...Что поделать, милая, не всем золушкам суждено стать принцессами... Примерка башмачка levalt В маминой спальной девочка плачет над нехрустальной туфелькой - значит, снова не впору: слишком большая. С детским укором, сказки лишаясь, ставит на место, гладит ладошкой горе-принцесса с маленькой ножкой… * * * Девушка в спальной грезит с улыбкой над

people > /dev/null

people-devnull
Автор:
Тип:Книга
Цена:105 руб.
Язык:   Русский
Просмотры:   9
Скачать ознакомительный фрагмент

people > /dev/null Прокоп Сметанин Жизнь программиста и так полна хлопот и рутинных задач, а когда на него налагают обязательства по спасению мира, особенно если изначально это не было прописано в тех. задании, то всё становится весьма запутанным…Увлекательная история о маленьком дата-центре, ставшем центром глобальных мировых событий. people > /dev/null Прокоп Сметанин © Прокоп Сметанин, 2019 ISBN 978-5-4496-2986-9 Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero print («От автора») Это произведение не является твёрдой научной фантастикой! Если у вас ещё остались сомнения на счёт первой фразы, то я повторюсь – это произведение не является твёрдой научной фантастикой! Раз уж вы прочли два предыдущих предложения и по-прежнему убеждены, что книга уделит внимание вопросам науки и технологиям, скрупулёзно придерживаясь естественнонаучной базы, то я вынужден огорчить – это произведение не является твёрдой научной фантастикой! Попробую выразить в диалоге. – Автор, ты твёрдо уверен, что – это произведение не является твёрдой научной фантастикой или прикалываешься? – Твёрдо. – Насколько твёрдо? – Десятка по шкале Мооса. Нет? Хорошо. Я конечно не Волан-Де-Морт, но в языке змей кое-что понимаю. Например. for i in «people> /dev/null»: …if i == «автор, ты меня убедил»: ......break else: …print («это произведение не является твёрдой научной фантастикой!») Всё равно не убедил? Тогда держите хокку. Листья уснули в саду, Видимо лёд подружился с луною. Воробушек сел прозябать на ветвь сакуры, А это произведение не является твёрдой научной фантастикой. Понимаю, вы хотите реальных действий. В знак подтверждения слов, что – ЭТО ПРОИЗВЕДЕНИЕ НЕ ЯВЛЯЕТСЯ ТВЁРДОЙ НАУЧНОЙ ФАНТАСТИКОЙ, даю слово убедить издателя печатать его только в мягкой обложке. Думаю, мы друг друга поняли. Потому сердечно прошу вас отнестись к вышесказанному утверждению, что – это произведение не является твёрдой научной фантастикой с глубочайшим прощением, терпимостью и пониманием. Ведь ни мне, ни вам не хочется, чтобы поднадоевшая путём фраза об отношении величины нагрузки к площади поверхности в толковании принятой классификации фантастических произведений, вставала между читателем и автором, как кость поперёк горла. Никому. Итак – наслаждайтесь. print («Глава 0001») «Работаешь лучше остальных – ты работник месяца, Работаешь за всех – ты заместитель» Жиза Атлантический океан Центр обработки данных Я живу на этом острове уже… с самого рождения. Не могу сказать, что мне здесь не нравится или упаси меня случай заявить, что мне нравится всё! Я вообще не люблю бросаться громкими словами, да и громкая музыка меня напрягает. Древние люди начали использовать громкость, чтобы отпугивать диких зверей и с того момента так к ней привязались, что некоторые из них разучились работать, пока кто-нибудь на них не наорёт. Мне же такая мотивация никоим боком не сдалась. Но наравне со всеми я вынужден выслушивать плюющиеся вопли своего босса, о том какие мы бездари и что он с превеликим удовольствием уволил бы нас всех, но ни один null моржовый, ни с того ни сего не согласится работать в такой дали от материка! А ведь было время, когда остров привлекал толпы хороших спецов. Большой очерк о маленьком поселении Давайте откатим коммиты истории острова к более ранней версии, в те девственные времена, когда единственными его обитателями были чернобровые альбатросы, заполонившие собою всю прибрежную часть, да хохлатые пингвины, ничуть не ущемлённые от такого соседства. Скромный остров вулканического происхождения, покрытый тундрой и океаническими лугами, быть может, и дальше продолжал свой спокойный, неразмеренный ритм жизни, если бы инженерам с материка не пришла гениальная мысль – проложить вдоль осиротевшего клочка суши глубоководный оптический кабель. Если б всё закончилось одной прокладкой кабеля, но неуёмным умам с земли, – так мы называем жителей материковой части, вздумалось построить на острове перевалочный дата-центр. Это событие сильно всколыхнуло привычный уклад островитян. А чего вы хотели? Больше половины из них ни разу в жизни не видели настоящих инженеров, а хорошо одетых и гладко выбритых инженеров, коих на берег острова высадилось не малое количество – не видел, наверное, никто. Когда все строительные работы были завершены, возник вопрос: кто захочет работать на постоянной основе вдали от цивилизованного мира? И как это ни странно, такие храбрецы нашлись. Да ещё какие! Первыми переселенцами острова были идейные энтузиасты, те самые, что умудряются в гараже создать многомиллионную империю. Именно этот контингент людей сыграл ключевую роль в судьбе острова. Под буйством юношеского максимализма они пытались быть полностью независимыми от большого мира, как подростки, что считают жизнь вдали от родительской опеки толчком к становлению личности. Они всерьёз решили построить на острове подобие города будущего. Большие боссы с материка отреагировали на их утопическую задумку однозначно: только бы функционировал дата-центр, и поддерживалась передача трафика по оптическому кабелю, а дальше как говорится, чем бы там детишки не тешились. Тем более, что государство, в чьи законные владения входил островок дало переселенцам полный карт-бланш. За исключением, естественно, террористической деятельности, размещения на острове ядерного оружия, создания наркокартелей, а ещё суверенитета и права проводить у себя фестивали красок холи. В остальном будущее омываемого со всех сторон океаном крохотного куска земли целиком лежало на плечах мечтателей. И они ринулись исполнять свою мечту как можно скорее. Их первые финансовые инвестиции по большей части основывались на донатах. Так вышло, что тысячам других таких же вдохновлённых технарей разбросанным по всему миру было жутко интересно, что в конечном итоге получится из заманчивой авантюры по урбанизации пустынной Атлантики. Но одних только пожертвований, да вложений из собственных зарплат островитян было недостаточно. Требовалось закупить немало оборудования, в том числе очень дорогостоящего, а начинать новую жизнь, удешевляясь, не хотел никто. В перспективе это могло вызвать массу проблем с починкой и закупкой запчастей. Был момент, когда мечта болталась на волоске от краха. Как раз в эти годы остров посетили первые, серьёзны СМИ-шники. Вы можете сколько угодно обвинять телевидение в пропаганде и в том, что его смотрят поголовные дегенераты, но факт остаётся фактом – именно оно спасло первых переселенцев от финансовой истерии. На счета для пожертвований рухнули тысячи фунтов, и количество нулей в банке возросло как после низкоуровневого форматирования. В глазах островитян возродилась надежда. На островок начали заглядываться крупные игроки рынка IT. Каждый из них захотел прорекламировать свою продукцию на фоне возросшей популярности острова. Под смелым девизом: «За независимость», на остров поставили десяток установок для альтернативной энергии. В числе обыденных фотонных генераторов и «ветровиков», были такие экзотические объекты как: приливные электростанции, конструкции по добыванию энергии из морских течений, давления океанических глубин, перепадов подводных температур, энергии падающей воды, а также геотермические и электростатические станции. Думаете это всё? Первые жители острова рассуждали также, станций им хватало. Ведь в вдобавок необходимо было их обслуживать. Да, отданные в дар установки не подразумевали помощи в лице специалистов, поэтому во всех тонкостях станций приходилось разбираться по мануалам. Хорошо ещё, что технические писатели не зря ели свой хлеб, за минимальные сроки станции заработали во благо острова. Реклама установок работала – остров питался. В плюсе были все. Избытки энергии пустили на отопление домов, асфальтного полотна, освещения улиц, зданий и прочих построек. С неба остров выглядел как новогодняя гирлянда. Представляю, о чём думали птицы, глядя, во что люди превратили их угодья. Благо мы не знаем их языка, иначе одним крепким словцом от пернатых было бы не отделаться. В плане энергетики на острове настала полная автономия. Но без нужды в электричестве сполна хватало и других проблем – инфраструктура хромала на все четыре ноги, задерживался подвоз продуктов, медикаментов, вторсырья. Я уже молчу про развлечения: первым жителям острова было явно ни до отдыха. Возникла острая нехватка квалифицированных кадров. Но производителей альтернативной энергии это мало заботило, они устроили соревновательную гонку, выбрав в качестве полигона для демонстрации продукции маленький остров посреди Атлантики. В тот год переселенцы оказались свидетелями постройки уникальных станций, аналогов которых не было пока нигде. Биоэлектростанция, работающая на океанических водорослях и бактериях – технологии будущего, не иначе! Добывание энергии из фазового перехода воды с десятикратно увеличенным КПД – фантастика! Ещё были установки, функционирующие на термоэлектронной эмиссии и линзах Френеля, но их демонтировали, пустив компоненты станций на благие цели. Удивительно, но массовая застройка дала положительный эффект. Гонка компаний вызвала небывалую шумиху вокруг острова, и какой-то авторитетный журнал на фоне возникшего ажиотажа поместил его на вершину рейтинга перспективных startup-проектов. Вот тогда-то сюда и потянулись крупнейшие мировые бренды… да, точно, чуть не забыл – футуристическое лицо острова! Хотя, чего размусоливать, группа архитекторов, проектировщиков, конструкторов и инженеров, отпочковавшаяся по разным причинам от Марсианской миграционной компании переметнулась к островитянам, благодаря чему наш город получил марсианскую архитектуру. Позже, когда остров стал чем-то вроде бренда, сюда потянулись сотни и сотни креативно мыслящих, молодых специалистов. Архитекторы и инженеры спроектировали и построили здесь четырёх секторную систему дорожного покрытия – где первые два полотна по традиции принадлежали автодороге и пешеходному тротуару, а два других, являясь экзотикой, были сконструированы для снегоходного транспорта и беговых лыж. Все дорожные полотна оснащались новыми технологиями с функцией беспроводной зарядки, и потому ездить по ним на электрическом двигателе можно было вечно до тех пор, когда вы не упрётесь лбом в Закон сохранения энергии. Помимо прочего, автодорожное полотно и пешеходный тротуар имели отапливаемое покрытие, из-за чего никогда не замерзали. Да, электроэнергии на содержание инфраструктуры уходило немало, но его у нас хватало с избытком. Привет альтернативной энергии! Учёные разработали здесь еду, основным компонентом которой стал – мох сфагнум. Получилась весьма полезная, но отвратительная на вкус закуска, к которой ещё необходимо было выработать привычку. Дизайнеры спроектировали одежду, идеально подходящую под климат и содержащую в своей структуре материал, восстанавливающийся под воздействием солнечного света – это весьма разумно, особенно для региона, где индекс ультрафиолета от силы превышает единицу. Ещё они придумали автономные дома с трансформирующимся интерьером, самозатягивающиеся безразмерные бахилы для утепления ног в лютый мороз, многоразовые предметы личной гигиены, гибридный электро-упряжно-собачий вид транспорта и кучи всяких артефактов, коих не сыщешь нигде, кроме как на острове. А если умудришься найти, то купив, вряд ли разглядишь хоть какую-то практическую пользу. Об острове непрерывно трубили информационные каналы всех стран, как о наглядном примере эволюции самобытного общества. Кто-то написал несколько научных статей и был выдвинут благодаря им на серьёзную международную премию. Да, чудное было времечко! Вы будете смеяться, но как только остров стал способен полностью себя прокормить, согреть, одеть и запитать, прекратив импортные поставки из материка – о нём быстро и благополучно забыли. Вот и вся магия. Спустя десять лет случился «великий» отток специалистов и теперь тут ничем не примечательное подобие кремниевой долины, способное удивлять планету разве что, своей географической отдалённостью… – Николай! – Хо. – Единственный звук, который мне удалось произнести, когда начальник, надрывая связки, проорал моё имя. Я и так-то немногословен, а когда меня отрывают от рассуждений с собой, и вовсе зависаю, стараясь мысленно завершить неожиданно прерванную операцию. ДИСПЕТЧЕР – СНЯТЬ ЗАДАЧУ – ОК – Тридцать шестая виртуалка постоянно ребутилась, устранили? – Перезалили последнюю копию, проблема ушла! – Быстро отчитался я, восстановив свои привычные коммуникативные навыки. – Что с клиентской частью веб сервера CryptoNub? Капчу заменили? – Баги авторизации пофиксили, капче вернули подобающий вид. – Смотрите у меня, – пригрозил босс, помахав пальцем, – Ещё раз вместо картинок тюленей впихнёте мои пляжные фотографии… Наш начальник, как и большинство управляющих, имел причуды, одной из которых была невозможность сформулировать угрозу. Все хорошо знали, что последует далее. А именно – ничего. – …я не знаю, что с вами сделаю! – закончил он. Как вы успели заметить, все его замечания сыпались в мой адрес. Я – заместить начальника отдела бэк-энд разработки. Ну,… по крайней мере, так написано в моём трудовом контракте. Наверняка вам будет интересно, как такой мизантроп вроде меня, вообще умудрился дорасти до заместителя начальника отдела? Мне и самому порой любопытно. Нет, это не история про подарок судьбы, или про человека, посвятившего себя карьерному росту, напротив повышение по служебной лестнице – моя ужасная карма. Нелинейный алгоритм Всё началось с того, что я, как любой уважающий себя интроверт – искал уединения. В большой толпе мне было также некомфортно, как улитке вне собственной ракушки. Без панциря – она обыкновенный слизняк. Если покопаться, то моё появление на публике напоминает окружающим что-то подобное – я медлительный и молчаливый, из-за чего складывается мнение, будто я скользкий тип, чем ни слизняк!? Что? Усики? С ними проще, достаточно кодить сутками напролёт, не обращая внимания на свой внешний вид, и они появляются. Кстати о внешности – я из того типа людей, которые слишком долго возятся с обслуживанием баз данных, забив на пользовательский интерфейс. Мне двадцать лет и у меня есть собственный дом. Да, он достался от родителей, как цвет кожи и разрез глаз. Да, он тесный, словно иглу эскимоса. Да, я больше времени провожу на работе, но в нём я чувствую себя защищённым. Всё-таки не зря меня ассоциируют со слизняком, судя по всему – это моё тотемное животное. Я особенный и с раннего детства родные уделяли огромное внимание моему образованию. Их усердие помогло мне влиться в общество. Кстати о родителях – они живы и здоровы. Отец с матерью съехали на материк, едва я заявил им о намерении устроиться на работу. Закрадывалось подозрение, что они ждали этого момента всю жизнь. Сразу перестало быть тайной, для какого события отец десять лет хранил в чулане односолодовый виски. Разумеется, они уговаривали меня переехать к ним, но условия переезда – шестилетняя учёба в техническом институте и дочка их соседки Мэри Пинклтон, которая по описаниям могла составить мне пару до скончания веков, отбили всякое желание переселяться на большую землю. По крайней мере, в ближайшие годы. Может месяцы. Но уж точно не завтра. Теперь, когда у вас сложился образ программиста-социопата, можно смело продолжать рассказ. В компании CryptoNub IT Technology Corporation я работаю уже два года. В первые месяцы за мной был закреплён наставник, но в его помощи я не нуждался, чем неимоверно облегчил бедолаге жизнь. Я старался сёрчить информацию из электронно-бумажных источников, они давали чёткие ответы на возникшие вопросы и не расспрашивали, откуда родом мои родители и за какой футбольный клуб я болею. Включаться в работу под руководством наставника, как заниматься вычиткой кода, в котором девяносто процентов занимают комменты – есть риск утратить мысль и энное количество, раз возвращаться в начало. Я с детства не любил рекурсивный метод. Сделать что-то и забыть, на мой взгляд – идеальный способ работы в наше время. Начались упорные месяцы самообразования. Мои нигилистские замашки на независимость тогда не прошли даром. Обо мне заговорили, и в первую очередь как о том, на кого можно скинуть балласт – так мы тут называем задачи, которые просрочили все, кому выпадала честь стать хранителем балласта. К удивлению, многих, с тягомотными задачами я расправился за два дня. Конечно, я никому не сообщил, что брал работу на дом, где провёл без сна под ноотропами едва ли не сутки. На тот момент я думал, что чем быстрее выполню порученную работу, тем быстрее от меня отстанут. Я ОЧЕНЬ глубоко ошибался! Глубже только Марианская впадина. Прознав о моих способностях, меня наскоро заделали в наставники. Внимание к моей персоне усилилось стократно. Никогда в жизни мне не приходилось встречать столь любознательного джуна, он донимал меня день и ночь по малейшему вопросу. Я же бросал все ресурсы, дабы максимально подробно разжевать ему очевидные принципы, я хотел, чтобы он понял суть и отстал, но… ОН ВОЗВРАЩАЛСЯ СНОВА И СНОВА! Это начинало раздражать, и я проводил обучение ещё интенсивней. Мою излишнюю преподавательскую дотошность заметило руководство и что бы вы думали? Да, меня назначили главным среди наставников! Я мечтал, чтобы они отстали от меня, но из-за этого лишь рос по службе. Постоянное общение с людьми сводило с ума, и в те дни я сотворил очередную непоправимую промашку – чтобы скорее отвязаться от выданного под мою опеку джуниора, я принялся делать за него всю работу. Об этом тут же узнали другие джуны и, отказавшись от своих наставников, примкнули ко мне. Это было фиаско! Меня повысили в должность единоличного наставника отдела. Мне несли задачи – я молниеносно выполнял их, дабы хоть немного побыть в одиночестве. В те дни мой образ жизни стал напоминать копировальное устройство, стоящее в коридоре любого офиса – ты делаешь едва ли не всю основную работу, но случись пожар, о тебе вспомнят в последнюю очередь. Немногим позже задачами меня стали грузить миддлы, а когда я на автомате выполнял и их работу тоже, то добавились ленивые синьоры. Такого колоссального интереса вокруг одного сотрудника компании не было с тех самых времён, как к нам устроилась Сара Грачёвски – тестировщик по профессии и божество от природы. С нею пытался замутить весь отдел, но она кокетливо отказывала каждому, словно защищённый сайт умело отражающий DDOS-атаки. Я был единственным, кто предпочёл остаться в стороне. В отличие остальных, я трезво оценивал шансы и понимал, что запущенные пинги Амура никогда не достигнут пределов её хоста. Стараться бессмысленно. Проверено. Если вы полагаете, что я оправдываюсь, и что женщин без того не привлекают такие бесформенные лупоглазые заморыши вроде меня, то вы даёте мне повод описать вас одним словом – объективность! Да, я не красавчик, зато хорош в постели, как минимум, потому что не храплю и как максимум… потому что не храплю (уверен, многие женщины мечтают провести ночь с таким мужчиной). И да, я оправдываюсь, но и вы поймите, работать с Сарой в одном коллективе, как торговать процессорами последнего поколения, не имея возможности приобрести один из них под собственные нужды. Обидно… да, я, кажется, поплыл, пора заканчивать. Однажды, наш босс ворвался в кабинет с криком: «Кто это сделал!? Я спрашиваю, кто это сделал!?». Естественно все указали на меня, на тот момент я тащил на себе половину того объёма, что выполнял отдел, поэтому пятьдесят процентов брошенных обвинений заслужено принадлежали мне. Узнав личность героя, босс поспешно сопроводил меня в свой кабинет, где после моих разоблачительных объяснений как обыкновенному миддлу удалось сократить код не обрушив алгоритм, я получил должность – зам начальника отдела бэк-энд разработки. Вот и вся магия. Представляете, каково было удивление коллег, когда те узнали кто, будет ими управлять? Разумеется, авторитета мне это не добавило… Что ещё? Точно, настало время рассказать, чем мы тут занимаемся. Практически всем! Если деятельность нашего отдела раскидать по профессиям, то список получится о-го-го! Мы здесь: тестировщики, безопасники, сетевики, когда нужно фронт-эндщики, инженеры и техподдержка. Ещё с первых переселенцев на острове ценятся многостановочники. Из-за отсутствия людей, в филиале осталось всего два отдела: мы и менеджеры по продвижению продукта. Но последние не в счёт – бета-версия нашего продукта ещё проходит тестировку. Такое случается, если вы «большая растущая компания». Что мы тут разрабатываем? Мы разрабатываем,… вернее дорабатываем проект по моделированию человеческого сознания и переносу его на цифровые носители. По сути, наша работа – обучать нейросеть (жаль, за это не вручают диплом преподавателя). Она и без нашей помощи много чего знает, но существуют точечные фичи вроде фронтального сжатия, дата-компрессинга, дельта-кодирования и десятка полезных дополнений, предназначенных высвобождать дисковое пространство, умещая больше оцифрованных копий. Дата-центр – не резиновый! На словах круче и пожелать нельзя, а на деле у нас отставание от графика в месяц! Руководство делало поблажки на малочисленность, но теперь, судя по разгорячённому виду начальника, большие боссы с земли не намерены ждать – либо релиз беты в понедельник, либо закрытие филиала с расторжением контрактов. Согласен, ультиматум так себе, хороший специалист на острове не пропадёт, тут вопрос принципа. Меня прикалывает тема цифрового бессмертия, она как гелиоцентрическая система Коперника в своё время, или три закона классической механики Ньютона или теория относительности Эйнштейна – это мощно! И мы все являемся частью сотворения будущего. От подобных мыслей даже мурашки по коже. Я вдохновлён тем, чем занимаюсь, нет, серьёзно, мне нравится моя работа, жаль основная масса отдела не разделяет такой симпатии… О, погодите, он ещё не закончил. – Обращаюсь ко всем, админы! – вновь набрал в лёгкие воздуха для финальной речи начальник, – Сегодня последний день! Повторяю, не крайний, не заключительный и даже никакой не прощальный, хотя он может стать таким, если мы облажаемся, а последний! Завтра я вот этим вот глазом, – проговаривая эти слова, он по традиции указал на свой бионический глазной протез, – Хочу видеть рабочую версию оцифровщика! Латайте дыры, фиксите баги, приводите код в порядок любыми способами, вся ночь в вашем распоряжении, но завтра бета-версия HeadLess 1.0 должна быть собрана и залита на сервер! И не вздумайте мне забросить туда не протестированный прототип, если во время демонстрации релиза что-то пойдёт не так, я вас… я вам… Вот опять. Жалко нельзя автозаполнять окончание его излюбленных фраз клавишей Tab – это позволило бы сэкономить время. – …я не знаю, что с вами сделаю! Николай! – Вектор его внимания вновь указал в моём направлении, – Ты заместитель, спрос будет с тебя! Как ты сумеешь заставить этих бездельников работать – твои проблемы! Ты меня понял!? Что я должен был ответить? Это как пользовательское соглашение – ты либо бездумно ставишь галочку, либо читаешь дотошно каждый из пунктов, после чего всё равно ставишь конъюнктурную закорючку. Я ответил начальнику понимающим взглядом преданного пса. – Всё, – продолжил он, поуспокоившись, окинув единственным оком весь отдел, – Задачу я поставил, приступайте! Времени мало, если не хотите лишиться работы, советую начать уже сейчас! Айлбибэк! Мне одному кажется, что цитаты из боевиков девяностых уже давно вышли из моды? Впрочем, наш босс верит в существование острова, на котором Лю Кан победил Шан Цзунга. Он даже пытался оформлять туда визу, но по вполне логичным причинам получил отказ – у него оказалось мало опыта сражений в стиле восточных единоборств. Если честно, наш начальник скрытная личность. Один тот факт, что его имя в списке сотрудников начинается с точки, напоминает об этом. Поговаривают, в прошлом у босса произошёл оглушительный успех, в том смысле, что успех был, но никто о нём не слышал. Хотя одно я могу сказать с уверенностью: мотивирующие речи – не его! Ни один сотрудник, ну кроме меня, не удосужился оторваться от занятий. В этом деле наш начальник проигрывает даже уборщику с просьбой поднять ноги – у того хотя бы чётко поставлена цель. Хотя отсутствие стимула в коллективе не столько вина начальника, сколько неправильно подобранное им время. В такие часы в головах каждого работника запускается встроенный файервол, фильтрующий поступающую извне информацию от подобных потоков какофонии. Он называется – конец рабочего дня. Если вам когда-нибудь доведётся стать начальником, возьмите себе на заметку никогда не просить своих подчинённых сделать что-либо быстро и качественно! Особенно за полчаса до конца рабочего дня! Ни в коем случае! Даже под жуткой пыткой двадцатичетырёхчасового нон-стоп просмотра роликов на TikTok! К сожалению, на нашего босса данное правило не распространяется. Излив из уст душераздирающую тираду, он благополучно ретировался в кабинет, откуда в скорое время намеревался сбежать домой. Что сказать, в умении бегать он преуспел куда больше чем в риторике. Таким незамысловатым образом эстафетная палочка по мотивированию подчинённых перешла в мои худосочные, бледные руки. И если босс не умеет общаться с подчинёнными, то я избегаю этой процедуры старательно всеми известными мировой науке способами. Ясное дело на то имеются веские и оправдательные причины. Когда я выступаю перед публикой, у меня начинают слезиться глаза или рассеивается внимание. Но это рядом не стоит с тем, когда у меня случается «почесун» – явление когда, почесав одно место, внезапно начинает чесаться другое, за ним третье и так пока на теле не останется живого, не тронутого отрезка кожи. Слава материнской плате в этот раз обошлось простыми вспотевшими подмышками. Лёгкие самопроизвольно проделали глубокий вдох и выдох. Предстоял серьёзный тет-а-тет с коллективом, и я ни нашёл ничего лучше, чем предложить отделу перекусить. – Тусовка! – с целью привлечь внимание мне пришлось адаптировать свой лексикон, но до чего же нелепо это прозвучало, – Кто желает незабываемо провести эту ночь? С меня сфагнум пицца и напитки! Судя по всему, подкуп через желудок не очень удачная мысль. Тому свидетельствовали едкие ухмылки сотрудников, для которых данная просьба стала очередным поводом самоутвердиться через глумление над вышестоящим руководством. – Отличная мысль, – высказался Гарри Балзент, – Не забудь, потом рассказать, как всё прошло. По натуре Гарри полный пофигист, он привык поступать по-своему, не считаясь с мнением более опытных коллег. Клянусь, однажды он поместит ветку Java в тело JavaScript и будет компилировать код в. exe, как программу, написанную на Python! Я может, и утрирую, но лучшего сравнения для описания Балзента не придумаешь. Единственное, что мне в нём нравится – Гарри круто владеет Unix-системами, будто в детстве ему отвесил подзатыльника Торвальдс и с тех пор Гарри одержим мыслью – отомстить ненавистному старику. – Ты не остаёшься? – наивно уточнил я, и, хотя предполагал какой последует ответ, автоматически присовокупил, – Зря, будет круто! Ответа не прозвучало. Он, глумливо посмеиваясь, выпрыгнул из-за стола, взял свою куртку и демонстративно покинул кабинет, уйдя с работы раньше положенного срока. Я сделал вид, что намереваюсь возвратить его обратно, но примеру Гарри последовали пятеро других программистов, и нужда устраивать погоню отпала сама по себе. А чего вы хотели? Остановить одного не уважающего тебя сотрудника – уже подвиг, а когда их шестеро? Ещё спасибо, ушли не все – теплилась надежда сохранить последние сгустки работоспособного стержня. Я обратился к оставшейся от коллектива кучке. – Что скажете? – Знаешь Николас, я считаю, что ты такая же жертва амбиций нашей компании, как и мы все, – заговорил Питер Ли Честер, – Бросай ты эту затею, завтра доложишь боссу о провале, я полагаю он сам это понимает – невозможно за одну ночь исправить косяки целого года. Питер был скептиком. Чем бы он ни занимался, сомнения длились до последнего момента. Его излюбленной фразой являлась: «Нужно всё перепроверить!». Давая Питеру задание, автоматически продлевайте дедлайн до второго пришествия. Я уже не говорю о его нездоровой мании бэкапить каждый свой шаг. Но как бы долго он не работал, у Питера имелся один плюс – за ним не нужно ничего переделывать. – Шансов мало, но можно хотя бы попытаться? – возразил ему я. – Смысл? – вставил свои пять биткойнов Олег Шавц, – Лучше ступай домой и отоспись. Если судьба нашего филиала и правда зависит от сегодняшней ночи, то разумнее всем лечь пораньше. Не думаю, что новому работодателю придутся по вкусу наши заспанные физиономии. Как описать Олега? Он обрит наголо. Совсем наголо. До отполированного блеска. Думаю поэтому, его постоянно бросают девушки, с такой идеальной обтекаемостью и аэродинамикой он просто создан для полётов. Ещё Олег разговаривает, приоткрывая щёлочку в углу рта, так, будто долгие годы работал профессиональным чревовещателем. В целом сотрудник неплохой, но обожает слушать слишком громкую музыку, а меня это деструктурирует, после чего я долго не могу собраться. На просьбу убавить звук он не реагирует, поэтому на позапрошлой неделе я тайно вшил в его плеер трояна, блокирующего эквалайзер, когда Олег пытается выставить звучание свыше пяти децибел. Пока он не может разобраться, в чём дело и офис наслаждается тишиной. – Точно! – поддержал его Карим Каринаис, – Хотя у некоторых из нас такие фейсы, что высыпайся не высыпайся – не спасёт. Поможет разве что переквалификация сфер, например, из IT в бурильщика… – Джо, бывший бурильщик! – вспомнил кто-то из ребят. – Предлагаю отпустить Джо пораньше! – прыснули ему вдогонку. Шутниками оказались Стивенсон старший и Стивенсон младший. Не обращайте внимания на фамилии – они не родственники. И уж тем более не отец с сыном. Просто один на три года старше другого, а иного способа различать между собой Стивенсонов мы пока не придумали. Это как давать имена переменным – с таким даром нужно родиться, обучение и тренировки тут бесполезны. – Вы на что намекаете? – оторвался от экрана монитора Джо Блюмс, невольно попавший под обстрел юмористических острот. Джо относился к числу программистов староверов. Наверное, мне стоит вам пояснить, чем отличаются староверы от нововеров. Программисты староверы избирательны – они воруют чужой код всего двумя комбинациями клавиш: Ctrl+C, Ctrl+V. Нововер ворует тремя: Ctrl+A, Ctrl+C, Ctrl+V – истребляя в себе духовность на корню. Вот и вся магия. Джо уже целый час юзал новёхонький гаджет, доставленный с земли. Он гик. Причем из числа поехавших. Тех, что способны отстоять в очереди за новой моделью смартфона неделю, купить, сделать детальный обзор с распаковкой, составить субъективный отзыв и выставить новинку на продажу. Помимо прочего он ярый сторонник теории о том, что технология телепатического управления устройствами, знаменитая – TeDeCoTe внедряемая сейчас куда не попадя, ворует наши светлые воспоминания. Как дементоры, только более изощрённо. Я помог Блюму победить его страх, вместе мы запилили патч, блокирующий политику TeDeCoTe на уровне ядра. Правда, после этого его гаджеты тут же лишились гарантии, но думаю, Джо не сильно расстроился, ведь теперь воспоминания о его первом подарке на день рождения (вроде это Sega Mega Drive 16-bit) и прохождении Far Cry 5 без сохранёнок останутся с ним надолго в целости и сохранности. Делать людям приятно, избегая получить в ответ благодарность – в этом заключается секрет талантливого руководителя. Или нет? Хотя мне-то, откуда знать… – Спрашиваю, на что намекаете? – не поленился переспросить Джо. – Ни на что, – с ухмылкой поправил его Карим, – А на кого! Карим у нас подстрекатель. Он любит затевать конфликты, а после спасовать, оставаясь не при делах, почти как безобидная синтаксическая ошибка в коде. Это у него профессиональное – он пентестер и способен без последствий для себя хакнуть любого из нас. Как-то Карим перепрограммировал все маршрутизаторы, позакрывав в них дыры и уязвимости. Производитель допёр до этого спустя полгода, а у нас к тому моменту уже был готовый патч. Как вы успели догадаться, троян в плеере Олега Шавца – это отчасти его заслуга. В неприязни к громкой музыке я, к счастью, не одинок. – Э, ты на что намекаешь!? – не унимался разгорячённый Джо. Назревал нешуточный конфликт. Их было сложно перебить, и я, не тратя времени на подборку слов, молча опрокинул на пол светильник Морриса Хекслерга. Я изо всех сил старался сделать это максимально скрытно, дабы ни у кого не возникло подозрений, что я специально привлекаю внимание, чего в принципе и добивался. Звучит чудаковато, но трюк сработал. Грохот дюралюминиевого ночника на мгновение воссоздал тишину. – С какой стати ты уронил светильник? – вытаращил глаза Моррис, который в этот миг строчил пикантное сообщение подружке в чате и видимо из-за испуга случайно отправил его близкому родственнику. – Это… не я. – Быстро оправдался я. Раздался кряк входящего сообщения, Моррис торопливо ознакомился с содержимым и состряпал на лице такую трагедию, будто его только что вычеркнули из завещания. – В смысле не ты? – недоумевающе взревел он, продолжая наседать. Думаю, самое время познакомить вас с Моррисом Хекслергом. Однажды он написал батник и с тех пор считает себя программистом. Ходят слухи, что вечерами он хеллоувордит закрывшись в ванной. Короче говоря, Моррис – типичный быдлокодер. Но не путайте быдлокодера с дерьмокодером, быдлокодеры – программируют на языках с низким порогом вхождения. Дерьмокодерами они становятся уже впоследствии. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/prokop-smetanin/people-dev-null/?lfrom=390579938) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Наш литературный журнал Лучшее место для размещения своих произведений молодыми авторами, поэтами; для реализации своих творческих идей и для того, чтобы ваши произведения стали популярными и читаемыми. Если вы, неизвестный современный поэт или заинтересованный читатель - Вас ждёт наш литературный журнал.