями. Несколько напряженных минут, наконец, пуповина перерезана, место обработано зеленкой. Тишину военного кабинета разрывает детский плач. Мальчик появился на свет здоровым. Майор Морозов осторожно пеленает его, кладет рядом с мамой. Мама благодарит его и засыпает. Позже командование объявило благодарность. Благодарен был и муж-лейтенант, когда прилетел в часть. – «Страшно не было» – потом признавался мне друг, когда мы встретились в Красноярске в 2000 году: «Даже руки не дрожали, четко выполнял то, что говорил врач. Потом уже, когда пришло осознание, что все прошло благополучно, по спине побежали капельки пота. Ведь это маленькая человеческая жизнь. Я отвечал за нее». Валера долго не женился. Все служил в отдаленных местах. Из-за того, что он не женат, он не мог учиться в генеральном штабе. Туда брали только семейных офицеров. Абсурдная ситуация. Законы оставались советскими, а жизнь была уже другая. В конце концов, Морозов Валера женился, окончил учебу в Генеральном штабе, сейчас служит в Калининграде, командует полком. Воспитывает двоих детей. Комната 215 В нашей комнате кровати стояли в два яруса. Справа от окна на первом ярусе спал Самарский Вадик, над ним Волгин Роман. Слева от окна на одинокой кровати Тарасенко Дима. Перпендикулярно этим кроватям стояла ещё одна двухъярусная кровать, на нижнем ярусе спал Андрей Куценко, на верхнем я. Утром, раньше всех, вставал Волгин Роман. Папа у него большой милицейский начальник в Северо-Енисейске, видимо, дома была железная дисциплина. Ромка, садился на кровати и негромко кричал: – «Подъем». Реагировал один Вадик, он моментально залезал с головой под одеяло, видимо тоже домашняя привычка. Остальные спали. Ромка долго и шумно возился, искал умывальные принадлежности, кровать скрипела, все это раздражала Вадика и он нервно бурчал: – «Ромка, хватит вошкаться». – «Подъем» – повторял Ромка и сползал вниз. Опять долго шуршал уже на полу, видимо искал тапочки и наконец, уходил, напоследок скрипнув дверью. Опять наступала тишина. Вставать не давало стадное чувство. За окном уже начинал алеть рассвет. Минут через двадцать, Ромка возвращался, включал свет и третий раз произносил одно и то же слово. Тут уже не выдерживал Дима Тарасенко: – «Волгин, дай поспать». – «Харэ дрыхнуть», по-деревенски отвечал Ромка и уходил ставить чайник. Подо мной закачалась кровать – проснулся Куценко Андрей. Он пошарил рукой под подушкой в поисках очков, одел их, запел тихо какую-то песню и стал вставать. Я тоже стал вставать и чуть не наступил сверху на Андрея. Спрыгнул с кровати и мы с ним встретились взглядами. Спросонья мы были оба страшные и лохматые. Улыбнулись друг другу, накинули на шеи полотенца и пошли умываться. В коридоре было холодно, доски пола прогибались под ногами и скрипели. Общаговский туалет тех лет – это четыре унитаза и шесть раковин. Из шести, работают только четыре. Зеркал нет, поэтому многие носят с собой маленькие зеркальца, ставят их на раковину, прислоняют к стене и ищут кусочками свое отражение. Большинство же моется на ощупь, так и не увидев себя. Полотенца некуда вешать, поэтому они остаются на шее, либо ими подпоясываются. Пол всегда мокрый, поэтому большая трагедия, если полотенце разматывается и падает на пол. Андрей кладет очки на раковину, долго закатывает рукава, говорит зачем-то: «Ладно», и начинает шумно мыться. Когда мы возвращаемся в комнату, Ромка уже пьет чай с ватрушками, которые он привез из дома. Дима и Вадик по-прежнему спят. Мы их не будим, у каждого свой подъем. Мы с Андреем в тишине тоже пьем чай, одеваемся и уходим на занятия. Расписание занятий В первые дни учебы мы собрались у деканата геологоразведочного факультета. На стене было вывешено расписание на первый семестр. Некоторые предметы были нам знакомы со школы, но вместе с ними встречались и уже геологические предметы. Первый семестр Понедельник 8.00 – 9.35 – Физвоспитание 9.45 – 11.20 – Иностранный язык 444 л. 11.30 – 13.05 – Химия 429 л. (лекция) 13.05 – 15.25 – История КПСС 420 л. (нечетная неделя) Вторник 8.00 – 9.35 – История КПСС 447 л. 9.45 – 11.20 – Общая геология 317 у. 11.30 – 13.05 – Химия 440 л. 13.50 – 15.25 – История КПСС 351 л. Среда 8.00 – 9.35 – Иностранный язык 203 у. 9.45 – 11.20 – Общая геология 234 у. (лекция) 11.30 – 13.05 – Инженерная графика 234 у. (лекция) Четверг 8.00 – 9.35 – Физвоспитание 9.45 – 11.20 – Инженерная графика 402 у. 11.30 – 13.05 – Общая геология 228 у. 13.50 – 15.25 – Иностранный язык 350 л. Пятница 8.00 – 9.35 – Минералогия 230 у. 9.45 – 11.20 – Высшая математика 351 у. (четная неделя) 11.30 – 13.05 – Кристаллография и минералогия 414 у. 13.50 – 15.25 – Высшая математика 429 л. (лекция) Суббота 8.00 – 9.35 – Высшая математика 424 л. 9.49 – 11.20 – История КПСС 355 л. 11.30 – 13.05 – Кристаллография и минералогия 234 у. Уроки физкультуры проходили на стадионе, среди общежитий и в здании спорткомплекса КИЦМ, а со второго курса на лыжной базе на станции Маганской. Все было логично и продумано. Профессия геолога, кроме самих знаний предмета, требует умения и плавать и ходить на лыжах и уметь лазить по скалам. Кроме того, быть выносливым, мужественным, сильным. На развитие этих качеств и была направлена физкультура, кроме того, было множество спортивных кружков и секций. Заведующий кафедрой был Хухров Борис Михайлович. Богатырского телосложения, сразу было видно, что много занимался спортом. Иногда Борис Михайлович был в спортивной форме, иногда в деловом костюме. Занятия в бассейне вела его супруга Хухрова Лариса Викторовна. Ходила она в спортивном костюме, на груди висел свисток. Вначале мы лежали на бортиках и делали плавательные движения руками и ногами. Вода была в метре, но Лариса Викторовна учила плавать нас сначала на суше. Потом следовал резкий и громкий свисток и мы заходили в воду. На головах были шапочки, на глазах очки и все были похожи на бесполых ихтиандров. Плыли ихтиандры друг за другом на шести дорожках. У бассейна были тумбы и вышки для прыжков в воду. На третьем курсе я научился делать сальто и с тумбы и с вышки. Потом прыгал в разных бассейнах, но каждый раз нужно было переступать через страх. Лучшая вышка для прыжков в воду была в бассейне города Якутска. Там площадка вынесена далеко в бассейн и можно было нырять, не боясь удариться о тумбу внизу. На стадионе между общежитиями мы бегали дистанции 100 м, 300 м, 1 км, 3 км. Подтягивались на турнике, отжимались, играли в футбол. У девочек физкультуру вел Федоров Валентин Иванович. Физику преподавал заведующий кафедрой физики Машуков Анатолий Васильевич. Его громкий голос отражался от стен аудитории. У него всегда было хорошее настроение, он много шутил, и его настроение передавалось нам. Химию вела Корытцева Любовь Николаевна. Для меня химия, со школы, была трудным предметом. Наверное, то же самое, химия сказала бы и обо мне. Но что интересно, преподаватель химии в институте и учитель химии в моей ужурской школе, когда-то учились вместе и дружили. Историю КПСС вела Селютина Алла Ивановна. Симпатичная женщина приятной внешности. Она ревниво относилась руководству партии, начиная с основателей и заставляла зубрить биографии. Историю на «отлично» знал Володя Калинин. У Володи была на удивление хорошая память и учился он хорошо и отлично. Алла Ивановна всем ставила в пример Володю. Но неожиданно он на экзаменах получил тройку. Это было шоком для многих, однако Володя повел себя спокойно и невозмутимо. Оказывается, он на фотографии не узнал революционера Николая Бухарина. А это было недопустимо. История не прощает ошибок. Тем более, история КПСС. Высшую математику вел высокий, широкоплечий Титаренко Александр Денисович. Внешне, он был очень похож на французского актера Жана-Поля Бельмондо. Прямо сильно похож. И когда я вижу фильмы с участием этого актера, я вспоминаю Александра Денисовича. Наш математик был очень требовательным. Не шел ни на какие уступки и не давал никому пощады. Он очень любил свой предмет и прививал нам эту любовь. Однако в институте были студенты, которые жаловались на его несгибаемый характер ректору. И когда об этом пошли слухи, нашлись защитники Александра Денисовича, которые написали петицию в его защиту. В общем, он продолжал преподавать, и я горжусь, что учился у этого сильного человека, фанатично преданного своему предмету. Иностранный язык В институте геологи, почему-то изучали английский язык. Немецкий язык на кафедре иностранных языков тоже был, но его преподавали на других факультетах. Я первый семестр изучал английский, но потом решил попробовать перейти на немецкий, который изучал в школе. С этим вопросом я обратился к декану факультета Шестакову Ю. Г. Юрий Георгиевич был человеком справедливым, и всегда, как мог, помогал студентам. В общем, меня определили к девочкам экономистам, и я вместе с ними изучал немецкий язык. Немецкому языку учила нас Любашина Тамара Ивановна. Высокая, чуть старше нас, не потерявшая свою женскую красоту, она была кроме всего интересным собеседником, расспрашивала нас, о родителях, о том, откуда мы приехали. В общем, любила общаться. Я сидел один среди девочек и ужасно стеснялся этого. Моей соседкой по парте была симпатичная девушка с большими выразительными глазами. Звали ее Таня Третьякова. Мы подружились. Таня приехала учиться в Красноярск из пос. Таежного Богучанского района и жила на улице Щорса у бабушки и дедушки. С Татьяной мы как-то ходили в гости к Тамаре Ивановне. Тамара Ивановна жила одиноко, где-то на улице Щорса. В ее квартире было много книг, круглый стол на гнутых ножках, большая белая скатерть. Тамара Ивановна ставила чайник, на столе появлялись чашки, ложки, варенье. Мы пили чай, и Тамара Ивановна расспрашивала нас о жизни, о выборе будущей профессии. Мне было интересно, почему она живет одна и есть ли у нее дети, но я стеснялся и так и не спросил. Вскоре стало вечереть и мы начали собираться с Татьяной по домам. Тамара Ивановна дала нам с собой несколько маленьких баночек с разным вареньем. Я с ребятами в общаге долго пил чай с ее вареньем и все думал, почему такие женщины с добрым, мягким характером часто живут одни. Природная робость и скромность не позволяют им знакомиться или они брошены своими мужьями и до сих пор хранят им верность? Много в дальнейшей жизни я встречал одиноких женщин, крайне интересных в общении, с богатым внутренним миром и так и не разгадал причину их одиночества. В Татьяну я не смог влюбиться, но мы долго общались и после института, я даже написал ей однажды стихи. «Твое письмо» Твое письмо в конверте белом Принес мне утром почтальон Твоя душа в конверте этом Твой поцелуй, твой мне поклон Твои глаза – луга и нивы Улыбка – солнце над Землей Прекрасней всех ты и красивей И мне так хорошо с тобой В моей руке твое письмо И солнца луч на строки светит Ты вновь со мной, мне так тепло Нет лучше ничего на свете Гуляют куры за окном, Петух им раздает заданье Так хорошо везде, кругом Тебе пишу я: «Здравствуй, Таня». Пускай, мы связаны письмом. Любовь, она свое получит Мы скоро встретимся с тобой Никто нас больше не разлучит. И вновь нас ласковый рассвет С собою вдаль рукой поманит И в ночь на небе звездный свет Распишет нас: Олег и Таня» 02.09.1991 г. Потом, я слышал, она вышла замуж. Мы попали в разные жизненные водовороты, судьба развела нас, постепенно исчезло общение, но иногда, когда я вспоминаю уроки немецкого языка, я вспоминаю и Татьяну, ее большие и красивые глаза. Кристаллографию вела Звягина Елена Александровна. Кристаллы – это все твердые тела, имеющие форму многогранника, возникающую в результате упорядоченного расположения атомов. Кристаллографию называют наукой о кристаллах, кристаллических природных телах. Елена Александровна брала деревянный макет кристалла кварца, поднимала его на уровне глаз, и крутила между пальцами, показывая его сингонию, и поясняла: «Различают семь сингоний: кубическую, тетрагональную (квадратную), тригональную, гексагональную, ромбическую, моноклиническую, триклиническую». Мы смотрели то на деревянный минерал, то на Елену Александровну. Повторять сложные слова не решались. Все казалось сложным и вместе с тем, интересным. Общую геологию вел Сергей Иванович Леонтьев. Вот уж, истинный геолог! Загорелое лицо путешественника, геологическая борода. Наверняка у Сергея Ивановича есть и любимый рюкзак, и сапоги и геологический свитер. У всех геологов есть любимые вещи, пережившие с ним не одно геологическое поле. Зимой, лежащие на полочке, весной на спинке стула, летом на спине, осенью перед стиральной машинкой. И так, сезон за сезоном, с годами появляются благородные заплатки, как скрытые раны, местами подпалены от костра, новые пуговицы, взамен потерянных, старых. Общая геология – это как раз и горные породы, и ветер и лед и реки и моря и землетрясения и вулканы, горы, равнины, пустыни. Я учился давно. Я не геолог, жалею об этом. Но до сих пор, я смотрю на горы и представляю, как они вздымались миллионы лет назад, как отступало море, как в этом море плавали моллюски. Человек, стоящий на остановке в ожидании транспорта, разве может подумать, что он стоит на дне отступившего миллионы лет назад моря. А ещё ранее здесь текла магма, и не просто текла, а вылетала брызгами из-под земной коры. Человек стоит на остановке и ругается, потому что автобуса нет уже 20 минут. Двадцать минут! Да вся его жизнь короткий миг в геологическом измерении времени! Люди стали меркантильными. Привыкли к благам цивилизации и не могут даже мысленно перенестись на миллион лет назад или вперед. «Заглянуть» за горизонт или обернуться в прошлое. А геологи могут. Когда я смотрю на Сергея Ивановича, я завидую ему. Так, как можно завидовать судьбе искателя, путешественника, научного «бродяги». «Ласточка» и режиссер Наши преподаватели, люди исключительно интеллигентные, образованные, видные, интересные. Но разные по характеру: есть строгие, есть доброжелательные, кто-то с большим чувством юмора. Здесь же хочу написать про преподавателя инженерной графики. Звали ее Белова Антонина Александровна. Ни до нее, ни после я не встречал такого человека. Она была пожилой женщиной невысокого роста, но с удивительным мягким характером. Она, наверное, относилась к послевоенному поколению, пережившему страшную трагедию и от того, относившемуся с близкой любовью и теплыми чувствами к каждому. Конечно, таким людям тяжело живется в наше циничное, жестокое время бизнеса, конкуренции, борьбе за свое место. Голос у Антонины Александровны, был тихий и мягкий. Всех студентов она называла «Ласточка». Никак иначе. Если обращалась, всегда брала за руку и заглядывала в глаза. Если ходила по аудитории, и заглядывала через плечо, обязательно, мягко клала руки на плечи. Много лет спустя, когда я приезжал в институт, я всегда хотел ее увидеть. Поднимался на четвертый этаж учебного корпуса, но никогда не встречал ее, не видел ее фамилию и в списках преподавателей. Жаль. Если милых бабушек, иногда, называют божьими одуванчиками, то она была ангелом. Театр Как-то Антонина Александровна, подошла ко мне, коснулась своей мягкой рукой моего плеча и спросила: «Ласточка, не хотел бы ты играть в театре? У меня есть знакомый режиссер, он ставит маленькие миниатюры, приглашает студентов, я тебя познакомлю. Может, ты кого-нибудь ещё пригласишь из ребят». Я, не долго думая, согласился. Ну, разве можно было ей отказать? Вечером мы с Вадиком Самарским встретились с ней на трамвайной остановке. Ехать надо было в район кинотеатра «Спутник». Там, в одной из пятиэтажек, с торца, находился неизвестный театр. Я не знаю, где наша добрая преподавательница познакомилась с этим режиссером и почему помогала ему. У него оказался совершенно другой характер. Это был взбалмошный молодой человек, около тридцати лет от роду. С густой шевелюрой волос, большими полузатененными очками. Он нервно ходил по сцене с пачкой листов сценария, потрясал ей в воздухе и громко говорил: «Мы будем ставить миниатюру „Экзамен“. Один из Вас будет играть студента, другой преподавателя. Они не должны друг друга понимать. То есть, я имею в виду, преподаватель порядочный, интеллигентный, а студент современный раздолбай и вот они общаются. Давайте по сценарию». Он спрыгивал со сцены, садился в зал и вдруг умолкал. Наступала тишина. Вы с Вадиком робко топтались по сцене. – «Ну, давайте, говорите» – опять кричал режиссер. – «Иван Иваныч, можно?» – начинал я, изображая студента. – «Да, да, входите» – читал по сценарию Вадик. – «Нет, нет» – кричал режиссер. Он взлетал на сцену, едва оттолкнувшись от земли, и оказывался между нами. «Студент робкий, преподаватель уверенный. Сначала!» и улетал в зал. Опять наступала тишина. На задних рядах смиренно сидела наша «Ласточка». В следующий раз мы ехали в театр уже вчетвером. С нами была ещё Ольга Яцына, также завербованная Антониной Александровной. Вечерний полупустой трамвай катился по рельсам. Вадик и Ольга ехали сидя, мы с Антониной Александровной стояли. Она смотрела на меня снизу вверх. – «Ласточка» – сказала она мне: «Одевай в другой раз перчатки, на улице осень, а ты голой ладошкой держишься за поручень, так и простыть можно». До сих пор вспоминаю ее слова, когда держусь за поручень в автобусе или трамвае. Режиссер, увидев нас, троих актеров, решил играть другую миниатюру «Фиаско». Сюжет – знакомство с девушкой. Ольга должна была сидеть на лавочке, а я должен был подходить и знакомиться с ней. Начинался сценарий так: «Был тихий лунный вечер. Над деревьями парка ярко светила луна. А на скамейке сидела девушка. «Познакомлюсь» – решил я: «Конечно, у нее глупая морда, это видно за 10 шагов, но я подниму ее до своего уровня». Сценарии он писал сам. Сейчас я их читаю и понимаю, что они бессмысленные, бестолковые, с солдафонским грубым юмором. Миниатюры эти мы так и не поставили, очень быстро интерес к сцене угас, но до сих пор я гадаю, кто он, этот режиссер для нашей «Ласточки». Сын или хороший знакомый? Она с ним не общалась, просто, преданно привозила нас, садилась далеко, на задние ряды, ставила на коленки свой кожаный портфель, складывала на него руки и так, безмолвно сидела и смотрела на наши репетиции. Потом так же забирала нас и увозила на остановку «Торговый центр». Мы шли в общежитие, она в другую сторону. После того, как мы не стали актерами, отношение к нам нисколько не изменилось, она все так же называла всех «Ласточками» своим мягким, вкрадчивым голосом. Учился я средне, чертил рейсфедером, как куском угля. Был небрежным и неаккуратным. Антонина Александровна была женщиной с необычайно мягким характером, поэтому, по результатам обучения, поставила мне малюсенькую троечку. Село Нахвалка Сухобузимского района Прошло несколько ученых дней и нас послали на уборку урожая. В один из дней, когда свинцовые тучи надолго скрыли солнце, и временами стал пробрасывать дождик, мы сели в ПАЗики и нас повезли в село с незнакомым названием Нахвалка. Привезли к старинному кирпичному двухэтажному дому, побеленному в белый цвет. В этом доме, в больших комнатах, стояли двухъярусные кровати. Нас было 18 человек: Килижеков Олег, Шалгинов Сергей, Антонов Вовка, Волгин Роман, Милашенко Слава, Куклин Вовка, Куценко Андрей, Кичамов Андрей, Пилипчук Стас, Виноградов Дима, Раткевич Миша, Поцепня Николай, Кобяков Борис, Фомин Владимир, Гравдан Женя, Акульшин Анатолий, Шеховцов Владимир, Калинин Владимир. Оттуда я написал, первое, с начала учебы, письмо домой: 12.09.1988 г. «Здравствуйте, мама, папа, баба Таня, Антон, Роман. Я нахожусь на сельхозработах в селе Нахвалка Сухобузимского района. Село маленькое, всего три улицы. Приехали мы – 18 парней с первого курса и 30 девчонок с технологического факультета второго курса. Поселили нас в интернате. Первый день, как приехали, мы спали. Второй день тоже спали. Начальство никак не может решить, что с нами делать. Только на третий день послали на турнепс, потом на картошку. Каждый вечер то кино, то дискотека. И, потом, гуляем до 2-х ночи по селу». На полях нами руководил невысокий мужичок, откуда-то с неизвестной кафедры. Он бегал между рядами и пытался командовать уборкой. Из кармана его торчал журнал «Собеседник». Имя-отчество его никто не знал, поэтому его прозвали Собеседник. В школе мы тоже убирали урожай, поэтому работа была привычной. По принципу: «Главное, не учиться». Помню такой случай: Я наполнил ведро и уже собрался нести его в машину, как сверху, скатилась одна картошка, я решил не поднимать ее, а демонстративно наступил ногой, утопил в земле и сказал: «Не бывать тебе в столовой». На что Куценко Андрей сказал: «Смотри, Олег, когда-нибудь, именно этой картошки тебе не хватит в жизни». До сих пор страшно от тех слов и жалко ту картошку. Кормили нас прямо на поле, привозили еду в больших армейских термосах. Молоденькая девочка, в белом поварском колпаке, большой поварешкой черпала картошку с мясом и накладывала в тарелки. Пожаловалась, что не хватает поваров. Мы сидели на ведрах, молча жевали и смотрели то на нее, то на длинные ряды, уходящие за горизонт, но больше на нее. Вечером в деревне была дискотека. Мы решили пойти все вместе. Намылись, надушились и пошли в клуб. Оттуда уже слышалась музыка группы London Boys. Местных в клубе было мало, в основном мы, студенты и девочки со второго курса. Мы, понятно, стеснялись. Неожиданно, послышался рев мотоциклов, к клубу подъехали несколько местных парней. Ну, все, решили мы. Сейчас будем знакомиться с местными обычаями. Мотоциклисты пригласили несколько человек на улицу для знакомства. В этот момент встал и молча вышел Андрей Кичамов. Андрей служил в Афганистане и умел разрешать международные конфликты. Он легко разрешил и местный, назревающий конфликт. В общем, ребята пригласили его в гости, в местную качалку, и мы стали дорогими гостями села. Мальчики на дискотеке оказались застенчивее девочек и девочки сами приглашали на медленный танец. Потом, до утра, парами гуляли по селу. Уже светало, уже пели первые петухи, над селом поднимался туман, а редкие счастливые пары, шли обнявшись, накрытые от холода одной курткой. На другое утро, я попросился на работу в столовую и меня взяли. Ребята уехали на поля, а я остался чистить картошку. В столовой работали две пожилые женщины и та молодая девчушка, которая вчера приезжала на поле. От страха, стыда и одиночества, я добросовестно работал и за два часа начищал огромную кастрюлю картошки. Потом бегал за водой и нагружал термосы едой. В это же день, меня отправили на поля вместо той девочки. Но я кормил не своих одногруппников, а водителей КАМАЗов. Они были веселые, шутили, курили и просили добавки. Я был вежливым официантом, желал приятно аппетита и щедро давал добавки. Потом усталый заползал в кабину и шофер вез меня с пустыми термосами в столовую. Вечерами, после полей, мы принимали душ, надевали новые рубашки и, торопясь, ещё с мокрыми волосами, шли на дискотеку. Местных девочек было мало, а танцевали в основном, студентки технологического факультета. Убирали урожай мы, примерно две недели. Я все это время работал в столовой и развозил по полям обед. Потом мы вернулись к учебе. А спустя много лет, на улице Красноярска, в районе художественной галереи меня остановила красивая девушка и сказала: – «Помнишь, ты у нас в Нахвалке в столовой работал, и как-то на дискотеке, пригласил меня на танец. Жаль, ты уехал, и адреса не оставил, я тебя искала». Потом она помолчала и добавила: «А сейчас я замужем, у меня ребенок, живу в районе кинотеатра «Спутник». Мы недолго поговорили и расстались. Я шел дальше и думал, что вот так, неожиданно для себя, оставил след в чей-то душе и не знал об этом… Общага-институт-общага Опять начались дни учебы. На двери нашей комнаты висело расписание занятий. Мы подходили к этому маленькому листочку, разграфленному по дням недели, смотрели на предметы, которые были на завтрашний день: высшая математика, физика, общая геология, кристаллография, физкультура. С вечера складывали в пакеты учебники и общие тетради. Обычно, на пары студенты ходили с пакетами. В них были тетрадки и ручка. По каждому предмету была своя общая тетрадь. Но были студенты, у которых на одной стороне тетради был один предмет, а с другой стороны другой. А были и даже такие, у которых была одна тетрадь на все предметы. Это было сделано не в целях экономии денег, а в целях экономии пакета. То есть носишь одну тетрадку и одной ручкой записываешь в нее все знания. В этом случае тетрадь можно было заткнуть за ремень брюк и прикрыть свитером, в то время как твои товарищи носят тяжелый пакет, полный тетрадок и учебников. Утром студенты из общежитий шли в учебный и лабораторный корпуса, рассаживались по аудиториям. После занятий, местные шли на остановки общественного транспорта, а мы, общаговские, по номерам. У нас ещё была задача, прокормиться. То есть нужно было что-то готовить или идти к кому-нибудь в гости. Родителей не было рядом и мы вынуждены были заботиться о себе сами. На улице Вавилова, напротив общежитий, были магазины: «Молоко», «Хлеб». В конце 80-х, начале 90-х годов, в горбачевскую эпоху, начался социально-экономический кризис в стране, вылившийся в дефицит товаров народного потребления, в том числе продуктов. Магазины опустели, появились огромные очереди, все нужно было «ловить». Я ходил по магазинам, улыбался продавцам и просил оставить то сметану, то молоко, то колбасу «как привезут». Продавцы улыбались мне в ответ и обещали. Продавцами были молоденькие девушки, в белых халатах и белых колпаках. Я уже был молодым человеком и мне нравились продавцы. Торговать им было нечем, и они скучали без дела. Я перезнакомился с ними. Кому-то написал стихи, кому-то делал мелкие подарки. Просто так, в качестве знакомства. Они меня запомнили, а потом действительно, оставляли для меня под прилавком молочные продукты. Потом, уже после окончания института, я, в благодарность и в память об их доброте написал стихотворение: «Магазины, напротив общаги Продавцы, что любили меня Где Вы Светы, Марины, Татьяны? Я – студент из вчерашнего дня Помню, время тяжелое было Дефицит захлестнул всю страну Я не знаю, за что Вы любили Не давали студента в беду Бабки все по утрам раскупали Я учился. И время в обрез. Но я знал, что меня уже ждали Молоко, маргарин, майонез. 10.11.1991 г. «Нежные 90-е» Вообще, 90-е годы стали символом жестокого внутреннего конфликта, возникшего на переломе современной истории при переходе от социалистического, к капиталистическому типу развитию общества. Позже, одни эксперты говорили, что страна оказалась отброшенной назад, другие, что мы, наконец-то стали частью мирового цивилизованного общества. Но как бы это не называли, в 90-е в России царил настоящий беспредел при полном попустительстве и бездействии властей всех уровней. За несколько дней общество скатилось до уровня первобытнообщинного строя. Начался дележ госпредприятий и других лакомых кусков былой страны. Появились многочисленные банды и бандитские разборки со стрельбой, деньги обесценились настолько, что многие стали «миллионерами». В эти сложные и опасные времена, при удачном стечении обстоятельств, можно было за одну ночь стать богатым человеком или, наоборот, лишится жизни. Все решал случай. Было необъяснимо и страшно, когда внуки участников Великой Отечественной войны цинично и беспощадно убивали друг друга. По человеческим потерям ситуация была вполне сравнима с гражданской войной. Нет смысла описывать все, что творилось несколько лет, а буквально, весь период правления Б. Ельцина. Нам, студентам, те годы запомнились дефицитом продуктов, задержкой стипендии, введением платы за пропуск уроков, за повторную сдачу зачета и т.д., повсеместным появлением китайских торговцев, заполонивших все площади со своим товаром, появлением фальшивого алкоголя, наркотиков, казино и игровых автоматов, бомжей и попрошаек. Магазины Красноярска Повальной торговли, как сейчас, не было в городе. Были несколько крупных торговых центров и специализированных магазинов по городу. Мы чаще всего ездили в следующие магазины: «Ермак» на улице Матросова в районе Предмостной площади. Это спортивно-туристический магазин. Большие запыленные витрины, прилавки, кассы со счетами. Усталые продавцы с накрашенными губами и полупустые полки с товарами. «Зенит» в Зеленой Роще. Это магазин фото-видеотоваров. Здесь можно было купить пленки, фотокиноаппаратуру, телевизоры, проявители, закрепители, объективы и все такое прочее. Но эти товары также были в дефиците. «1000 мелочей» в районе кинотеатра «Родина». Это был большой магазин всяческих мелких полезностей: замки на двери, шпингалеты на окна, полиэтиленовые крышки на банки, атласные ленты, нитки, иголки и т. д. Напротив лабораторного корпуса находится торговый центр «Красноярье». Товары, которые продавались в нем, были для нас большей частью дорогими. Поэтому по торговому центру мы просто гуляли. Одежду покупали на рынке КрасТЭЦ, а тетради и ручки в канцелярском магазине в одном из домов на проспекте «Красноярский рабочий». Стипендия Профессия геолога в 80-е годы считалась остродефицитной, поэтому мы получали повышенную стипендию 45 рублей. Деньги уходили на питание, телеграфные переговоры, кинотеатры, дискотеки, одежду, мелкую канцелярию, билеты домой. Конечно, не обходилось без трат на вредные привычки: сигареты, алкоголь, чаще всего пиво. Если тратить деньги экономно, этой суммы хватало, однако, многим студентам, родители делали почтовые переводы по 5—10 рублей в месяц. У меня остались записи бюджета тех лет. …А кушать хочется всегда Питались студенты в нескольких популярных местах. Студенческая столовая находилась на втором этаже здания в Вузовском переулке. Здание старое, темные стены столовой и на фоне темных стен, белая сметана в граненых стаканах на подносе. Ещё запомнились всегда открытые окна, порхающие занавески, качающиеся столы на разъезжающихся ножках и кружащиеся над блюдами мухи. Напротив студенческой столовой, находилась диетическая столовая. Более яркие стены, столы красного цвета, считалось, что еда в этой столовой вкуснее, но дороже. Во времена дефицита, в центре стола стояли прикрученные к столу стаканы для столовых приборов. Однажды я видел, как мужик, желая выпить водки, налил ее в такой стакан и выпил, аккуратно подняв и перевернув стол. Не пролилось ни капли. Еще бы! Водка тоже была в дефиците. Еще вкуснее кормили в столовой судостроительного завода. Находилась она на остановке «Затон». Вокруг нас в спецовках сидели рабочие. Они вели себя шумно, много шутили, громко смеялись и не торопились выходить из-за стола. И мне все казалось, что если я буду плохо учиться и меня выгонят из института, то я буду так же, вместе с ними шутить и не торопиться выходить из-за стола. Ну и особым шиком, было съездить на трамвае в пельменную, в районе остановки «Художественная галерея». Ездили мы туда по предварительной договоренности, сразу несколько человек. Там на кассе сидела неразговорчивая женщина по фамилии Грош. Я все удивлялся, как удачно совпали профессия и фамилия. Кроме этого, кушали в пельменной на Мичурина, и в столовой, напротив театра Юного Зрителя. Спортивные кружки и секции Бассейн Мы с Евгением Гравданом любили ходить в бассейн. Однако просто плавать быстро надоедало и нас тянуло нырять. Особо нырять не разрешали, но в начале и конце дорожек стояли тумбы и над бассейном возвышались две трехметровые вышки. Захватывало дух, когда поднимаешься по каменным ступенькам, подходишь к краю вышки и смотришь вниз, на голубую водную гладь бассейна. Те, кто плавает внизу, расступаются, освобождая место и смотрят, в ожидании прыжка. Сложно решится в первый раз. Но вот, руки над головой, короткое приседание, прыжок, летишь вниз, бац, удар головой об воду и влетаешь в глубину. Потом, скорее наверх, к бортику и опять к вышке. Остальные прыжки без задержки, прямо сходу. Даже дух не успевает перехватить. Другие пловцы тоже хотят прыгать и вот, уже очередь на вышку. Пока не обратит внимание тренер, не зарычит раскатисто на весь бассейн. И то, движение по лестнице продолжается до последнего поднявшегося. Сальто Как-то раз увидел в бассейне, как один третьекурсник делал сальто с вышки. Он стоял спиной к воде, готовился к прыжку, поочередно поднимал и оттряхивал капли воды с ног, как будто они мешали ему. Потом замер, подпрыгнул вверх, в воздухе подтянул ноги к груди, обнял их руками, перевернулся, распрямился и вошел в воду. Вот это было зрелище! Также зачарованно смотрел на это Женя Гравдан. Мы решили с ним на третьем курсе тоже сделать сальто. Записались дополнительно в бассейн в Дом Культуры «1 Мая». Начали плавать навстречу своей мечте. Плавали, а потом прыгали с тумбочек. В ДК «1 мая» было много желающих прыгать в воду. Бассейн был длинным и мы просто подходили на середине дорожки к краю, поворачивались спиной, прыгали и входили головой в воду. Далекое подобие сальто. Мы не торопились, но постепенно совершенствовались. В один из дней рискнули прыгнуть с тумбочки. Сальто не докрутили и гулко шлепнулись животами об воду. Всплывать не хотелось. Животы были красными, как от ожогов. В следующие разы, наше доморощенное сальто уже «докручивалось». И надо же такому случиться, что именно на третьем курсе, мы с Евгением по-настоящему сделали сальто с вышки в спорткомплексе КИЦМа. Скромно, как дети космонавтов, вышли из воды, улыбнулись друг другу и снова побежали на вышку. Прыгали до одури. Входили в воду почти без брызг. «Мечты сбываются на третьем курсе», подумал я тогда. Потом везде, где есть вышки, я делал сальто. И каждый раз с улыбкой вспоминал спорткомплекс института с его голубой волнистой поверхностью. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=42831516&lfrom=390579938) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Наш литературный журнал Лучшее место для размещения своих произведений молодыми авторами, поэтами; для реализации своих творческих идей и для того, чтобы ваши произведения стали популярными и читаемыми. Если вы, неизвестный современный поэт или заинтересованный читатель - Вас ждёт наш литературный журнал.