Милая девочка, что же вы плачете в комнате - пыльной, с провалами окон? Пропахшие ладаном, тихие сумерки трогают волосы. Полноте, милая девочка. Все это видеть не надо вам… Хлопают черными крыльями черные лебеди на простынях - позабытые, сушатся, сушатся. Бывший проулок молчит, задыхается в лепете: «Мама, вернись! Я тебя… Я тебя буду слушаться…

Существо

Автор:
Тип:Книга
Цена:0 руб.
Издательство:   SelfPub
Год издания:   2019
Язык:   Русский
Просмотры:   20
Другие издания
Скачать ознакомительный фрагмент

Существо Рониель Оспан После поступления в бостонский университет, Маркус Роуган думал лишь о прекрасном будущем – стать первоклассным адвокатом, как хотела его горячо любимая мать. Но в обычную жизнь студента врывается постоянно его преследовавшая загадочная незнакомка, после знакомства с которой он попадает в аварию. Череда навалившихся неудач сменилась мистическими обстоятельствами. Будь то мучающий по ночам голос из ванны или чуть не разорвавший его черный пес. Вскоре Маркус узнает, кем является та загадочная незнакомка, которая поведает ему страшную тайну и ответит на все мучающие душу вопросы. 1 Тьма поглощала меня с каждой секундой падения. Я летел вниз, словно раненая птица с небесной высоты. Внутри рванула бомба животного страха. Куда лечу, сам не знал, но смиренно принял эту гибель. «Все будет, кончено» – в тот миг подумал прежде, чем столкнуться с землей и переломать все кости… – Мистер, Роуган! – строгий голос нашего преподавателя по литературе назвал мою фамилию. И чуть приоткрыв глаза, почувствовал, что в моё лицо попала скомканная бумажка и пошли смешки. Я что уснул?! – Роуган, вы, наверное, не в курсе, но сюда приходят учиться, – Извините, – потирал я заспанное лицо. Извинение не сработало и мне поручили писать сочинение по теме, которую проспал. Могло быть и хуже… Послушав лекцию о себе и узнав из нее немало плохого, стал выходить из аудитории, так как, к превеликому счастью, прозвенел звонок. Единственное, что грело душу, так тот факт, что все пары закончились. – Кто помешал нашему Маркусу этой ночью уснуть? – положил на мои плечи тяжелую руку Томас, намекая на пошлость. Его рука здорово играла роль опоры. – Статистика, – И как она тебе? – улыбаясь, спросил он. – С характером. Немного сложная. Во многих случаях непонятная. И уж слишком расчетливая. – Старик, они все такие. – рассмеялся друг. Да, он прав, если это был намек на женский пол. Если это правда, то это уж точно не про Стефани. Она не походила на статистику. Подруга отличалась от других представительниц женского пола. Интересная и весьма симпатичная, она была умна, хорошо воспитана и коммуникабельна. Уже третий год мы учимся с ней на одном юридическом факультете, а я все продолжаю бояться рассказать, что испытываю к ней симпатию. Что говорить про Томаса, то он был позитивным, но ленивым. Он не был смазливым красавцем, но друг мог найти подход к каждой девушке. Ему стоило снизить тон голоса и сделать комплимент. Но меня всегда радовала его белая шевелюра, которые все время попадали ему в глаза. Единственное, что выделялось среди всего белого, его темно-зеленые глаза. – Кстати, завтра едем на экскурсию. Ты с нами? – с вдохновением пропустить учебу, Томас радостно скалил зубы. – Не знаю. Я лучше завтра посплю, – показывал свою незаинтересованность. – А если там будет Стефани? – знал он, на что давить. – С чего ты взял? – Я спрашивал ее, – играючи двигал он бровями, кокетничая со мной. Его роль девчонки насмешила. – Не прокатит, – Да… я не спрашивал ее, – сдался друг. Удивительно, что сразу. Видимо понял, что за три года учебы, я его хорошенько выучил. – Ну, а сам ты не хочешь спросить? – кивнул он в сторону Стефани. Она стояла совсем неподалеку от нас и разговаривала с Эллин. Каштановые волосы подруги блестели на солнце и красиво развевались от несильного ветерка. Она выглядела отлично. Впрочем, как и всегда. Заметив мой взгляд, Стефани тут же покраснела и продолжила беседу. – Хааааарриииииис, – пропел под ухом Томас, дразня меня этим. Мол, я зануда и трус. Друг, не так давно заимел привычку обзывать меня «ХАРИСом». Это наш преподаватель по статистике – Мистер Харрис. Томас говорит, что я с ним похож тем, что много занудствую и до тошноты ответственен. – Да иди ты в ж… – не успел я договорить, как меня перебил голос Стефани. Сердце бешено заколотилось от ее неожиданного присутствия. – Привет, – покраснел немного и заметил ухмыляющегося Томаса. – Привет, Маркус, – с нежность произнесла она моё имя. С ее уст, моё имя нравиться больше. – Я пойду. Кое-что забыл, – замешкался Томас и стал направляться к входу университета. Он так спешил, что нечаянно сбил одну из студенток. Ну, тут уже грех было не посмеяться. Друг, так сильно врезался в нее, что та свалилась на тротуар парковки. Я всеми силами пытался сдержать смех, но пошли слезы истерики. Мне было невыгодно выставить себя тираном. Тиран, который смеется над болью других. Томас стал помогать бедной девушке встать, извиняясь перед ней, а я не мог остановиться. Моя память все время прокручивала в голове этот момент. – Надеюсь, она не сильно ушиблась, – со страданием отнеслась Стефани к этой нелепой ситуации. От нее пахло цветочным ароматом весны, несмотря на то, что сейчас осень. Этот запах привел меня в чувства. Вытирая от смеха слезы, я решил показаться ей неравнодушным: – Ну… она вроде ходит, – неудачная попытка показаться слишком добрым. А точнее, это было ужасно. Но она не среагировала на это негативно. Кто-нибудь сотрет с моей памяти этот момент?! Меня снова пробирало на смех. Лучше вспомнить учебник по статистике… – Я могу помочь тебе, – резко она перевела тему. От неожиданности я оглупел и позабыл обо всем на свете. Но несколько секунд спустя вспомнил, о чем говорила подруга. – Ах, да, сочинение, – мысленно шлепнул себя по лбу. – Просто, эту тему я хорошо знаю и подумала, что не будет лишним тебе помочь, Вот тут были непонятки. Либо она считает меня слишком глупым, либо она просто под этим предлогом решила провести со мной время. Ну а мне-то, какая разница? Она мне нравиться. Почему бы не воспользоваться этим? Естественно, я согласился. Стефани предложила послезавтра встретиться в городской библиотеке. «Там можно поймать хороший настрой» – так она сказала. – Договорились? – спросила подруга. Пришлось ответить «да». Через силу улыбнувшись, показывал, что ее решение было самым верным. Звук сигнала машины, прервал наш разговор. За ней приехала мама. Засуетившись, Стефани поспешила попрощаться: – До завтра, Маркус. – удостоив меня своей красивой улыбкой, она побежала к машине. Мы были не похожи тем, что она ездила домой на машине, а я на метро. Библиотека! Как я мог согласиться?! Моя однокомнатная квартира всегда пуста, а я иду писать сочинение с девушкой, которая мне нравиться, в библиотеку! Стефани была местная в этих кругах, а я приезжий. Поэтому мне приходилось труднее, чем ей. Надо еще найти эту городскую библиотеку. Дождавшись Томаса, сел с ним на ближайший автобус, который бы смог довести нас в сторону метро и чуть не опоздав на поезд, мы уместились возле поручней, потому что со свободными местами была проблема. – Ну, что она ответила? – неожиданно спросил Томас, включив свой интерес к моей личной жизни. – Кто? Стефани? – Нет, наша проверяющая в холле. Конечно Стефани, – Это уже по твоей части. Ты же любишь женщин постарше, – теперь моя пришла очередь поглумиться над Томасом и, получил удар в живот. – Я не спрашивал, но она предложила мне помощь. Поможет мне с сочинением, – И что ты ответил? – обиженный тон, сменился дружелюбием. – Согласился, – Она должна будет приехать к тебе? – Дон Жуан требовал от меня подробностей. Томас, ну ей Богу, как ребенок. – Нет. Мы должны с ней встретиться в городской библиотеке, послезавтра. – Библиотека?! – переспросив, он громко засмеялся. Его придурковатый смех, притягивал внимание окружающих. – Томас, заткнись! – шипел на него. – Боже! Как это унизительно! – громкий смех Томаса, заполнял каждый уголок этого вагона. А мне приходилось краснеть. Друг продолжал надо мной издеваться, придумывая все больше дурацких шуточек, а когда мы приехали на его остановку, Томас пожал мне руку, прощаясь и снова засмеялся, когда вышел из вагона. Вот же придурок! «Смеется тот, кто смеется последним»– мысленно утешал себя этим. Опершись на поручень, меня стало клонить в сон. Сейчас бы упасть лицом в подушку и отдаться миру отдыха. Среди толпы серых лиц, я заметил светлый облик девушки, которая сидела в пяти метрах и неотрывно глядела на меня. Русые, с золотым отблеском волосы доходили до талии, а большие глаза сверкали голубизной. Она была очень симпатичной, но неухоженной. Одежда на ней была ни чем непримечательной: светлые джинсы, бирюзовый свитер, который был ей не по размеру и потертые черные кеды. Увидев мой взгляд, она резко отвернулась, и стала разглядывать свои руки. Мне она показалась какой-то странной. Может, она меня знает? Попытавшись вспомнить эту девушку из прошлого, закончилось это провалом в памяти. Лицо мне было так знакомо, но перебирая воспоминания, так и не нашел ее лица. Где же я ее видел? Незнакомка снова и снова поднимала на меня взгляд и опускала, когда я замечал, что она наблюдает за мной. Так продолжалось, пока не пришла моя очередь, выходить. Когда двери открылись, та незнакомка подорвалась и последовала за мной на выход. Я все время оборачивался, но она не отставала. Чего она хочет? Поднимаясь по лестнице, решил разузнать, что ей нужно. Обернувшись в последний раз, ее сзади не оказалось. Она, словно растворилась в воздухе. Странно. Отчетливо слышал шаги несколько секунд назад. Наверное, я устал. Показалось. Но плетясь по дороге, домой, эта странная особа не выходила из головы… 2 – Маркус… Старик, вставай. Наша остановка. – трепал меня Томас за плечо, вытаскивая из сна. Громкий мотор автобуса будил сильнее, чем друг. Когда открыл глаза, почувствовал, что отдавил себе руку и теперь она жутко ныла. – Пошли. – Томас начал выходить из автобуса. Моросящий дождь попадал в глаза, а хмурые тучи укрепляли желание поспать. Надев капюшон, я пошел следом за Томасом, который в то время продвигался в сторону университета. – Старик, ты что, практикуешься не спать ночью? – спросил друг. – С чего ты взял? – зевнул я. – Ну, я тебя бодрым давно не видел. Выглядишь ужасно, Сжавшись от холода, вздрогнул и промолчал. Рука продолжала ныть, но мне приходилось терпеливо ждать, пока нытье закончиться. – А я смотрю, ты сегодня бодренький. Что, Миссис Сингер, вчера дала красный свет? – решил я над ним поглумиться, вспомнив наш вчерашний разговор о проверяющей в холе и к тому же поднять себе настроение. – Иди ты в пень, – смеялся Томас над моим подколом. – Кто-то вообще, завтра в библиотеку идет, – нашел он, чем зацепить. Я притворным смехом оценил шутку. А придурковатый смех Томаса изливался эхом по всей улице. – Смотри, штаны себе не испачкай… Идиот. – фыркнул на него. Когда мы вошли в университет, я специально поздоровался с Миссис Сингер и посмотрел на Томаса, сдерживая смех. Ему тоже пришлось это сделать, так как он шел рядом. Томас смотрел на меня испепеляющим взглядом, так и не удостоив своей проигрышной улыбкой. – Ревнуешь? – спросил его. – Старик, если это тебя так напрягает… я могу с ней больше не здороваться. – шутил над ним, когда он ударил меня в плечо, не зная, что ответить. Прозвенел звонок, и мы побежали в кабинет Мистера Харриса, опаздывая на статистику. Сегодня Мистер Харрис, был на удивление добр и это заметил Томас: – Что-то он сегодня подозрительно лоялен к нам, – шепотом подметил он. Я промолчал на его наблюдательность. – Может, у него появилась кое-какая особа? – Ага, с такими же усами, как у него, – на моё предположение мы оба среагировали смехом. – Йосковитч, вы хотите ответить? Наверное, вы подготовились? – заметил Харрис наше поднятое настроение и снова нашел себе мишень. – Ты ему, явно нравишься, – тихо пробормотал я Томасу. – Нет, не хочу, Мистер Харрис, – встал Томас, сделав провинившийся вид, но улыбка, так и поддергивалась, чтобы растянуться до ушей. – А вы… Роуган, подготовились? – переключился Мистер Харрис на меня, заранее радуясь тому, что поставит за сегодня первую пару двоек. – Да, конечно, – развеял все его надежды полакомиться негативом. Харрис всегда напоминал мне энергетического вампира. – Тогда выходите, – разочарованно сел он за стол, но во взгляде оставалась вера в мой провал. – Ты мог подольше растянуть свою тупость? – возмущенно шептал я Томасу. Он только заржал и бесшумно сказал, что я лузер. Конечно же, взяв свою толстую тетрадь с парты, кинул ее в патластую голову друга и пошел к доске. Отвечать приходилось нелегко, так как взгляд Харриса превращал мозг в засушенный овощ и все, что ты учил ночами, куда-то испарялось. Но все же развеять сомнения Мистера Харриса, насчет того, что я еще не забыл, как пользоваться мозгом, мне удалось. И удалось на хорошую отметку в журнале и на еще один пропуск к сессии… – Ты отлично выступил, – забрасывала меня Стефани комплиментами, когда закончилась пара. Мы уже шли по коридору. Ее комплимент, конечно же, меня заставил краснеть. – Спасибо. Там проще простого. Главное запомнить последовательность действий решения и формулы, а остальное дает тебе калькулятор в голове, – зазнавался я. Девушки любят умных парней. Ну… не все… – Мне это трудно дается. – принижала она свои способности, расстроенно поглядывая в сторону. Мне было так комфортно рядом с ней, что не хотелось заканчивать разговор или куда-то уходить. Ждал завтрашнего дня, чтобы побыть со Стефани в дальнем уголке большой библиотеки. Не успев, опровергнуть слова подруги, как меня кто-то толкнул в плечо и пошел дальше. Недовольно повернувшись, заметил знакомый образ. Та девушка, что наблюдала вчера за мной, снова, бесцеремонно повторяла этот трюк. Незнакомка, не оглядываясь, шла вперед, пробираясь сквозь толпу студентов. Стало любопытно, чего она хочет и недолго думая, ринулся за ней. Блондинка продолжала идти, направляясь к выходу. Чуть ли не перейдя на бег, вышел из университета, следя за странной девушкой, которая не думала останавливаться. – Постой! – пробираясь к ней ближе, приказывал остановиться, но она не повернулась. Но я почему-то отдалялся от нее, как в каком-то дурацком сне. От раздражения, того, что не могу ее догнать стал бежать. Протянув руку, пытался схватить ее за плечо, но сумел лишь дотронуться до длинных волос. Услышав оглушительный звук сигнала и визг тормозов, от испуга упал на тротуар парковки. Меня чуть не сбила машина. – Жить надоело?! – ругался, сидевший за рулем, парень. Когда очухался, сразу принялся искать глазами таинственную девушку. Вот, проклятье! Уж слишком, она странная! Меня охватила злость. Она преследует меня, а потом исчезает! Вот чего ей надо?! Может, она мне кажется? По-моему, я переутомился… Вставая на ноги и протирая себя после влажного тротуара, заметил, что остался специфический запах ладана. Такой запах обычно можешь встретить в храмах. Какой-то бред… Но удивительно одно, что этот запах постоянно чувствую в своей квартире… 3 Я до сих пор чувствовал на своих пальцах необыкновенное тепло волос той таинственной незнакомки. Почему она меня преследует? Или я сошел с ума? Головой вроде не ударялся. Она появилась в моей жизни так внезапно. Ее поведение, заполняло голову разными вопросами. Откуда она? Как ее зовут? Может, если я узнаю ее имя, то смогу хоть что-то понять? И главный вопрос: Чего она хочет? Все пары проходили в раздумьях об этой девушке. Как дотронулся до нее и почувствовал этот специфический запах. Кто она? Плод моего воображения? Но она была такой реальной и осязаемой. Нет, она точно существует. Но меня злит, что она следит за мной, так и не заговорив… Ладно, надо успокоиться и забыть про нее… Когда учебное время подошло к последней паре, все стали продвигаться к автобусам. Нас отвезут к городскому музею. – Старик, ты что под колеса попал? – неожиданно ко мне подошел Томас, похлопав по спине. – Кто тебе? А где ты был? На занятиях тебя не было, – Все садимся в автобусы! Мы выезжаем через две минуты! – оборвала наш разговор, Мисс Ривер. Точнее грубо перебила. Поднявшись, Томас стал втискиваться между сиденьями, ища свободное место. Народу было много и по этой причине не различишь, где наш курс, а где другой. Поймав взгляд Стефани, я помахал ей, сказав этим, что сейчас подойду. Она уже сидела с Эллин, возле окна. – Мест, нет, – почувствовал резкий толчок в грудь. Это была рука Мисс Ривер. – Ну, я же, – сделал попытку пройти, но Ривер была настойчивой женщиной. – Мест нет. Садись в следующий автобус. – строго приказала она мне и, взглянув на Стефани, повиновался приказу пухлой женщины. Томас, естественно, стал смеяться над моим очередным провалом. – Подкаблучник! – крикнул он. И прежде чем уйти, показал ему средний палец. Выйдя из автобуса с маской злости, стал залезать в другой. Там в основном сидел первый и второй курс. Но никаких знакомых, так и не заметил среди толпы. Втискиваясь между парнями и девушками, впитывал на себя оценивающие взгляды и всякие идиотские смешки. Даже одна из девочек стала строить мне глазки. М-да… чувствую, поездка будет очень долгой… Увидев возле окна два свободных места, резко ринулся к ним, чтобы положить портфель рядом с собой, заполонив сразу два сиденья. Когда всех студентов пересчитали, мы успешно тронулись с места. – Привет, – напугал меня девичий голос. Рядом со мной сидела девушка из первого курса. Если не ошибаюсь, ее звали Бритни Дигс. Она у них там звезда. – Ты сидишь на моем портфеле, – дал знать, что ей стоит поднять свой симпатичный зад. Получилось грубовато. – Прости, – с улыбкой замешкалась она, привстав, чтобы отдать мне портфель. – Ты же из третьего курса, да? – поинтересовалась Бритни. – Так, точно, – Майк? – Маркус, – исправил эту миловидную простушку, которая таилась внутри нее. – Точно, – покраснела Брит от волнения, убрав волосы за ухо, чтобы заполнить неловкий момент. – Ты же друг Томаса? Молча кивнул ей, уже предполагая, зачем она здесь. – Можешь передать? Бритни достала из кармана маленькую открытку. Она была облеплена разноцветными сердечками. – Передам, – Спасибо, – радостно воскликнула Брит, и в благодарность чмокнула меня в щеку, оставив на коже блеск для губ. Растерянный, я глядел, как она уходит к своим подругам. Как те стали смеяться и ждать от Бритни подробностей нашего с ней непродолжительного разговора. Когда те заметили, что наблюдаю за ними, я тут же отвернулся. Начав вытирать блеск с лица, увидел на портфеле любовное послание для друга. Свет моих очей. Каждый день не проходит без мысли о тебе… «О, Боже» – подумал я, чуть не вырвав на эту открытку. Засунув ее во внутренний карман куртки, положил портфель на его место и, воткнув наушники, включил любимую песню. Надел капюшон и закрыл глаза, чтобы ко мне больше никто не пристал… Приятное тепло с левой стороны, грело мою руку. Даже показалось, что уже сплю дома. Необычный запах одурманивал сознание, и одновременно отталкивал. Снова этот запах? Открыв глаза, увидел возле себя ту девушку. Она сидела слева от меня! На том сиденье, где лежал мой рюкзак! Я боялся закрыть глаза, чтобы при открытии их, она не исчезла. Она никуда не уходила, не отворачивалась от меня. Просто сидела, как ни в чем не бывало. Язык завязался в узелок, а тело остолбенело. У меня было столько к ней вопросов, но они все словно растворились. Но было такое ощущение, что вот-вот… заплачу. Плакать? Но я же не плакса какая-то? Да и зачем? Незнакомка смотрела в сторону лобового стекла. Я мог рассматривать только ее профиль. Интересно, она не заметила моё пробуждение? Завивающиеся волосы, будто нити золота, закрывали ее плечи и чуть ли не доходили до ее тонких ляжек. Кожа белая и чистая, с румянцем на щечках. Нос прямой чуть заостренный и длинные ресницы, еле выделяющиеся на фоне бледности ее кожи. – Ты не против? – резко повернулась она, дав, наконец, услышать свой приятный голос. Ее большие голубые глаза, притягивали внимание. Они такие большие… и голубые… Я забылся и вел себя, как дурак. Но ее взгляд не был характерен всем взглядам. Он был таким проникающим и читающий душу. – Ты не против? – с легкой улыбкой повторила незнакомка, видя мою реакцию. Это невероятно! Девушка, за которой гонялся, сидела рядом. Сердце стало биться чаще, но это не от влюбленности… – А… да, ничего страшного. Думаю, рюкзак не обидеться, – удивился тому, что мой голос был неестественным от волнения. Она, улыбнувшись, отвернулась. Почему я так себя веду? Даже руки вспотели. Что в ней такого, чтобы она так влияла на меня? Обычная девушка, только… со странностями. – Я Лориана Крейт, – представилась девушка, решив не протягивать мне руку. Точно, странная. Я, наконец, узнал ее имя. «Лориана» – мысленно произнес, будто пробуя его на вкус. Красивое имя. – Маркус Роуган, – ответил ей взаимностью. – Я знаю, Знает? Наступила пауза и, чтобы успокоиться, стал смотреть в окно. – Как думаешь, эти стекла практичные? – спросила она, разглядывая салон автобуса. Что за вопрос? Ведет себя, как ребенок, хоть и выглядит на девятнадцать. – Ммм… не знаю, – пробубнил, разглядывая ее. Она меня насторожила. Я огляделся по сторонам и стал всматриваться в ее одежду. А вдруг под ней бомба. Девушка внимательно глядела на небо, пока я думал террористка она или нет. Ее зрачки уменьшились, а розоватые губы чуть приоткрылись. Что она там увидела? Тучи, как тучи… – Небо плачет, – вдруг произнесла она обреченно. Ее глаза загрустили, чуть не пустив слезу. – В смысле, дождь идет? – уточнял я. – Что-то случиться или уже случилось, – задумчиво сказала Лориана, не обращая внимания на мой вопрос. Ну, точно сумасшедшая террористка. – Дождь часто идет и, странного в этом не нахожу. Простой дождь, – хмыкнул на ее версию, но почему-то по спине пробежали мурашки. Мне от нее бежать хочется. Особенно с этими разговорами. – Ты никогда не задумывался, почему он идет? Она серьезно?! – Ну, под воздействием солнечного тепла, вода испаряется и превращается в пар. После, пар поднимается, образуя тучи, а там уже зависит от температуры атмосферы, – познакомил ее с естественным явлением природы, полагаясь на изученные школьные материалы. На мои слова, девушка рассмеялась. Спросила, а теперь смеется надо мной? – Что смешного? – Ты ничего еще не знаешь, Маркус. – повернулась она, околдовав своим взглядом. Неожиданный толчок прекратил наш диалог, раскидав по всему салону всех студентов. Еле удержавшись на месте, я первым делом взглянул на Лориану, но ее уже не было. Не смотря, на такой сильный толчок, мы продолжали ехать, со страшным скрежетом. У автобуса отвалилось колесо. – Лориана! – звал ее. Хотел убедиться, что с ней все в порядке. Но ее не оказалось в салоне. И где же она? Когда мы остановились, все стали вставать, потирая свои ушибы. Я встал с кресла, чтобы понять происходящее и почувствовал в ноге боль. Она была терпимой, но все же приходилось с трудом передвигаться по салону. Все были в таком же недоумении и страхе, как и я. Оглядываясь, увидел смятую заднюю часть салона, где сидели студенты. Кого-то придавило, а кого-то это не тронуло. Адреналин вызывал тошноту. И чувствуя застрявший комок в горле, наблюдал страшную картину. Одна из студенток сидела в своем кресле и из ее головы сочилась рекой кровь. Это была Бритни Дигс. Она была уже мертва. Рядом с уже умершей подругой стояла девушка. Заливаясь слезами, она просила о помощи. – Двери не открываются! – в панике крикнул парень. Услышав такую новость, все стали толкать двери и просить водителя открыть их. – А водитель… мертв, – обреченно произнесла студентка, стоя возле руля. – Попробуй нажать на кнопку, чтобы открыть двери! – через тошноту, проявил я смекалку. Девушка судорожно принялась нажимать на кнопку, но двери не открывались. – Она не работает. Видимо произошло замыкание. Не успев подумать, что делать дальше, как произошел следующий толчок, дав автобусу продолжать движение. От сильного удара все повалились на пол и, опершись на спинку кресла, встал и почувствовал, что автобус сейчас повалиться на бок и точно никто не останется в живых. Все двигалось и скрежетало, что было, не разобраться в какую мы сторону вращаемся или движемся. Крики студентов только повышали во мне уровень адреналина. «Сейчас, я умру» – смирился уже с этой мыслью. Но произошел еще один толчок, который был самым смертельным. В нас влетела еще одна машина и ударила автобус в другой бок. Но внезапно, будто чья-то рука, схватившись за мой капюшон, резким рывком назад, потянула меня, подкосив ноги. Вокруг летели куски стекла и, почувствовав удар об холодную землю, понял, что сейчас вылетел через окно. Я лежал среди месива помятого металла и окровавленных трупов. Автобус, свалившись на бок, загорелся. Дикие крики с просьбами о спасении поднимали волосы дыбом. Надо им помочь! Но конечности не слушались, а рвота дала о себе знать. – Парень, ты цел? – спросил меня мужчина, пока я плевался желчью. – Надо им помочь…– через рвоту пытался говорить. – Сейчас приедут пожарные. Они помогут. – утешал мужчина. Но я бы не сказал, что для меня эти слова были утешительными. Ведь не знаешь, когда они приедут. Не было сил, чтобы встать и бежать помогать тем, кто сейчас сгорает заживо. Мне только приходилось слушать крики умирающих и с содроганием ждать окончания их мучений. 4 Когда меня поместили в палату, не мог отойти от происходящего, не мог просто нажать кнопку стопа в голове, чтобы больше не видеть тела и лужи крови. Страшные крики снова и снова прокручивались, сводя с ума. «Я не мог ничем им помочь»– добивал себя этими мыслями, лежа на одной из кровати госпиталя. Но, как я вылетел из окна? Неужели, мне просто повезло? Обдумывая этот момент, вспомнил, что разговаривал с той девушкой и что ее зовут Лориана. И эти ее странные вопросы. Может, она знала, что должна была произойти авария? Мне было известно ее имя, но где она учиться и чем занимается, она так и не рассказала. Она же там была! Была в этом автобусе! В палату зашла врач и направилась ко мне. – Ну что, парень. Сначала мы тебя перевяжем, а потом отправим домой. За тобой приедут? – спросила она, разматывая бинт для перевязки. – М… да, – соврал, чтобы ни в коем случае не позвонили моей матери. Сам справлюсь, не маленький… – Хорошо. Перелома у тебя нет, а только ушиб и царапины на спине. Так что, после перевязки, ты сможешь ехать домой, – стала она аккуратно поднимать мою ушибленную ногу, но получилось все равно с болевыми ощущениями. От боли я тихо застонал. – Тебе крупно повезло. Большинство пострадавших лежат сейчас при смерти или уже в морге. У тебя сильный ангел-хранитель, парень, – улыбнулась она, туже натягивая бинт вокруг ноги, сверху колена. Но мне не стало легче… – А сколько погибло? – Где-то не меньше тридцати человек. Но это не точный показатель. Завтра, может, будет больше сорока, – поразила меня врач статистикой умерших. Тридцать человек?! Если бы мне не повезло в тот момент, я бы лежал в морге среди остальных погибших. А как же та девушка? Как же Лориана? Она тоже погибла? – А вам случайно, из погибших не встречалось имя Лориана К… – и тут я запнулся. Как же ее фамилия? К… Кр… Крейт! Точно, Крейт! – Лориана Крейт? – заставил ее задуматься, и сморщить свой плоский лоб. – Пока что имена нам неизвестны. Но ты сможешь поинтересоваться о ней только на следующей неделе. Сейчас не разберешь, кто где. – усталость говорила в ней. Умерших было и, правда, много. Мысль о смерти той загадочной девушки, резала сердце тупым ножом. Поговорив с ней один раз, увидев ее детский образ, меня тянуло к ней, как к младшей сестре. И, как же я хочу, чтобы ее имя не оказалось в списке погибших. Когда ногу перевязали и дали разрешение выйти из госпиталя, понял, что желудок пуст, а привкус во рту был не из самых лучших. Хромая к выходу, наблюдал, как в спешке носят на носилках изуродованные тела от металлолома и огня. Почувствовав, что тошнота стала нарастать от ужасающей картины, отвернулся. Но найти среди трупов тело Лорианы, не очень хотелось, но нужно было убедиться, что она жива. Вместо тела Лорианы, я увидел обожженный до костей труп. Запах жареной человеческой плоти, будто стал трогать мой язычок, вызывая рвоту. Закрыв рот кофтой, чтобы не испачкать пол госпиталя, (несмотря на боль в ноге), быстрым шагом вышел за дверь. Вдохнув прохладный сырой воздух, успокоил желудок. Надо собраться с мыслями. Из глаз непроизвольно текли слезы, оплакивая тех, кто побывал в сегодняшней преисподней. Как после этого я смогу жить дальше? – Маркус! – услышал голос Стефани. Повернувшись на зов, увидел, что подруга стояла на парковке вместе с Томасом. А я и забыл про нее. Она подбежала ко мне и крепко обняла, сама того не зная, что делает моей ноге больно. Теперь меня не интересовал запах ее духов, как она одета или, накрашены ее губы или нет. Перед моими глазами, вспышками, мелькали моменты, обожженных тел и в голове стоял вопрос – жива ли та девушка? Но все же, мне было радостно видеть ее добрые глаза и знать, что она в безопасности. – Ты в порядке? Я так волновалась, – с дрожью в голосе Стефани сыпала вопросами. – Да. В отличие от остальных, – заставлял себя говорить, когда мне просто хотелось молчать и быть одному. – Я рад, что ты жив, старик, – по – родному обнял меня Томас, улыбаясь даже сейчас. На его слова можно было придумать кучу шуток, но я промолчал. – Нас не впускали в больницу. Говорят много погибших. Мне так жаль, Маркус, – глаза подруги покрылись влажностью. – Да, сказали, что погибших не меньше тридцати. А сами как? Вас не коснулось? – морщась от боли в ноге, поинтересовался я об их безопасности. – За нас не переживай. Ваш автобус ехал первым и, когда в вас врезалась машина из-за поворота, мы сразу остановились, – оповестил Томас. И я только сейчас заметил, что на улице потемнело. Заметил, что фонарные столбы уже вступили на свою ночную смену. – Сколько часов прошло? – потерявшись во времени, решил поинтересоваться. – С момента, твоего появления в госпитале? Прошло… часа четыре, – спеша ответил друг на мой вопрос. – Ого, – пробормотав себе под нос, жадно глотнул сырого воздуха, чтобы убавить тошноту. Рассматривая тротуар, почувствовал, как стали тяжелеть веки. Они медленно закрывались, соблазняя на сон. Но при малейшем покачивании тела, тут же мысленно давал себе пощечину. Мало мне ушиба на ноге, так еще и разбитое лицо будет. – Тебе надо отдохнуть, Маркус, – заметила Стефани мою тягу ко сну. – Да, – тихо согласился с ее мыслью, пытаясь взбодриться. – Давай, мы тебя отвезем домой. – подхватила подруга меня под локоть, чтобы помочь. Томас же, взял мою руку и перекинул ее через свою шею. Крики погибших и звуки пожарных машин, теперь стали моей головной болью. Запах Лоры остался в моей памяти, и снова вспомнив про нее, решился спросить: – Ребят, а из вас никто не знает Лориану Крейт? Подводя меня к машине, они оба задумались. – Нет, старик. А кто это? – спросил Томас, явно заинтересовавшийся моей знакомой. – Я ее тоже не знаю, – ответила Стефани, с открытой подозрительностью. – Уже… неважно. – подавленно отрезал я, когда подруга открыла дверцу машины, чтобы усадить меня. – И, кстати, – полез я в карман. Чуть не забыл. – Это тебе, – протянул Томасу открытку. – От мертвой Бритни Дигс, После моего лишнего уточнения, друг изменился в лице. – Какой ужас, – произнесла Стефани, глядя на открытку. – Не то слово… 5 Уже как две недели, меня мучил один и тот же сон, в котором был автобус, сгоревшие заживо студенты и последние слова Лорианы Крейт перед тем, как в нас врезалась машина: «Ты еще ничего не знаешь, Маркус». Уже как неделю, я не ходил в университет из-за ушиба на ноге и за последние дни, выслушал от матери много лекций о безопасности. Она увидела аварию по телевизору и тут же позвонила мне. Я ей, конечно про ушиб не рассказал, решил, что не буду ее травмировать. Уж слишком у нее чувствительное материнское сердце. Убедив ее, что все в порядке, занялся своим завтраком. Заливая кипятком кашу, заметил, что нога не так сильно болит и порадовался этому факту. Наконец-то, вылезу из этой берлоги. Мой выходной потревожил звонок Стефани: – Привет, Маркус, – буднично проголосила она, не успев, я сказать что-либо. Ее звонок был лекарством от всех депрессий. – Привет. Рад тебя слышать, – непроизвольно улыбаясь, не скрывал своих чувств. – Как твоя нога? Как ты себя чувствуешь? – Намного лучше. Нога уже не так сильно болит, так что могу ходить, – прогнозировал ей свое состояние. – Отлично, а то на Томаса жалко смотреть. Он такой грустный. Тебя ожидает, скучает по тебе, – рассмеялась она. Ее рассказ позабавил. – Да, похоже на него, – Возле холла повесили плакат с погибшими. Как я рада, что твоей фотографии там нет, – не было подруге уже так радостно, вспомнив о том дне. – Сложно тебе, сейчас. После всего, что ты видел, – Справляюсь, – скромно ответил я. Мне не нравились эти разговоры. А если пойду в университет, там уж точно покоя не дадут. – Смотрел новости? – неожиданно спросила она. – Эм… точно нет, – Сказали, что всего погибло сорок три человека. Вчера узнала от учителей, что выжил один парень из вашего автобуса, – ее слова зажгли в душе яркий огонек. Выжил?! – А кто это? – Пак Джонсон, он с первого курса. Сейчас лежит в госпитале с ожогами. Говорят с несильными. Всего десять процентов кожи повреждено. Повезло, парню. Могло быть и хуже, Помимо меня, еще кто-то выжил? Невероятно! – Я тут кое-что спросить хотела, – после небольшой паузы начала подруга. – Валяй, – Если ты помнишь, то мы должны были пойти в городскую библиотеку, на той неделе, – спросила Стефани, потихоньку подводя разговор к встрече. – Конечно, помню, – соврал я. С этими проблемами забыл, что мы должны были встретиться. Так еще и сочинение писать! Сидя на кровати, услышал посторинний гул. Сначала показалось, что этот гул в телефоне, но отодвинув трубку от уха, понял, что он в квартире. Перед кроватью была закрытая дверь в ванную комнату, и именно из нее доносился странный звук. – Я это к чему… Просто в пятницу у нас была пара литературы у Мистера Кроули, и он спрашивал про тебя… – продолжила она говорить, но я перебил ее: – Стефани, подожди секунду – вежливо попросив ее, встал с кровати и, медленно подходя к двери в ванной комнаты, стал прислушиваться. Чем ближе подходил, тем больше различал, что это не гул, а чье-то пение. Скорее это было не пение, а мурлыканье. Кто-то в моей ванной замурлыкал приятным женским голосом песенку. Похожая на колыбельную. Напев одной и той же ноты вызывал на моем затылке мурашки. Кроме меня, в этой квартире никто не живет. Голос напугал. Он был в одно время нежным, но в нем присутствовало что-то не характерно для человека. Резко повернув ручку и открыв дверь, убедился, что ванная комната пуста и пение закончилось. Оставив дверь открытой снова сел на кровать, приходя в себя. – Маркус, все нормально? – голос подруги раздался в трубке. – Да. Просто голубь в окно врезался, проверял, – В общем, если тебе не трудно, сегодня заняться твоим сочинением, так как в понедельник я уезжаю – Уезжаешь?! – перебил ее, удивившись неожиданному отъезду. Куда это она собралась?! – На сколько, уезжаешь? – не удавалось мне скрыть излишнее волнение и возмущенность. – На две недели. Мы с мамой уезжаем к отцу, он сломал себе ногу, когда играл в гольф. Даже не знаю, как ее можно сломать, играя в гольф, – посмеялась она над глупой ситуацией, несмотря на то, что ее отцу сейчас не до шуток. – Ну, ты как? Согласен? – Согласен. Во сколько встречаемся? – при мысли о встречи со Стефани, понемногу поднималось настроение – Сможешь, через часик? – Смогу, – решительно ответил, хотя зная, что в таком состоянии, как у меня, не хватит часика. Максимум три часа. – Ну, тогда до встречи, Маркус, – услышал, как ее красивые губы расплылись в улыбке. – До встречи. – ответил, ожидая, пока в трубке прозвучат быстрые гудки окончившегося разговора. Когда ожидаемые гудки прозвучали, положил телефон на кровать и вспомнил, что мой завтрак до сих пор вариться в кипятке. Отодвинув накрытую тарелку, лицезрел вместо каши какую-то субстанцию. «Собачий завтрак» – хмыкнув, подумал я. Уж лучше бы сделал бутерброды… 6 Найдя библиотеку, приехал с опозданием на двадцать минут, но Стефани не злилась на меня, понимая, что я не езжу по городу на Ламборджини. Она как раз стояла возле библиотеки. При виде ее не мог сдержать улыбки. – Тебе идет этот свитер – сделала она комплимент, которого я уж точно не ожидал. Мой бордовый свитер ей очень понравился. Надо его надевать почаще. – Спасибо, но ты лучше, Это было нелепо. Мысленно ударил себя по лицу. Зайдя в библиотеку, мы уселись за понравившийся Стефани стол. Она достала из своей сумки учебник по литературе, принялась за работу. Пока она объясняла, что писать и почему это надо писать, я любовался ею. Рассматривал ее ресницы, когда она опускала глаза, чтобы найти нужный текст. Смотрел, как она, сильно сосредоточившись, преподносила ручку к своим губам. Я ее слушал, конечно, но частично. С каждой минутой симпатия к ней возрастала. Смотря на то, как она теребила цепочку на тонкой шее, решился поговорить с ней не о литературе: – Стефани, – позвал подругу, но она не услышав, продолжала объяснять, смотря в книгу. – Стефани, отвлекись на секунду, – попросил, когда она перелистывала страницы учебника и стала зачитывать нужный текст. – Тебе не интересно? – Интересно. Все, что ты говоришь очень интересно. Просто,– запинался на каждом слове, как мямля. Соберись Маркус! – Просто… мы с тобой три года знакомы и учимся вместе, – снова язык заплетался, и злость к своей неуверенности заполняла кровь адреналином. Прежде чем признаться в своих чувствах, я глубоко вздохнул и почувствовал знакомый запах. Запах, который окутал душу в теплое одеяло. Запах той девчонки стоял в воздухе. – Маркус, ты что-то хотел сказать, – прервала Стефани паузу, заметив мою перемену в настроении. – Ты чувствуешь? – спросил у подруги, зачерпнув больше воздуха. – Что? Ты о чем? – Запах. Чувствуешь? – оглядывался по сторонам, ликуя. – Нет. Нет никакого запаха, – в изумлении глядела подруга, не понимая, что происходит. – Я сейчас. – встав из-за стола, ринулся искать ту девчонку, что не выходила из моей головы. Ища Лориану, как пес среди читающих в библиотеке уже стал сомневаться, что она находиться здесь. Я должен найти ее, увидеть, узнать, что она жива. Чем дальше уходил в глубину хранилища книг, тем запах становился насыщенней. Посмотрев вверх второго этажа, где на полках были разложены книги, обрадовался. Там стояла она. Целая и невредимая. Длинноволосая таинственная особа, которая была не похожа на всех. Поднимаясь к ней на второй этаж, чувствовал, как к рукам приливала кровь и снова ладони стали потеть. Лора одиноко рассматривала книги, так и ничего не выбрав. – Привет, Маркус, – не повернувшись, девушка заговорила первой, продолжая искать подходящую книгу. – Привет, – сглотнул дрожь, прежде чем ответить. Приблизившись к ней, только сейчас понял, что ее одежда выглядела слишком обшарпанной и старой. Где она ее взяла? – Ты жива, – не скрывал свой восторг, рассматривая ее как в первый раз. На ней не было ни одной царапинки. – И ты жив, Маркус, – так и не повернувшись, констатировала она факт. Она отвечала уверенней, в отличие от меня. Проклятье! У меня было столько к ней вопросов, и они все разом вышли из головы! – Что-то ищешь? – надзирая, как она тоненькими пальчиками проводит по книгам, в поиске нужного. – Да, – Может, помочь? – Твоя помощь будет как раз кстати – согласилась она. – По-моему это она. Не могу дотянуться, – несмотря на свой высокий рост, она всеми сила пыталась допрыгнуть до верхней полки. Лориана указала пальцем на ту самую книгу, которая ее заинтересовала и отошла в сторонку, дав мне помочь ей. – Та, что в белом переплете? – Да, это она – подтвердила девушка бархатным голосом. Встав на носочки, я как можно дальше протянул руку. Схватившись пальцами за книгу, стал тянуть ее на себя. Удачно проделав трюк, встал на место и повернул к себе книгу лицевой стороной: Искусство самообороны. Как обезопасить себя от нападающего. Рассматривая обложку, у меня посыпались море вопросов, которое я спешил задать. – Лора, а зачем тебе… – подняв взгляд, чтобы увидеть большие голубые глаза, наблюдал лишь стеллажи с книгами. И куда она делась? Оглядевшись по сторонам, не нашел знакомый мне образ. Да уж. Она немного чудаковатая. А может, я сейчас сам с собой разговаривал? Вздохнув от мысли, что с головой у меня не все в порядке, поставил книгу на место и пошел к Стефани, не переставая оглядываясь. Когда подошел к нашему столу, обнаружил его пустым. Когда кинул взгляд на выход, заметил, что подруга стала выходить из библиотеки. Вот, черт! – Стефани стой! – догнал ее и схватил за руку. – Почему ты ушла? – Не хотела тебе мешать, – выдернула она свою руку. – Что с тобой происходит, Маркус? – Все нормально со мной, – Нет, не нормально! Ты странно себя ведешь. Стал куда-то убегать от меня. А сейчас сказал, что придешь, а после увидела тебя с той блондинкой. Решил повесить на меня свою проблему? А, вот хренушки, – Стоп! – остановил ее выброс эмоций. – Ты сейчас сказала, что видела меня с блондинкой? – Ну да, – нахмурилась она. – Прошу, ответь мне. Как часто ты ее видела? – успокаивающим тоном прояснял ситуацию. – Впервые, Значит, длинноволосая мне не кажется. Она такой же человек, как и мы все! Может, Лориана Крейт, какая-нибудь сумасшедшая, которая постоянно следит за мной? Ну, теперь стало легче, когда понял, что я не псих… – Слушай, она мне… Я не знаю, кто она, – отчитывался перед ней, как какой-то болван. – Знаешь что? Вот твое сочинение! – яростно всунула она мне в руки тетрадь. – И приди в себя, – закончив говорить, она пошла к машине, на которой приехала. – Да, постой же! – кричал ей вслед, чтобы подруга выслушала. Стефани остановилась возле машины, ожидая от меня объяснений моего не совсем нормального поведения. – Пойми, та девушка, которую ты видела, я сам толком не знаю. И я без понятия, почему она за мной ходит. И как раз в библиотеке встретил ее, хотел разузнать чего она хочет от меня, – Узнал? – резко спросила подруга, смотря с нескрываемой раздражительностью. Черт! Я так и не узнал! – Нет, – тихо ответил, опустив взгляд. Я облажался. – Ясно, – расставив по-своему мозаику обстоятельств, Стефани открыла дверцу машины, чтобы сесть за руль. Осознавая, что она сейчас уедет, подбежал к ней. – Мы, что сейчас ссоримся из-за какой-то чокнутой? – поражался глупости нашего разговора. – Но ты же за ней бегаешь, – Что? Бегаю?! Это она за мной везде ходит, – Это про нее, ты тогда спрашивал? Наверняка подруга сейчас накрутила у себя в голове «Сандру Барбару». На ее вопрос я промолчал. Но словечко нашлось: – Девушка, которая была сейчас в библиотеке, и та про которую я спрашивал – одна и та же. Как ты знаешь, ее зовут Лориана Крейт. Она сидела со мной в автобусе, когда случилась авария. После этого происшествия я ее не видел. Вот только сейчас она появилась, – Как она могла оказаться в учебном автобусе, когда она даже не является студенткой нашего университета? – спокойно и одновременно раздраженно поставила она меня в тупик. Лориана не является студенткой нашего универа?! – Откуда ты это знаешь? Ты что, про нее узнавала? – удивился поисковым способностям Стефани. Не знаю, радоваться ли мне, что она из-за ревности стала копать под Лориану? – Неважно, – пробубнила она себе под нос, отвернувшись. – И что ты еще про нее узнала? – разожглось во мне любопытство. Ну, раз уж она что-то знает о ней, то пусть выкладывает. Но я и не ожидал, что такая, как Стефани, начнет искать данные заинтересовавшей меня личности. Может, она всегда так делала? – Ничего. Только узнала, что она не учиться у нас. – сложила подруга руки на груди, показывая обиду. Значит, Лориана в тот день пробралась в автобус? Сама? Кто ее впустил? Но, заметил один немаловажный факт. Когда эта таинственная особа появляется в моей жизни, что-то происходит… 7 Ночь прошла без сна. Гул, который поднимал волосы на голове и сводил все мышцы, повторился. И снова из ванной комнаты. Я не знаю, почему слышу это пение. Ночь прошла с включенным телевизором и светом. Только под утро, смог уснуть. Но спокойствие продлилось всего два часа, а после прозвенел будильник. Дав себе, еще времени на сон, опоздал на две пары… Раздраженный и помятый бессонной ночью, приехал в университет. Оглядываться по сторонам, чтобы не встретить ту чудаковатую. Это стало моей привычкой. Стефани не встретил, так как она уехала, а с Томасом так и не увиделся. Пытаясь дозвониться до друга, увидел при входе много развешанных фотографий на стене, а под ними были разложены цветы. Все, как говорила подруга. Над улыбающимися лицами страшно погибших студентов, висела надпись, которую явно сделали собственноручно: «МЫ ПОМНИМ ВАС». Внутри все свернулось в кулак, а в носу стало щипать от вот-вот нахлынувших слез. Эта душераздирающая картина вернула меня в тот самый момент, когда чуть не сравнялся с землей. Ушиб на ноге заныл от страшных воспоминаний. Знакомые лица смотрели на меня с плакатов. С левой стороны на втором ряду смотрела на меня девочка, которая пыталась открыть дверь, нажимая на чертову кнопку. С той же стороны предпоследнего ряда, ближе к центру, улыбался парень, который объявил, что двери автобуса не открываются. А уже с правой стороны в самом углу нижнего ряда смотрела на меня Бритни Дигс, что умерла так и не успев двинуться с места. Неужели, я там был? Пока глаза бегали по фотографиям, вспомнил, что вчера рассказала Стефани. Помимо меня, остался в живых еще один парень из первого курса. И в этот момент меня так подстегнуло желание навестить этого несчастного. Хоть он меня не знает, думаю, ему все равно будет приятно. Только надо припомнить его имя и можно после учебы, пойти к этому парню. – Маркус, хорошо, что ты здесь, – подошел ко мне Дин Норманн. Он был старостой нашей группы, и ему приходилось иногда стучать на халявщиков. Но мне повезло, с ним у меня были хорошие отношения. – Что-то случилось? – спросил его, думая, что из-за пропусков у декана появились ко мне вопросы. – Ты не видел Томаса? – внезапно упомянул он друга. – Нет. Я с ним уже как неделю не контактировал, – Куда же делся этот засранец? – В смысле? Он что-то натворил? – Ну… как сказать. Он перестал посещать занятия, – Перестал? Я думал, что он в универе, Может, у него что-то случилось? Почему мне Стефани об этом не сообщила? Раздраженность сменилась злостью. Злостью на Стефани. – С прошлой недели, он куда-то пропал и больше не появлялся, – Странно. Томи мне ничего не говорил. И дозвониться до него не могу, – Вы уж разберитесь там сами. А то мне надоело прикрывать его задницу. Как только свяжешься с ним, то передай, что у него будут проблемы, если не явится в ближайшее время, – строго, как подобьётся старосте, предупредил он, чуть нахмурившись. – Да, конечно – сонно пробормотал я. – И кстати, – продолжил Дин, уже перейдя на спокойный тон. – Как ты? – перевел он разговор на тему моего морального и физического здоровья. – Вроде… нормально, – нехотя ответил ему, чувствуя, что меня начинает тошнить от этой темы. Дин дважды похлопал по плечу, показывая свое сочувствие, и на мгновение взглянул на фотографии, что весели сзади, на стенде. – Ладно, пошли. Сейчас звонок будет, – поторопился приятель и когда староста свернул в сторону лестниц, я пошел за ним. Надо было снова напомнить себе имя того везунчика, что остался жив вместе со мной. – Дин, а правда, что кто-то еще остался в живых? – Ты про аварию? Да, есть такой. По-моему, он с первого курса, – А как его зовут? – Если не ошибаюсь, то Пак Джонсон, – в его словах звучала частичка сомнения. «Так, Пак Джонсон. Надо запомнить» – мысленно внедрял себе в голову имя выжившего. – Дин, можно тебя попросить? – остановил его, когда мы подошли к аудитории. – О чем? – Скажи остальным, если им придет в голову спросить «как я», предупреди, что это неудачная идея, – Я тебя понял. – ухмыляясь, староста открыл дверь и мы зашли в аудиторию, где все стали пялиться на меня, не думая о том, что это не совсем корректно. Может, надо было еще недельку побыть дома? Прослушивая каждую пару, с нетерпением ждал окончания учебного дня. Все время думал о том, чтобы поехать в госпиталь и навестить бедолагу. К счастью, моя просьба, разлетелась по всему универу и теперь, никто не соизволил даже посмотреть на меня сочувствующим взглядом. Сочинение сдал и понял одну вещь, что спать на парах у Мистера Кроули очень опасно. Возле себя длинноволосую не наблюдал. Может, оно и к лучшему. По-хорошему ей пора бы уже отстать от меня. А то ее странное поведение и фанатизм к слежке, меня уже утомили… 8 Когда пары закончились, скорее, направился в госпиталь, чтобы поддержать парня и поговорить с ним. Не знаю, откуда появилась такая тяга к общению с этим Паком. Чтобы зайти к парню в палату мне пришлось соврать, что я один из его родственников – троюродный брат. Конечно, регистраторша поставила под сомнение мой семейный статус, но с трудом пропустила. Не зная, что можно Паку из продуктов, а что нельзя, так и не решился купить, то чем его можно было порадовать. Когда объявили, в какой палате он расположен, стал ориентироваться, медленно проходя коридоры. Недавно я здесь был, и вместо пожилых женщин с колясками и других пациентов, видел обожженные, окровавленные тела. Пока искал ту самую палату, спрашивал многих врачей, которые появлялись в коридоре или медсестер, спешащие к пациентам. Бродя по коридорам, почуял запах. Приметный запах от той длинноволосой. Надеюсь, он мне показался. Но мою мысль опровергло ее неожиданное появление. Среди белых халатов и лиц больных, прогуливалась по коридорам, та, что приносит одни неудачи. Она смотрела на меня, как и всегда. Ну, чего она хочет? Прошли секунды и длинноволосая, закончив пялиться, завернула в одну из палат. Куда это она? Последовав за ней, подошел к двери, куда зашла девушка. Не решившись зайти туда, отпрянул. «Пойду искать Пака» – подумал я и снова спросил у проходящего мимо врача, в какой палате лежит сейчас Пак: – Извините, я немного заблудился. Не подскажите, где сейчас лежит Пак Джонсон? Парень с ожогами? – на мой вопрос мужчина нахмурился и сквозь прозрачные линзы овальных очков, стал смотреть на меня с подозрением. – А вам, зачем? – грубо спросил врач, пытаясь выглядеть суровым. Ему надо школьным преподавателем работать, а не медиком. От взгляда этого недоумка меня стало трясти от злости. – Я троюродный брат Пака Джонсона и только вчера приехал, чтобы навестить его, – несмотря на грубость человека в белом халате, врал я без дрожи в голосе и держал себя в руках, чтобы мой кулак не влетел ему в лицо. Врач оглядел меня, в лишний раз, обдумывая свой ответ, и сказал мне: – Так, он здесь, – кивнул он на дверь, которая была позади меня. Обернувшись, поразился тому, что две минуты назад, сюда зашла та преследовательница. – Спасибо, – стало мне неудобно из-за своей невнимательности. Но, мужчина ничего не ответив, пошел дальше. Не врач, а оборотень. Не хотелось бы мне однажды попасть под его руку, на операционный стол. Если он вообще хирург. Отбросив все мысли врезать ему, зашел в палату. В небольшой комнатке было пять коек, три из которых, пусты. Запах лекарств, стоял прозрачным туманом. Свет не отличился яркостью, а всего лишь предавал палате мрачный вид. В комнате девчонки не было. Когда она успела выйти? Пака я увидел сразу. Он лежал, обреченно смотря вперед, сконцентрировавшись на одной точке. Подойдя к его койке, сердце упало в пятки. Вблизи все выглядело хуже. Левая сторона лица, рука, шея и нога были в темных пятнах. Где-то розовым цветом выделялись большие куски кожа, словно его мышцы были готовы к ужину. Сильная тоска вцепилась когтями в душу. Он же навсегда останется таким. Заметив меня, парень поднял голову. – Привет, – вылетело у меня от волнения. Узкие глаза худощавого парня сузились. Он ничего не ответил, но и смотреть на меня не перестал. Взгляд Пака ничего выражал. – Я Маркус Роуган, – представился, стараясь смотреть только на правую сторону его лица. Пак ничего не ответил. В лице ничего не поменялось. Видимо, это ему ни о чем не говорило. – Я был вместе с вами в автобусе, когда случилась авария, – пояснял аккуратно, дабы, не ранить парня. Пак опустил взгляд и после пятисекундной паузы, посмотрел на меня со словами: – А я тебя помню, – звучал хрипловатый акцент корейца. – Ты на третьем курсе. Да? – Да, – слегка улыбнулся я, подтверждая его слова. – Я узнал вчера, что ты выжил и решил навестить тебя. Ну, поддержать, что ли, – Неожиданно, – ухмыльнулся Пак, но вскоре улыбка спала, когда он взглянул на свою обожженную руку. – Похож, блин… на персонажа из комиксов Марвела, – накрапывались у него слезы обиды, на судьбу, которая сотворила с ним такое. Смотря на Пака, меня корежило от чувства, что ни чем не могу помочь ему. Но скажу одно, мне крупно повезло. Разыскав голубой стул на колесах, придвинул его к койке Пака и сел, почувствовав приятный хруст колен. – Слушай, а ты после аварии не слышишь там… всякие голоса? Пение, например? – вопрос был абсурдным и некорректным, но все же мне хотелось понять, почему через день слушаю «чертового» пение. – Не было такого. А что? – Да так, неважно, – пробормотал себе под нос и отвернулся, чтобы не наблюдать, как на меня сейчас с недоумением смотрит Пак. И как мой рот, мог такое спросить? – Знаешь, Маркус, – хрипло начал парень, заинтриговав меня. – Это, наверное, бред какой-то. Или может, мне просто показалось, – заколебался Пак. – Я слушаю, – Когда это все началось и в наш автобус врезались в третий раз, я увидел вспышку. Увидел, как ты вылетел через окно, и эта вспышка была именно от тебя. Конечно, все это случилось за мгновение, но мне это запомнилось очень хорошо, – вздохнул он с болью в душе, закончив свою мысль. Вспышка?! Какая еще вспышка? Это что-то новенькое. – А как же ты выбрался? – поинтересовался я. – Помню, только, когда ты вылетел, автобус упал на бок. Как только я увидел разбитое окно, то сразу стал лезть в него, но чуть-чуть не успел. Что-то взорвалось со стороны водителя, и огонь окутал весь салон, как раз с той стороны, где у меня сейчас ожоги. А дальше все было как во сне, Замолчав, Пак болезненно вздохнул. От воспоминаний у него по неповрежденной щеке потекла слеза. Почувствовав влажность на лице, он тут же стал вытирать ее, чтобы не выставлять себя слабым. Было удивительно, что он стал со мной быстро откровенничать. Возможно та ситуация, в которой мы оба побывали, посодействовало этому. – А кто-то еще выжил? – с сопением спросил Пак, вытирая слезы. На его вопрос, молча, покачал головой. – А этот? – кивнул я в сторону другой койки, где лежал спящий пациент. – Тоже выживший? – Этот? Нет. Он напился со своими дружками и тот легко воспламенился. Всей истории не знаю. Возможно, он алкаш со стажем, а иначе не объяснишь, как с одной спички, можно сгореть, – Прям человек огня, – тихо сказал я, чтобы тот не услышал и на мою шутку Пак засмеялся. – Он постоянно рассказывал одну и ту же историю, что он детей из пожара спасал. Но я-то знаю правду, В дверь постучали, и вошла медсестра, которая огласила: – Гостю прошу закругляться. Пак, у тебя сейчас время ужина, – Я сейчас уйду, – встал со стула, давая понять, что ее предупреждение было услышано. – Через пять минут зайду, – кинула медсестра последнее словечко и вышла из палаты. Храп сладко спящего «героя» в соседней койке рассмешил нас с Джонсоном и на секунду отвлек от проблем. Узкие губы моего собеседника растянулись в тонкую линию, показав зубы. Несмотря на его ожоги, которые уродовали тело, улыбка Пака прятала все недостатки. – А, как ты вообще прошел? Пускает же только из родственников, – спросил он, откашливаясь. – Сказал, что я твой троюродный брат – хитро улыбался, разоблачая себя. – И что, поверили? – Как видишь, – раздвинул руки в стороны, показав, что мой план сработал. Пак рассмеялся, но вместо смеха пошел кашель. – Ну ладно, мне пора. А то ваша медсестра приготовит меня и подаст с пюрешкой, – вставал я, поправляя рюкзак. Паренек хмыкнул, боясь, что от смеха, последует боль. – Эй, Маркус, – тихо и с акцентом произнес он мое имя. – Да, – Спасибо. Ну, что пришел, – сжав губы, он потянул улыбку. Его благодарность зацепила. Ведь приятно осознавать, что ты был поводом для улыбки. Это что-то вроде приятного теплого пара, проникающий во все уголки тела. Чуть подумав, я снял с себя рюкзак и достал одну из имеющихся у меня тетрадей. В конце тетрадки оторвал длинный кусок листа и написал ручкой свой номер телефона. Получилось коряво. На коленке все-таки неудобно писать. – Это мой номер телефона. Если захочешь пообщаться, звони в любое время, – протянул ему кусок оторванного листа. – Спасибо. – искренне благодарил он за мою поддержку и взамен поделился своим номером. Медсестра зашла, и мне пришлось быстро выйти из палаты. Пак на прощанье помахал и, ответив ему взаимностью, закрыл за собой дверь. Выйдя из госпиталя, я вспомнил про Томаса, который странным образом пропал из виду. На улице уже было темно. Оказывается, я пробыл в госпитале два часа, а казалось меньше. Улицы становились полупустыми и, с каждой минутой мороз проявлял себя, обжигая холодом лицо. Темнота захватила Бостон в плен, но фонари все же помогали, хоть и светили тускло. Достав телефон и найдя в недавних звонках номер Томаса, стал названивать ему, как назойливая муха. Теперь он был недоступен. «Да где же он?!» – злился я на друга. Скорее злился от волнения. Позвонив ему в последний раз, услышал сзади шаги. Опять та девчонка?! 9 – Парень, позвонить не найдется? – спросил меня какой-то отморозок в черной кожанке. Вид этого паренька не располагал к себе и во мне сработал инстинкт самосохранения: – Извини, деньги закончились, Не смотря в глаза вымогателя, стал проходить мимо. – Может, проверишь? – рука незнакомца резко ударила мне в грудь, остановив. Толчок был неприятным, но было бы позорно показать боль. От его действий закипала кровь. – Не вижу смысла, – с силой откинул покрытую набухшими венами руку, понимая, к чему он клонит. Когда лицо отморозка вышло на свет фонарей, впал в ступор. Неестественный желтый цвет покрыл мою кожу мурашками. Зрачки расширены, чуть ли не покрывали всю радужку. Что это за хрень?! – А все-таки? – услышал уже другой голос. Черт, их двое! И этот блондин не отличился цветом глаз. Словно две змеи они смотрели на меня, ходя вокруг, да около, пытаясь вцепиться. «Так, надо врезать одному из них и бежать!» – прорабатывал в голове план, чувствуя, что всего трясет. Как я и планировал, со всего размаху врезал первому, что был в черной кожанке, но убежать, я не успел. Удар пришелся от второго, прямо в солнечное сплетение. От такой сильной боли, кислород стал самым недостающим элементом в организме. Упав на влажную землю, почувствовал еще один удар. Удар с ноги, в то же самое место. Рука сжимала грудную клетку, а вторая не выдержала болевого шока и подвернулась, дав столкнуться лицом с землей. Я как можно часто вдыхал в себя воздух, чтобы не умереть, но тут услышал голос: – Не трогайте его! Глотая воздух, пытался рассмотреть личность третьего участника, но от боли все плыло в глазах. Отморозок в черной куртке взял меня за рюкзак и с легкостью поднял. От сильных коликов в сердце я взмыл. – Его? – громко спросил он, показывая меня неизвестной личности. Когда попытался не сосредотачиваться на боли, а напрячь глаза и сфокусироваться, то пришел в замешательство. Перед нами стояла Лориана. Ее большие голубые глаза настолько выражали суровость, что было трудно узнать в ней ту преследовательницу. Что она здесь делает? Как она сможет бороться с ними? Мне так и хотелось крикнуть ей – «Беги!». Но по ее спокойной позе, было понятно, что она не собиралась этого делать. – Да, – отрезала она своим приятным голосом. Зная, что Лориана ни чем не сможет помочь, все равно был рад ее видеть. Может, она вызовет полицию? После ответа Лорианы, тот урод бросил меня на асфальт. – Лора, уходи, – прохрипел я ей. – Закрой свою пасть! – крикнул тот, что бросил меня на землю. Так и хотелось встать и хорошенько отбить его уродливую морду. И на мгновение показалось, что знание языка стерлось, так как урод в черной кожанке заговорил на неизвестном языке, который я прежде не слышал. Он обращался к Лориане, медленно подходя к ней и обсматривая с ног до головы, будто присматривал себе жертву. Второй стоял на месте, довольствуясь ситуацией. Неужели, я так сильно ударился головой, что мне теперь это кажется? Лора бесстрашно смотрела противнику в глаза, не сдвинувшись с места. Мне даже стало стыдно за свою слабость и страх. Я лежал на мокрой земле, скручиваясь от боли и не мог ей помочь. Но когда Лора заговорила на том же языке, как и тот отморозок, стало понятно – мне это не кажется. Но какой это язык? Я его никогда не слышал. Черт, что происходит?! Лориана виртуозно владея языком, вела переговоры с отморозком. Да, кто она такая?! Урод в черной куртке ходил вокруг девчонки, а потом резко схватил ее за руку. – Не трогай ее! – крикнул ему. Второй отморозок подошел и со всего размаху пнул меня в живот. Да, сколько можно?! После удара почувствовал, как кровь стала заполнять глотку. На меня напал дикий кашель. Лориана громко закричала, быстро заговорив на своем языке, и умоляюще вглядывалась в меня, смотря, как я мучаюсь. Тот сильнее сжал хрупкую женскую руку и, приблизившись к ее уху, тихо что-то ответил. Лора на этот раз не выдержала и сильно оттолкнула гада от себя. Ее взгляд изменился, как и голос. Голос стал грубее. Она яростно подняла руку и показала свою ладонь этому уроду. Тот, немного захрипев, отшатнулся. Второй вдруг что-то затараторил. Урод в кожанке фыркнул на него. Предполагаю, что он его заткнул. Я ничего не понимаю! Что происходит?! Отморозок в черном подошел ко мне и сел на корточки: – Тебе сегодня повезло, парень, – сверкнул он желтым нечеловеческим взглядом. Лориана стояла на своем месте, ожидая их скорейшего ухода. Она смотрела на меня наполненными искренним состраданием, глазами. Когда те ушли, растворившись в темноте улиц, Лора стала ко мне подходить. – Не подходи ко мне, – через кашель потребовал я, не зная чего от нее ожидать. И не зная, кто она вообще такая? – Я всего лишь, хочу помочь – протягивала она руку, не обращая внимания на грубость. – Не надо, я сам, – Да, я видела, – наблюдала она со стороны, мои позывы на рвоту. Я жадно вдыхал влажный воздух, чтобы встать и пойти от нее прочь. – От тебя одни неприятности, – проворчал, пытаясь встать и одновременно не подпускать ее к себе. – Это неприятности вокруг тебя, Маркус, – подошла ко мне Лора, с мыслями помочь. Но мой страх от ее непонятного поведения, меня подтолкнул, и я встал на ноги. – Осторожно! – воскликнула Лора, потянув ко мне обе руки. – Я сам. – пробормотал длинноволосой и, снова почувствовал мокрый асфальт… 10 Блики теней кружили вокруг, удары в живот повторялись вновь и вновь. Я прижимался к земле, моля, чтобы это закончилось. – Маркус, очнись! – из шума звучащих голосов, услышал приказ женского звона. Голос был настолько реалистичен, что от неожиданности я подскочил и открыл глаза. Резкая и пронизывающая боль в торсе отрезвила сознание. «Ау!» – крикнул я от ужасных ощущений и почувствовал приходящую тошноту, которая вот-вот выберется наружу. Собравшись с силами, быстро помчался к раковине, освобождая себя от мук. Мышцы живота сжимались и вместе со рвотными позывами по всему телу одолевал спазм. Когда позывы перестали мучить меня, почувствовал неимоверное облегчение, и обессилено опустился над раковиной, приходя в себя. Включив холодную воду, начал умываться. «Так, я дома» – мысленно поставил себя перед фактом. «Это был не сон… Точно не сон, а иначе я не чувствовал бы боль» – рассуждал, пытаясь как-то прояснить ситуацию. Глубоко дыша, поднял голову, чтобы посмотреть на себя в зеркало и сердце мгновенно набрало темп. Через отражение увидел стоявшую, в комнате, Лориану. Что она здесь делает?! И, как она оказалась в моей квартире?! Ну, все, с меня хватит! Досчитав до трех, стрелой ринулся к ней, и схватил ее за грудки, требуя объяснений: – Какого черта ты тут делаешь? – Маркус, успокойся! – панически просила она, терпя то, как я тянул ее за свитер. – Откуда ты меня знаешь?! Почему ты все время преследуешь меня?! Как ты попала в мой дом?! – сильнее сжимал воротник ее свитера, ссыпая вопросами. Мне это уже насточертело! – Давай ты, для начала отпустишь меня, а то мне больно, – спокойно и одновременно строго предложила чудоковатая, смотря на меня испуганными голубыми глазами. Понимая, что веду себя, как зверь, отпустил ее, и, почувствовав в животе дискомфорт, присел на кровать, а девушка продолжила стоять. – Говори, – властным тоном приказал ей, взглянув на нее яростным взглядом. – Ты мне все равно не поверишь, – А ты попробуй, – не сменял я злостный тон. Никогда еще не чувствовал себя таким злым, но все же благодарен ей, что она спасла меня. – Даже не знаю, как сказать, – Ну же! – подгонял ее к ответу. Сейчас или никогда. – Маркус, я… я, – мямлила длинноволосая, закручивая у себя на пальце золотой локон волос. – Я… твой Ангел. Я твой Ангел, – в последний раз повторив эту фразу поуверенней, она выдохнула. – Чего? В смысле, Ангел? – с ноткой истерики вылетел смешок. Меня этот бред стал выводить из себя. – Ангел-хранитель. Я знаю, ты сочтешь это полным бредом, – В этом ты права, – перебил ее. – Что за хрень ты несешь?! – встал я с края кровати, возмущаясь. – Это не «хрень», – твердо произнесла сумасшедшая, сделав строгий взгляд. – Неубедительно. Может, найдутся другие аргументы? – Я правду говорю. Поверь мне, Маркус, – щенячьим взглядом пыталась она вытянуть из меня доброту. – Ясно. Пошла вон, – подошел к входной двери, чтобы открыть ее и выгнать эту ненормальную. – Что? – заблестели ее глаза, в недоумении спрашивая дрожащим голосом. Мне даже на секунду стало ее жалко, но вспомнив весь ее бред, вся жалость пропала. – Я сказал, ПОШЛА ВОН, – низким голосом повторил свой приказ, открыв дверь на выход. – Ты шутишь? Так, она меня уже утомила. – Давай, выходи отсюда, – стал ее выталкивать, понимая, что без моей инициативы она не выйдет. На удивление длинноволосая не упиралась, а только не давала себя трогать. – И еще… – когда вытолкнул ее на порог, продолжил свою мысль. – Если продолжишь за мной шпионить, наберешься кучей проблем на свою белобрысую голову, – с большим призрением предупредил ее, говоря через зубы, чтобы у нее мыслей не осталось ходить за мной. – Ты не знаешь, что делаешь, – спокойно заявила она. – Пошла отсюда, пока я полицию не вызвал. – закончив диалог, с шумом закрыл перед ней дверь. Ну, точно, с катушек слетела. Постояв у двери, несколько минут, немного постыдился своего поведения. Никогда так себя не вел, а тут… даже спасибо не сказал, что она спасла меня. Ее запах стоял в воздухе, не давая боли говорить о себе ни так громко. То, что было вчера, как-то странно. Череда неприятностей подставляли мне подножку. И всегда эта чудаковатая была рядом. Значит, она приносит мне эти неприятности. И с чего она вообразила себе, что Ангел? Может, ко мне в квартиру еще будет врываться смерть с косой? Подходя к кровати, чтобы лечь, увидел у изголовья оборванный кусок бумаги. Он лежал, как раз на тумбе, где стояла ночная лампа. Кусок был смят. Наверное, из рюкзака что-то выпало. Развернув бумагу, заметил надпись: Черная собака. 11 Вчерашний день был проведен лежа в постели. Из-за ран и ссадин приходилось только лежать и смотреть телевизор. Томас, так и не перезвонил, но я не перестал ему названивать. Услышать его или понять, где находиться друг, так и не смог. Сегодня решился поехать в университет, так как пропускать пары означало «делать себе проблемы на задницу», а проблем и так хватает. По телевизору передавали дождь, но и без этих капитанов очевидностей, было все очевидно. Пока я накладывал завтрак, переключал каналы. Снова каша и снова апельсиновый сок. Увы, больше ничего не лезет. Дурацике мультфильмы для умственно отсталых, мексиканские сериалы, периодически шли старые драматические фильмы и новости, которые были поинтереснее остальных каналов. Ведущий был прилизан, как спаниель и синий выглаженный костюм смотрелся в пору. Он говорил о трагедии, которой, сегодня исполнилось двадцать лет. Подросток с пистолетом забежал в школу МакДаффи и расстрелял пятьдесят человек. Показывали старые кадры, как арестовали этого чокнутого и большое количество разложенных под пятьюдесятью фотографиями погибших, свечей и цветов. В кадре промелькнуло знакомое лицо. На одной из фотографий была девушка, которая сильно была похожа на ту сумасшедшую. Я поперхнулся от увиденного, но смотреть на экран не переставал. Запивая застрявшие кусочки завтрака соком, всматривался в экран. Вот, черт! Другая новость началась! Откашливаясь, спохватился за ноутбук. Набрав в интернете о той трагедии, стал искать фотографии того рокового дня. Вот она! Та самая девушка, что похожа на Лору. Короткие светлые волосы, большие голубые глаза и красивая улыбка. Она была одета в школьную форму. Кликнув на список погибших, сразу бросилось в глаза имя Лорианы Крейт. Ничего не понимаю. Еще раз, кликнув на ее имя, прочитал про нее досье: И.Ф.О: Лориана Джеймс Крейт Год рождения: 06 апреля 1978 года Родители: Джеймс Робинсон Крейт, Джулия Кристин Крейт. Сестры, братья: Рита Кристин Крейт. Дата смерти: 17 сентября 1995 года Причиной смерти являлось три выстрела из огнестрельного оружия. Выстрелы осуществлялись шестнадцатилетним школьником Эриком Гартманом, которого осудили за пятьдесят убитых. Лориана Крейт – гражданка штата Массачусетс. Ученица школы-пенсиона МакДаффи. Принимала участие в театральных кружках. Училась удовлетворительно… Дальше читать мне не нужно было, так как написано про нее очень мало. Вот же, черт! Она родилась в 1978 году, а умерла в 1995 году?! Девушка умерла, но я ее вижу. Может, это какой-то розыгрыш? Это невозможно! Это нереально! Сердце упало в пятки, а мозг не соображал «Как это?». Я вижу ее призрак? Нет, она вроде как живая и все ее видят. Тогда я точно запутался. Даже не знаю, какой вопрос себе задавать, чтобы на него ответить. Может, то, что она говорила не совсем бред? Нет, сомнения все же есть. И хватит углубляться в эту чепуху! Но сам факт смерти и здешнем существовании Лорианы. Хватит! А то я окончательно сойду с ума! И, все-таки зря накричал на нее и выгнал из дома. Как-то, неудобно, теперь. Чувствуя себя кретином… Приехав в университет, на меня тут же, с допросом накинулся Дин: «Где ты был? Почему тебя не было?». Но меня больше интересовало то, что пришлось сегодня узнать. И вчерашний вечер, с которого все началось. Я будто в фантазиях Стивена Кинга. Я в лишний раз извинился перед Дином и на этом остановился. Если расскажу, что меня вчера хорошенько поколотили двое отморозков, то польется больше вопросов. Теперь каждая пара проходила слишком медленно и мучительно. Живот до сих пор поднывал от синяков, а шумные капли дождя, за окном, играли на нервах. Нет ни Стефани, ни Томаса. Никого, кто бы мог быть рядом со мной. Все бесило. С какого момента так изменилась моя жизнь? – Эй, Маркус – шепотом позвал меня Ходженс, наклоняясь ко мне ближе через заднюю парту. Я слегка повернул голову, дав понять, что услышал его. Несильно мне и хотелось болтать. Мокрый, побитый и, окружен чередой странностей. Что может быть лучше? – Ты связывался с Томасом? – от его вопроса вся раздраженность ушла, так как тема касалась друга. – Нет. А что? – Говорят, что он теперь тусуется с какими-то отшельниками, – А ты их видел? – занервничав, поинтересовался у Ходженса. – Нет, – Значит, просто слухи, – скептически я отнесся к этой информации. – Его Джо с ними видел. Это он рассказал. Я вообще думал, ты их знаешь, – пожал он плечами, присаживаясь на свое место. – К сожалению, нет. Но спасибо за информацию. – поблагодарив Ходженса, немного порадовался тому, что хотя бы знаю, что Томас в порядке. Вот только шляется где-то. Но где? Пары все закончились под вечер. Дождь шел, но не так сильно. Зонта у меня нет, так как я их ненавижу. Как и всегда, накинул на голову капюшон и пошел к остановке. Морозь, мерзкие капли дождя попадали прямо в лицо, и начинался сильный ветер. Уже стало казаться, что и дождь моя очередная неприятность. По пути размышлял обо всем на свете. Как хочу домой. Понимал, как сильно соскучился по Стефани и по Томасу. С их присутствием было бы намного легче. Все, что со мной произошло за эти дни, хотелось полностью стереть. Ту странную девицу, которая стала портить мне жизнь и вину за свое поведение, тоже бы не помешало вычеркнуть. Сначала, автобус, невесть что, напевает в ванной по ночам, так еще эти уроды. Все дрянь! Жизнь стала немного невыносимой. Все из-за нее! Из-за этой… Крейт! Почему, она не оставит меня в покое?! Хотя. Я ее даже сегодня не видел возле себя. Неужели, она испугалась меня? И все же, поступил я, как придурок… 12 Пнув от злости мокрую газету, удивился тому, как она далеко улетела. Газета приземлилась возле стоявшей неподалеку, собаки. Черная крупная дворняжка. Больше похожа на волчонка. Вполне симпатичная, но мокрая. Возможно, даже голодная. Забрать бы ее к себе домой. Всяких сумасшедших будет отгонять. – Привет, дружок! – свистнул собаке, чтобы ее погладить, но не решился. Она стала подходить сама. – Я бы рад тебя накормить, но не чем. Прости, – оглядев дворняжку в последний раз, пошел дальше. Услышав сзади пронизывающий рык, остановился. Волосы встали дыбом от страха. Лучше бы от холода. Когда я медленно повернулся к собаке, то меня бросило в жар. Ее симпатичная морда превратилась в отвратительное воплощение зла. – Ты чего? – дрожащим голосом пытался успокоить озверевшую дворнягу. Она скалилась, готовая воткнуть в меня свою, наполненную острыми зубами, челюсть. Так, нельзя, чтобы она почувствовала страх, а иначе превращусь кормом для этой псины. Присмотревшись, увидел знакомый цвет. Глаза собаки горели неестественным янтарным цветом. Какого черта?! – Маркус, беги! – возник в голове громкий голос, приказав бежать. Сделав резкий рывок, почувствовал, как заболел торс, покрытый синяками. Но адреналин был выше боли. Я бежал, что есть сил. Не останавливался, чтобы посмотреть назад. Я прекрасно слышал, как эта чертовщина на четырех лапах бежала за мной. Да еще с такой скоростью, с которой можно обогнать автомобиль. Бежать, бежать и еще раз бежать! Надо взобраться на что-нибудь высокое. По дороге попалось бетонное недостроенное здание. Вот в него я и побежал. Дверь, к несчастью была закрыта, а пытаться ее открыть, не было времени. От страха, как во сне, запрыгнул в окно, которое находилось в четырех метрах в высоту. Пока делал попытки полностью залезть, меня за штанину схватила бешеная псина. Лежа на животе, где должен быть подоконник, кричал от боли в животе, так как она сильно тянула меня вниз. Дергая ногой, чтобы она отстала, нащупал возле себя палку от постройки и стал бить ею по волчьей морде. Собака сильно вцепилась в штанину, раздирая ее на кусочки. Палка не помогала, а только злила псину еще сильнее. Кусок штанины оторвался, и собака упала с ней вниз. Быстро подняв ногу, побежал в самую глубину здания, на самые верхние этажи, чтобы скрыться. Темнота выкалывала глаза и, остановившись, стал прислушиваться к звукам. Пока все тихо. Надеюсь, она убежала. Настраивая дыхание на норму, почувствовал на ноге покалывания. Дотронувшись до того места, где была разорвана штанина, ощутил помимо покалывания, влажность. Не было видно, что это было и, поэтому вытащив телефон из кармана куртки, стал светить на ногу. Псина оставила большую царапину, с которой текла кровь. Вот, проклятье! От дикой усталости уселся на одну из широких леек, чтобы как-то остановить кровотечение. Чтобы было ярче, включил на телефоне фонарик и положил его на землю. Тошнота подступала и снова ощущалась боль в области живота. Ну, что за невезуха?! Почему я не мог просто пойти спокойно домой?! После того, как немного успокоился, холод стал напоминать о себе. Еще и колено заболело! Доставая тетрадки из рюкзака, начал выдирать листы и ими же вытирать кровь с ноги. М-да, плохо получается. Листы не впитывают в себя кровь, а только размазывают по ноге. «Черт! Черт! Черт!» – яростно кинул тетрадку на пол, от того что оказался в такой ситуации. «Говорил же я, не хочу в Массачусетс! Но мама же не слушает, мама хочет и надо с этим смириться!» – бубнил себе под нос, вытирая порванной штаниной кровь. И тут, сквозь мой бубнеж, услышал сзади рык, который прокрутил перед глазами всю мою жизнь. Наверное, сейчас, на голове сотка седых волос точно появилась. Опустив взгляд, заметил железную палку возле себя и думал, как же мне ее взять. Все болит, да и сил уже не оставалось. Рык приближался и с воинственным криком дернулся с места, зацепив с собой палку и телефон. Ноги несли меня вперед, прыгая через препятствия. Только благодаря фонарику в телефоне смог разобрать куда бегу. Псина бежала за мной, издавая приглушенное рычание. Я увидел лестницу, которая вела вверх и, тут же побежал подниматься. Ступая через две лесенки, на полпути, за ногу потянуло вниз, и я упал, ударившись грудной клеткой. Псина набросилась на меня, смердя ужасным запахом из пасти. Крича, я как можно сильнее бил ее по морде телефоном и палкой. Периодически она взмывала от боли и продолжала царапать меня острыми когтями, раздирая через куртку, кожу. Адская псина неожиданно исчезла из виду. Я поставил перед собой арматуру и стал светить фонариком, пытаясь хоть что-то понять. Собака исчезла. Прислушиваясь к звукам, мог только слышать громкий стук своего сердца. Встав на ноги, скорее стал спускаться и пытаться найти выход из здания. Рука крепко держала палку, направляя ее вперед, чтобы атаковать. Пройдя чуть дальше, увидел свой рюкзак. Он лежал вместе с порванными бумажками и лужей крови. Взяв все вещи, через боль повесил рюкзак на спину и продолжил идти. Сначала спустился на следующий этаж, потом еще ниже. Быстро идти не получалось, так как тело было в ссадинах и в ушибах. Еще с ноги кровь текла, попадая в ботинок. Стены у здания отсутствовали, за исключением первого этажа. Так что, можно было оборваться и переломать себе все кости. Только сейчас заметил, что дождь закончился, и стало еще холоднее. Дрожа от страха, не отпускал с рук палку. Справа послышался шелест и адреналин в точность секунды, повернул меня по направлению странного звука. Поднимая палку для самозащиты, быстрее направился высматривать выход. Но дав смелости уступить, увидел возле края дома, где должны быть стены, чей-то облик. Тень человеческого обличия и не думала нападать. Она всего лишь стояла на самом краю здания. Подходя чуть ближе, стал задевать светом фонарика ноги незнакомца и узнал черные кеды. Мокрые завивающееся волосы, свисали до талии. Бледное лицо знакомой, было устремлено к самому низу. – Лориана? – удивился я, созывая ее хриплым голосом. Она медленно обернулась, одарив ни чем не выражающим взглядом. Ее белое лицо выделялось из темноты. Рукав бирюзового свитера был порван, а на том месте, ее хрупкую руку рассекала большая царапина, из которой сочилась кровь. – Ты ранена?! – раздался мой вопрос продолжительным эхом. Лора не спеша посмотрела на свою рану и закрыла ее другой рукой, чтобы я не видел. Она что, сражалась с той псиной?! Так и промолчав, Лориана продолжила смотреть вниз. Переставляя ноги, словно восьмидесятилетний старик, подошел к ней. С любопытством взглянул вниз и увидел, что мы с ней где-то на третьем этаже. На мокром асфальте выделялось черное пятно. Мне даже показалось, что в том пятне горели оранжевым светом угольки. – Что теперь с той собакой? – Уже неважно, – отрешенно ответила она и стала уходить. – Ты куда? – Я свое дело сделала, – уставшим тоном выразилась Лора и продолжила идти. – Стой! Подожди! Лориана остановилась, но не повернулась. – Прости меня. Извини, что выгнал тебя тогда. Я поступил, как дурак, – распинался перед ней, чтобы она не уходила, и чувствовал, как на ноге подсыхает кровь. На мое раскаяние, Лориана полностью повернулась, удостоив своим вниманием. – Объясни мне. Что происходит? Что за чертовщина твориться вокруг меня? – вопрос за вопросом лился, заполняя тишину. Лориана чуть натянула улыбку и тут же загрустила, обсматривая мой побитый вид. – Я тебе все расскажу, но не здесь… 13 В метро я собрал все взгляды прохожих и перешептывания насчет нашего с Лорианой, вида. Лоре было наплевать на всех, будто это нормально ходить в крови и в порванной одежде. Таким ущербным себя еще никогда не чувствовал. Поглядывая на Лориану, не понимал, то ли сижу с мертвецом, то ли с живой. Тот же запах от нее, растворял всю тревогу и успокаивал нервы. Всю дорогу она молчала. Поскорее бы уже добраться до дома и смыть с себя всю грязь. Когда дошла наша очередь, выходить, мы с Лорианой направились к дверям. Перед самым выходом из вагона я столкнулся с мужчиной. Тот резко повернулся, перекрыв мне кислород. Глаза мужчины были янтарными, а губы расплылись в страшной ухмылке. – Пошли, – тихо сказала Лора, потянув меня за рукав куртки и сурового смотря на этого уродливого типа. Тот провожал нас взглядом, не отрывая от Лорианы страшных глаз. – Кто это был? – в испуге спросил ее, когда мы уже шли по тоннелю. – Паразит, – Что? Паразит? Это метафорическое сравнение? – Какой же ты глупый, Маркус, – остановилась Лориана, нахмурившись, и после продолжила идти. Она так посмотрела на меня, словно я ей наскучил. – С чего ты взяла? Я не глупый, а очень даже умный, – Да, я не про это говорю, – повернулась девушка и постучала пальцами по голове. – А про это, – тихонько стукнула Лора мне в грудь, там, где находиться сердце, и пошла вперед. Последовав за ней, снова вырвался вопрос: – Ты имеешь в виду, что я бессердечный? – Нет, – вырвался у нее смешок. Крейт шла, скрестив руки на груди, чтобы согреться. – Я имею в виду, что у тебя душевная безграмотность. Ты скорее поверишь в существование тьмы, нежели света. Вот, твоя проблема. Ты не видишь очевидного, – И это… все? Меня преследуют неприятности от того, что я не верю в Рай и не вижу очевидных вещей? – скептика прозвучала в моих словах. – Нет, – спокойно ответила Лора, зная, что я не верю во всю эту чепуху, а после замолчала. Видимо поняла, что бесполезно вести такие разговоры. – Все, что хочу сказать… это то, что мне тебя жаль, Маркус. Ты добрый, но тебя окружает один мрак, – обдало меня, ее искренним сочувствуем. – Ты не замечаешь многих вещей. Маленьких деталей, которые следует видеть. Ты как в куполе. Сидишь в нем, избегая ответственности, – Ответственности? Ты издеваешься? – посмеялся над ее словами. Пусть она еще скажет, что чем больше сила, тем больше ответственности. – Ты даже наш разговор в серьез не воспринимаешь, – была она недовольна моим поведением. – А есть повод? – И не понял, о какой ответственности говорю. Нахмурив брови, Крейт не желала продолжать этот бессмысленный разговор и, скрючившись от холода, стала уходить… Оставшийся путь я молча шел, пережевывая ее слова. Впервые почувствовал себя глупым рядом с девушкой. Возможно, она права. Я идиот… Кровь на ноге уже вся высохла, оставив после себя темные разводы. Усталость и боль, делали каждое движение тяжелым. Лориана дрожала от холода и набивала ритм трясущейся челюстью… Когда мы поднялись на лифте в квартиру, бросил рюкзак возле кровати и сел на кровать с приятным облегчением. Взглянув на полумокрую Крейт, которая скромно стояла возле дверей, предложил ей присесть, а сам отправился в душ. Зайдя в теплую квартиру, стало распирать на сон. Лора села на край кровати и стала внимательно разглядывать свою царапину на руке. – Тебе бы тоже не помешало промыть рану, – любезничал я, испытывая к ней жалость. Хрупкая девушка сражалась с псиной, спасая жизнь кретину, который ее из дома выпер и обозвал сумасшедшей. Она посмотрела на меня уставшим взглядом и снова принялась рассматривать рану. – Слушай, извини, что нагрубил. Не знаю, что со мной, – мучила совесть, подталкивая на исправление глупых ошибок. Лориана ничего не ответила. Возможно, не хотела разговаривать. Ну что ж, сам виноват. Оставив ее одну, стал снимать с себя порванную куртку и другие окровавленные вещи. Протирая, покрытое паром, зеркало, засмотрелся на синяк возле виска. Как же я ужасно выгляжу. Синяк, царапины и щетина. Будто на улице живу, а не дома. Но это не самое страшное. Сейчас в комнате сидит мертвец… Переодевшись в домашнюю одежду, поправил свои черные растрепанные волосы и зашел в комнату. Лориана, так же сидела на краю кровати, смотря в окно, как зачарованная. Не заметив меня, она продолжала наблюдать за потемневшим небом. – Все нормально? – своим вопросом привлек ее внимание. – Да, Наконец заговорила со мной Крейт. Хороший знак. – Надо промыть царапину, Взяв с кухни глубокую тарелку, налил в нее горячей воды. Нашел аптечку в ванной комнате, которой меня одарила мать, прежде чем я поехал учиться в Бостон. Придвинув к кровати кресло и сев в него, начал лечение. – Давай руку, – вежливо попросил ее. Девушка неуверенно протянула больную руку и сжалась от моих прикосновений. Шелковистая, теплая кожа Лорианы, обливали тело сладкой подливой. Так и хотелось дотронуться до ее лица. Прогнав подальше такие мысли, достал из аптечки большой пучок ваты и окунул его в теплую воду. Мокрой ватой я стал протирать рану и услышал голос Лорианы: – Обычно, приходиться промывать дождем и ждать пока заживет, – Обычно? Ты часто попадаешь в передряги? – забыв все странности Крейт, стал ее расспрашивать. – Живя на улице, постепенно познаешь всю ее суровость, – улыбнулась она, наблюдая, как моя рука аккуратно чистит ее рану. – На улице?! Ты живешь на улице?! – был весьма удивлен. Теперь, точно, чувствую себя кретином, за то, что выгнал ее на улицу тогда. – Да, – Но почему? А где твой дом? – Далеко, – с тяжестью на сердце потянулась у нее слабая улыбка. Лориана замолчала. Отчистив все от крови, я достал из аптечки антисептический раствор и полил им глубокие порезы. От боли, Лора дернулась и скривилась. Доставая марлю, чтобы перевязать ее руку, снова услышал приятный, слуху, голос: – Когда ты родился, Маркус, случилась большая трагедия. В этот день, среди погибших, была девушка, – вдруг начала она. Наматывая марлю, продолжал ее слушать: – Она получила три пули, когда один из учеников забежал в их школу и стал расстреливать всех подряд, Крейт неожиданно убрала руку, которую я не успел перевязать, и стала показывать: – Первая пуля попала в плечо, – припустила с левой стороны свитер, дав разглядеть маленький шрам от пули. – Вторая же попала в живот, – подняв свитер, Лориана показала такой же шрам. – Третья попала прямо в сердце – растянув большой свитер ниже ключиц, Лора показала третий шрам, где должно быть сердце. Все, что она говорила, было описано в досье. Волосы встали дыбом. Только, она этого не заметила. – Когда ее душа рассоединилась с телом, меня запустили в него, – от ее слов стали дрожать пальцы и, перевязав ей руку, закрепил все маленьким узелком. – И дали указания. К твоей душе предоставили меня, как твоего хранителя, Не мог до конца поверить в услышанное. – А разве всех Ангелов вселяют в человеческие тела? – неожиданно вырвался у меня вопрос. Это похоже на какой-то сон. – Нет. Только меня, – с бессилием в глазах, она опустила взгляд. – Почему, только тебя? – Было за что, – была Лориана немногословна в этом вопросе, словно что-то скрывала. – Я чувствую все, что чувствует каждый человек: голод, холод, физические потребности в удовлетворении. Только, все намного хуже. Эти ощущения превышены в два раза. Все гораздо чувствительней и мучительней, – слеза покатилась по белоснежной щеке Лорианы, растопив мое сердце. Я не мог поверить своим ушам. Не мог представить все это. – Получается, ты так ходишь за мной двадцать лет? Лориана кивнула. Она скиталась целых двадцать лет по улицам, охраняя меня от смерти?! – Если ты Ангел, значит, и крылья у тебя имеются? – Нет, – слезы сменились улыбкой. – Почему? – Мы не такие, как вы нас представляете, – вытирала она слезы с румяных щек. – Представь небольшую сферу, – Как шаровая молния? – спросил я, чтобы лучше представлять то о чем она говорит. – Да, – И… это все? – вытянул я физиономию. – А как же неземная красота, огромные крылья? – Мы можем принимать этот облик, но мы не выглядим так. Мы можем принимать какой угодно облик, – А сейчас можешь? – Нет. С этим телом не могу, Лориана внезапно опустила голову. Лицо ее побледнело и через прикрывавшие ее личико, волосы увидел поблескивающую слезу. – Что с тобой? – заволновался я. – Здесь так ужасно. Ваш мир полон жестокости, разврата и насилия, – вытирая слезы, она пыталась успокоиться. – В этом ты права – согласился с ее мнением. – Ничего не меняется, – задумчиво глядела она в окно. Лориана замолчала, создав тишину, и после произнесла: – Люди все так же самоуничтожаются… 14 Рассматривая ее светлое личико, разглядел в нем сильную усталость. Глаза выражали глубокую печаль долгих лет страданий. «Ей здесь трудно» – подумал я и вспомнил главный вопрос, который, со дня нашей встречи, не был ей задан: – Я хотел спросить про аварию, – прерванная мною тишина, привлекла внимание собеседницы. – Ты ведь знала, что это должно произойти? – на мой вопрос, она положительно покачала головой. – Это ты меня спасла? Лориана снова кивнула. – Я пыталась тебя предостеречь, – неожиданно сказала Лора. Прокрутив в голове ту ситуацию, которая произошла перед аварией, вспомнил. Или, просто до меня дошло. – Подожди-ка. Это ты специально под машину старшака меня заманила? – не понимал, то ли злиться на нее, то ли засыпать благодарностями. – Уж лучше одна сломанная нога, – И книга, которую ты мне дала в библиотеке. А потом меня избили, – по кусочкам я собирал все события. – А та псина? Ты оставила записку. Это тоже, так понимаю, было предупреждение? – Тут другая ситуация. Это, скажем… не просто собака. Ее к тебе подослали. Это была нечисть, Маркус. Только принявшая форму животного, – Чего? – в изумлении открыл я рот. Лориана глубоко вздохнула, прежде чем продолжить: – Хоть ты и не веришь, но все же я просвещу. Помимо Ангелов, как ты знаешь, есть и другие… – Я знаю про что ты, – грубо перебил ее, нервничая из-за нашей беседы. – Они могут тебе сильно навредить и будут еще приходить. Все очень серьезно, – Но почему они охотятся за мной?! – предательски дрожал голос. – Это не охота, а война, – Война? – стал я раздражаться. – Война внутри тебя, – Я уже ничего не понимаю, – все началось чесаться от злости. – Поймешь. Со временем, – Сначала ты начинаешь говорить, а потом недоговариваешь! – Я и так много сказала! – прикрикнула она, чтобы я успокоился. – Ты не первый и непоследний. Были те, кто сдался. Душа не выдерживала, – Это бред! – не выдержал я, встав с кровати. Это невозможно! Хотелось закрыть уши. Лучше я был бы в неведение. – Называй это, как хочешь, – тихо сказала Лориана, боясь разрушить тишину, после моего выкрика. – Я не хочу в это ввязываться, – злость закипала в жилах. – Тебя никто не спрашивал, – вцепилась Крейт в меня суровым взглядом. Теперь вместо гнева, пришел страх. Присев рядом с Лорианой, промолчал, не зная, что и сказать на этот счет. Она придвинулась ближе, одарив своим теплом. – Пойми, Маркус. Мы не принуждаем к любви или же к вере. Мы подталкиваем на правильный путь. Я понимаю, что ты не хочешь верить в это. И от твоего скептического сложения души, ничего само с собой не разрешиться. Мне тоже страшно, как и тебе. Но только тебе решать, кем быть – трусом или воином. Только тебе делать выбор в чьи руки отдать свою жизнь, Просидев рядом несколько минут, она неожиданно встала и пошла к входной двери. – Ты куда? – ошеломленный спросил я. После всего, что она мне сейчас наговорила, просто уходит? – Мне пора. Я засиделась в гостях, – улыбнулась Лора, смущенно обнимая ладонью, перевязанную руку. – Тебе же жить негде, – Найду местечко, – Никуда ты не пойдешь, – твердо объявил ей, исправляя ошибку. – Я не могу, – сопротивлялась она, показывая свою скромность. – Ты, правда, думаешь, что я тебя, как бездушная скотина, отпущу под дождь, скитаться вместе с бродягами? – мои возмущения подействовали на Лориану очень странным образом. Большие глаза стали блестеть от переполненных слез и по белоснежной щеке, покатилась слеза. – Ты чего плачешь? Я тебя обидел? – Нет, – дрогнул девичий голосок. Ее подбородок задрожал от чуть не начавшегося плача и вытирая влажность с лица, она произнесла: – Спасибо. 15 Проснулся я внезапно. Для меня это было даже удивительно. Обычно утренний подъем очень затруднительный. Подтягиваясь и похрустывая косточками, осознал, что я выспался. Наконец-то. За долгое время так еще никогда не высыпался. Даже настроение чуть поднялось от такого пробуждения. Вспомнив про Лориану, тут же открыл глаза и стал искать ее. В постели подруги не было. А может, это был сон? Ну, я же в кресле лежу… точно не сон. С легкостью поднявшись, застал свою сожительницу на кухне. Расчесанные пушистые волосы, после горячего душа, закрывали ее грудь, будто защищая свою хозяйку от моих глаз, а штаны сползали из-за большого размера. Я дал ей свою чистую одежду. Не ходить же ей в грязном. – Доброе утро, Маркус, – поприветствовала она детской улыбкой. Вот чего мне не хватало столько лет. Доброй улыбки по утрам. – Я смотрю, ты ранняя пташка. Во сколько ты проснулась? – В пять утра, – бодрым голосом ответила она, удивив этим. Надеюсь, Лора не увидела, как я слюни в подушку пускаю. – Ого. А сейчас сколько? – 10:40 и ты опоздал в университет, – с задорностью объявила Лора, не дав панике возрасти. Теперь, понятно, почему выспался. – Славно, – поразился своему спокойствию и пошел к холодильнику. – Ты что-нибудь ела? – поинтересовался у нее, размышляя о том, что можно быстро перекусить. – Нет, – А что все это время делала? – понюхал сыр, подумывая сделать бутерброды. – Ничего, – ответила она, так будто ей это было не в напряг. Сидеть все утро и ждать моего пробуждения. – Ты не против бутербродов с плавленым сыром? На мой вопрос последовала тишина. Повернувшись, чтобы повториться, увидел, что стул, на котором она сидела секунду назад, пустовал. – Лора? – позвал ее. – Если не хочешь бутерброды, то могу предложить кашу, Снова тишина. Значит, кашу она тоже не хочет. Выйдя из кухни, испугался. Напротив ванной комнаты стояла Лориана. Задумчивая и напряженная, она словно пыталась разглядеть то, что находилось за этой дверью. Она была, как кошка, увидевшая призрака. – Я тебя зову, а ты ушла… – Тише, – шикнула подруга, махнув рукой. Ее глаза с тревогой глядели на дверь. – Ты чего? – Не понимаю, – пробормотала она, рассуждая вслух. – Лора, я объяснял, что душ, это не глазастое чудовище, – Тут что-то есть, – шепотом сказала подруга, словно боясь, что нас подслушивают. Почему она так говорит? Может, в ванной завелась мышь, а Лориана панику наводит? Да, я их тоже недолюбливаю. – Объясни, – соблюдал я спокойствие. Признаюсь, что смотрел на нее, как на сумасшедшую. – Ты ощущал чье-то присутствие? – от ее вопроса у меня по телу пробежал холодок. Немного подумав, вспомнил кое-что: – Да, было дело. Частенько слышал женское пение из ванной, – Пение? – нахмурилась она. – Ну, да. Похожее… на напевку колыбельной, Лориана резко подняла на меня взор и с удивлением глядя в глаза, спросила: – Как часто? – Не сказал бы, что часто. В основном ночью слышал, – Так, значит, он к тебе не перестал приходить, – Кто? – Давай, уйдем отсюда, – схватив меня за руку, она поспешила уйти. Что ее так напугало? – Я сейчас открою дверь и, ничего там не будет. Я уже так делал, – выдернул руку и, открыв дверь, услышал вопль Лоры, которая пыталась остановить меня. Но когда было уже поздно, увидел то, от чего откинуло назад, и рука от адреналина закрыла дверь. В зеркале черным пятном смотрело рогатое черное чудовище. Глаза его, как у животного, сверкали в темноте. – Твою ж…! Что это было?! – не скрывал я паники. Дверь стала грохотать, будто оно хочет вырваться наружу и, приложившись всей силой, мы с Лорианой стали держать трясущуюся дверь. – Ну что ты натворил?! – ругалась Лора на мою глупость. От сильных ударов об дверь, стало болеть плечо. – Его можно как-то остановить? – не было больше сил держать дверь закрытой. – Я не знаю, – чуть ли не плача, ответила она, как есть. По ее лицу было понятно, что подруга боится этого зверя, не меньше, чем я его. Раздался нечеловеческий вопль, увеличив на голове седых волос. Если бы я смог, то закрыл бы уши. – Лориана, сделай что-нибудь! Прошу! – кричал я, не имея уже сил. – Я не справлюсь! – снова повторилась она, с такой же обреченностью. – Мы так долго не протянем! – стараясь держать, как можно сильнее, почувствовал мокрое под ногами. Посмотрев вниз, увидел, что из-под двери течет холодная вода. – Он включил воду! Надо что-то делать! – Надо бежать, – приказала Лориана. – На «три» бежим, – согласился с ней и, посчитав до трех, мы резко оттолкнулись от двери. Только мы собрались бежать, как все неожиданно стихло, а вместе с этим, во всем доме погасло электричество. – Он ушел? – трясясь от страха, надеялся на свое предположение. – Притих. Не хочет, чтобы ты уходил, – Что теперь делать? – Сейчас же выносим это зеркало. Быстро! – ее указ и суровость взгляда зажег адреналин с новой силой. Недолго думая, я открыл дверь, и еле двигая замершими ногами, закрыл кран. Страх не давал взглянуть в зеркало. Теперь вообще не хочется смотреть в любое зеркало. – У нас мало времени! – ее голос дрожал вместе с руками, которыми она помогала снять чертово зеркало. Повезло, что оно не закреплено вместе с полочкой. – Надо будет завернуть его. Найдется ткань? – Да… да, есть. В шкафчике… в шкафчике всякие тряпки, – заикался я. Лориана тут же побежала в комнату, рыться в шкафу. Пальцы не слушались, снимая с петель дом для этой нечисти. Меня тошнило от переизбытка страха и, пытаясь сдерживать тошноту, увидел в отражении, как закрывается дверь. Поставив зеркало на раковину, ринулся к двери, но она с грохотом захлопнулась прямо перед носом. – Лориана! – кричал я, барабаня в дверь, что есть сил. – Открой дверь! – орал ей, надрывая голос. – Она не открывается! – дергала она ручку, но было бесполезно. Пытаясь высвободиться, услышал сзади дыхание. Холодное дыхание зверя. Сердце упало в пятки, понимая, что там стоит. Было страшно взглянуть. Но осмелившись повернуть голову к ванне, увидел в отражении глянцевых плит, как что-то черное тянет ко мне руки, норовя вылезти из зеркала. – Лориана, открой дверь! Открой эту чертову дверь! – делал попытки выломать ее и почувствовал искрящую боль. Острые, как иглы, когти, со страшной силой потянули к полу. Ударившись головой, нашел силы бороться. Хватая все, что попадалось под руку, наотмашь, бил то, чего не видел. Это не помогало. – Мой мальчик, – мерзкий голос раздался возле уха. Неожиданно оно вцепилось в мое плечо, хваткой бойцовской собаки. От безумной боли, сквозь сдавленную глотку, прорезался крик. Из меня словно выдирали кусок мяса. Силы покинули меня, и я перестал сопротивляться. Но внезапно, сквозь закрывающиеся веки, увидел открывшуюся дверь и лицо Лорианы. Она подбежала и со всего размаху, приложилась ладонью, ко лбу зверя. Оно, зарычав, вынуло из меня зубы и, отвлекся на, причиненную ему, боль. Подруга схватила меня за ногу и потащила в комнату, вызволив из объятий монстра. Не в силах встать, повернулся в сторону ванной и увидел разъярённую морду чудовища. Он собирался атаковать, но ему помешала стоявшая возле меня Лориана. Незнакомый язык прозвучал из девичьих уст. Она обращалась к нему. В ее руках был молоток и, замахнувшись, она бросила в него, разбив зеркало. Подруга, упав на колени, закрыла меня своей спиной. Страшный шум, разбивающиеся окна, ломающиеся двери и мебели, оглушил нас. Но после, все резко стихло. Было только слышно громкое биение наших сердец и свист, гуляющего по квартире, ветра. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/roniel-ospan/suschestvo/?lfrom=390579938) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Наш литературный журнал Лучшее место для размещения своих произведений молодыми авторами, поэтами; для реализации своих творческих идей и для того, чтобы ваши произведения стали популярными и читаемыми. Если вы, неизвестный современный поэт или заинтересованный читатель - Вас ждёт наш литературный журнал.